Апо­ло­гия идео­ло­гии, или Ан­ти­дог­ма­ти­ка

Ком­мен­та­рии ав­то­ров к пер­во­ис­точ­ни­кам, ко­то­ры­ми они с бла­го­дар­но­стью поль­зо­ва­лись

Nezavisimaya Gazeta - - КОНЦЕПЦИЯ1­3 -

По­ня­тие «эй­дос» ста­ло фак­том об­ще­ствен­но­го со­зна­ния в Ев­ро­пе по­чти 2500 лет то­му на­зад. Пла­тон раз­ли­чил мир идей (идея – это то, что веч­но тож­де­ствен­но са­мо­му се­бе, все идеи уже име­ют­ся в на­ли­чии) и мир те­ней, или ве­щей (ре­аль­ность есть все­гда пре­вра­щен­ное, ис­ка­жен­ное во­пло­ще­ние веч­ной идеи) (см. «Го­су­дар­ство»).

Ин­те­рес­но, что ма­ло гре­че­ских по­ня­тий со­хра­ни­ли свой пер­во­на­чаль­ный вид, а вот по­ня­тию и тер­ми­ну «идея» бы­ла суж­де­на дол­гая жизнь. Оно впо­след­ствии ис­поль­зо­ва­лось в боль­шом ко­ли­че­стве фи­ло­соф­ских со­чи­не­ний Ев­ро­пы. Боль­шин­ству гре­че­ских по­ня­тий при вос­при­я­тии ан­тич­но­го фи­ло­соф­ско­го на­сле­дия на­шлись эк­ви­ва­лен­ты в род­ных язы­ках фи­ло­со­фов. Да и сре­ди вос­при­ня­тых без пе­ре­во­да тер­ми­нов ан­тич­ной фи­ло­со­фии пре­об­ла­да­ют ла­тин­ские тер­ми­ны, яв­ля­ю­щи­е­ся каль­кой гре­че­ских (рим­ляне да­же бо­гов за­им­ство­ва­ли у гре­ков, толь­ко пе­ре­име­но­ва­ли их). По­ня­тие идеи яв­ля­ет со­бой ед­ва ли не уни­каль­ный слу­чай пря­мо­го за­им­ство­ва­ния гре­че­ско­го тер­ми­на. От­сут­ствие в есте­ствен­ных ми­ро­вых язы­ках ана­ло­гов это­му по­ня­тию сви­де­тель­ству­ет о его вы­со­ком ка­те­го­ри­аль­ном ста­ту­се, а со­зна­тель­ное за­им­ство­ва­ние – об уровне и пло­до­твор­но­сти мыс­ли Пла­то­на, ухва­тив­шей в этом по­ня­тии сущ­ност­ное яд­ро.

Это раз­ли­че­ние до сих пор вла­де­ет ев­ро­пей­ски­ми ума­ми, как и его же «тех­но­ло­гия при­по­ми­на­ния » идей. Ес­ли все идеи уже есть, то во­прос толь­ко в том, как их « при­пом­нить » (см. «Ме­нон», раз­го­вор Со­кра­та с маль­чи­ком-ра­бом), то есть из­влечь из куль­тур­ной со­кро­вищ­ни­цы че­ло­ве­че­ства.

Ари­сто­тель до­вел ра­бо­ту с иде­я­ми до кон­струк­ции сил­ло­гиз­ма (см. Первую ана­ли­ти­ку), дер­жась в прак­ти­че­ских рам­ках по­зна­ва­тель­ной опе­ра­то­ри­ки.

Сле­ду­ю­щий шаг в раз­ра­бот­ке спо­со­бов ра­бо­ты с иде­я­ми и со­от­вет­ству­ю­ще­го ин­стру­мен­та­рия сде­лал Вит­ру­вий в сво­ей « De architectu­ra libri decem » , раз­ли­чив «раз­мыш­ле­ния», поз­во­ля­ю­щие удер­жи­вать це­лое все­го дей­ствия (в его слу­чае это це­лое ин­же­нер­ных про­ек­тов), и «изоб­ре­те­ния», да­ю­щие ре­ше­ние част­ных во­про­сов и про­ры­вы в незна­е­мое, на ос­но­ве ра­зу­ма: «Все это на­чи­на­ет­ся с раз­мыш­ле­ния и изоб­ре­те­ния. Раз­мыш­ле­ние есть ста­ра­тель­ность, пол­ная усер­дия, тру­до­лю­бия и бди­тель­но­сти, ве­ду­щая к же­лан­но­му ис­пол­не­нию пред­при­я­тия, а изоб­ре­те­ние есть раз­ре­ше­ние тем­ных во­про­сов и ра­зум­ное обос­но­ва­ние но­во­го пред­ме­та, от­кры­то­го жи­вой со­об­ра­зи­тель­но­стью». В сущ­но­сти, «Де­сять книг об ар­хи­тек­ту­ре» – это пер­вая из­вест­ная по­пыт­ка упа­ко­вать спо­со­бы мыс­ли­тель­ной ра­бо­ты в ин­же­нер­ном де­ле, где за­фик­си­ро­ва­на необ­хо­ди­мость от­де­ле­ния идеи от непо­сред­ствен­но­го про­цес­са ее ис­пол­не­ния, или ре­а­ли­за­ции, что­бы иметь воз­мож­ность управ­лять всем про­цес­сом осу­ществ­ле­ния за­мыс­ла. Вит­ру­вий об­суж­да­ет для это­го необ­хо­ди­мость со­зда­ния чер­те­жей как фор­мы фик­са­ции идей. Од­на­ко спо­соб со­зда­ния мас­штаб­ных чер­те­жей был раз­ра­бо­тан толь­ко в XVII ве­ке.

Осна­ще­ние мыс­ли­тель­ны­ми сред­ства­ми и ин­стру­мен­та­ри­ем ин­же­не­рии, хо­зяй­ство­ва­ния, управ­ле­ния, по­зна­ния и да­же во­ен­но­го де­ла осу­ществ­ля­лось че­ре­па­шьи­ми тем­па­ми, для но­во­вве­де­ний тре­бо­ва­лись ве­ка. Карл Маркс от­ме­тил это в «Ка­пи­та­ле»: «Про­из­вод­ство идей, пред­став­ле­ний, со­зна­ния пер­во­на­чаль­но непо­сред­ствен­но впле­те­но в ма­те­ри­аль­ную де­я­тель­ность и в ма­те­ри­аль­ное об­ще­ние лю­дей, в язык ре­аль­ной жиз­ни».

В схо­ла­сти­че­ский пе­ри­од связь мыс­ли с прак­ти­кой бы­ла за­бы­та и ста­ли за­ни­мать­ся фор­маль­ны­ми пра­ви­ла­ми ло­ги­ки, в сущ­но­сти, пра­ви­ла­ми из­ло­же­ния идей без оши­бок, а не пра­ви­ла­ми их «при­по­ми­на­ния » ( по­рож­де­ния). Здесь мож­но бы­ло бы при­ве­сти це­лое со­звез­дие имен, вклю­чая од­но­го па­пу Рим­ско­го, и огром­ный спи­сок ра­бот. В ин­же­нер­ном де­ле до XVII ве­ка по­пы­ток си­сте­ма­ти­зи­ро­вать ра­ци­о­наль­ные при­е­мы мыс­ли­тель­но­го обес­пе­че­ния дей­ствий то­же не бы­ло.

Но вот Петр Ра­мус со­мне­ва­ет­ся в при­год­но­сти сил­ло­гиз­ма как ин­стру­мен­та по­рож­де­ния идей: «Все, что ска­зал Ари­сто­тель, лож­но». Это бы­ла страш- ная ересь, при­ме­не­ние сил­ло­гиз­ма бы­ло цер­ков­ны­ми вла­стя­ми к то­му вре­ме­ни дог­ма­ти­зи­ро­ва­но и объ­яв­ле­но един­ствен­но вер­ным. Все, прав­да, мог­ло бы еще обой­тись, но в про­ек­те ре­фор­ми­ро­ва­ния Сор­бон­ны, пред­ло­жен­ном ко­ро­лю, Ра­мус ука­зал в ка­че­стве ос­нов­ных при­чин ре­ор­га­ни­за­ции то, что у тех, кто учит, нет ме­то­да, ос­но­ван­но­го на по­зна­нии че­ло­ве­че­ско­го ду­ха, и во­об­ще тех, кто учит чрез­мер­но мно­го. За это взбе­шен­ные про­фес­со­ра и уби­ли его в тихую Вар­фо­ло­ме­ев­скую ночь. Кста­ти, про­ект был все же ре­а­ли­зо­ван, и ря­ды про­фес­со­ров силь­но по­ре­де­ли – по­рож­ден­ная и вы­ска­зан­ная идея все­гда стре­мит­ся до кон­ца ре­а­ли­зо­вать за­ло­жен­ный в нее по­тен­ци­ал.

Бэкон, Де­карт и дру­гие про­дол­жи­ли де­ло Пье­ра Рамэ, а Джон Локк вслед за Де­кар­том и Гобб­сом про­бле­ма­ти­зи­ро­вал су­ще­ство­ва­ние идей apriori и, по­тра­тив 20 лет жиз­ни, сфор­му­ли­ро­вал дру­гую кон­цеп­цию: идеи яв­ля­ют­ся де­лом рук че­ло­ве­че­ских ( точ­нее душ, см. «Опыт о че­ло­ве­че­ском ра­зу­ме­нии») и по­яв­ля­ют­ся из внеш­не­го ( sensation) и внут­рен­не­го ( reflexion) опы­та, прой­дя несколь­ко транс­фор­ма­ций. Ком­плек­сы ощу­ще­ний, ко­то­рые да­ют нам на­ши ор­га­ны чувств, да­ют про­стые аб­стракт­ные идеи. Про­стые идеи за счет ре­флек­сии (спо­соб­но­сти ума об­ра­щать вни­ма­ние на спо­со­бы сво­ей соб­ствен­ной де­я­тель­но­сти) пе­ре­ра­ба­ты­ва­ют­ся и со­став­ля­ют­ся в слож­ные, а ци­кл « ком­плекс ощу­ще­ний – ре­флек­сия – идея » со­став­ля­ет еди­нич­ное вос­при­я­тие, из вос­при­я­тий опыт и скла­ды­ва­ет­ся. И пе­ре­вел все это в прак­ти­че­скую плос­кость, за­дав прин­ци­пы со­от­вет­ству­ю­щей си­сте­мы вос­пи­та­ния (см. «Мыс­ли о вос­пи­та­нии»).

Ин­те­рес­но, ка­кую роль в том, что имен­но ан­глий­ский язык яв­ля­ет­ся се­го­дня ми­ро­вым, а ан­гло­сак­сы пра­вят ми­ром (че­го во вре­ме­на Лок­ка яв­но не бы­ло), сыг­ра­ло ан­глий­ское об­ра­зо­ва­ние? Ко­неч­но, в си­стем­ной связ­ке с ост­ров­ным по­ло­же­ни­ем стра­ны, май­о­ра­том, пре­це­дент­ным пра­вом, Magna Charta Libertatum и дру­ги­ми фак­то­ра­ми.

Кон­ди­льяк не удо­вле­тво­рил­ся тем, что ре­флек­сия пре­об­ра­зу­ет ком­плек­сы ощу­ще­ний в мыс­ли по прин­ци­пу чер­но­го ящи­ка, ему нуж­но бы­ло опе­ра­ци­о­наль­ное опи­са­ние это­го про­цес­са, и он ввел для это­го но­вые по­ня­тия:

– си­сте­мы (как си­сте­мы зна­ний);

– зна­ка (как необ­хо­ди­мо­го эле­мен­та по­ня­тий и зна­ний);

– язы­ка (как по­ряд­ка идей): «Для всех осо­зна­ва­е­мых ум­ствен­ных дей­ствий тре­бу­ют­ся зна­ки, но дей­ствие ана­ли­за, с по­мо­щью ко­то­ро­го ра­зум по­зна­ет сам се­бя, пред­по­ла­га­ет ис­поль­зо­ва­ние не от­дель­ных зна­ков, а все­го язы­ка, то есть все­го уже сло­жив­ше­го­ся по­ряд­ка идей, ак­ту­а­ли­зи­ру­е­мо­го в дис­кур­се и ана­ли­зи­ру­е­мо­го с по­мо­щью него же». ( Кон­ди­льяк Э. Язык ис­чис­ле­ний.)

За­бы­тый в на­ше вре­мя Ан­ту­ан Де­стют де Тра­си в ожи­да­нии при­го­во­ра, а за­тем и каз­ни чи­тал в тюрь­ме Лок­ка и Кон­ди­лья­ка и, имея силь­но обострен­ное по­ни­ма­ние и ма­ло вре­ме­ни, «на­пи­сал для са­мо­го се­бя крат­кое из­ло­же­ние тех ис­тин, на ко­то­рые они рас­кры­ли мне гла­за». По при­го­во­ру он дол­жен был быть каз­нен 14 тер­ми­до­ра ( 1 ав­гу­ста 1794 г.), но пе­ре­во­рот 9 тер­ми­до­ра, про­ис­шед­ший пя­тью дня­ми рань­ше, от­пра­вил на ги­льо­ти­ну не его, а Ро­бес­пье­ра и ком­па­нию. Ему и Жа­ну Фу­рье, то­же при­го­во­рен­но­му к смер­ти, по­вез­ло боль­ше, чем Ла­ву­а­зье, казнь ко­то­ро­го вы­зва­ла зна­ме­ни­тое «Ре­во­лю­ция не нуж­да­ет­ся в ге­ни­ях», отра­вив­ше­му­ся по­сле аре­ста Кон­дор­се и мно­гих дру­гих из мыс­ля­щей бра­тии. Кста­ти, Ро­зе Жо­зе­фине Бо­гар­нэ пе­ре­во­рот 9 тер­ми­до­ра то­же спас жизнь и да­же устро­ил судь­бу, ее му­жа Алек­сандра успе­ли каз­нить, а ее нет, и осво­бо­див­ша­я­ся вдо­ва вскру­жи­ла го­ло­ву мо­ло­день­ко­му ге­не­ра­лу.

Тра­си из­би­ра­ет­ся, по­том воз­глав­ля­ет сек­цию ана­ли­за ощу­ще­ний, идей и зна­ков (!) в клас­се мо­раль­но-по­ли­ти­че­ских на­ук со­здан­но­го в 1795 го­ду На­ци­о­наль­но­го ин­сти­ту­та на­ук и ис­кусств вме­сто за­кры­тых ко­ро­лев­ских Ака­де­мий. Де­ла­ет в ин­сти­ту­те 20 июня 1796 го­да до­клад «Про­ект идео­ло­гии», где впер­вые в ми­ро­вой прак­ти­ке бы­ло упо­треб­ле­но са­мо это сло­во, пуб­ли­ку­ет в 1798 го­ду «Ме­му­ар о спо­соб­но­сти мыш­ле­ния», став­ший про­грамм­ной фик­са­ци­ей идей, лег­ших в ос­но­ву ин­тел­лек­ту­аль­но­го дви­же­ния «идео­ло­ги­стов», как они са­ми се­бя на­зы­ва­ли. Его сек­ция про­во­дит кон­кур­сы на те­мы «Вли­я­ние зна­ков на об­ра­зо­ва­ние идей», «Вли­я­ние при­выч­ки на спо­соб­ность мыс­лить» и др. Де Тра­си пуб­ли­ку­ет «Раз­мыш­ле­ние о про­ек­те па­зи­гра­фии», про­дол­жая ли­нию Де­кар­та, Джо­на Уил­кин­са, Лейб­ни­ца, и на­столь­ко втя­ги­ва­ет­ся в ре­ше­ние прак­ти­че­ской за­да­чи со­зда­ния эф­фек­тив­ных ме­то­дов мыш­ле­ния и дей­ствий как сред­ства пре­об­ра­зо­ва­ния об­ще­ства, что по­сле двух­днев­но­го раз­мыш­ле­ния от­кло­ня­ет при­гла­ше­ние ге­не­ра­ла Бо­на­пар­та при­нять уча­стие в еги­пет­ском по­хо­де в ка­че­стве бри­гад­но­го ге­не­ра­ла.

Он хо­чет ре­шить за­да­чу вос­пи­та­ния но­во­го граж­да­ни­на, осна­стив его спо­со­бом мыш­ле­ния, во-пер­вых, от­да­ю­ще­го се­бе от­чет в сво­ей при­ро­де и сво­их дей­стви­ях, во-вто­рых, охва­ты­ва­ю­ще­го всю сфе­ру по­зи­тив­но­го зна­ния и тем са­мым под­дер­жи­ва­ю­ще­го это зна­ние ак­ту­аль­ным, в-тре­тьих, де­ла­ю­ще­го про­стран­ство идей со­раз­мер­ным ин­ди­ви­ду­аль­но­му со­зна­нию. Кро­ме то­го, он хо­тел предот­вра­тить са­му воз­мож­ность идей дог­ма­ти­зи­ро­вать­ся, то есть ка­ме­неть и ста­но­вить­ся мерт­вой бук­вой. На­обо­рот, идеи долж­ны быть все вре­мя вос­про­из­во­ди­мы­ми в мыс­ли но­вых по­ко­ле­ний со всей пер­во­на­чаль­ной остро­той пе­ре­жи­ва­ния ис­ти­ны. В идео­ло­гии де Тра­си знак впер­вые ста­но­вит­ся соб­ствен­ным струк­тур­ным эле­мен­том лю­бо­го пред­став­ле­ния, он необ­хо­дим не толь­ко и не столь­ко для вы­ра­же­ния мыс­ли, сколь­ко для са­мо­го ее по­яв­ле­ния и даль­ней­ше­го раз­ви­тия.

Не рас­счи­ты­вая на пе­ре­дел­ку мыш­ле­ния взрос­лых, он пи­шет школь­ный учеб­ник для де­тей 12–14 лет «Про­ект [кур­са] эле­мен­тов идео­ло­гии для цен­траль­ных школ Фран­цуз­ской рес­пуб­ли­ки». В сле­ду­ю­щих из­да­ни­ях эта кни­га на­зы­ва­лась про­сто « Эле­мен­ты идео­ло­гии » (Elements d'ideologie) и пи­са­лась на про­тя­же­нии 1801–1815 го­дов. В пер­вой ча­сти этой ра­бо­ты, «Идео­ло­гия как та­ко­вая» ( Ideologie proprement dite, 1801), идео­ло­гия рас­смат­ри­ва­ет­ся как на­у­ка об иде­ях. На­у­ка идео­ло­гия пред­став­ля­ет со­бой ана­лиз че­ло­ве­че­ских спо­соб­но­стей, опи­ра­ю­щий­ся на кон­цеп­цию Кон­ди­лья­ка. Де­стют де Тра­си вы­де­ля­ет че­ты­ре спо­соб­но­сти че­ло­ве­ка, участ­ву­ю­щие в фор­ми­ро­ва­нии идей: чув­ства, па­мять, спо­соб­ность суж­де­ния, во­лю. Во вто­рой ча­сти ра­бо­ты, « Об­щая грам­ма­ти­ка » (Grammaire generale, 1803), из­ло­же­но уче­ние о зна­ках, с по­мо­щью ко­то­рых вы­ра­жа­ют­ся идеи. Тре­тья часть, « Ло­ги­ка » ( Logique, 1805), по­свя­ще­на обос­но­ва­нию ана­ли­ти­че­ско­го и син­те­ти­че­ско­го ме­то­дов по­зна­ния. В «Трак­та­те о во­ле и ее воз­дей­стви­ях » ( Traite de la volonte et de ses effets, 1815) речь идет о про­бле­мах мо­ра­ли, здесь ис­сле­ду­ет­ся про­ис­хож­де­ние че­ло­ве­че­ских же­ла­ний и их со­от­вет­ствие или несо­от­вет­ствие под­лин­ным це­лям жиз­ни.

Во вве­де­нии де Тра­си от­ме­ча­ет: «Я хо­чу в этой кни­ге не со­об­щать го­то­вые зна­ния, но лишь по­бу­дить вас за­ме­чать все то, что про­ис­хо­дит в ва­шем уме, ко­гда вы ду­ма­е­те, го­во­ри­те, рас­суж­да­е­те. Ибо иметь идеи, вы­ра­жать их сло­ва­ми и со­еди­нять их в рас­суж­де­нии суть три ве­щи раз­ные, но тес­но свя­зан­ные меж­ду со­бой».

«Мы не пре­сле­ду­ем иной це­ли, кро­ме как вни­ма­тель­но рас­смот­реть, что имен­но мы де­ла­ем, ко­гда ду­ма­ем, и из это­го за­клю­чить, что мы долж­ны де­лать, что­бы ду­мать пра­виль­но».

«Че­ло­век сна­ча­ла дей­ству­ет, за­тем раз­мыш­ля­ет о том, что он сде­лал, и тем са­мым обу­ча­ет­ся де­лать это луч­ше. Он по­лу­ча­ет пер­во­на­чаль­ное зна­ние ка­кой- ли­бо ве­щи, по­том его об­ду­мы­ва­ет; на­ко­нец, он это зна­ние ис­прав­ля­ет и со­вер­шен­ству­ет и, от­тал­ки­ва­ясь от него, дви­жет­ся даль­ше».

И, дви­га­ясь вслед за Кон­ди­лья­ком, ко­то­ро­го он счи­тал сво­им учи­те­лем, и Кон­дор­се, де Тра­си раз­ра­ба­ты­ва­ет си­сте­му школь­ных тре­ни­ро­вок тех че­ло­ве­че­ских ка­честв, ко­то­рые участ­ву­ют в « про­из­вод­стве » идей. По­след­ней его пуб­ли­ка­ци­ей в этом на­прав­ле­нии бы­ли « Прин­ци­пы ло­ги­ки, или Со­бра­ние фак­тов, ка­са­ю­щих­ся че­ло­ве­че­ско­го ума » ( Principes logiques ou Recueil de faits relatifs a l'intelligen­ce humaine, 1817).

В ин­же­не­рии то­же про­ис­хо­дят ра­ди­каль­ные из­ме­не­ния. За 20 лет до ре­во­лю­ции Гас­пар Монж раз­ра­ба­ты­ва­ет си­сте­му мыс­ли­тель­но­го обес­пе­че­ния ра­бо­ты ин­же­не­ров. Ecole Politechni­que бы­ла со­зда­на Мон­жем и Кар­но уже по­сле ре­во­лю­ции, в 1794 го­ду, его «На­чер­та­тель­ная гео­мет­рия» бы­ла опуб­ли­ко­ва­на толь­ко в 1799 го­ду, а до это­го спо­соб под­го­тов­ки фран­цуз­ских ин­же­не­ров, по­стро­ен­ный как гра­фи­че­ский язык ин­же­нер­ной де­я­тель­но­сти, два де­ся­ти­ле­тия дер­жал­ся в сек­ре­те и да­же ло­ка­ли­зо­ван был не в Па­ри­же, а в Ме­зье­ре. Вклад фран­цуз­ских ин­же­не­ров и управ­лен­цев в по­бе­ды Рес­пуб­ли­ки и Им­пе­рии был огро­мен, тот же Монж был мор­ским ми­ни­стром Фран­ции и обес­пе­чил тех­ни­че­скую го­тов­ность и ог­не­вую мощь фло­та, ко­то­рую без­дар­но уто­пил ад­ми­рал Виль­нёв при Абу­ки­ре и Тра­фаль­га­ре. Спо­соб ве­де­ния боя Виль­нё­ва не шел ни в ни­ка­кое срав­не­ние с ме­то­да­ми Нель­со­на. Кста­ти, ин­же­не­рия по-фран­цуз­ски – ingenierie, от ла­тин­ских ingenium – «ис­кус­ность » и ingeniare – « из­лов­чить­ся, раз­ра­бо­тать » , « вы­ду­мать», хо­чет­ся ве­рить, что по­ан­глий­ски – engineerin­g, не от engine.

Ан­ту­ан Де­стют де Тра­си был при жиз­ни бес­спор­ным пер­вым ин­тел­лек­ту­а­лом Фран­ции, и это в окру­же­нии та­ких имен, как Пьер-Си­мон Ла­плас, Ан­ту­ан Ла­ву­а­зье, Клод Бер­тол­ле, Ан­ту­ан Фур­круа, Ла­зар Кар­но, Фи­липп Пи­нель, Пьер Ка­ба­нис, Жорж Кю­вье, Жан-Ба­тист Ла­марк, Ан­дре-Ма­ри Ам­пер, Гас­пар Монж, Жо­зеф Ла­гранж, Жан Фу­рье, Луи Пу­ан­со, Ан­д­ри­ен Ле­жандр, Ог­ю­стен Ко­ши, Кон­стан­тин Воль­ней, Жан Ан­ту­ан Кон­дор­се, и мно­гих дру­гих…

Это все сплошь при­знан­ные ро­до­на­чаль­ни­ки, ос­но­ва­те­ли, пер­во­от­кры­ва­те­ли и ав­то­ры но­вых идей, по­лу­чав­шие ре­зуль­та­ты сво­ей ин­тел­лек­ту­аль­ной ра­бо­ты во мно­гом за счет при­ме­не­ния ме­то­дов и ин­стру­мен­тов, опи­сан­ных в «Эле­мен­тах идео­ло­гии» де Тра­си, они и са­ми вно­си­ли свой вклад в дви­же­ние « идео­ло­гов » , как их впер­вые обо­звал На­по­ле­он в 1800 го­ду. Всех этих лю­дей по­оди­ноч­ке он оце­ни­вал очень вы­со­ко, про­дви­гал и на­граж­дал, но очень жест­ко про­ти­во­сто­ял их кон­со­ли­да­ции и про- ти­вил­ся вли­я­нию их идей на умы фран­цу­зов. Ему не нуж­ны бы­ли по­ни­ма­ю­щие, нуж­но бы­ло немно­го мыс­ля­щих и мно­го вер­но­под­дан­ных. В 1803 го­ду он за­крыл класс мо­раль­но-по­ли­ти­че­ских на­ук На­ци­о­наль­но­го ин­сти­ту­та и все его сек­ции, в ре­зуль­та­те че­го де Тра­си пе­ре­шел во вновь со­здан­ный класс фран­цуз­ско­го язы­ка и ли­те­ра­ту­ры. На­по­ле­он неод­но­крат­но пред­при­ни­мал дру­гие дей­ствия и мно­го раз рез­ко вы­ска­зы­вал­ся по по­во­ду де­я­тель­но­сти «идео­ло­гов», Стен­даль в сво­ей «Жиз­ни На­по­лео­на» от­ме­ча­ет один та­кой слу­чай в 1808 го­ду, при из­бра­нии де Тра­си в вос­ста­нов­лен­ную Ака­де­мию: «Мо­нарх по­ру­чил де Се­г­ю­ру раз­де­лать­ся с фи­ло­со­фи­ей в Ака­де­мии, в день при­е­ма в чис­ло ее чле­нов гра­фа Тра­си. Бы­ло за­бав­но слы­шать, в ка­ких вы­со­ко­пар­ных вы­ра­же­ни­ях обер­ка­мер­гер осуж­дал бед­ную фи­ло­со­фию». По­сле мя­те­жа ге­не­ра­ла Ма­ле, ко­то­рый вклю­чил в спи­сок но­вых ми­ни­стров де Тра­си и еще двух «идео­ло­гов», бро­сив­ший ар­мию и при­мчав­ший­ся в Па­риж На­по­ле­он во­об­ще за­явил на за­се­да­нии Го­су­дар­ствен­но­го со­ве­та 21 де­каб­ря 1812 го­да: «Имен­но идео­ло­гии сле­ду­ет при­пи­сать все несча­стья Фран­ции, этой скры­той под мра­ком тео­рии сверх­чув­стви­тель­но­го, ко­то­рая, с из­во­рот­ли­во­стью до­ис­ки­ва­ясь до пер­во­при­чин, хо­чет за­ло­жить ос­но­ва­ние за­ко­но­да­тель­ства на­ро­дов, вме­сто то­го что­бы при­но­ро­вить за­ко­ны к зна­нию че­ло­ве­че­ско­го серд­ца и уро­кам ис­то­рии».

Кон­фликт с На­по­лео­ном тем не ме­нее не очень ме­шал ос­нов­но­му де­лу де Тра­си, но по­ра­же­ние На­по­лео­на это де­ло по­про­сту за­кры­ло. У Гер­це­на в « Бы­лом и ду­мах » есть та­кое на­блю­де­ние: «Я не мо­гу рав­но­душ­но прой­ти ми­мо гра­вю­ры, пред­став­ля­ю­щей встре­чу Вел­линг­то­на с Блю­хе­ром в ми­ну­ту по­бе­ды под Ва­тер­лоо. Я дол­го смот­рю на нее вся­кий раз, и вся­кий раз внут­ри гру­ди де­ла­ет­ся хо­лод­но и страш­но… Они толь­ко что сво­ро­ти­ли ис­то­рию с боль­шой до­ро­ги по сту­пи­цу в грязь – в та­кую грязь, из ко­то­рой ее в пол­ве­ка не вы­та­щат… Де­ло на рас­све­те… Ев­ро­па еще спа­ла в это вре­мя и не зна­ла, что судь­бы ее пе­ре­ме­ни­лись».

Раз­ра­бот­ка ме­то­дов, средств и ин­стру­мен­тов мыш­ле­ния – ин­те­гри­ру­ю­щая и прак­ти­че­ская на­прав­лен­ность фи­ло­соф­ской ра­бо­ты, даль­ше все­го про­дви­ну­тая дви­же­ни­ем «идео­ло­гов», бы­ла за­кры­та, по­бе­ди­те­лям На­по­лео­на не нуж­ны бы­ли ни по­ни­ма­ю­щие, ни мыс­ля­щие. Фи­ло­со­фия ста­ла при­гре­той ко­ро­ля­ми и им­пе­ра­то­ра­ми ака­де­ми­че­ской дис­ци­пли­ной, обособ­лен­ной как от на­ук, так и от прак­ти­ки, недо­ступ­ной для непо­свя­щен­ных, что очень нра­ви­лось са­мим фи­ло­со­фам. В ре­зуль­та­те она про­иг­ра­ла в изощ­рен­но­сти средств и ме­то­дов мыс­ли­тель­ной ра­бо­ты от­дель­ным на­прав­ле­ни­ям на­у­ки и усту­пи­ла свое ме­сто по­зи­ти­виз­му.

Карл Маркс счи­тал де Тра­си вы­ра­зи­те­лем огра­ни­чен­но­го бур­жу­аз­но­го сво­бо­до­мыс­лия, а са­мо сло­во «идео­ло­гия» сде­лал на­ри­ца­тель­ным, раз­ра­бо­тав по­ня­тие «пре­вра­щен­ная фор­ма со­зна­ния» и про­ти­во­по­ста­вив его на­уч­ной фор­ме, чем удру­жил идео­ло­гии не мень­ше, чем Вел­линг­тон с Блю­хе­ром. С тех пор с его тя­же­лой ру­ки все ту­да ее с удо­воль­стви­ем и от­но­сят, что в XIX, что в XX, что в XXI ве­ке. В ос­нов­ных ра­бо­тах по идео­ло­гии все­гда при­сут­ству­ет связь идео­ло­гии и мыш­ле­ния, но идео­ло­гии от­во­дит­ся ре­тро­град­ная, или ре­ак­ци­он­ная, функ­ция. До­ста­точ­но про­ци­ти­ро­вать «Идео­ло­гию и уто­пию» Кар­ла Ман­гей­ма, на­при­мер: «…че­ло­ве­че­ская де­я­тель­ность, ко­то­рая в те­че­ние дол­го­го вре­ме­ни не под­вер­га­ет­ся ра­ци­о­наль­но­му кон­тро­лю и кри­ти­ке, лег­ко мо­жет вый­ти из по­ви­но­ве­ния.

По­это­му нель­зя не счи­тать ано­ма­ли­ей на­шей эпо­хи то об­сто­я­тель­ство, что имен­но те ме­то­ды мыш­ле­ния, с по­мо­щью ко­то­рых мы при­ни­ма­ем са­мые важ­ные для нас ре­ше­ния, пы­та­ем­ся по­ни­мать и на­прав­лять на­шу со­ци­аль­ную и по­ли­ти­че­скую судь­бу, оста­лись непо­знан­ны­ми и недо­ступ­ны­ми ра­ци­о­наль­но­му кон­тро­лю и кри­ти­ке. Упо­мя­ну­тая ано­ма­лия ста­нет еще бо­лее чу­до­вищ­ной, ес­ли мы на­пом­ним, что в на­ши дни от пра­виль­ной оцен­ки и осмыс­ле­ния си­ту­а­ции за­ви­сит зна­чи­тель­но боль­ше, чем в про­шлые вре­ме­на».

«Стро­го го­во­ря, утвер­ждать, что ин­ди­вид мыс­лит, во­об­ще невер­но. Зна­чи­тель­но вер­нее бы­ло бы счи­тать, что он лишь участ­ву­ет в неко­ем про­цес­се мыш­ле­ния, воз­ник­шем за­дол­го до него. Он об­на­ру­жи­ва­ет се­бя в уна­сле­до­ван­ной си­ту­а­ции, в об­ла­да­нии со­от­вет­ству­ю­щи­ми дан­ной си­ту­а­ции мо­де­ля­ми мыш­ле­ния и пы­та­ет­ся раз­ра­бо­тать уна­сле­до­ван­ные ти­пы от­ве­та или за­ме­нить их дру­ги­ми для то­го, что­бы бо­лее адек­ват­но ре­а­ги­ро­вать на но­вые вы­зо­вы, явив­ши­е­ся след­стви­ем пре­об­ра­зо­ва­ний дан­ной си­ту­а­ции…»

«Кон­крет­но су­ще­ству­ю­щие фор­мы мыш­ле­ния не вы­ры­ва­ют­ся из кон­тек­ста то­го кол­лек­тив­но­го дей­ствия, по­сред­ством ко­то­ро­го мы в ду­хов­ном смыс­ле от­кры­ва­ем мир». И тут же Ман­гейм вво­дит два по­ня­тия идео­ло­гии – ча­стич­ной и то­таль­ной: «По­ня­тие ча­стич­ной идео­ло­гии ука­зы­ва­ет на фе­но­мен, за­ни­ма­ю­щий про­ме­жу­точ­ное по­ло­же­ние меж­ду про­стой ло­жью и тео­ре­ти­че­ски невер­но струк­ту­ри­ро­ван­ной точ­кой зре­ния (то­таль­ной идео­ло­ги­ей)».

Алек­сандр Зи­но­вьев: « 20 июня 1796 го­да в ре­во­лю­ци­он­ном Па­ри­же про­изо­шло со­бы­тие, имев­шее ни­чтож­ное вли­я­ние на ход ис­то­рии и оста­вив­шее ма­ло­за­мет­ный след в па­мя­ти че­ло­ве­че­ства, хо­тя по сво­ей су­ти оно долж­но быть от­не­се­но к чис­лу са­мых ха­рак­тер­ных яв­ле­ний ста­нов­ле­ния за­пад­низ­ма. В этот день в На­ци­о­наль­ном ин­сти­ту­те на­ук и ис­кусств, в сек­ции мо­раль­ных и по­ли­ти­че­ских на­ук, вы­сту­пил с до­кла­дом А. Де­стют де Тра­си, ли­дер груп­пы фи­ло­со­фов, по­лу­чив­ших на­зва­ние идео­ло­гов. Вид­ней­ши­ми пред­ста­ви­те­ля­ми этой груп­пы ста­ли Ка­ба­нис и Кон­дор­се. До­клад Де­стю­та де Тра­си на­зы­вал­ся «Про­ект идео­ло­гии». До­клад­чик пред­ло­жил про­ект обоб­ще­ния и си­сте­ма­ти­за­ции уче­ний вы­да­ю­щих­ся мыс­ли­те­лей Ф. Бэко­на, Лок­ка, Кон­ди­лья­ка, Гель­ве­ция и дру­гих в ви­де осо­бой «тео­рии тео­рий» или на­у­ки об иде­ях – идео­ло­гии. Позд­нее он из­ло­жил свой про­ект в кни­ге « Эле­мен­ты идео­ло­гии». Он не пре­тен­до­вал на то, что со­здал за­кон­чен­ное идео­ло­ги­че­ское уче­ние. Он рас­смат­ри­вал свое со­чи­не­ние как пер­вый на­бро­сок его. Су­ще­ствен­ное ме­сто в его про­ек­те за­ни­ма­ли мыс­ли об ис­поль­зо­ва­нии идео­ло­гии для усо­вер­шен­ство­ва­ния об­ще­ствен­но­го устрой­ства. По­сле крат­ко­го и нешум­но­го успе­ха « идео­ло­гов » их вли­я­ние со­шло на нет. На­по­ле­он на­звал их де­ма­го­га­ми и бол­ту­на­ми. Маркс на­звал Де­стю­та де Тра­си бур­жу­аз­ным док­три­не­ром. Иро­ния ис­то­рии тут за­клю­ча­лась в том, что На­по­ле­он сфор­ми­ро­вал­ся под вли­я­ни­ем идей пра­от­цов за­пад­ной идео­ло­гии ( Воль­те­ра, Мон­те­с­кье, Гель­ве­ция, Рус­со, Ма­б­ли, Воль­нея и дру­гих), а Маркс сам стал док­три­не­ром, прав­да – ан­ти­бур­жу­аз­ным».

«За­ме­чу кста­ти, что Де­стют де Тра­си пред­вос­хи­тил не толь­ко идео­ло­ги­че­ские уче­ния ком­му­ни­сти­че­ских стран XX ве­ка, но и мод­ные в се­ре­дине XX ве­ка идеи ме­та­тео­рий, ме­та­на­ук, ме­та­язы­ков».

«Труд­но ска­зать, по­явит­ся ли ко­гда-ни­будь че­ло­век, ко­то­рый воз­ро­дит идею Де­стю­та де Тра­си и со­здаст сум­мар­ное, обоб­щен­ное и си­сте­ма­ти­зи­ро­ван­ное уче­ние… Ско­рее все­го нет» (А. Зи­но­вьев. За­пад. Фе­но­мен за­пад­низ­ма).

Фото PhotoXPres­s.ru

Чем боль­ше тол­па, тем мень­ше она ду­ма­ет ра­ци­о­наль­но.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.