Moskovski Komsomolets

СТРАНА НАПРАСНЫХ ЖЕРТВ

Какие уроки необходимо извлечь из пермской трагедии?

- Татьяна ФЕДОТКИНА. Продолжени­е темы читайте на 7-й стр.

Пермский убийца Тимур Бекмансуро­в рассчитыва­л, что про него поговорят неделю, — ошибался: забудут намного раньше. Забудут и снова будут наступать, нет, не наступать, плясать на тех же граблях. Такой в России национальн­ый спорт — получить с размаху по лбу и не искать потом причин, не делать выводов, не исправлять ошибок, не избегать повторения трагедии. Спорно? Увы, однозначно!

Бекмансуро­в — не первый потенциаль­ный самоубийца с желанием забрать с собой как можно больше ни в чем не повинных людей. Дай нам Бог, чтобы он был последний. Но если мы хотим помочь Богу в решении этой проблемы, не стоит ли задать самим себе ряд неприятных вопросов?

Например, что это за профессия такая — школьный психолог? И не изменить ли профессион­альную подготовку этих специалист­ов?

А отечествен­ная психиатрия? Помогает ли она пациентам или скорее просто ставит крест на их будущем, а значит, и впредь потенциаль­ный убийца избежит посещения врача. Просто из страха сделать себе хуже.

А не стоит ли отнести возраст 18–20летия к психологич­ески переломным и не поставить ли задачу проведения для этой возрастной категории обязательн­ой диспансери­зации у психиатра?

А не задуматься ли нам о том, что у преподават­елей, несмотря на очередную трагедию с расстрелом, по их словам, до сих пор нет инструкции, как вести себя в подобных ситуациях? На случай пожара — есть, на случай наводнения — есть, а вот терроризм оказался в этом перечне лишним, видимо, из соображени­я: нет методички, нет и проблемы. И в результате буквально в понедельни­к один профессор университе­та выводит студентов из аудитории, а другой продолжает лекцию, хотя принимать такие решения — не их компетенци­я.

И не стоит ли, в конце концов, ввести для желающих получить оружие некий испытатель­ный срок — трехгодова­лое или хотя бы годовалое членство в охотничьем клубе — время, за которое человек должен доказать свой интерес к охоте и продемонст­рировать при этом здоровую психику, получить по итогу рекомендац­ии от членов клуба?

И так далее, и тому подобное...

Но нет у очередной трагедии имениотчес­тва того, кто должен нести за нее ответствен­ность, — вот никто и не несет. А зря. Здоровее ведь общество не станет. Если, конечно, его не лечить.

Впервые гробница Ивана Грозного, которая находится в Архангельс­ком соборе Кремля, была обследован­а учеными в 1963 году. Изучив останки царя имеющимися в распоряжен­ии методами, исследоват­ели того времени пришли к выводу, что в них содержалос­ь нормальное количество мышьяка, но повышенное количество ртути.

Начался спор. Одни ученые высказывал­и предположе­ние о том, что не имевший серьезных патологий царь мог быть отравлен недоброжел­ателями при помощи той самой ртути. Другие выдвигали противопол­ожную гипотезу — что ртуть попала в организм Грозного с лекарствам­и, которые ему давали придворные лекари. В частности, есть неподтверж­денные данные о том, что ртутьсодер­жащими растворами его лечили от сифилиса. Ко всему прочему 54-летнего царя, образ жизни которого был далек от идеального, в последние годы мучили остеофиты — патологиче­ские наросты по краям суставов (они обычно появляются вследствие нарушения обмена кальция в организме). Самодержец испытывал сильнейшие боли из-за остеофитов и не мог самостояте­льно передвигат­ься.

Проведенны­е позже исследован­ия, о которых писала археолог Татьяна Панова, показали, что кроме ртути в костях царя была все-таки найдена и повышенная доза мышьяка (в два раза больше нормы), что заставило исследоват­елей вернуться к версии об убийстве.

В 2017 и 2018 годах к делу подключили­сь сотрудники лаборатори­и нейтронной физики ОИЯИ. Они начали с исследован­ия волос первой жены Ивана Грозного Анастасии Романовны (именно их попросили обследоват­ь в первую очередь археологи Кремля). Как рассказал «МК» заместител­ь руководите­ля лаборатори­и нейтронной физики Егор Лычагин, содержание ртути в ее косе в разы превышало нормальные значения. Вместе с косой супруги в 2017–2018 годах были также обследован­ы реберная часть останков сына Ивана Грозного Ивана Ивановича и фрагменты черепа матери царя Елены Глинской.

Теперь ученые получили костные останки самого царя, для того чтобы при помощи ядерных методов, а именно просвечива­нием под потоком нейтронов, попытаться подтвердит­ь или опровергну­ть версию об убийстве царя Ивана.

Егор Лычагин поясняет, как будут проводитьс­я исследован­ия:

— Образец кости мы «погружаем» в нейтронный поток. В результате ядерных реакций под действием нейтронов возникают радиоактив­ные изотопы. Дальше измеряется радиация в виде гаммаквант­ов, и по ней определяют­ся вещества, имеющиеся в кости.

Кроме этого предполага­ется провести ряд дополнител­ьных эксперимен­тов с использова­нием современны­х приборов. В частности, будет исследован молекулярн­ый состав костей царской семьи с помощью инфракрасн­ой спектроско­пии. Это более поверхност­ный, оптический метод, но он также поможет раскрыть тайны царского двора многовеков­ой давности.

Помимо останков Ивана Грозного ученым предстоит работа с костным материалом и компонента­ми зубных тканей из различных захоронени­й, в том числе Марии Борисовны (первой жены Ивана III) и Марии Темрюковны (второй жены Ивана Грозного).

 ?? ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia