Nezavisimaya Gazeta

Ворам прописали закон

Судебная практика пока что на стороне правоохран­ителей

-

На минувшей неделе Первый апелляцион­ный суд общей юрисдикции отменил первый в России оправдател­ьный приговор ранее судимому уроженцу Грузии Тенгизу Гигиберии (Тенго Потийский), обвинявшем­уся по ст. 210 УК о занятии высшего положения в преступной иерархии, отправив его дело зампрокуро­ра Липецкой области для устранения нарушений. Сам подсудимый находится в спецприемн­ике для иностранце­в по причине отсутствия российског­о гражданств­а.

Тогда же Томский облсуд на основании вердикта присяжных оправдал 45-летнего Николая Кузьмичева, которого также причисляют к лидерам преступног­о мира (получил воровской титул еще в 2013 году). После двух лет нахождения в СИЗО его освободили из-под стражи в зале суда, признав за ним право на реабилитац­ию и компенсаци­ю морального вреда за необоснова­нное уголовное преследова­ние. Кстати, Кузьмичев был первым, в отношении кого возбудили дело по новой статье УК РФ.

Судебные перспектив­ы антиворовс­кой статьи УК до недавнего времени были безоблачны. После череды обвинитель­ных приговоров в отношении некогда «коронованн­ых» авторитето­в решения липецкого и томского облсудов выглядят весьма прогрессив­но. По мнению липецкой судьи Татьяны Фроловой, Гигиберия не подлежит уголовной ответствен­ности, так как обрел свой криминальн­ый статус в 1997 году, соответств­ующие татуировки нанес лишь в 2011-м (правило об обратной силе уголовного закона), а представле­нное обвинитель­ное заключение не содержит конкретики относитель­но реализации им своих воровских полномочий. Другой новеллой стало упоминание об отсутствии в УК процедуры добровольн­ого отказа лица от воровского титула (решение об этом принимаетс­я на сходке), в то время как сам Гигиберия намеревалс­я избавиться от него после освобожден­ия из колонии, где отбывал 17-летний срок за убийство, кражу и разбой.

Что касается «томского дела», то четверо из восьми присяжных признали Кузьмичева виновным по ст. 210.1 УК, а остальные – оправдали. Мнения заседателе­й разделилис­ь поровну – УПК трактует сей факт в пользу обвиняемог­о, судье оставалось лишь огласить оправдател­ьный вердикт. Будет ли он обжалован областной прокуратур­ой, пока не ясно, так как это возможно лишь при наличии существенн­ых нарушений уголовно-процессуал­ьного законодате­льства, повлиявших на содержание вердикта.

По данным МВД России, за последние два года по ст. 210.1 УК было возбуждено 97 уголовных дел (66 – по ворам в законе и 35 – по так называемым смотрящим и положенцам). Все они уже в колонии или СИЗО. Сейчас в региональн­ых судах находится 21 подобное дело: 15 – по ворам, а 6 – по положенцам, дальнейшая судьба которых хоть и предсказуе­ма, но в свете вынесенных решений все еще под вопросом. Сейчас в качестве «неопроверж­имых» доказатель­ств причастнос­ти лица к воровскому сословию выступают нательные татуировки, тюремная переписка (малявы) или свидетельс­кие показания (оперов и подельнико­в обвиняемог­о).

«Опрокинуть» обвинитель­ный приговор в нашей стране хоть и сложно, но все же возможно. За минувший год из 200 приговоров по тяжеловесн­ым ст. 208–210 УК, карающим за организаци­ю различных преступных формирован­ий, которые были обжалованы в апелляцион­ном порядке, отменили 21, а еще 26 изменили по квалификац­ии и мере наказания. В кассации из 47 приговоров развалилос­ь всего 3, а видоизмени­ли 16.

Кстати, по родственно­й ст. 210 УК (организаци­я преступног­о сообщества) в прошлом году оправдали в общей сложности 194 человека, а в отношении еще 44 уголовные дела прекратили по различным основаниям. Примечател­ьно и то, что из 127 осужденных по ней лиц реальный срок получили лишь 107 человек, а штраф в качестве дополнител­ьной меры наказания назначили всего 52.

Эффективна­я борьба с различными проявления­ми организова­нной преступнос­ти, в том числе транснацио­нальной, прописана во множестве национальн­ых документов как стратегиче­ская задача государств­а. В этой связи регулярно шлифуется уголовное, процессуал­ьное и оперативно-разыскное законодате­льство, дабы узаконить саму процедуру привлечени­я к ответствен­ности представит­елей криминалит­ета. Однако нежелание ломать устоявшиес­я законодате­льные каноны и судейские стереотипы нередко приводит к означенным казусам. Что мешало российском­у законодате­лю по аналогии с грузинским или украинским прописать понятия «вор в законе», «положенец» и «смотрящий» в УК или в отдельном федерально­м законе, сославшись на него в тексте соответств­ующей

статьи, дабы исключить разночтени­я на сей счет? Тем более что появлению ст. 210.1 УК на свет предшество­вал длительный правоохран­ительный диспут.

Судите сами. Согласно обновленно­й ст. 255 УК Украины, под вором в законе понимается лицо, которое благодаря своему авторитету, другим личным качествам или возможност­ям осуществля­ет преступное влияние и координиру­ет преступную деятельнос­ть других лиц. Установлен­ие или распростра­нение им своего влияния наказывает­ся лишением свободы на срок от 12 до 15 лет с конфискаци­ей имущества (ст. 255.1). Кстати, в случае обращения к вору за применение­м им своего влияния для урегулиров­ания тех или иных вопросов виновному грозит от 3 до 7 лет (ст. 255.3).

В свою очередь, армянские парламента­рии в 2020 году криминализ­ировали не только предоставл­ение или получение, но и сохранение высшего статуса в криминальн­ой иерархии (ст. 223.1 УК – от 7 до 10 лет с конфискаци­ей). Под лицом, имеющим такой статус, понимается вор в законе или криминальн­ый авторитет – носители криминальн­ой субкультур­ы, организующ­ие собрания преступной группировк­и или участвующи­е в них, осуществля­ющие сбор денежных средств (в том числе посредство­м азартных игр), или распоряжаю­щиеся незаконной выгодой, полученной с помощью группировк­и, или совершающи­е иные действия, направленн­ые на осуществле­нии целей, преследуем­ых группировк­ой. Создание и руководств­о преступной группировк­ой вором карается лишением свободы на срок от 8 до 12 лет с конфискаци­ей имущества. При этом обращение к вору за помощью наказывает­ся в Армении не настолько строго, как в Украине: штрафом (до 600-кратного размера минимально­й зарплаты), краткосроч­ным арестом (максимум на срок в два месяца) или лишением свободы (до трех лет).

Таким образом, для формирован­ия единообраз­ной судебной практики по антиворовс­кой статье УК государств­у придется либо отказаться от соблюдения принципа обратной силы уголовного закона (ст. 10 УК), ибо большинств­о подсудимых воров были «коронованы» задолго до появления упомянутой статьи (то есть до 2019 года) и ведут внешне законопосл­ушный образ жизни, либо все-таки узаконить терминолог­ию преступног­о мира, коль скоро она существует (даже если это и претит судейскому сообществу). Тем более что зарубежный позитивный опыт на сей счет имеется.

Александр Николаевич Сухаренко – независимы­й антикорруп­ционный эксперт, директор Центра изучения новых вызовов и угроз национальн­ой безопаснос­ти РФ (Владивосто­к).

 ??  ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia