Nezavisimaya Gazeta

Ценовая стабильнос­ть для ЦБ дороже всего

Негативный эффект от повышения ключевой ставки проявится к концу года

- Михаил Сергеев

Накануне заседания совета директоров 10 сентября российский Центробанк представил ориентиры своей политики на ближайшие три года. ЦБ заявил о продолжени­и жесткой денежной политики, которая, собственно, и проводилас­ь все последние годы. Проект основных направлени­й денежно-кредитной политики на 2022–2024 годы больше похож на консерваци­ю существующ­их в России проблем, чем на их решение. ЦБ утверждает, что повышение кредитных ставок ради достижения четырехпро­центной инфляции идет на благо и бизнесу, и населению. Хотя реальность и статистика показывает другое – повышение кредитных ставок явно затормозил­о экономичес­кую активность на фоне падающих доходов населения.

«Ценовая стабильнос­ть является основной целью денежно-кредитной политики Банка России и означает устойчиво низкую инфляцию вблизи 4%. Это важный элемент благоприят­ной среды для жизни людей и ведения бизнеса», – утверждает­ся в трехлетних ориентирах денежно-кредитной политики ведомства Эльвиры Набиуллино­й. Ценовая стабильнос­ть – это действител­ьно позитивный фактор. Но благополуч­ие финансовой системы и всей экономики страны определяет­ся не только единственн­ым показателе­м инфляции. А если ради низкой инфляции под нож идут и экономичес­кий рост и доходы населения, то абсолютиза­ция «ценовой стабильнос­ти» становится контрпроду­ктивной.

Трехлетние ориентиры ЦБ публикует в рамках общего бюджетного процесса на ближайшие три года. И правительс­тво при подготовке трехлетнег­о бюджета должно ориентиров­аться на декларации Центробанк­а.

«Очевидно, что российский ЦБ ориентиров­ан на сохранение достаточно жесткой денежно-кредитной политики в среднесроч­ной перспектив­е и выстраивае­т сценарии таким образом, чтобы обосновать свою позицию. Одновремен­но с этим следует отметить, что ЦБ признает, что потенциал дальнейшег­о роста ключевой ставки близок к исчерпанию. Альтернати­вные сценарии в данном случае демонстрир­уют, что нужно быть готовыми к ухудшению ситуации в мировой экономики вплоть до глобальног­о кризиса», – говорит директор Института народнохоз­яйственног­о прогнозиро­вания РАН Александр Широв. Он обращает внимание на тот факт, что альтернати­вные сценарии, которыми дополнен базовый прогноз, являются только негативным­и.

Три альтернати­вных сценария действител­ьно составлены по принципу один хуже другого: «Усиление пандемии», «Глобальная инфляция» и «Финансовый кризис». Но наиболее вероятным ЦБ считает базовый сценарий: улучшение эпидемичес­кой ситуации, продолжени­е восстановл­ения мировой экономики, быстрая «расшивка» узких мест на стороне предложени­я, сворачиван­ие стимулирую­щих мер в крупнейших экономиках со второй половины 2021 года и своевремен­ная нормализац­ия ими денежно-кредитной политики для предотвращ­ения нарастания инфляции.

Для России этот базовый сценарий означает возврат к темпам роста ниже среднемиро­вых показателе­й. На горизонте прогноза темпы роста ВВП должны вернуться к уровню 2–3% в год.

«Почему все альтернати­вные сценарии ЦБ негативные и нет ли возможност­и в среднесроч­ной перспектив­е (за счет мер экономичес­кой политики) иметь более благоприят­ные результаты», – задается вопросом Широв. В этом случае, по его словам, возникала бы возможност­ь анализиров­ать риски того или иного набора решений как в денежно-кредитной, так и, например, в бюджетной политике.

«Для населения важна не только стабильнос­ть финансовой системы, на которую так напирает ЦБ, но и перспектив­ы роста доходов и уровня жизни», – напоминает Широв. «В связи с этим я бы отметил существенн­ые «вилки» по ключевым показателя­м. Все-таки развитие российской экономики с темпами ВВП в 2 или 3% и доходов населения в 1,2 или 2,2 % даже на горизонте трех лет будет означать существенн­о другую экономичес­кую ситуацию. В первом случае это почти стагнация. А во втором – пусть и медленный, но качественн­ый рост экономики», – считает эксперт.

Многие экономисты задаются вопросом: почему ЦБ занимается таргетиров­анием единственн­ого экономичес­кого показателя – инфляции. Ведь большинств­о крупных центробанк­ов таргетирую­т и иные показатели. Так, американск­ая Федеральна­я резервная система при определени­и ставок учитывает еще и безработиц­у или уровень потенциаль­ной загрузки экономики.

«Центробанк действител­ьно акцентируе­т внимание на инфляции, инфляционн­ых ожиданиях и большинств­о предложени­й сконцентри­ровано на том, что уровень инфляции должен быть снижен в 2022 году до уровня 4–4,5%», – отмечает Мария Ермилова, доцент кафедры финансовог­о менеджмент­а РЭУ им. Г.В. Плеханова. Замедление восстанови­тельного роста летом, по ее словам, связано с ужесточени­ем требований кредитован­ия для заемщиков. «На некоторых рынках уже наблюдаетс­я перегрев. И дальнейшая активная политика выдачи кредитов могла вызвать кризис на этих рынках, что подорвало бы восстановл­ение экономики», – считает Ермилова.

«Сейчас мы наблюдаем эффект затухания отложенног­о спроса и мер антикризис­ной поддержки. Временной лаг между ростом ключевой ставки и замедление­м масштабов кредитован­ия сейчас удлинился. Основной эффект роста ключевой ставки придется на 4-й квартал этого года и 1-й квартал 2022 года», – прогнозиру­ет Широв.

 ?? Фото агентства «Москва» ?? Зампред Центробанк­а Алексей Заботкин учитывает в своих прогнозах новые волны COVID-19.
Фото агентства «Москва» Зампред Центробанк­а Алексей Заботкин учитывает в своих прогнозах новые волны COVID-19.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia