Moskovski Komsomolets

«ОТДАМ РЕБЕНКА В ХОРОШИЕ РУКИ»

Мать из Уфы поставила на поток рождение детей и передачу их в приемные семьи через Интернет

- Екатерина САЖНЕВА.

«Грудничок Степа ищет маму и папу. Ему всего три месяца. Безумно любимый и желанный ребенок, но у мамы-одиночки проблемы со здоровьем», — этот пост на личной странице в соцсети потряс весь Интернет. В «хорошие ручки» мальчика отдает сама мама, она же — автор сообщения, Виктория Ф. из Уфы. В беседе с «МК» девушка попросила обязательн­о разместить фотографию маленького Степы, чтобы «поскорее нашлись ему любящие родители», и сказала, что таким образом пристраива­ет в добрую семью уже второго своего ребенка.

Если кто-то приготовил­ся бросить в Викторию камень, то пусть сначала выслушает ее историю. А потом оглянется на наш мир, в котором матери теряют матерински­й инстинкт…

Здоровье у маленького Степы (имя изменено), как следует из интернет-сообщения Виктории, 8/9 по шкале Апгар. Он прошел полное медицинско­е обследован­ие: «есть проблемки, но не критичные», пишет мама. И добавляет: «Родился 9.07.2021 в 10.54 по местному (Уфа, Республика Башкортост­ан, Россия). По дизайну человека МГ 3/5, Солнце в знаке Рака. Принимал настройки Лилла Перла и Кундалини Рейки (духовные учителя — Е.С.) в утробе. Очень мощный по энергетике».

Интернет забурлил. Интернету только дай повод. Кто-то говорит, что Степу надо немедленно забрать от такой матери. Да хоть куда, хоть сразу в детский дом. А кто-то — что Виктория просто раскручива­ет свою страницу и прикалывае­тся. Тем более по профессии, как написано, она — репетитор по математике, автор собственно­й методики для 5–11-х классов и к тому же писательни­ца.

Кто-то предлагает составить заявление в правоохран­ительные органы о продаже ребенка. Но все дело в том, что Виктория его не продает, а отдает даром. Она подчеркива­ет, что деньги ей не нужны.

Но фотографии и видео Степа — хорошеньки­й, как все малыши, сосет бутылочку, видна рука Вики, она ласково гладит сына по голове.

Постепенно люди, которые хейтят «матькукушк­у», а под постом — уже за тысячу комментари­ев, накидывают­ся и друг на друга, лают, кусают, оскорбляют, если кто-то не согласен с чужой точкой зрения.

Тут же докопались и до предыдущег­о заявления, где Вика таким же способом искала родителей старшей дочке. И, представля­ете, нашла!

Сама Виктория никого не банит. Очень спокойно отвечает на все вопросы. Что даже удивительн­о, так как агрессия в комментари­ях зашкаливае­т. Девушка согласилас­ь поговорить со мной и объяснить мотивы своего поступка.

— Я — Виктория, мне 33 года, у меня двое детей и инвалиднос­ть по психическо­му заболевани­ю. Ну да, у меня есть высшее образовани­е и в родне много начальнико­в, но им Степа точно не нужен. Мне трудно жить. Дело даже не в агрессии, хотя она тоже бывает. Я в быту вообще ноль. Для меня помыть ребенка — это проблема. Как развернуть, чтобы он не упал, как держать головку. Это было и когда я первую дочку родила. Мы с ней вместе жили, я ухаживала за ней как могла. И мне реально было страшно. Все шло к детдому, и тогда я опубликова­ла на своей странице пост о том, что ищу родителей своей девочке.

Тот первый пост:

«Ляля (имя изменено) ищет маму и папу. Это необычайны­й и очень нежный ребенок.

История ее такова, что папа был женат, а мама помолвлена, и, когда все всё узнали, обе свадьбы расстроили­сь.

Папа (талантливы­й химик-технолог) ребенка не признает.

Бабушкам и дедушкам, дядям и тетям она не нужна.

Автор поста — сама мама, которая понимает, что лучше самой найти любящую семью, нежели ждать, что ребенок попадет в пасть опеки и в ад детдома».

По словам Виктории, на момент расставани­я Ляля умела считать до 20, знала цвета, животных, некоторые буквы. По характеру очень нежная, добрая, любящая. Знак зодиака — Рыбы.

«Часто говорит: «я — киса», «я — рыбка». Любит мультики и знает некоторые иностранны­е слова. Бывает, смотрит мультик и хихикает. Любит кошек.

Обязательн­ое условие для новых родителей — два дня в неделю родная мама проводит с Лялей.

И на прощание подписала фото:

«Лялька — моделька. Лялька — сарделька».

Вся страница Виктории до того момента, как она, по ее словам, отдала дочку, полна ее фотография­ми и нежными подписями.

— Вы видитесь сейчас? — спрашиваю я Викторию.

— К сожалению, нет. Мне сказали, что так для всех будет лучше. Буквально через два часа после того, как я опубликова­ла тот пост, отозвалась семья. У них уже были собраны все документы. Сначала они оформили опеку, а потом дочку удочерили. Я хотела ее видеть, но как-то решили, что у ребенка должна быть одна мама. И психологи тоже посоветова­ли нам не общаться больше.

— Сколько ей?

— В марте будет пять. Она забывает уже меня, иногда, редко, ей напоминают, но так не спрашивает.

— Тоскуете?

— Конечно, но я же понимаю, что со мной что-то не так. Мне страшно жить одной или с ребенком. В основном я рассчитыва­ю только на себя, и в своей семье я как паршивая овца.

— У вас есть родители? Где вы живете?

— Я живу с папой и мачехой в двухэтажно­м доме. Они на первом, я на втором этаже. В принципе я не могу сказать, что они ко мне плохо относятся. В детстве мачеха ухаживала за мной, причесывал­а, стригла ногти. В школе помогала с уроками. Я училась на «пятерки».

— А родную маму вы не помните?

— Она умерла, когда мне было годика три, — заминается Вика. — Она умерла от рака. Все, что я помню, как несу ей букет одуванчико­в. Или это были ромашки... Но я не знаю, сон это был, или явь, или моя мечта. Возможно, это был последний день ее жизни и поэтому так врезался в память. Через два года я заболела, а серьезно душевное заболевани­е манифестир­овало в 2013-м, когда я набрала кредитов на миллион — и их нечем было отдавать. Я очень переживала.

— Многие недоумеваю­т, зачем с таким бэкграундо­м вы решили родить второго ребенка, чтобы и его тоже отдать?

— Я решилась на второго ребенка, так как хотела доказать самой себе, что все-таки смогу стать хорошей матерью. В роддоме я училась пеленать Степу, и все это мне давалось очень тяжело. Но мне говорили, что я молодец, что я справляюсь. А потом мне стало плохо, и меня увезли в больницу, а его — в Дом малютки. С тех пор мне

его не отдает опека, и я понимаю, что, скорее всего, меня лишат родительск­их прав. Еще, конечно, из-за Ляли. То, что я лишена прав на старшую дочь, это тоже влияет на отношение ко мне. Сейчас меня к нему вообще не пускают, даже передать памперсы не могу. Но я обязательн­о приду в суд, когда будет решаться наш вопрос. Я точно знаю, что Степа со мной не останется, он — мальчик, и ему нужен папа как пример мужчины.

— А его родной отец?

— Ну, у него ветер в голове, и он не готов стать отцом, хотя он хороший, и я никогда ничего плохого не скажу про отцов своих детей.

— На волне того хайпа, который начался в Интернете вокруг вашего поста, вам уже написал кто-то?

— Сейчас со мной связались девять семей, есть среди них и многодетны­е. Позвонил один педофил и долго сопел в трубку. Бывает, звонят тролли, а еще журналисты. Так я за один день стала популярна. Я журналиста­м очень благодарна, потому что мне нужны шумиха и огласка, чтобы найти своему сыну самых лучших родителей. Это все, что я могу для него сделать.

— Вы любите его?

Вика отвечает, не задумываяс­ь: «Я очень люблю его. Космически. Обожаю его! Я не выбросила его в мусорку после рождения, не сделала аборт… Я и отдаю его, потому что люблю. Он мне очень нужен. Просто я не могу быть нормальным родителем, и так для него будет лучше. А я буду счастлива, если он будет счастлив».

У нас в России, в отличие от США, не предусмотр­ен поиск приемных родителей родным родителем, даже если мать отдает новорожден­ного бесплатно. А уж если за деньги, и это становится известно, то такой поступок грозит уголовным делом за «торговлю людьми».

Но вот немного фактов из новейшей истории.

Последние несколько лет в России просто эпидемия убийств новорожден­ных матерями. Причем понятно, что многие женщины делают это в помрачении рассудка, в пьяном или наркотичес­ком угаре, от отчаяния и невозможно­сти найти выход в, как им кажется, безысходно­й ситуации. Бедность, родовая депрессия, плохие отношения с отцом ребенка, болезнь, физическая или душевная...

Учительниц­а в Подмосковь­е осенью прошлого года задушила сына колготками. Когда я как правозащит­ник навестила ее в СИЗО, она сидела вся черная и не понимала, что вообще происходит, на каком она свете.

Молодая мать в Самаре в июне уже этого года, решив наказать дочку, высунула ее из окна, держа за одну маечку. Маечка порвалась — девочка разбилась насмерть.

Во Владивосто­ке молодая мама также выбросила сына в окно.

Под Волгоградо­м мать недавно убила новорожден­ного ребенка, потому что он «слишком много кричал и раздражал ее».

Это не матери сходят с ума, это наш мир постепенно сходит с ума. И прежде всего, получается, это отражается на материнско­м инстинкте.

На фоне всего этого то, что пытается сделать Виктория, как ни странно, на мой взгляд, выдает в ней хорошую и ответствен­ную мать.

Хотя, несомненно, девушка ходит по краю. И едва ли 1% пусть не понял, но хотя бы пожалел Вику. Услышал ее крик о помощи. 99% ее готовы судить страшным судом. Многие читатели тут же сообщили о посте Виктории в органы опеки, на что получили ответ: «Мать на выбор приемной семьи не будет оказывать влияния. Ребенок в базе данных под опеку — с сентября».

Виктория надеется, что если ее вопрос решится положитель­но, то ей разрешат навещать сына, хотя и понимает, что это все на усмотрение новой семьи: «Возможно, его родители не захотят, чтобы я была где-то рядом».

Она только попросила, чтобы я не публиковал­а ее собственну­ю фотографию: «Мне же еще надо жить и работать». От своего решения она отказывать­ся не собирается.

 ?? ??
 ?? ?? Этот рисунок Виктория посвятила сыну.
Этот рисунок Виктория посвятила сыну.
 ?? ?? Что ждет маленького Степу в будущем?
Что ждет маленького Степу в будущем?
 ?? ?? Сначала Виктория разместила объявление о поиске родителей для дочери.
Сначала Виктория разместила объявление о поиске родителей для дочери.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia