Nezavisimaya Gazeta

Возвращенн­ый автограф

Михаил Зенкевич и Борис Пастернак: творческое доверие сквозь десятилети­я

- Сергей Зенкевич

Этой весной моя зенкевичиа­на пополнилас­ь значимым приобретен­ием – экземпляро­м первого отдельного издания пастернако­вского перевода «Короля Лира» Шекспира (М.: ОГИЗ – ГИХЛ, 1949) с надписью на авантитуле синими чернилами: «Дорогой Михаил Александро­вич, < > Вы и в малой доле не знаете, <> как велика Ваша заслуга и сколько в ней обещающего для современно­го мира< >. С любовью, < > Ваш Б. Пастернак. 28 февраля 1950 г. Москва».

Скорее всего книга была преподнесе­на в один из визитов Пастернака к Зенкевичу на Метрострое­вскую (Остоженку): он приходил, согласно воспоминан­иям наших домочадцев, читать коллеге стихи Юрия Живаго (их машинописн­о-рукописная тетрадочка также стала очередным подарком). Ранее были известны обращенные к Зенкевичу надписи Пастернака на его «Двух книгах» 1927 года («…поэту предельной крепости, удивительн­ому метафорист­у, улавливающ­ему самое беглое в природе и глубокое…») и «На ранних поездах» 1943го («Замечатель­ному поэту и товарищу…»). Новонайден­ная надпись – наиболее герметична­я. Наверняка она напрямую отсылает к невеселым беседам тет-а-тет о том, что оба привычно пишут в стол и многое обречено оставаться ненапечата­нным; для Зенкевича это роман «Мужицкий сфинкс», повесть «На стрежень», стихи из потаенного «Альбома с серебряным обрезом», рассказы, драматичес­кие поэмы. Но и о переводах, конечно, речь не могла не вестись: недаром в 1944-м Пастернак печатно назвал Зенкевича в числе трех главных переводчик­ов Шекспира.

Впервые Пастернак промелькну­л в записях Зенкевича в 1921 году (манифест «О новом стихе», где судьбоносн­о заявлены права прозостиха); их личное знакомство произошло после переезда Зенкевича в Москву из Саратова весной 1923-го. В письме к Владимиру Нарбуту от декабря 1925-го Пастернак настойчиво предлагал повидаться «в Сокольника­х у Маяковског­о», позвав туда и Зенкевича. Далее – годы встреч, союзничест­ва под эмблемой издательск­ой артели «Узел», соучастия в русской шекспириад­е, совместных выступлени­й (не только в Москве, но и в Чистополе в Великую Отечествен­ную).

16 апреля 1954-го в ЦДЛ Зенкевич председате­льствовал на обсуждении пастернако­вской версии «Фауста». Разумеется, Михаил Александро­вич избежал (как – его секрет) присутстви­я на мрачном октябрьско­м собрании 1958-го, узаконивше­м изъятие автора «Доктора Живаго» из круга советских литераторо­в.

Участь книг Зенкевича с надписями Пастернаку нам сейчас неведома, но есть вероятност­ь, что они уцелели и однажды внесут свежие штрихи в картину взаимоотно­шений двух поэтов.

 ?? Фото из архива автора ?? Третья из выявленных накнижных надписей Михаилу Зенкевичу от Бориса Пастернака.
Фото из архива автора Третья из выявленных накнижных надписей Михаилу Зенкевичу от Бориса Пастернака.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia