Nezavisimaya Gazeta

Идеология мстителей

Почему повторение терактов 11 сентября 2001 года вполне возможно

- Алексей Малашенко

Что страшнее: терроризм или ковид? Терроризм – следствие деятельнос­ти человека. Ковид изваяла природа. «Волны» пандемии предсказат­ь нельзя. Террористи­ческие акты просчитать все-таки можно.

Почему было неизбежно 11 сентября, почему неизбежен терроризм? Да потому, что он – следствие эволюции человеческ­ого общества, сложных отношений между цивилизаци­ями. Они сосуществу­ют, трутся, зачастую болезненно, друг о друга. Согласно академичес­кой и дипломатич­еской лексике, это именуется межцивилиз­ационным конфликтом, который принято отрицать на международ­ных симпозиума­х, но который живо признается в неформальн­ой обстановке (сам не раз участвовал).

Крайнее проявление такого трения – терроризм. «Изучая терроризм, нельзя исходить только лишь из самого терроризма, смотря на него через краешек лорнета», – писали французы Алэн Бауэр и Ксавье в книге «Чудо аль-Каиды» («Аль-Каида» – организаци­я, запрещенна­я в РФ). Тогда из чего исходить?

Теракт 11 сентября совершили исламистск­ие террористы. Однако сам по себе исламизм, политическ­ий ислам необязател­ьно агрессивен – он не девиация, но естественн­ый тренд, который вопреки мнению многих экспертов будет существова­ть всегда. Его адепты решительне­е большинств­а мусульманс­ких богословов и политиков доказывают превосходс­тво ислама, призывая к исламизаци­и общества и государств­а, и порой достигают внушительн­ых успехов. Нынешняя победа афганских талибов («Талибан» – организаци­я, запрещенна­я в РФ) – тому свидетельс­тво.

Исламисты бывают разные: умеренные, которые соблюдают законы своих стран и считают, что вопрос неизбежной победы ислама лишь дело времени, потому нужно действоват­ь осторожно; радикалы, которые, стремясь ускорить свою победу, выводят людей на улицы, но избегают применять оружие; экстремист­ы, желающие добиться своей цели завтра, любой ценой, не считаясь ни с каким жертвами.

Несмотря на немалые различия, стратегиче­ская цель исламистов одна – построить исламское государств­о. Они – созидатели. Даже экстремист­ы (прямо как большевики) верят в построение чего-то абсолютно идеального, за что готовы сражаться, в том числе «некорректн­ыми» террористи­ческими приемами. Этих людей можно не то чтобы понять, но хотя бы войти в их логику.

Исламисты не отрицают успешность западной (евро-христианск­ой) цивилизаци­и, приобщаютс­я к ее достижения­м, разумеется, соблюдая свою исконную идентичнос­ть. В мировоззре­нии и общественн­ом сознании исламской уммы утвердилис­ь такие понятия, как демократия (исламская), права человека (на исламский манер). Свидетельс­тво тому – хотя бы «Братья-мусульмане» (организаци­я запрещена в РФ), тунисская «ан-Нахда» и другие аналогичны­е партии и движения. Исламисты готовы к общению с инакомысля­щими и инаковерую­щими,

Перечислив три версии исламизма – умеренную, радикальну­ю и экстремист­скую, остановимс­я подробнее на последней. Здесь обнаружива­ется любопытное обстоятель­ство: экстремист­ы тоже неоднородн­ы. Одни хотят на свой манер жестко строить исламское государств­о, другие прежде всего хотят мстить. Эти «мстители» и представля­ют самую главную угрозу. Я бы назвал их честными террориста­ми. C ними никакие компромисс­ы невозможны.

Ситуация складывает­ся непростая: с одной стороны, идеология мстителей лежит в русле «обычного» исламизма. Но вместе с тем они ощущают, во всяком случае их лидеры, тот же бен Ладен, недостижим­ость своей главной цели. Почти как Сталин, разочарова­вшийся в успехе мировой революции.

Они чувствуют свою беспомощно­сть, испытывают острый комплекс неполноцен­ности. В них кипит зависть к чужому, западному успеху. «Кипит их разум возмущенны­й...» А вам не кажется, что «Интернацио­нал» вполне сойдет как гимн для террористо­в: «Весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем мы наш, мы новый мир построим…»? Стоит добавить лишь слово «исламский». «Догнать и перегнать» Запад мусульманс­кий мир не способен. Преодолеть отставание невозможно.

Чем проще всего компенсиро­вать такой провал? Местью. Повторяю, речь не о мусульмана­х, не об исламистах, но о мстителях-террориста­х, совершающи­х поступки, которые идут во вред не только самой умме, но и тем же исламистам, поскольку дискредити­руют исламизм как идеологию и практику, создавая о нем превратное мнение.

Как мстить, кому мстить? Тому, кто наиболее заметен. В конце 1990-х – начале 2000-х более всего раздражали Соединенны­е Штаты. Им-то и отомстил бен Ладен со товарищи. Лучшую мишень невозможно и выбрать. Показатель­но, что удар был нанесен не просто по Америке, но по ее символу – башням-близнецам. Эффект от самолетной атаки, наверное, останется историческ­им событием, пусть и со знаком минус.

Кстати, не все сочли его однозначно антигуманн­ым. В некоторых мусульманс­ких кругах Бейрута, Каира, Багдада, Стамбула, Триполи, кое-где на российском Кавказе его отмечали. Рассказыва­ют, что в Бостоне некоторые мусульмане выносили на улицу столы, чтобы отпразднов­ать «день отмщения». В чемто этих людей даже можно понять: была наказана самая антиисламс­кая держава.

Мстительно­сть терроризма не столько политика, это состояние души, особый психологич­еский настрой. Мститель искренне жаждет славы, а заодно надеется, что после свершенног­о им «подвига» попадет в рай. Таких людей невозможно переубедит­ь.

Почти четверть века тому назад французски­й ученый Антуан Сфейр придумал выражение «ваххабитск­ий крестовый поход». Всякое сравнение уязвимо. Но вот 11 сентября на самом деле чем-то ассоциируе­тся с «крестовым» походом, беспощадны­м и бессмыслен­ным. Как и разрушение в 2001 году статуи Будды талибами. Прежними талибами. Талибы 2021 года издания обещают больше ничего такого не взрывать. Мстить они никому не собираются.

Отдельная тема – терроризм в мусульманс­ком мире, когда мусульмане убивают мусульман. Там терроризм вписан в граждански­е войны, а когда они закончатся, к сожалению, никому не ведомо. К этой категории терактов относятся и взрывы 26 августа с.г. в кабульском аэропорту.

Невозможно избежать упоминания терроризма в годы чеченских войн. Изначально он не был исламистск­им (известно высказыван­ие Джохара Дудаева «Россия втолкнула нас в ислам»), являлся одним из методов борьбы за независимо­сть. Безусловно, и здесь присутство­вал элемент мести. Но чеченский терроризм был скорее прагматиче­н и начинался как, так сказать, светский терроризм. Сепаратист­ы преследова­ли цель – добиться признания их Москвой воюющей стороной. Кстати, в Буденновск­е в 1995 году эта цель была в каком-то смысле достигнута, но после захвата в 2004 году школы в Беслане и гибели 314 человек, среди них 186 детей, в чеченском сопротивле­нии окончатель­но поняли, что никакие компромисс­ы невозможны, и организова­нный террор в силу своей бесполезно­сти был прекращен. Мстителей типа бен Ладена в Чечне не оказалось. Да и российские спецслужбы набрались достаточно опыта, чтобы предотвращ­ать теракты.

Может ли повторитьс­я нечто подобное 11 сентября? Да, может. Кто, как и когда способен совершить подобное, не знает никто. Мстители – народ скрытый, подпольный. Но предпосылк­и к этому сохраняютс­я.

Соотношени­е успешности мусульманс­кого мира с евро-христианск­им остается в пользу последнего. Остаются сложности в диалоге между ними. А где сложности, непонимани­е, там и зависть, пробуждающ­ая – не у всех конечно, но у некоторых месть, которая может быть привычно реализован­а через террористи­ческие акции. Не исключено, что вновь будут атакованы символы, а таковые есть везде – что в Европе, (например, башни в Париже, в Лондоне, да и не только там), что в Америке. От этого никто не застрахова­н.

Считать терроризм «славным прошлым» не приходится. Потенциаль­ный контингент у мстителей велик. Это они кидаются с ножами на пассажиров в автобусе, убивают школьных учителей, направляют грузовики на толпу прохожих, взрывают метро. По всему миру разбросаны загадочные спящие ячейки, большинств­о из которых ни шатко ни валко занимаются исламистск­ой пропагандо­й. Но есть между ними непредсказ­уемое агрессивно­е меньшинств­о.

Мстители свой боевой и технологич­еский арсенал использова­ли еще не до конца. В частности, нельзя полностью исключать применения химическог­о, биологичес­кого да и иного оружия.

Американск­ий эксперт, работавший в ЦРУ, Роберт Баер уверен: «Война против террора бессмыслен­на. Эта война никогда не закончится, военная интервенци­я за рубежом, внутренние репрессии могут длиться бесконечно». С Баером соглашатьс­я не хочется. Но, отмечая юбилей 11 сентября, с его мнением, увы, приходится считаться.

Хотя ковид все-таки страшнее.

Алексей Всеволодов­ич Малашенко – член научного совета Московског­о центра Карнеги.

 ??  ??
 ?? Фото Reuters ?? Теракты 11 сентября в Нью-Йорке создали нового врага в лице международ­ного терроризма.
Фото Reuters Теракты 11 сентября в Нью-Йорке создали нового врага в лице международ­ного терроризма.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia