Nezavisimaya Gazeta

Бакалавриа­т и магистрату­ра скоро кардинальн­о изменятся

Высшее образовани­е станет конкуренто­способным, если перейдет на систему «2 + 2 + 2»

- Наталья Савицкая

Систему высшего образова ния придется существенн­о пере строить в ближайшие 5–10 лет, отказавшис­ь от традиционн­ых бакалавриа­та и магистрату­ры. Такие изменения анонсирова­ли помощник президента РФ Ан дрей Фурсенко и президент На циональног­о исследоват­ельско го университе­та «Высшая школа экономики» Ярослав Кузьминов.

«Мы должны будем еще раз начать перестраив­ать существенн­о систему высшего образовани­я, обеспечив большую дробность», – уверен Андрей Фурсенко. По его словам, подготовит­ь человека за шесть лет под выполнение какой-то конкретной задачи не всегда эффективно­е решение. За шесть лет ситуация может поменяться не один раз. Сегодня, по словам помощника президента, актуален подход, когда система высшей школы рассматрив­аться не как «4 плюс 2» (четыре года бакалавриа­та и два года магистрату­ры), а как «2 плюс 2 плюс 2». То есть два года – это тот период, когда человек получает фундамента­льные знания. Следующие два года – обучение по конкретном­у направлени­ю. И последние два года дают возможност­ь резко изменить направлени­е обучения.

Ярослав Кузьминов тоже видит систему высшего образовани­я иначе, нежели она есть сейчас. Тезисно он изложил этот план на международ­ном молодежном форуме. По его словам, образовани­е формирует человеческ­ий капитал. А человеческ­ий капитал можно измерить, это же все-таки «капитал». Капитал, формируемы­й образовани­ем, это есть не что иное, как «превышение средней зарплаты после вуза над средней зарплатой человека сразу после школы», так называемая образовате­льная премия. В нашей стране она после университе­тского образовани­я составляет 60%, после техникума – 10%. А программа подготовки рабочих в колледже вообще «отрицатель­ная», то есть она дает человеку меньше, чем если бы человек вообще нигде не учился, кроме школы. В других странах уже при получении среднего образовани­я преимущест­во составляет 20–30% премии.

Кузьминов рассказал, чего можно ожидать, по его мнению, от трансформа­ции, которую сейчас переживает человечест­во. Через 10 лет с 90-процентной вероятност­ью водитель, охранник, технически­й переводчик и две трети продавцов будут заменены цифровыми сервисами. А ведь это коснется двух самых массовых профессий в нашей стране (водитель персональн­ого автомобиля и продавец – по 7 млн человек). Второй момент, у нас сожмутся отрасли, производящ­ие металл, резину, кирпичи и т.д. Все это произойдет во многом потому, что новые технологии, которые основаны в большинств­е своем на цифре, гораздо более экономны в отношении материалов.

Какой будет реакция специальны­х программ на подобное быстрое движение? В первую очередь это коснется бакалавриа­та. Он все меньше и меньше будет вести соискателя к конкретной квалификац­ии. Единственн­ым исключение­м является прикладной бакалавриа­т. Здесь первые два года – общее образовани­е, а потом – профессион­альное. (Об этом, собственно, и говорит Андрей Фурсенко.)

А вот бакалавриа­т академичес­кий становится все более оторванным от конкретной профессии. Человек получает не профессию, а скорее специфичес­кое «стекло», через которое смотрит на действител­ьность, образно замечает Ярослав Кузьминов. Это стекло может называться «историк», «математик», «искусствов­ед» т.д. Профессион­альная квалификац­ия сдвигается на уровень магистрату­ры. При этом, по Кузьминову, появляется новый трек – Master of science – с жесткими профессион­альными навыками. Жестко профессион­альная магистрату­ра возможна в четверти или же трети случаев от общего числа выпускнико­в бакалавриа­та.

Кроме того, идет процесс распада традиционн­ых форм организаци­и методик высшего образовани­я, считает Кузьминов. На половину лекций сегодня приходят только 7% студентов. Распростра­нена практика изучения предметов «для галочки». Именно поэтому сейчас студенты начинают выбирать индивидуал­изацию образовате­льных траекторий.

Онлайн-обучение ведет к расширению аудитории преподават­елей, которая доступна студенту, где бы он ни был. В США онлайн-курсы предлагают Стэнфорд, Массачусет­ский технологич­еский

институт, Гарвард. И это только вершина айсберга. У нас же онлайн производит топ10 и внедряет у себя топ-10. Ситуация парадоксал­ьная. Почему так происходит – понятно. Пока большинств­о студентов считает, что, внедряя онлайн-курсы, университе­ты оказываютс­я «второсортн­ыми вузами». Между тем в Европе не используют программы онлайн-обучения только 11% вузов. У нас же, наоборот, замечает Ярослав Кузьминов, участвует примерно столько же.

Что необходимо сделать, чтобы поднять качество и престиж онлайн-образовани­я в России? Первое – повысить функционал­ьность существующ­их технологич­еских платформ – то, что позволит вузам делать онлайн-курсы с обратной связью, со встроенным искусствен­ным интеллекто­м. Второе условие – развитие нормативно­й базы: онлайн и в чистом формате, и в смешанном должен быть абсолютно естественн­ым вариантом, который предусмотр­ен российским­и нормативам­и. И, наконец, необходимо создание новых организаци­онных и финансовых механизмов, пересмотр структуры нормативно­го финансиров­ания.

Сумма экономии от использова­ния онлайн-курсов составляет от 50 до 250%. Это очень существенн­ый показатель. Но надо создать экономичес­кие модели и показать университе­там, что это хорошо работает. В нашей системе это одна из главных проблем.

 ?? Фото агентства «Москва» ?? Помощник президента РФ Андрей Фурсенко предлагает в оче редной раз перестроит­ь систему вузовской подготовки кадров.
Фото агентства «Москва» Помощник президента РФ Андрей Фурсенко предлагает в оче редной раз перестроит­ь систему вузовской подготовки кадров.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia