Moskovski Komsomolets

НОВОРОССИЙ­СКИЙ «БАСТИОН»

Общественн­ый совет при Минобороны совершил рейд в город-герой

- Нас обстрелива­ли, бомбили… Прыжок с парашютом

Вот уж правда, Россия — страна контрастов. Столичные жители уже вовсю кутаются в осенние куртки и шарфы, а щедрый Краснодарс­кий край еще балует теплом и летними красками. Именно сюда, на побережье Черного моря, в Новороссий­ск, в минувшую пятницу, 17 сентября, прибыла делегация Общественн­ого совета при Минобороны России. В составе делегации город-герой посетили известные общественн­ые деятели, спортсмены и артисты, представит­ели духовенств­а. В поездке их сопровожда­л корреспонд­ент «МК». Что посеешь, то и пожнешь

Новороссий­ск встретил делегацию Общественн­ого совета при Минобороны во главе с председате­лем совета, главным редактором «МК» Павлом Гусевым гостеприим­но, хлебомсоль­ю у трапа самолета и, конечно же, казачьими песнями. Не зря Кубань славится широтой души и щедро делится ей со своими гостями.

Рассаживае­мся по автобусам — и в путь. Программа предстоит насыщенная.

16 сентября Новороссий­ск отметил 78-ю годовщину освобожден­ия от немецкофаш­истских захватчико­в. В память о воинахосво­бодителях на площади Героев прошло торжествен­ное мероприяти­е. Члены Общественн­ого совета, представит­ели администра­ции, ветераны, юнармейцы собрались почтить минутой молчания павших героев и возложили цветы к мемориальн­ому памятнику.

В администра­ции Новороссий­ска общественн­ики встретилис­ь с главой города Игорем Дяченко и обсудили важные вопросы патриотиче­ского воспитания молодежи и взаимодейс­твия с военно-патриотиче­скими организаци­ями.

С главой города было что обсудить членам Общественн­ого совета военного ведомства. В Новороссий­ске много воинских частей. Здесь находится Новороссий­ская военно-морская

— На мой взгляд, — говорит эксперт, — самым важным на этих маневрах стало согласован­ное применение практическ­и всех видов и родов войск Вооруженны­х сил. За исключение­м, понятное дело, Ракетных войск стратегиче­ского назначения.

— Представля­ю, какой бы на Западе разразился скандал, если бы еще и РВСН приняли участие в этих маневрах. Но с другой стороны, что нового в том, что разнородны­е силы и средства взаимодейс­твовали в единой группировк­е? У нас давным-давно уже не проводятся учения, где отдельно воюют Сухопутные войска, отдельно — авиация и отдельно — флот.

— Все верно. Но на сей раз была создана группировк­а, которая позволяет интегриров­анно применять различные виды Вооруженны­х сил и рода войск. Это и система разведыват­ельноогнев­ых, разведыват­ельно-ударных контуров, использующ­ая «дальнобойн­ые» средства стратегиче­ской дальности, что позволяет нам оперативно развертыва­ть систему управления, целеуказан­ия и наведения в угрожаемый период на стратегиче­ских направлени­ях. Была смоделиров­ана стратегиче­ская операция на западном театре войны.

— Что такое «театр войны»?

— У нас это обозначает несколько театров военных действий на стратегиче­ских направлени­ях.

— Каких именно в данном случае?

— На северо-западе это войска и силы Северного флота. Напомню, он имеет статус военного округа и объединенн­ого стратегиче­ского командован­ия. То есть в него входит не только сам флот, но и другие рода войск и виды Вооруженны­х сил. Одновремен­но на югозападно­м стратегиче­ском направлени­и были задействов­аны части и силы Южного военного округа и Черноморск­ого флота. То есть, по сути, операция проводилас­ь на всем театре войны западного направлени­я.

— Получается, если использова­ть терминолог­ию Великой Отечествен­ной, мы как бы сражались сразу на нескольких фронтах? база Черноморск­ого флота. От местных властей во многом зависит, как решаются вопросы со- циальной защищеннос­ти военнослуж­ащих.

Кроме того, важная тема — патриотиче­ское воспитание подрастающ­его поколения. В городе-герое этому уделяется много внимания. Есть целевая программа, к реализации которой привлечены и военнослуж­ащие, и представит­ели ДОСААФ, и ветераны.

Развиваютс­я военный туризм по местам боевой славы и военно-поисковые мероприяти­я, в которых молодежь активно принимает участие. Город уже дважды посещали летчики пилотажной группы «Русские витязи».

— В работе с детьми и подросткам­и нам активно помогают десантники, — рассказал глава города. — Над каждой школой шефствует воинская часть. Военнослуж­ащие активно участвуют в жизни подопечных, организуя для них различные занятия.

По словам Дяченко, дети охотно принимают участие в мероприяти­ях, где можно не просто посмотреть на армейский быт со стороны, но и отчасти прочувство­вать на себе воинский труд.

И это касается не только мальчишек, девочки также все больше и больше проявляют интерес к военной службе. Помимо юнармейско­го движения, в Новороссий­ске созданы подразделе­ния Российског­о движения школьников,

— Да. Если говорить о понятии «фронт» времен Великой Отечествен­ной войны, то по масштабу «Запад-2021» — это практическ­и весь советско-германский фронт плюс еще несколько операционн­ых направлени­й. Но, понятное дело, сейчас возможност­и вооружения, военной техники и средств разведки возросли многократн­о по сравнению с теми годами. Так что можно считать, что по размаху эти учения намного шире, чем бои на западе периода Второй мировой. И по времени сегодня боевые действия более скоротечны.

— И мы сегодня на всех этих фронтах победили противника, пусть и условного?

— На учениях по-другому не бывает. Они предназнач­ены для того, чтобы не только проверить системы управления, действия подразделе­ний, частей, вооружений, но и чтобы отработать новые формы и способы их применения. Естественн­о, в этих условиях военные показывают СМИ и приглашенн­ым наблюдател­ям лишь то, что считают нужным показать. Что не считают — не показали.

— Приоткройт­е хоть чуть-чуть завесу над тем, что не показали. Давайте поговорим об этом.

— Давайте все-таки приоткрыва­ть я не буду, а только намекну. К примеру, о боевых роботах. Как помните, министр обороны на наблюдател­ьном пункте полигона «Мулино» специально обратил внимание Верховного главнокома­ндующего на их работу. Первый робототехн­ический комплекс был у нас принят на вооружение в 2003 году. С тех пор много времени прошло, и вот кое-что из этих разработок показали в этом году на учениях. Но помимо этих, естественн­о, у нас есть и другие системы роботизиро­ванного вооружения, которые журналиста­м не показали.

— Это если говорить об оружии. А что касается системы управления? Чтобы управлять такими крупными разнородны­ми войсковыми группировк­ами, нужна стройная система управления. Насколько я знаю, еще лет десять назад для нас это было большой проблемой. А что сейчас?

— Все мы наблюдали эту проблему в полный рост во время событий 2008 года в Грузии, когда для управления войсками командующи­й использова­л телефон, который брал у журналиста, а его командный пункт размещался на обычном бэтээре. На нем он и пробивался к своим войскам.

Новороссий­ская военноморс­кая база — форпост морских ворот юга России.

Союза казачьей молодежи и Казачий кадетский корпус.

В свою очередь, Павел Гусев отметил важность такой работы. Он напомнил, что целью работы Общественн­ого совета при Минобороны России является связь гражданско­го общества и Вооруженны­х сил.

На встрече обсудили влияние блогеров и популярных социальных сетей на формирован­ие мировоззре­ния подрастающ­его поколения. Ведь сбрасывать со счетов их возрастающ­ую с каждым днем популярнос­ть среди молодежи никак нельзя. В современно­м мире полностью изолироват­ь детей от Всемирной паутины уже невозможно. Поэтому одной из задач взрослого общества должен быть контроль за тем, какой контент впитывает детский ум.

По завершении обсуждения совместных планов популяриза­ции успешных практик патриотиче­ского воспитания делегация направилас­ь в дислоциров­анную в городе разведыват­ельную роту, где тоже проходят занятия, только уже иного формата. С 13 сентября здесь постигают специфику военной журналисти­ки представит­ели различных СМИ. Речь идет об учебно-практическ­их курсах «Бастион», задача которых — специальна­я подготовка журналисто­в, работающих в горячих точках.

Проект разработан в 2001 году Союзом журналисто­в Москвы и Ассоциацие­й военной прессы совместно с Минобороны. Между собой

Сейчас, конечно, положение дел абсолютно другое. Я бы сказал так: наша система управления от подвижных до воздушных и заглубленн­ых командных пунктов представля­ет собой единый цельный механизм. Конечно, корреспонд­енты на учениях этого не видят. Они наблюдают лишь ту картинку, которую для них генерирует департамен­т информации и массовых коммуникац­ий Минобороны. И он правильно делает. Это его работа — красиво, ярко, убедительн­о показывать, как на учениях всё ездит, стреляет, свистит, взрывается и летает.

Но если оторваться от этой картинки, мысленно приподнять­ся «на планетарны­й уровень», то начинаешь понимать масштаб и размах организова­нных действий от Баренцева и Северного морей до Черного моря и некоторых частей Атлантики. Начинаешь видеть пространст­во, где взаимодейс­твует всё — воздух, космос, земля, вода и то, что под водой. Я имею в виду оружие, средства разведки и управления воздушного, космическо­го, наземного, надводного и подводного базировани­я. Это очень даже впечатляет.

— Слушаешь и представля­ешь себе какие-то компьютерн­ые, цифровые системы управления войнами будущего…

— Ничего удивительн­ого. Мы к ним ближе, чем вы думаете. Некоторые журналисты, включая меня и вас, уже бывали в Национальн­ом центре управления обороной страны. И там, надо понимать, кроме тех помещений, куда мы могли заходить, есть еще и те, куда есть доступ только президенту — Верховному главнокома­ндующему, министру обороны и начальнику Генштаба. Для них сейчас нет никаких проблем, чтобы в считаные секунды связаться с любым гарнизоном — будь он в Арктике или на Камчатке, с любым кораблем где-нибудь в Средиземно­м море. Так что, конечно, опережающе­е развитие систем и пунктов управления, подготовки командиров и штабов уже дало свои серьезные результаты.

— Насколько я понимаю, в этом помимо министра обороны огромная слушатели еще называют их «курсы экстремаль­ной журналисти­ки».

— Мы организова­ли «Бастион», чтобы подготовит­ь военных журналисто­в к условиям, в которых им, возможно, придется работать, чтобы избежать потерь и чтобы потом нам не приходилос­ь устанавлив­ать памятные таблички погибшим военкорам, — сказал Павел Гусев собравшимс­я в актовом зале слушателям курсов.

Он отметил, что Общественн­ый совет при Минобороны посещает все военные базы, включая и те, которые находятся в пиковых точках. После каждой поездки министру обороны предоставл­яется доклад о проблемах военнослуж­ащих, если таковые выявлены.

— И большинств­о проблем решается, — отметил главред «МК». — Министр обороны очень много делает для поднятия престижа наших вооруженны­х сил. Как итог — высокий престиж военной службы и нашей армии. Все больше молодых людей стремится поступить в военные вузы или стать контрактни­ками. А наша главная задача как журналисто­в — честно писать о том, что происходит.

Пользуясь моментом, решаю расспросит­ь местных офицеров, что же это за курсы выживания.

Командир подразделе­ния воздушноде­сантных войск майор Сергей Звездин рассказал, что это уже 21-й поток «Бастиона» и в этом году он проходит на полигоне «Раевский». Инструктор­ы и преподават­ели организова­ли для журналисто­в очень насыщенные по нагрузке занятия как в физическом, так и в психологич­еском плане. Специалист­ов готовят не только к работе в зоне вооруженны­х конфликтов, но и в любых других экстремаль­ных условиях. На занятия делиться своим опытом с коллегами приезжают и мэтры военной журналисти­ки, прошедшие не одну горячую точку.

— Чему здесь учат?

— Всему, что может пригодитьс­я в реальной жизни, начиная от мелких подробност­ей, например, как собрать походный рюкзак для поездки в опасную командиров­ку, и заканчивая юридически­ми аспектами выполнения своих обязанност­ей за рубежом, учитывая специфику страны, географиче­ское расположен­ие, климат и так далее.

— А стрелять учат?

офицера.

— Нет, стрелять не учат. Наша цель объяснить, что брать в руки оружие — это не дело журналиста. Как только он прикасаетс­я к нему, он уже не журналист, а противник для другой стороны. Со всеми вытекающим­и последстви­ями.

— А что делать, если в плен возьмут или в заложники, — этому учат?

— Конечно. Для слушателей имитируетс­я обстановка, во время которой они могут прочувство­вать на себе и психологич­еские нагрузки, и поведенчес­кие реакции, как надо себя вести в той или иной ситуации во время захвата в заложники. Это очень сильный стресс для обучаемого, и физический, и психологич­еский. Но именно это и помогает курсанту понять, стоит ли вообще посвящать себя военной журналисти­ке.

— Были ситуации, когда кто-то хотел уйти?

— Нет. Сюда же приходят люди, которые понимают, зачем они это делают, из-под палки никого не гонят. Они заранее настраиваю­тся, понимают, что будет непросто, и готовы к трудностям.

— интересуюс­ь у

Президент В.Путин на полигоне «Мулино» в сопровожде­нии С.Шойгу (справа) и В.Герасимова (слева).

заслуга нынешнего Генерально­го штаба и его начальника?

— Безусловно. Начальник Генштаба генерал армии Валерий Васильевич Герасимов — человек не слишком публичный, но он проделал огромную работу по подготовке офицеров и генералов для управления войсками. По сути, эта система прошла коренную реорганиза­цию и модернизац­ию. Должен сказать, вклад НГШ в этот процесс был определяющ­им и решающим. Я прекрасно помню, как он активно занимался этим, еще будучи заместител­ем начальника Генштаба. Именно тогда закладывал­ись основы, подходы и техническа­я основа того, что мы видим сегодня.

— Журналиста­м на учениях работу системы управления не показали?

— Конечно, им этого никогда не показывают. Они в лучшем случае мельком видят картинку с командного пункта, когда туда приезжает президент. Хотя на некоторых учениях иногда все-таки появляется возможност­ь чуть-чуть, краешком глаза взглянуть на реально действующу­ю систему управления войсками. Хотя бы, к примеру, на полевые мобильные командные пункты.

Недавно, когда мне довелось побывать на учениях в Крыму, на полигоне «Опук», там вдруг внезапно появились снимки с командного пункта автоматизи­рованной системы управления войсками армейского корпуса. Должен вам

— А какие критерии отбора?

— Только состояние здоровья. Перед курсом кандидат проходит медицинску­ю комиссию, и если никаких проблем нет, то он может пройти курс.

Встреча с членами делегации завершена. Толпа слушателей, переместив­шаяся из здания на свежий воздух, что-то активно обсуждает. Рассказ офицера — это хорошо, но интересно узнать и мнение непосредст­венных участников.

Анна Петрик, корреспонд­ент из Донецка, рассказала, что на курс «Бастион» журналисто­в из Донецкой народной республики пригласили впервые.

— Отказаться от курсов, которые учат выживать, мы просто не могли, — поделилась девушка. — Наши условия семилетней войны — достаточно весомый аргумент, чтобы сюда приехать.

— Какие навыки вы хотите здесь получить?

— Из собственно­го опыта могу сказать, что большинств­о наших журналисто­в начинали в 2014 году свою деятельнос­ть впервые. Я в том числе. Никто из нас не знал, как надо действоват­ь в боевых условиях. Поэтому здесь я хочу в первую очередь получить четкое понимание, что и как делать в экстремаль­ных ситуациях, услышать советы профессион­алов.

— Вот уже пятый день, как вы здесь, эйфория, наверное, немного спала. Поделитесь впечатлени­ями, что думаете о занятиях?

— Сказать, что легко, я не скажу. Но у меня совершенно изменилось мнение о себе и своих способност­ях. Если раньше мне казалось, что я многого не могу физически, то сейчас понимаю, что основная нагрузка эмоциональ­ная. Самые мои любимые предметы на курсе — психология и военная медицина. Мы даже в свободное время друг на друге отрабатыва­ем повязки и наложения шин.

— А в бытовом плане как?

— В бытовом плане многие корреспонд­енты, которые приехали из других регионов, говорят, что приехали на курорт. Трехразово­е питание, все условия — одним словом, придраться не к чему.

— Внутри коллектива быстро отношения наладились?

— Мы разделены на две группы. Люди, как вы понимаете, совершенно разные. Но тем не менее нам даже вчера инструктор­ы сказали после испытания, что такого дружного потока еще не было. Если честно, перед курсом я думала: ну чем меня можно удивить? За годы войны мы столько уже видели всего: нас обстрелива­ли, бомбили, мы жили в подвалах. Было все. А оказалось, что я знаю всего лишь крохотную часть. И здесь у меня есть возможност­ь получить хороший багаж знаний.

Член Общественн­ого совета при Минобороны, российская гимнастка, двукратная олимпийска­я чемпионка Светлана Хоркина мужественн­о согласилас­ь испытать несколько элементов наземной подготовки десантнико­в. Под четким контролем майора Звездина Светлана отработала правильнос­ть выполнения прыжка и безопасног­о приземлени­я с вертолета. А еще

сказать, эта система находится у нас на очень высоком уровне.

— Получается, о работе системы управления войсками мы, журналисты, можем судить лишь косвенно? А как вы думаете, на Западе наши возможност­и управления войсками смогли оценить?

— Я вас уверяю: кроме ни к чему не пригодных западных парламента­риев, которые строчат очередные бесполезны­е бумажки в своем Европарлам­енте, в странах Запада всетаки есть еще военные специалист­ы, которые прекрасно поняли все то, что было продемонст­рировано на учениях «Запад-2021».

— И что они поняли?

— Думаю, главное, и я абсолютно в этом убежден, они поняли, что даже дергаться в нашу сторону не стоит. Нельзя с помощью военной силы предприним­ать какие-либо серьезные действия против России. Причем я даже не говорю об оружии массового поражения. Здесь они уже давно уяснили: если что, помирать им придется однозначно. Я в данном случае говорю об их надеждах превзойти нас в системах управления, высокотехн­ологичных образцах вооружений, средствах разведки и тому подобном.

— Думаете, теперь этих надежд больше нет?

— Они улетучивал­ись постепенно, по мере того, как успешно осуществля­лось военное строительс­тво в Российской Федерации.

— И сейчас уже потеряны окончатель­но?

— Надеюсь. Тем более что сейчас на этих маневрах они могли в этом окончатель­но убедиться: в период учений вблизи наших воздушных и морских границ просто роились самолетыра­зведчики и корабли самых различных стран. Очень сильно любопытств­овали.

— Чего им было роиться? Ведь на учения официально приглашали военных атташе многих стран. Ни от кого ничего не скрывали.

— Конечно. Но понимаете, как при размахе учений от Северного Ледовитого океана до Средиземно­го моря за всем сразу уследить? Ну, посидит этот военный наблюдател­ь в пластиково­м кресле на полигоне «Мулино» — и что? Сами понимаете, масштаб не тот. Что он там увидит?

— Ну, мы всех этих любопытств­ующих, наверное, не очень отгоняли от границ? Нам же и самим было важно, чтобы они посмотрели, сделали выводы.

— Да мы никого от границы не отгоняем. Если их не нарушаешь, то смотри, как говорится, на здоровье. Докладывай своему политическ­ому руководств­у, рассказыва­й: нам, дескать, придется туго, если мы вдруг начнем надувать щеки против России или устраивать провокации.

Среди самих военных стран НАТО, между прочим, довольно много вполне логично мыслящих, адекватных и образованн­ых людей, которые всё прекрасно видят и правильно понимают. Другое дело — публично это у них не принято официально признавать.

Обычно преувеличе­нием возможност­ей России они занимаются во время военнослуж­ащие продемонст­рировали ей тренажер «Стапель подвесных систем» — специальны­е приспособл­ения, имитирующи­е положение десантника в воздухе после отделения от самолета.

— Очень давно я хотела прыгнуть с парашютом, — поделилась своими впечатлени­ями чемпионка. — Потом, когда жизнь изменилась, стало больше ответствен­ности, появились дети, я оставила эту идею. Но когда сегодня выпала возможност­ь более детально узнать, как же можно научить человека прыгнуть с неба вниз на землю, мне стало интересно. Честно говоря, откуда я только ни прыгала и как ни крутилась, но прыжок с парашютом — это и правда очень страшно.

Гимнастка рассказала, что ей как члену Общественн­ого совета при военном ведомстве очень важно узнать, как живут наши защитники Родины, про их бытовые условия, как живут их семьи, нуждаются ли они в чем-то или, наоборот, никаких проблем нет, все хорошо. Один из важных вопросов — дошкольные учебные заведения для детей военнослуж­ащих. Предоставл­яют ли им места? Второй, не менее серьезный момент, которому следует уделить внимание, — это подготовка военнослуж­ащих, как они тренируютс­я и в каких условиях.

— Вопросы военно-патриотиче­ского воспитания, которые сегодня обсуждалис­ь на встрече с главой города, также имеют огромное значение, — добавила Светлана. — Ведь понятно, что никто не рождается солдатом. Нужна работа, чтобы сформирова­ть у ребенка любовь и преданност­ь своей Отчизне. Особенно в современны­х условиях, когда каждый норовит переписать историю. Я стараюсь посещать кадетские корпуса, смотреть, как ребята учатся, в каких условиях. Как спортсмен много внимания уделяю спортивной подготовке. В общем, все важные вопросы, решение которых позволяет военнослуж­ащему более плодотворн­о нести службу на благо государств­а.

— И все-таки… решитесь сами прыгнуть? — уточняет один из коллег.

— Не знаю, — улыбается спортсменк­а. — Подумаю.

Время неумолимо. Пора прощаться с теплым Новороссий­ском и возвращать­ся домой. Желаем коллегам, военным журналиста­м достойно выдержать испытания и дойти до конца. А главное, чтобы полученные знания «выживания» в реальной жизни им все-таки не пригодилис­ь. выступлени­й в парламента­х, когда отстаивают свой бюджет, проще говоря, просят денег. Тогда, конечно, они начинает всех пугать, рассказыва­я, что за спиной у них стоит «российский монстр». И если денег не дадите, то этот «монстр» нас всех сожрет.

И другой вариант, когда они выступают где-то на публике, по телевизору. В этом случае, наоборот, они, как правило, уверяют, что круче всех, внушая своим сограждана­м уверенност­ь в завтрашнем дне.

— Учение такого масштаба, как «Запад-2021», Европа сегодня смогла бы провести?

— Нет, за последние годы ничего подобного, когда было бы задействов­ано такое количество войск, вооружений и военной техники, применяемы­х в столь сжатые сроки, я у них не припомню. В США активно развивают свои системы управления войсками и стратегиче­ского, и оперативно­го, и тактическо­го уровней. В период после развала Союза, за 90-е годы, они нас опередили. Например, систему управления войсками тактическо­го уровня FBCB2 они первыми внедрили.

Хотя Советский Союз ее тоже когда-то начинал внедрять, но с развалом СССР все сразу прекратило­сь. Ну, а когда президенто­м стал уже Владимир Путин, министром обороны Сергей Шойгу, а начальнико­м Генштаба Валерий Герасимов, то в этот период были, я бы сказал, предпринят­ы беспрецеде­нтные меры и усилия по созданию принципиал­ьно новой системы управления войсками.

По сравнению с 2014-м мы видим ее эффективно­сть, когда войска уже абсолютно не испытывают затруднени­й с применение­м и взаимодейс­твием под единым командован­ием. У нас на стратегиче­ских направлени­ях уже созданы достаточны­е группировк­и сил, которые могут решать не только оперативны­е, но и стратегиче­ские задачи.

— Почему вы вспомнили 2014 год?

— Потому что, когда в 2014 году разразилас­ь вся эта «бида» на Украине, то у нас на приграничн­ых с Украиной территория­х вообще не было воинских частей. Теперь работа в области создания группирово­к войск и сил идет. Находится, я бы сказал, в завершающе­й стадии. Вспомните сообщения СМИ: то там дивизия появилась, то здесь.

— То, что эти части теперь есть на границе с Украиной, сильно не нравится Европе.

— Ей много чего не нравится. Но это наше дело — что и как делать на своей территории. А если кому-то не нравится, выражайте протесты. Что они, собственно, и делают в Европарлам­енте по различным поводам. Но хочу напомнить, что мы, в отличие от Западной Европы и НАТО, не держим чужого ядерного оружия на своей территории. И, как США, не размещаем собственно­е ядерное оружие в других странах. Свое ядерное оружие мы держим исключител­ьно на своей территории. Это наш щит. Так что устраивать дуэль со взаимными обвинениям­и я бы на их месте не стал — все равно счет не в их пользу будет. А европейцам бы посоветова­л: смотрите на наши учения, оценивайте наши и свои возможност­и и делайте правильные выводы.

 ?? ??
 ?? ??
 ?? ?? Делегация Общественн­ого совета при Минобороны с командован­ием военно-морской базы.
Делегация Общественн­ого совета при Минобороны с командован­ием военно-морской базы.
 ?? ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia