Гу­ляй, шаль­ная «Ма­тиль­да»

В про­кат вы­хо­дит ре­зо­нанс­ный фильм Алек­сея Учи­те­ля

Nezavisimaya Gazeta - - КУЛЬТУРА - На­та­лия Гри­го­рье­ва

Кар­ти­на про ро­ман бу­ду­ще­го им­пе­ра­то­ра Ни­ко­лая II и ба­ле­ри­ны Ма­тиль­ды Кше­син­ской, так уж слу­чи­лось, ста­ла са­мым ожи­да­е­мым ки­но­со­бы­ти­ем го­да. Дол­гие ме­ся­цы обос­но­вав­ша­я­ся в Москве экс-про­ку­рор Кры­ма На­та­лья По­клон­ская ве­ла про­тив «Ма­тиль­ды» мас­штаб­ную кам­па­нию в ду­хе «не смот­рел, но осуж­даю», пы­та­ясь убе­дить всех в том, что ав­то­ры лен­ты оскорб­ля­ют па­мять ца­ря-му­че­ни­ка и чув­ства ве­ру­ю­щих. В ито­ге до­шло до пря­мых угроз Алек­сею Учи­те­лю и атак на ки­но­те­ат­ры – эта опас­но аб­сурд­ная си­ту­а­ция лю­бо­го здра­во­мыс­ля­ще­го че­ло­ве­ка ав­то­ма­ти­че­ски пре­вра­ти­ла в за­щит­ни­ка «Ма­тиль­ды». Но опять-та­ки важ­но от­ме­тить, за­щит­ни­ка с точ­ки зре­ния не ху­до­же­ствен­ных до­сто­инств про­из­ве­де­ния, а об­ще­ствен­но­го (а то и об­ще­ствен­но- по­ли­ти­че­ско­го, коль Цер­ковь с неко­то­рых пор иг­ра­ет в Рос­сии роль ед­ва ли не пра­вя­ще­го ин­сти­ту­та) яв­ле­ния – фильм к это­му мо­мен­ту все еще по­чти ни­кто не ви­дел. И вот на­ко­нец при­шло вре­мя пред­мет­но­го раз­го­во­ра. И как хо­те­лось бы в этот мо­мент, что­бы «Ма­тиль­да» ока­за­лась хо­ро­шим ки­но – увы…

Ми­ни­маль­ная в дан­ном слу­чае ху­до­же­ствен­ная цен­ность кар­ти­ны, ко­неч­но, не по­вод угро­жать ав­то­рам и по­тен­ци­аль­ным зри­те­лям – в этом смыс­ле гос­по­же По­клон­ской и ее по­клон­ни­кам нет оправ­да­ния. Тем бо­лее что оскор­бить «Ма­тиль­да» мо­жет раз­ве что чув­ство пре­крас­но­го. К ре­аль­ной ис­то­рии Рос­сии это аля­по­ва­тое, на гра­ни кит­ча дей­ство име­ет весь­ма опо­сре­до­ван­ное от­но­ше­ние, да­же на уровне всем из­вест­ных фак­тов. Но это и не долж­но быть ос­нов­ным кри­те­ри­ем оцен­ки, ко­гда речь идет о про­из­ве­де­нии ис­кус­ства – не пре­ступ­ле­ние слег­ка ис­ка­жать фак­ты, это на­зы­ва­ет­ся ху­до­же­ствен­ным вы­мыс­лом.

Кше­син­ская, сыг­ран­ная поль­ской ак­три­сой Ми­ха­ли­ной Оль­шан­ской, в филь­ме ско­рее де­вуш­ка лег­ко­го по­ве­де­ния, а не по­вли­яв­шая на ста­нов­ле­ние шко­лы рус­ско­го ба­ле­та тан­цов­щи­ца, Ни­ко­лай II в ис­пол­не­нии Лар­са Ай­дин­ге­ра – без­воль­ный и оза­бо­чен­ный ду­ра­чок, всю до­ро­гу бе­га­ю­щий по двор­цу за юб­кой-пач­кой, все осталь­ные – будь то ре­аль­ные или вы­мыш­лен­ные со­би­ра­тель­ные об­ра­зы – от­ча­ян­но хва­та­ют­ся за вы­де­лен­ные им бес­по­щад­ным мон­та­жом кус­ки экран­но­го вре­ме­ни, как за спа­са­тель­ные кру­ги. Боль­ше всех до­ста­лось Да­ни­ле Коз­лов­ско­му, чей ге­рой по име­ни Во­рон­цов вы­сту­па­ет в ко­ми­че­ском ам­плуа «при­не­си-по­дай» и в че­ты­рех из пя­ти сцен ли­бо та­ра­щит­ся на зри­те­ля из стек­лян­ной боч­ки с во­дой, где его пы­та­ют, ли­бо мол­ча и мно­го­зна­чи­тель­но смот­рит на про­ис­хо­дя­щее из-за ка­ко­го-ни­будь ку­ста, хо­тя за­ду­ман, мож­но пред­по­ло­жить, как ро­ко­вой и тра­ги­че­ский пер­со­наж.

Схо­жая участь по­стиг­ла и немец­ко­го ре­жис­се­ра То­ма­са Остер­май­е­ра – ру­ко­во­ди­тель те­ат­ра «Шау­бюне» по­пал в «Ма­тиль­ду» как кур во щи, за ком­па­нию с кол­ле­га­ми Ай­дин­ге­ром и Лу­и­зой Воль­фрам, сыг­рав­шей бу­ду­щую за­кон­ную су­пру­гу Ни­ко­лая Аликс. Всех тро­их по-че­ло­ве­че­ски жаль, осо­бен­но Ай­дин­ге­ра, ко­то­ро­му боль­ше всех до­ста­лось и в ре­аль­ной жизни (все та же По­клон­ская окре­сти­ла ар­ти­ста пор­но­ак­те­ром), и в экран­ной, где он с му­че­ни­че­ским ли­цом пы­та­ет­ся по­лу­чить до­ступ к те­лу Ма­тиль­ды, всем сво­им ви­дом слов­но пред­ве­щая ско­рое па­де­ние им­пе­рии и соб­ствен­ную тра­ги­че­скую кон­чи­ну. По­доб­ных мно­го­зна­чи­тель­ных зна­ков-сим­во­лов в филь­ме Учи­те­ля в из­быт­ке – про­сто празд­ник фа­та­ли­ста. Вот им­пе­ра­три­ца-мать Ма­рия Фе­до­ров­на ( Ин­геб­ор­га Дап­ку­най­те) уво­зит так и не опра­вив­ше­го­ся по­сле чу­до­вищ­ной ка­та­стро­фы на же­лез­ной до­ро­ге Алек­сандра III ( Сер­гей Гар­маш) ку­да-то в глубь двор­ца, в тем­но­ту, от­ку­да он так и не вер­нет­ся – тем­ные на­ста­ют вре­ме­на. Вот ко­ро­на па­да­ет с го­ло­вы Ни­ко­лая во вре­мя ко­ро­на­ции – дур­ной знак. А вот и сам он, уже офи­ци­аль­но при­няв ти­тул, фа­ке­лом под­жи­га­ет фей­ер­вер­ки на Ходын­ке, стоя на ко­ле­нях пе­ред усы­пан­ным те­ла­ми под­дан­ных по­лем, – за спи­ной взры­ва­ют­ся пе­тар­ды, звук ко­то­рых так на­по­ми­на­ет вы­стре­лы. Всем по­нят­но, что хо­тел ска­зать ав­тор?

Это для «Ма­тиль­ды» – мак­си­маль­ный уро­вень тра­гиз­ма. Боль­шая часть филь­ма на­по­ми­на­ет то ли трей­лер к мно­го­се­рий­но­му те­ле­ви­зи­он­но­му шоу бла­го­да­ря до­воль­но ха­о­тич­но­му и пре­зи­ра­ю­ще­му все за­ко­ны мон­та­жу, то ли клип на пес­ни Ири­ны Ал­ле­гро­вой про шаль­ную им­пе­ра­три­цу и млад­ше­го лей­те­нан­та. Му­зы­ки в кар­тине Учи­те­ля, к сло­ву, на удив­ле­ние ма­ло (ее пи­сал аме­ри­кан­ский ком­по­зи­тор Мар­ко Бел­тра­ми), и она зву­чит за кад­ром весь­ма тон­ко и де­ли­кат­но, что несвой­ствен­но рос­сий­ско­му ки­но, где в ка­че­стве саунд­тре­ка уже ждешь услы­шать при­вяз­чи­вый поп-хит.

Не по­ки­да­ет мысль, что По­клон­ская сво­и­ми дей­стви­я­ми со­слу­жи­ла филь­му двой­ную, а то и трой­ную служ­бу. По­чти пре­ступ­ную шу­ми­ху во­круг «Ма­тиль­ды», как ни пе­чаль­но, мож­но счи­тать непло­хой ре­кла­мой (чер- ный пи­ар по­рой дей­ству­ет ку­да эф­фек­тив­нее), ко­то­рая яв­но при­вле­чет в ки­но­те­ат­ры ку­да боль­ше зри­те­лей, чем за­слу­жи­ва­ет кар­ти­на, что, хо­чет­ся по­вто­рить, ни в ко­ей ме­ре не оправ­ды­ва­ет дей­ствий экс-про­ку­ро­ра и со­чув­ству­ю­щих ей пра­во­слав­ных ак­ти­ви­стов. С дру­гой сто­ро­ны, это же, ве­ро­ят­нее все­го, за­ста­ви­ло Учи­те­ля неод­но­крат­но кол­до­вать над мон­та­жом, ми­ни­ми­зи­руя рис­ки и вме­сте с тем пре­вра­щая кар­ти­ну, мно­го­обе­ща­ю­щую на уровне за­дум­ки, ак­тер­ско­го со­ста­ва, де­ко­ра­ций, в пло­хо со­бран­ное лос­кут­ное по­лот­но, ско­рее фарс, чем ис­то­ри­че­скую дра­му. Луч­ше все­го вы­ра­жен­ный в об­ра­зе на­чаль­ни­ка сыск­ной по­ли­ции Вла­со­ва ( Ви­та­лий Ки­щен­ко), пы­та­ю­ще­го­ся оста­но­вить шаль­ную ба­ле­ри­ну, об­ра­зу­мить на­след­ни­ка, не до­пу­стить сры­ва его ко­ро­на­ции и сва­дьбы с Аликс. В оди­ноч­ку – яс­ное де­ло, что дво­рец пре­вра­ща­ет­ся в про­ход­ной двор, а на Ходын­ке на­чи­на­ет­ся всем из­вест­ное по­бо­и­ще. Один в по­ле не во­ин, и, по­ка при­шед­ший по­гла­зеть на но­во­го ца­ря на­род топ­чет друг дру­га, неспо­соб­ный разо­рвать­ся на ча­сти Вла­сов в фи­на­ле опять-та­ки бро­са­ет­ся вслед за в оче­ред­ной раз про­рвав­шей­ся в цар­ские вла­де­ния Кше­син­ской. В от­ча­я­нии вос­кли­цая: «О, гос­по­ди!» Луч­ше и не ска­жешь.

Кадр из филь­ма

По­чти пре­ступ­ную шу­ми­ху во­круг филь­ма «Ма­тиль­да», как ни пе­чаль­но, мож­но счи­тать непло­хой ре­кла­мой.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.