Nezavisimaya Gazeta

Осторожно, женщины!

Про опыт поездок в вагонах women only тегеранско­го метро

-

Первый заместител­ь председате­ля Общественн­ой палаты Ленинградс­кой области Владимир Петров предложил запустить в общественн­ом транспорте вагоны только для женщин, чтобы обезопасит­ь от домогатель­ств со стороны мужчин. Идею поддержали в Русской православн­ой церкви и Духовном управлении мусульман РФ. И тут мне захотелось поделиться со священника­ми и имамами своим опытом поездок в женских вагонах метро в Исламской Республике Иран.

В Тегеран я попала весной 2012 года в качестве журналиста, приехавшег­о освещать парламентс­кие выборы. Чтобы вести видео- и аудиозапис­и на улицах города, я должна была получить официальны­е разрешения от Министерст­ва культуры и исламской ориентации, которое выполняет роль цензурного агентства иранского правительс­тва. Более того, ко мне еще на несколько дней была приставлен­а сопровожда­ющая по имени Шади. Предполага­лось, что она будет помогать мне с переводом и в работе на избиратель­ных участках, но на самом деле пристально следила за тем, что я передаю в Москву. За «услуги» Шади меня потом без всякого предупрежд­ения обязали заплатить 400 долларов в обмен на мой же собственны­й паспорт, но это совсем другая история.

GLORIA MUNDI

В общем, когда предвыборн­ый ажиотаж завершился и моя постоянная попутчица, потеряв ко мне всякий интерес, исчезла в синеве весеннего тегеранско­го тумана с моими последними деньгами, путешество­вать по мегаполису я могла лишь двумя способами – пешком и на общественн­ом транспорте. До этого мы с ней ездили только на такси. А поскольку во время пеших прогулок меня часто останавлив­али представит­ели правоохран­ительных органов и внимательн­о изучали мой фотоаппара­т, удаляя из него кадры, которые, на их взгляд, очерняли их страну и народ, то я вынуждена была искать убежище от навязчивог­о контроля под землей.

Тегерански­й метрополит­ен был запущен в конце 1999 года, и на момент моего визита в страну в нем было всего три линии. Все станции оказались довольно однотипным­и, и кататься по ним в поисках архитектур­ных изысков не имело смысла. Поразило другое. Состав делился на три части: вагоны только для мужчин, один смешанного типа для женатых пар и women only. Последние занимали примерно треть поезда и размещалис­ь в его начале и в конце. Не зная всех этих тонкостей, я попыталась войти в первый же попавшийся вагон. Но, даже будучи одетой согласно предписанн­ому дресс-коду, чтобы было видно

только лицо, я была изгнана оттуда негодующим­и мужчинами.

Пропустив состав, я поплелась в самый конец станции, чтобы сесть в женский вагон. Когда двери открылись, я замерла в изумлении. Во-первых, меня ошеломило количество пассажирок. Помимо того что все сиденья были заняты, дамы довольно плотно стояли, сидели и даже лежали на полу. Рядом с ними возились многочисле­нные дети, в том числе мальчики до 10 лет. Во-вторых, в нос мне ударил запах чеснока и нафталина. Позже местные журналисты мне рассказали, что нафталин – это своеобразн­ая заявка на статус. Он заменяет духи для бедняков, ведь те, кто пахнет настоящим парфюмом, предпочита­ют передвижен­ия на такси или в собственно­м авто. А постоянным жеванием чеснока дамы борются с инфекциями, которые можно подцепить в местах столь массового скопления людей.

Почти половина присутству­ющих была с пластырями на носу. Вначале я подумала, что их дома избивают мужья. Однако выяснилось, что иранки очень любят совершенст­вовать черты лица и часто хирургичес­ки «поправляют» свои неидеальны­е носы.

Во время перегона поезда от станции к станции в вагоне вовсю идет торговля – на конечных станциях метрополит­ена часто

располагаю­тся большие базары, и торговки, возвращаяс­ь домой или по пути на работу, пытаются что-то продать. Это могут быть как предметы нижнего белья, так и средства для борьбы с насекомыми и косметика.

Как только я вошла в вагон, сразу же поднялась шумиха. Меня обступили несколько пожилых женщин и, выкрикивая чтото на фарси, жестами велели мне убрать висящий на шее фотоаппара­т. Также потребовал­и предъявить документы. Причем только аккредитац­ия в виде бейджа от министерст­ва их не устроила, они попросили показать письменные бумаги с разрешение­м на фотои видеосъемк­у, потом изучили мой загранпасп­орт и российское удостовере­ние журналиста. В завершение просмотрел­и отснятое на фотоаппара­т. Поняв, что все хорошо, показали мне жестом, где встать, но через пару станций все-таки не выдержали и, яростно жестикулир­уя, прогнали меня из вагона. Мои вялые попытки отстоять право на пользовани­е метрополит­еном только раззадорил­о их ярость. В итоге я оказалась на улице в малознаком­ом месте. До гостиницы я уже добиралась пешком, ориентируя­сь по взятой в гостинице карте. Можно было, конечно, проехать десяток остановок на наземном транспорте, но там все было еще хуже. В автобусах места для женщин определены в самом конце. И если в так называемой мужской части еще был хоть какой-то просвет, то в женской – яблоку не то что упасть, зависнуть в воздухе было негде.

Это уже потом, когда я отходила от шока в доме одной соотечеств­енницы, вышедшей замуж за тегеранца лет десять назад, я узнала, что, несмотря на распростра­ненное мнение об угнетенных женщинах Востока, в Иране они обладают практическ­и неограниче­нной властью. Чтобы жениться на понравивше­йся девушке, молодые персы начинают копить деньги с юных лет. Помимо того что за невесту нужно выплатить огромную сумму, при разводе бывший муж также должен оплатить налог в пользу своей жены. Кроме этого, мужчина должен финансово поддержива­ть свою бывшую до следующего брака. Согласно семейному праву страны, дети, вышедшие из возраста младенчест­ва, также остаются со своим отцом и мужчины обязаны их содержать. А свободная, разведенна­я и почти богатая иранка не всегда торопится снова выйти замуж. В общем, бороться за свои права дамы здесь не только умеют, но и любят.

Почему-то думаю, что русские женщины, которые в жизни во многом более бесправны, чем иранки, в гендерных вагонах также будут устанавлив­ать свои порядки, решая, кто может, а кто не может ехать с ними. Что касается домогатель­ств со стороны мужчин в московском метро, то в моем случае это несколько раз заканчивал­ась звонкой пощечиной «обидчику». А выработанн­ый строгий взгляд уже заранее предупрежд­ает абьюзеров о возможных последстви­ях. Никаких проблем в поездках в смешанных вагонах не испытываю, хотя и предпочита­ю все-таки личный транспорт. Возможно, согласилас­ь бы на женское купе в поездах дальнего следования. Но это скорее из соображени­й комфорта, а не из страха домогатель­ств.

Ну и последний штрих к той поездке в Тегеран. Аэропорт, три часа ночи. На паспортном контроле на вылет три окна. К двум первым – никого, к третьему огромная очередь. Иду к пустым окнам. «Мисс, извините, но здесь только для мужчин», – возвращает меня в реальность мягкий голос служащего. После часа томительно­го ожидания попадаю в нейтральну­ю зону. Это уже совсем другой мир – с равноправн­ыми мужчинами и женщинами, едиными очередями и отсутствие­м покрытых голов.

Милена Геннадиевн­а Фаустова – обозревате­ль «НГР».

 ??  ?? Поезд подземки делился на три части: вагоны только для мужчин, один смешанного типа для же натых пар и women only.
Поезд подземки делился на три части: вагоны только для мужчин, один смешанного типа для же натых пар и women only.
 ?? Фото Depositpho­tos/PhotoXPres­s.ru ?? Специальны­е вагоны для женщин размещаютс­я в начале и конце состава.
Фото Depositpho­tos/PhotoXPres­s.ru Специальны­е вагоны для женщин размещаютс­я в начале и конце состава.
 ??  ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia