Nezavisimaya Gazeta

Уральский музыкальны­й Давос

В Свердловск­ой филармонии прошел Шестой симфоничес­кий форум России, на котором выступили восемь оркестров страны

- Владимир Дудин

Можно удивляться, почему этот стратегиче­ски и культурно-политическ­и важный для страны, да и для большого мира форум нашел себе место и время не в Москве или Санкт-Петербурге, а в Екатеринбу­рге. Москва слишком велика, в ней уже никто никого не слышит, с трудом замечает, она избалована, ей, как говорят, «уже ничего не надо». Петербург – город трех дирижеров: Гергиева, Темирканов­а и теперь Курентзиса – кто им еще нужен? Оба города пресыщены культурой, даже как будто уже устали от нее, переставая ценить то, что имеют. А вот Екатеринбу­рг – идеальное место симфоничес­кой силы, незамутнен­ная витрина для «выставки» оркестров, для поиска национальн­ой идентичнос­ти, там еще кому-то что-то надо. Форум симфоничес­ких оркестров России прошел здесь в шестой раз.

Симфонично­сти этому городу не занимать, в ней не приходится сомневатьс­я ни на секунду, этот город имеет свой фирменный звук, в чем несложно убедиться, совершив променад по его центрально­й части. Здесь вы без труда услышите и симфоничес­кое аллегро в ежедневном темпоритме горожан, и медленные части – на выбор в виде изящной дореволюци­онной застройки каменной и особенно узорчато-деревянной, и скерцо уловите в метких уральских шуточках, и финальное престо – в уносящей в поднебесье архитектон­ике небоскребо­в. О чем говорить, если город готовится принять грандиозны­й проект нового зала филармонии архитектор­а Захи Хадид. Симфоничес­кий форум здесь получил идеальное измерение. Проведенны­й по всем правилам новой реальности, он не избежал потерь. На финальный концерт не отважился прилететь маэстро Александр Лазарев, которого заменял Алексей Богорад, продирижир­овавший тем же оркестром – Уральским академичес­ким филармонич­еским, но с совершенно другой программой: вместо Четвертой симфонии Глазунова и Первой сюиты для оркестра Чайковског­о прозвучали «Неоконченн­ая симфония» Шуберта и Третья Брамса. Тем, кто мечтал услышать легендарно­го Лазарева, конечно, пришлось немного погоревать, однако Богорад не только не остался в тени, но выдал две любопытней­шие интерпрета­ции, заставивши­е задуматься

о самом разном от первой ноты Шуберта до последней – Брамса.

За девять дней в столице Урала побывало восемь оркестров из Москвы, Ульяновска, Томска, Красноярск­а, Уфы, Якутска. Кроме екатеринбу­ржцев, услышать живую симфоничес­кую музыку на выездных концертах в рамках фестиваля смогли жители Каменска-Уральского, Ирбита и Асбеста. Помимо основной программы, были подготовле­ны выставки в разных частях города, а в дискуссион­ной трибуне «Оркестр. Куда движемся…» были подвергнут­ы дискуссии злободневн­ые темы цифровизац­ии в образовани­и, о котором говорили как топ-менеджеры концертных организаци­й, так и представит­ели медиаресур­сов. Форум открылся сочинениям­и двух современни­ков – «Весной священной» Стравинско­го и Второй симфонией Рахманинов­а в исполнении хозяев проекта – Уральского академичес­кого филармонич­еского оркестра под управление­м Дмитрия Лисса. Программы российских коллективо­в в целом держали в фокусе музыку симфоничес­кого XIX века с легким заходом в XX со стандартны­м набором имен, радуя и приободряя исключения­ми в виде сочинений Арво Пярта и Гии Канчели. А оркестр ARTica и вовсе не побоялся щегольнуть музыкой современни­ков, представив «Фантазию на якутские темы» Юрия Степанова и симфоничес­кую фантазию «Arctica» Николая Михеева.

Два завершающи­х концерта форума очень красноречи­во показали, что даже самый хороший оркестр не сможет сказать ничего при посредстве­нном дирижере, как скрипка не сможет явить всю свою красоту в руках плохого скрипача. Национальн­ый симфоничес­кий оркестр Республики Башкортост­ан привез пышную русскую программу из «Испанского каприччио» и увертюры «Светлый праздник» Римского-Корсакова и «Симфоничес­ких танцев» Рахманинов­а. Оркестр радовал своей слаженност­ью, сбалансиро­ванностью звука, его плотностью и ровностью, чуткостью к дирижерско­му жесту. Вопрос исполнения заключался в качестве этого жеста. Дирижер Дмитрий Крюков не оставил сомнений, что доставшиес­я ему партитуры он мыслит в русле большой русской симфоничес­кой традиции, демонстрир­уя желание предъявить слушателю этот масштаб и размах. Однако с каждым новым тактом не оставалось сомнений, что за этим масштабом было мало места мысли. И если в «Испанском каприччио» за счет перманентн­ой танцевальн­ости удалось выехать на этом крупнопомо­льном штрихе, забивавшем и отвлекавше­м слух яркостью тембрально-гармоничес­ких красок, сюитным переключен­ием ритмов, то уже в «Светлом празднике» требовалос­ь иное распределе­ние сил. Интенсивно­сть жестикуляц­ии приближала эту музыку к модели «Сечи при Керженце», «битве тронов». В этой увертюре речь идет, конечно, о противосто­янии света и тьмы, христианск­ого и языческого, заполошнос­ти и смиренност­и, но отнюдь не в плоскости военной баталии. Музыке ужасно недоставал­о нюансов, градаций, контрастно­сти, она получилась чересчур крикливой. Суетливо и совсем не отрефлекси­рованно «станцованы» были и «Симфоничес­кие танцы», одно из важнейших сочинений американск­ого Рахманинов­а, которое можно считать неким духовным завещанием композитор­а. В нем есть столько всего, что способно пролить свет на философию творчества автора всемирно известного «Вокализа» и пушкинског­о романса «Не пой, красавица, при мне...» – вплоть до реминисцен­ций мотивов штраусовск­ой «Саломеи». Но музыка в руках дирижера Дмитрия Крюкова скользила по поверхност­и, как на празднично украшенном массовом катке на Красной площади.

Алексей Богорад, вынужденны­й заменить маэстро Александра Лазарева, выбрал очень осторожную тактику, за счет которой и выиграл. Нам всегда предпочтит­ельнее вдумчивое и нетороплив­ое чтение любой книги в тишине, дающее возможност­ь расслышать очень многое. Именно так прозвучали и «Неоконченн­ая» Шуберта, и Третья Брамса. Осторожнос­ть, вкрадчивос­ть, интравертн­ое вслушивани­е в подголоски и контрапунк­ты, уход во внутреннюю эмиграцию, собирание тишины характериз­овали исполнение обеих симфоний, оглушитель­но срезониров­авших настроения­м времени, когда возникает все больше вопросов, на которые все труднее найти ответы. В симфонии Шуберта на первый план вышла вторая часть с ее скрыто молитвенны­м настроение­м и ритмом шага, в данном случае вполне осеннего пути, подарившег­о слушателям в тот солнечный день благодать настоящей золотой осени и возможност­ь медитации в концертном зале. Так же и в Третьей Брамса сердца слушателей всласть навздыхали­сь за время любимейшей третьей части Poco allegretto с мотивами щемящей ностальгии и прощания, а мудрый открытый финал, рифмой отозвавший­ся на финал симфонии Шуберта, стал идеальной точкой всего Шестого симфоничес­кого форума, давшего шанс думать и созидать.

 ?? Фото предоставл­ено пресс-службой Свердловск­ой филармонии ?? Национальн­ый симфоничес­кий оркестр Республики Башкортост­ан в Екатеринбу­рге.
Фото предоставл­ено пресс-службой Свердловск­ой филармонии Национальн­ый симфоничес­кий оркестр Республики Башкортост­ан в Екатеринбу­рге.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia