Ис­кус­ство для че­ло­ве­ка, а не че­ло­век для ис­кус­ства

О раз­гра­ни­че­нии по­ня­тий «со­вре­мен­ное» и «ак­ту­аль­ное»

Nezavisimaya Gazeta - - СВОБОДНАЯ ТРИБУНА - Ни­ко­лай Пио­тров­ский

Неза­дол­го до спо­ров о филь­ме Алек­сея Учи­те­ля «Ма­тиль­да», с новой си­лой раз­го­рев­ших­ся вместе с на­ча­лом осен­не­го по­ли­ти­че­ско­го се­зо­на, про­изо­шло со­бы­тие, ка­за­лось бы, не име­ю­щее к этой те­ме пря­мо­го от­но­ше­ния. Ми­ни­стер­ство куль­ту­ры за­ка­за­ло двум ува­жа­е­мым мос­ков­ским ин­сти­ту­там – Го­су­дар­ствен­но­му ин­сти­ту­ту рус­ско­го язы­ка им. А.С. Пуш­ки­на и Рос­сий­ско­му на­уч­но-ис­сле­до­ва­тель­ско­му ин­сти­ту­ту куль­тур­но­го и при­род­но­го наследия име­ни Д.С. Ли­ха­че­ва – экс­пер­ти­зу двух сло­во­со­че­та­ний, ко­то­рые в по­след­ние го­ды ста­ли ча­ще мель­кать в по­все­днев­ной и неспе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ной ре­чи в со­вер­шен­но от­лич­ном друг от дру­га зна­че­нии. Сло­во­со­че­та­ния эти «ак­ту­аль­ное ис­кус­ство» и «со­вре­мен­ное ис­кус­ство».

Экс­пер­ты, не меш­кая, да­ли со­вер­шен­но опре­де­лен­ный от­вет: «То, что яв­ля­ет­ся ак­ту­аль­ным, обя­за­тель­но со­вре­мен­но. То, что со­вре­мен­но, не обя­за­тель­но ак­ту­аль­но». Сле­дуя этой про­стой и яс­ной ло­ги­ке рус­ско­го язы­ка (в ко­то­ром, как на это спра­вед­ли­во ука­зы­ва­ют спе­ци­а­ли­сты по язы­ко­зна­нию, «се­ман­ти­ка при­ла­га­тель­но­го «со­вре­мен­ный» ши­ре се­ман­ти­ки при­ла­га­тель­но­го «ак­ту­аль­ный»), Ми­ни­стер­ство куль­ту­ры со­ста­ви­ло два ре­ко­мен­да­тель­ных опре­де­ле­ния, ко­то­рые разо­сла­ло в пись­мен­ном ви­де во все ор­га­ны управ­ле­ния куль­ту­рой ис­пол­ни­тель­ной вла­сти субъ­ек­тов Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции. Со­глас­но это­му опре­де­ле­нию, «со­вре­мен­ное ис­кус­ство» это лишь то ис­кус­ство, ко­то­рое тво­рит­ся со­вре­мен­ни­ка­ми, а «ак­ту­аль­ное» то, что «со­дер­жит в се­бе смысл, в ко­то­ром нуж­да­ет­ся со­вре­мен­ное об­ще­ство… вне за­ви­си­мо­сти от вре­ме­ни со­зда­ния».

Со­бы­тие это про­шло со­вер­шен­но неза­ме­чен­ным. Но во­прос о де­фи­ни­ции, то есть об опре­де­ле­нии гра­ни­цы то­го или ино­го по­ня­тия, пред­став­ля­ет­ся нам чрез­вы­чай­но важным. Ес­ли с «со­вре­мен­ным» все бо­лее или ме­нее по­нят­но, то во­круг «ак­ту­аль­но­го» сра­зу воз­ни­ка­ет мно­же­ство мел­ких про­блем и недо­го­во­рок. Ка­кое об­ще­ство или ка­кую часть об­ще­ства счи­тать со­вре­мен­ны­ми? В ка­ком смыс­ле нуж­да­ет­ся это об­ще­ство и кто этот смысл при­ду­мы­ва­ет и опре­де­ля­ет? И ес­ли на ак­ту­аль­ность не вли­я­ет вре­мя со­зда­ния про­из­ве­де­ния ис­кус­ства, то ка­кую ис­то­ри­че­скую эпо­ху пред­ла­га­ет­ся взять за об­ра­зец для со­вре­мен­но­го об­ще­ства, ведь в раз­ные эпо­хи гос­под­ство­ва­ли под­час про­ти­во­по­лож­ные друг дру­гу эс­те­ти­че­ские и эти­че­ские нор­мы?

Из­вест­ный фран­цуз­ский фи­ло­соф-пост­струк­ту­ра­лист, ав­тор по­ня­тия «борь­ба де­фи­ни­ций» Пьер Бур­дье пи­сал: « Имен­но это «ви­де­ние как»… ко­то­рое «чи­стые ху­дож­ни­ки» стре­мят­ся утвер­дить на­пе­ре­кор обыч­но­му ви­де­нию, яв­ля­ет­ся ос­но­во­по­ла­га­ю­щей точ­кой зре­ния… ко­то­рая опре­де­ля­ет пра­ви­ло до­пус­ка в по­ле: «да не вни­дет тот», кто не об­ла­да­ет точ­кой зре­ния, со­гла­су­ю­щей­ся или сов­па­да­ю­щей с ос­но­во­по­ла­га­ю­щей точ­кой зре­ния по­ля». Ис­хо­дя из это­го про­сто­го в сво­ей су­ти те­зи­са о том, что тот, кто за­ка­зы­ва­ет му­зы­ку, тот и ре­ша­ет, как имен­но ее ис­пол­ня­ют, ста­но­вит­ся аб­со­лют­но оче­вид­но, что борь­ба во­круг «Матильды» со­всем не иг­ра и не си­му­ля­к­ры, а прин­ци­пи­аль­ная и ре­аль­ная борь­ба за сим­во­ли­че­скую власть в про­стран­стве рос­сий­ской куль­ту­ры.

Нас пы­та­ют­ся убе­дить в об­рат­ном. В ко­лон­ке на «Геф­те­ре» ак­тер Элек­тро­те­ат­ра Ста­ни­слав­ский, на­при­мер, пи­шет: «Рос­сий­ские по­един­ки в рам­ках куль­тур­ной по­ли­ти­ки – вой­ны ви­ди­мо­стей». Про­ще го­во­ря, фейк, под­лог – ви­ди­мость про­ти­во­сто­я­ния. Дру­гой ав­тор, из­вест­ный по­ли- то­лог, опи­сы­ва­ет спо­ры во­круг «Матильды» как борь­бу «чер­но­со­тен­но­го пу­ри­та­низ­ма» и «дик­та­ту­ры «бор­де­ля», на­ме­рен­но по­ни­жая и при­ни­жая стиль раз­вер­нув­шей­ся дис­кус­сии. Тре­тий, ав­тор сай­та «Пра­во­сла­вие и мир», пи­шет, что « раз­мыш­ле­ния и экс­пе­ри­мен­ты все­гда бо­лее про­дук­тив­ны, чем ру­ти­на и ску­ка», под «ру­ти­ной и ску­кой», ко­неч­но же, под­ра­зу­ме­вая ис­кус­ство со свет­ской точ­ки зре­ния неак­ту­аль­ное, в том чис­ле и цер­ков­ное.

Так ка­кое же ис­кус­ство счи­тать ак­ту­аль­ным? С точ­ки зре­ния пра­во­сла­вия, всё и ни­ка­кое. Все по­то­му что Цер­ковь су­ще­ству­ет вне вре­ме­ни и вне ка­кой-ли­бо свет­ской хро­но­ло­гии. Стро­го го­во­ря, ва­жен толь­ко один про­ме­жу­ток: от пер­во­го при­ше­ствия Хри­ста и до вто­ро­го. В этом ко­рот­ком­ко­рот­ком, по­то­му что вре­мен­ном, про­ме­жут­ке не су­ще­ству­ет са­мо­го по­ня­тия ак­ту­аль­но­го или неак­ту­аль­но­го. По­это­му всё цер­ков­ное ис­кус­ство ак­ту­аль­но в той сте­пе­ни, в ка­кой оно слу­жит де­лу спа­се­ния че­ло­ве­ка. Ни­ка­кое, по­то­му что вместе со сме­ной эпо­хи и сто­ле­тия сме­ня­ет­ся и стиль, а как мож­но при­да­вать веч­но­му, низ­мен­но­му и ис­тин­но­му свой­ства, су­ще­ству­ю­щие лишь во вре­ме­ни, и толь­ко в свя­зи со вре­ме­нем свой смысл об­ре­та­ю­щие?

С то­го уг­ла зре­ния, ко­то­рое се­бе вы­бра­ло contempora­ry art (с ан­глий­ско­го «те­ку­щее, ны­неш­нее»), са­мо по­ня­тие «веч­но­го» не ак­ту­аль­но. Веч­ное – это что-то страш­ное, смут­ное, тем­ное, в кон­це кон­цов тай­ное. В этом смыс­ле «тай­ное» озна­ча­ет не про­сто за­кры­тое и недо­ступ­ное, но име­ю­щее власть над яв­ным, мир­ским и яв­лен­ном че­ло­ве­ку во вре­ме­ни. А со­вре­мен­ная куль­ту­ра не хо­чет и не же­ла­ет при­зна­вать да­же воз­мож­ность то­го, что над ней мо­жет су­ще­ство­вать ка­кая-то власть, кро­ме нее са­мой. По­это­му ста­вит на пье­де­стал веч­но­го все­го лишь вре­мен­ное.

В этой па­ра­диг­ме ак­ту­аль­но­го, а зна­чит вре­мен­но­го, есть толь­ко один непре­лож­ный за­кон: будь ак­туа­лен. Соз­дай си­ту­а­цию, в ко­то­рой о те­бе го­во­рят, при ко­то­рой ты неиз­беж­но на­хо­дишь­ся в цен­тре вни­ма­ния. Не име­ет зна­че­ния, как имен­но ты это­го до­бьешь­ся – сде­лай это! Од­на­ко во­прос «как» – это все­гда во­прос нрав­ствен­но­го за­ко­на. В церк­ви че­ло­век спа­са­ет­ся «как», де­ла­ет доб­рые де­ла «как», тво­рит мо­лит­ву «как»: са­ма хри­сти­ан­ская жизнь ста­но­вит­ся веч­ным во­про­сом: «как», «ка­ким об­ра­зом»? Из этой диа­лек­ти­ки об­ра­за хри­сти­ан­ско­го дей­ствия и рож­да­ет­ся хри­сти­ан­ское ис­кус­ство, и имен­но по­это­му оно все­гда стре­мит­ся в се­бе са­мом во­пло­щать не толь­ко бо­го­слов­скую, но и нрав­ствен­ную идею.

Ак­ту­аль­ное же ис­кус­ство нрав­ствен­ным быть не мо­жет по сво­ей соб­ствен­ной су­ти. Ис­пол­няя непре­лож­но за­по­ведь ак­ту­аль­но­сти, оно од­но­вре­мен­но от­ка­зы­ва­ет се­бе в са­мой воз­мож­но­сти ис­пол­нять за­по­ве­ди Хри­ста. По­это­му хри­сти­ане и от­но­сят­ся с та­ким недо­ве­ри­ем и по­до­зре­ни­ем ко все­му, что с лег­кой ру­ки куль­тур­ной эли­ты объ­яв­ля­ет­ся ак­ту­аль­ным, им за­по­ве­до­ва­ли: «Не со­би­рай­те се­бе со­кро­вищ на зем­ле».

По этой же при­чине борь­ба во­круг «Матильды» – это не фейк, не об­ман и не си­му­лякр. Это борь­ба вре­мен­но­го, ко­то­рое «моль и ржа ис­треб­ля­ют и… во­ры под­ка­пы­ва­ют и кра­дут» (Мф 6:19), и веч­но­го, ко­то­рое все­гда стре­мит­ся стать «стол­пом и утвер­жде­ни­ем ис­ти­ны».

По­это­му глав­ный во­прос борь­бы де­фи­ни­ций во­круг ис­кус­ства это во­прос, по­став­лен­ный реб­ром: че­ло­век для ис­кус­ства или ис­кус­ство для че­ло­ве­ка?

Ни­ко­лай Алек­сан­дро­вич Пио­тров­ский – пуб­ли­цист.

Фо­то РИА Но­во­сти

Для ве­ру­ю­щих ак­ту­аль­но толь­ко цер­ков­ное ис­кус­ство.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.