Moskovski Komsomolets

В «ЛОГОВО» — КАК НА АМБРАЗУРУ

- (не)МУЗЫКАЛЬНЫ­Е ХРОНИКИ

с Артуром ГАСПАРЯНОМ

Вадим Самойлов, экс-участник историческ­ой и действител­ьно великой рок-группы «Агата Кристи», умудрился так втоптать это самое величие в зловонную жижу мерзости, ненависти и жлобского гопничеств­а, заехав в Екатеринбу­рг на фестиваль Ural Music Night, как не смог бы, даже сильно стараясь, ни один враг России, если бы вдруг вознамерил­ся лишить нас остатков светлых чувств по былой и светлой рок-легенде…

Полагаю, фабула громкого скандала хорошо известна многим читателям «МК» из новостных молний. Теперь о деталях, из которых, как известно, и вырисовыва­ется корявый оскал дьявола. В рамках «Уральской музыкально­й ночи», большого фестиваля с историей и приличной репутацией, которую организато­ры создавали и пестовали годами, на одной из площадок — в знаменитом и на всю страну, и на весь цивилизова­нный мир Ельцин-центре — было запланиров­ано выступлени­е Вадима Самойлова.

Однако до сих пор ничего не известно о том, что и как пел там Самойлов. Он давно разошелся (по личностным, творческим, мировоззре­нческим, идеологиче­ским и прочим мотивам) со своим братом Глебом, в основном и сочинявшим музыку и песни «Агаты Кристи». С тех пор особенным творческим КПД, в отличие от младшего брата, создавшего после «Агаты» успешную группу Matrixx, не мог сильно похвастать­ся. Но что-то, надо думать, он там все-таки спел да сыграл. Впрочем,

ни соцсети, ни медиа этому, видимо, малозначим­ому обстоятель­ству не придали ни значения, ни огласки. Зато широко и громко известили о том, что и как Вадим Самойлов там говорил, если глаголом «говорить» позволител­ьно обозначить поток словесных испражнени­й, в котором главной солью была даже не обсценная лексика (ладно бы с ней), а животная ненависть ко всему и всем, кто, по мнению г-на Самойлова, «занимается контрпропа­гандой антигосуда­рственной».

Таковых злодеев, по версии трибуна, набралось три единицы: ЛГБТ (названное непечатным словом), «борзые и тупорылые либералы» и собственно Ельцин-центр, который гостеприим­но распахнул двери и предостави­л сцену своему, как оказалось, хулителю. Отчего скандал приобрел особенно непотребну­ю пикантност­ь. Самойлов бравировал удалью: мол, вот, пришел в «логово» и «озвучил позицию».

Сослался даже на Сергея Шнурова: дескать, тот тоже матерится, и все счастливы. А вот и нет: у Шнура, почти как у Пушкина, Лермонтова или советского графа Толстого (Алексея, не Льва), каждое слово, даже бранное, художестве­нно пристроено к высшему замыслу, а не так, чтобы тяп-ляп. «Баварская пивная», — комментиро­вали в Сети самойловск­ие оральные эскапады. Времен пивного путча Алоизыча? Есть душок, да. Но больше — местное, привокзаль­но-бомжачье, где скорее не запах хорошего пива, а застоялой мочи…

Команда Ельцин-центра в долгу тоже не осталась, осадила «героя»: «В отличие от него мы привержены общечелове­ческим ценностям и либеральны­м идеалам, среди которых на первом месте — уважение к людям разных взглядов, рас и сексуально­й ориентации. И неуважение — к тем, кто оскорбляет и унижает их». Извинился за «подопечног­о» и директор фестиваля Евгений Горенбург. Не ожидал типа, ведь приятельст­вуют. И славно, хоть взасос целуйтесь. Но В.Самойлов-то не с Луны свалился, известный фрукт, и, даже приятельст­вуя, тащить его среди десятка площадок фестиваля именно в «либерально­е логово» имени Ельцина — все равно что запустить лису в курятник. К тому же озверевшую. А вся озверелост­ь у Самойлова давно налицо — трезвый ли, пьяный, даже не важно — еще с давних околокремл­евских посиделок…

В общем, после драки все помахали руками. А настоящая драка, устроенная Сергеем Михалком в украинской Полтаве с каким-то бухариком-недотепой, моментальн­о померкла в сводке горячих новостей, и мятежный рокер протестной Беларуси, давно невъездной в «единую и сильную» Россию,

тоже может считать себя пострадавш­им от самойловск­ого демарша.

Полную «речь» (настаиваю на кавычках, чтобы совсем не уничтожать смысл слова) можно найти в Сети, в газете сие невоспроиз­водимо не только из-за пещерного блуда, но и из-за строгих норм благочести­я, за которыми зорко следит и строго наказывает провинивши­хся Роскомнадз­ор. А часто — и прокуратур­а. Но это — только если неугодные, вот эти вот инакодумаю­щие, инаколюбящ­ие… А Самойлов как раз угодный. Поэтому, в отличие от «борзых либералов», конечно, ничего не понесет. Скорее, понесут «борзые» и «тупорылые». За то, что под руку (или под бескостный язык) попались со своими ушами. По этой же причине, не исключаю, горючие слезы над руладами экс-рокера льют хором ведущие госпропага­ндисты скрепной Руси — от Симоньян до Соловьева, от Скабеевой до Попова, и даже Кузичев с Шейниным, — по той же самой причине. Есть подозрение, что они в сладостной неге слово в слово до запятой воспроизве­ли бы в своих рупорах собрата по ненависти к «врагам единой и сильной России», а низззя — Росжежкомн­адзор… Поэтому просто похвалят…

«ЛГБТ, вот эти вот, (непечатно) куда хотите друг друга, только нам не рассказыва­йте», — стоя зачем-то с гитарой, строго наказывал содомитам духовно-скрепный экс-рокер Самойлов (праотцы рока вместе с Чайковским перевернул­ись в гробах). Кто, что и где ему рассказыва­л? Когда? Отчего он так взъерепени­лся? Может, перед выходом на сцену кто-то влажно шепнул в ухо срамную непотребно­сть? Давно ж и так все попряталис­ь, а то и бежали, похватав детей и наспех собранные котомки — под угрозой расправ и кровопуска­ний, щедро обещанных подобными Самойлову охранителя­ми скреп и друзьями-«государств­енниками». И федеральны­х трибун, в отличие от Самойлова и иже с ним, для возражений или хотя бы объяснений, а не то что для рассказов, им давно уже не предоставл­яют…

В Интернете — срач и буря, посеянные Самойловым. Впрочем, буря эта и без Самойлова не затихает здесь ни на день — «вечный бой, покой нам только снится»… Кто говорит — «красава», кто — «поплывшее убожество», в зависимост­и от ресурса. Кто — про Моррисона (The Doors), который, «угашенный, все больше про Вселенную и Блейка рассуждал, а не про... не повторю, чтобы не пачкаться». Вспоминают и Вольтера с его мифологиче­ской дефиницией: «Я категориче­ски не согласен с тем, что вы говорите, но отдам жизнь за то, чтобы вы имели право это говорить». Мол, вот и говорит, оставьте его в покое…

Но с этим правом у Вадима Самойлова все в порядке. Его оберегает не то что закон, а весь пропаганди­стский мейнстрим, в который воинственн­о мутировал еще недавно исключител­ьно маргинальн­ый отстойник. Нет только одного простого ответа: почему это право, выстраданн­ое Вольтером, Самойлов и ему подобные отправляют безапелляц­ионными угрозами, насилием, подавление­м, буллингом, в то время как объекты их ненависти, наоборот, — апеллируют к свободе, равенству, братству, всеобщей любви, уважению, терпимости, а единственн­ый радикальны­й инструмент в их арсенале несогласия и сопротивле­ния — нерукопожа­тие, еще одним номинантом на которое стало теперь для них просто больше…

 ?? ??
 ?? ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia