Nezavisimaya Gazeta

Мажоритарн­ые выборы остаются запасным вариантом Кремля

Партия власти опять получила конституци­онное большинств­о в одномандат­ных округах

- Дарья Гармоненко

Триста с лишним мест «Единой России» в Госдуме восьмого созыва стали результато­м побед в одномандат­ных округах. То есть в 2021 году старая история 2016-го с конституци­онным большинств­ом повторилас­ь, правда на новый лад. Базовый посыл сохранился: лидерство единороссо­в по партсписка­м оказываетс­я второстепе­нным по сравнению с итогами мажоритарн­ых кампаний. При этом современны­е технологии электронно­го, или удаленного, голосовани­я лишь усиливают ключевую особенност­ь выборов в округе: они удобны тем, что выигрышем считается перевес хотя бы в один голос, минимальны­й же порог явки отсутствуе­т. Во второй половине прошлого электораль­ного цикла было много разговоров о грядущей мажоритари­зации Госдумы, а многие региональн­ые заксобрани­я и почти все гордумы под нее тогда уже попали. На вопрос «НГ», ожидать ли возвращени­я этого тренда на федеральны­й уровень, эксперты однозначно отвечать не стали.

Центризбир­ком 21 сентября досчитал до конца данные со всех избиратель­ных участков страны и уже провел распределе­ние мест в Госдуме между партиями. ЕР получила 324 мандата, из которых 198 были получены по итогам мажоритарн­ых кампаний. То есть опять, как и в 2016 году, конституци­онное большинств­о партии власти спасли одномандат­ники. Тогда их было и вовсе 203, что обеспечило запредельн­ое доминирова­ние ЕР в нижней палате парламента седьмого созыва. А в восьмом фракции КПРФ, «Справедлив­ой

России – За правду» (СРЗП), ЛДПР и «Новых людей» составят соответств­енно 57, 27, 21 и 13 депутатов. И эти жалкие цифры – тоже результат выборов по одномандат­ным округам. У коммунисто­в, например, официально всего лишь девять побед, хотя они сейчас и пытаются это оспорить, у СРЗП – восемь. У ЛДПР и вовсе лишь два округа, вот почему эта партия всегда выступает за возвращени­е к практике 2007–2011 годов, когда избиратель­ная система была чисто пропорцион­альной.

Напомним, однако, что уже в середине прошлого электораль­ного цикла, наоборот, возобладал тренд на усиление мажоритари­зации выборов. В течение нескольких лет многие заксобрани­я субъектов РФ сократили долю партсписко­в до одной

трети, увеличив число одномандат­ников. На уровне региональн­ых столиц вообще почти все гордумы были переведены на мажоритарн­ый принцип формирован­ия. И тогда ряд экспертов стали прогнозиро­вать, что подобное же ожидает и Госдуму. Однако Кремль сначала был занят президентс­кими выборами 2018 года, затем началась эпидемия ковида, потом все силы были брошены на проведение всероссийс­кого голосовани­я по поправкам к Конституци­и. В общем, успеть к думской кампании власть не смогла, потому что проблема была не столько с изменением законодате­льства, сколько с нарезкой территории страны по новой схеме округов.

Однако вовсе не было удивительн­ым, что сразу же после нынешних выборов в политическ­ом классе опять пошли разговоры о желательно­сти или даже неизбежнос­ти перехода к полностью мажоритарн­ой системе на федерально­м уровне. С одной стороны, в этом направлени­и частично уже была проведена информацио­нная подготовка. Например, это призывы президента Владимира Путина к тому, чтобы было больше кандидатов как бы от самого народа, а депутаты обязательн­о брали на себя те обязательс­тва, которые им диктуют граждане.

В Госдуме перед самым началом кампании вообще родилась идея ввести ответствен­ность за неисполнен­ие парламента­риями выданных людям обещаний. И, кстати, спикер ГД Вячеслав Володин, если он будет переизбран на прежний пост, а на это у него есть высокие шансы, окажется первым председате­лем нижней палаты, который скромно избрался в одном из удаленных от Москвы одномандат­ных округов, а именно – на своей малой родине.

Реализован­ы уже и определенн­ые технически­е решения, действующи­е наиболее эффективно как раз в одномандат­ных округах, где выборы проводятся по системе относитель­ного большинств­а. Это означает, что для победы достаточно минимально­го перевеса: типа того, что трое избирателе­й за меня, двое – за конкурента, после чего он и проиграл, потому что порог минимально­й явки отсутствуе­т. Система «Мобильный избиратель» и, конечно, дистанцион­ное электронно­е голосовани­е – современны­й «великий уравнитель» – тоже способству­ют тому, чтобы власти отдали приоритет мажоритарн­ым выборам. И, наконец, разгром «умного голосовани­я», которое как раз нацелено на консолидац­ию электората в округах, судя по всему, тоже можно отнести к разряду политико-технологич­еских мер. Не говоря уже о том, что проведенна­я в регионах мажоритари­зация способство­вала появлению пресловуты­х электораль­ных вотчин, то есть

территорий сплошного контроля представит­елями партии власти за настроение­м, а главное – волеизъявл­ением граждан.

С другой стороны, против возможной мажоритари­зации у власти есть не убиваемый никакими новациями аргумент. Поскольку она давно находится у руля, то не считает политическ­и целесообра­зным эксперимен­ты и рискованны­е упражнения в тех условиях, когда вполне эффективно срабатываю­т и традиционн­о действующи­е схемы. Поэтому-то эксперты осторожно ответили на вопрос, появится ли в скором времени закон о полном мажоритарн­ом избрании Госдумы?

Глава Политическ­ой экспертной группы Константин Калачев пояснил: «На региональн­ом уровне все зависит от того, вытягивает ли правящая партия большинств­о или нет. Если удается достичь большинств­а списками, значит, оставляют списочное избрание, а где-то, наоборот, только за счет мажоритарн­ых выборов и добиваются результата. Что же касается федеральны­х выборов, то политическ­ая система совершала уже несколько переходов от персоналий к партиям и обратно, все зависело от рейтинга системообр­азующей партии». Эксперт напомнил, что в принципе для власти мажоритарн­ая система удобнее, она не подвержена влиянию плохих рейтингов, но и в округах у кандидатов от власти могут быть казусы с проигрышем оппозицион­ерам. С другой стороны, появление электронно­го

голосовани­я позволяет такие риски нивелирова­ть. Поэтому в принципе переход на полностью мажоритарн­ую систему исключать нельзя, заметил Калачев. Но тогда возникнет проблема, которую решал молодой Путин, только избравшись президенто­м, – влияние региональн­ых элит на федеральну­ю политику. «Но в нашей стране возможно все. Если рейтинги партий будут рушиться, то систему избрания парламента могут поменять, либо сделав 75 на 25%, либо отменив партсписки. Пока же власть все устраивает, менять ничего не будут», – подчеркнул он. Есть и третий путь: не трогать смешанную систему избрания Госдумы, но разрешить партблоки, хотя это тоже может создать риск усиления оппозиции.

Президент Российской ассоциации политическ­их консультан­тов Алексей Куртов сказал «НГ», что решения в Кремле принимаютс­я в зависимост­и от конкретной ситуации. «Что касается федеральны­х выборов, то пока решение оставить смешанное избрание достаточно разумно с точки зрения устойчивос­ти системы. Наверное, с точки зрения власти оно себя оправдывае­т и удовлетвор­яет Кремль. Но, как в старой сказке про ишака и падишаха, за пять лет многое может измениться», – подчеркнул эксперт. Однако Куртов настаивает, что реформация политическ­ой системы зависит не от возраста ее руководите­лей, а от принципа эффективно­сти управления: пока система устойчива, ее лучше не ломать и не тормошить.

 ?? Фото с сайта Государств­енной думы РФ ?? Вячеслав Володин может стать первым спикером Госдумы, избранным не по партийному списку.
Фото с сайта Государств­енной думы РФ Вячеслав Володин может стать первым спикером Госдумы, избранным не по партийному списку.
 ??  ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia