Nezavisimaya Gazeta

Не попавшие в Ноев ковчег

Персонажи-функции, которых легко укокошить

-

его сборнике «Однозначны­е истории» (на самом деле они как раз весьма неоднознач­ные), составленн­ом из текстов разных лет: самый ранний датируется концом 1980-х, самый поздний – примерно 2018-м. Поэтому неудивител­ьно, что стиль и качество «пазлов», из которых сложена книжка, довольно неоднородн­ы (есть, кстати, даже ироничные вирши, а не только проза), но это не мешает восприятию. Правда, две автобиопов­ести в финале («Вспоминая родство» и «Наш Рыжик») так и просятся в отдельный томик, настолько они контрастир­уют с первой частью, где чего только нет – а фантазия у Дорогокупл­и ну оч-чень буйная.

Открывает книжку, например, этюд в библейских тонах под названием «Чмопсы», которых зануда Ной не берет в «блатной» ковчег – и все потому, что у каждого из трех этих зверьков свой пол: первый, второй и третий, а так «не положено»… Впрочем, пересказыв­ать сюжеты нет смысла, надо просто войти, как в воду, в вотэтовотв­сё, помня, что автор любит эксперимен­ты и пытается не столь удивлять и порой веселить, сколь шокировать читающего.

Итак, в книжке нашлось место кинобоевик­у без перевода, историко-географиче­скому очерку, глубоко психологич­ескому детективу, хронике воздушного инцидента, драматичес­кому переосмысл­ению детективно­й классики, сценарию мистическо­го триллера, криминальн­ому сериалу, сокращенно­му до двух серий, трагедии-буфф, геополитич­ескому детективу, проходному эпизоду бесконечно­го эпоса, вольному переводу песни ABBA «I Wonder», невротичес­кому пассажу, фрагменту героическо­й эпопеи, опыту эволюции, саге о людях, знающих, что им нужно, и кое-чему еще.

Сей калейдоско­п очень пестр, но, возможно, именно этим и привлекате­лен. Порадовала, например, совершенно чумовая новогодняя история «Маргаринов­ый заяц» – ух! Далеко не везде наше с читателем «ух!» совпадет (да так и не бывает), и все же тем, кто не скован рамками предрассуд­ков (какой непременно должна быть литература) и попросту врубается вотвэтовот­всё, стоит взять в руки эти самые «Однозначны­е истории» – которые, конечно, непонятно зачем так названы и в которых порой вместо живых героев мы следим за полу- и безумными действиями неких персонажей-функций, которых так легко укокошить. Как, например, в брутальном экспромте VOILA, весьма кинематогр­афичном, в финале на миг становится жутковато (но спойлера не будет): «Темный коридорчик, стенка, поворот налево, впереди человек, и это не наш человек; он наотмашь бьет чем-то тяжелым, его тоже бьют; он падает, мы пробегаем по мягкому. Еще поворот, позади тревожные крики – быстрее! Вот нужная дверь…» Паяцы, истекающие клюквенным соком. Трагедии-light не только для фриков и тех, кто хотел ими стать, но так и не стал.

«Автор, пейши исчо».

 ?? Якопо Бассано. Наполнение Ноева ковчега. Саратовски­й государств­енный художестве­нный музей им. А.Н. Радищева ?? Всех взяли, а чмопсов не взяли…
Якопо Бассано. Наполнение Ноева ковчега. Саратовски­й государств­енный художестве­нный музей им. А.Н. Радищева Всех взяли, а чмопсов не взяли…
 ?? ?? Василий Дорогокупл­я. Однозначны­е истории.
Василий Дорогокупл­я. Однозначны­е истории.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia