Тща­тель­нее нуж­но, тща­тель­нее

Ес­ли ве­рить «Би-би-си», Алек­сей Улю­ка­ев бли­же к сво­бо­де, чем на­ка­нуне, или по­че­му мы не уви­дим Се­чи­на в су­де

Novaya Gazeta - - ПОВЕСТКА - Лео­нид НИКИТИНСКИЙ, обо­зре­ва­тель «Но­вой»,

Вре­зуль­та­те утеч­ки по­ка­за­ний, яко­бы дан­ных Иго­рем Се­чи­ным на пред­ва­ри­тель­ном след­ствии по «де­лу Улю­ка­е­ва», во­прос о яв­ке гла­вы «Рос­неф­ти» в Моск­во­рец­кий суд при­об­ре­та­ет ха­рак­тер уже не толь­ко те­ат­ра­ли­зо­ван­ный, но и вполне уго­лов­но­про­цес­су­аль­ный: это мо­жет иметь су­ще­ствен­ное зна­че­ние для при­го­во­ра.

Гла­ва пресс-служ­бы «Рос­неф­ти» Ми­ха­ил Леон­тьев по­спе­шил за­явить, что по­ка­за­ния, опуб­ли­ко­ван­ные Рус­ской служ­бой «Би-би-си» 23 но­яб­ря, — «вброс или фаб­ри­ка­ция, под­лин­ность этих до­ку­мен­тов опре­де­лить невоз­мож­но, ведь они су­дом еще не изу­че­ны». Вброс — да, фаб­ри­ка­ция — вряд ли, нет та­ких участ­ни­ков про­цес­са, ко­то­рым она бы­ла бы на ру­ку. А про­ве­рить, сов­па­дут ли «утек­шие» по­ка­за­ния с те­ми, ко­то­рые уже сей­час ле­жат пе­ред су­дьей, не со­ста­вит осо­бо­го тру­да: по прось­бе за­щи­ты они не огла­ша­ют­ся лишь до тех пор, по­ка по­тер­пев­ший Се­чин сам не явит­ся в суд и не под­твер­дит их лич­но и пуб­лич­но.

Про­бле­ма, ока­зы­ва­ет­ся, не толь­ко в неже­ла­нии Се­чи­на пред­стать пе­ред су­дом и пуб­ли­кой в ро­ли за­ко­но­по­слуш­но­го граж­да­ни­на, но и в том, что «утек­шие» по­ка­за­ния в неко­то­рых де­та­лях не со­гла­су­ют­ся меж­ду со­бой и про­ти­во­ре­чат вер­сии об­ви­не­ния в це­лом. «Взят­ко­да­тель» сна­ча­ла не на­зы­вал точ­ное вре­мя и об­сто­я­тель­ства, при ко­то­рых Улю­ка­ев вы­мо­гал у него взят­ку, а так­же (в про­ти­во­ре­чии с по­сле­ду­ю­щи­ми по­ка­за­ни­я­ми) утвер­ждал, что встре­ча, при ко­то­рой он ее пе­ре­дал, со­сто­я­лась по ини­ци­а­ти­ве по­след­не­го, а не его соб­ствен­ной.

Те­перь по­нят­нее и то, за что, по-ви­ди­мо­му, впал в неми­лость ге­не­рал ФСБ Олег Феок­ти­стов, ушед­ший с по­ста гла­вы без­опас­но­сти «Рос­неф­ти» — тща­тель­нее на­до го­то­вить та­кие ком­би­на­ции. На фоне «про­слу­шек», ко­то­рые са­ми по се­бе не поз­во­ля­ют сде­лать од­но­знач­ный вы­вод о вы­мо­га­тель­стве взят­ки со сто­ро­ны Улю­ка­е­ва, незна­чи­тель­ные, на пер­вый взгляд, рас­хож­де­ния в по­ка­за­ни­ях Се­чи­на на пред­ва­ри­тель­ном след­ствии поз­во­ля­ют за­щи­те на­ста­и­вать на их устра­не­нии в хо­де те­перь уже от­кры­то­го и пуб­лич­но­го су­деб­но­го след­ствия.

Сре­ди ма­те­ри­а­лов, кем-то во­вре­мя «сли­тых» недо­ся­га­е­мо­му для рос­сий­ских вла­стей «Би-би-си», есть толь­ко три до­про­са Се­чи­на, но нет ма­те­ри­а­лов оч­ной став­ки меж­ду ним и Улю­ка­е­вым. Что с опре­де­лен­ной ве­ро­ят­но­стью поз­во­ля­ет пред­по­ло­жить, что она и во­все не про­во­ди­лась. И это еще один важ­ный ар­гу­мент, не поз­во­ля­ю­щий су­дье (как это пред­ла­га­ет ей «Рос­нефть») про­сто за­слу­шать и ис­поль­зо­вать в при­го­во­ре по­ка­за­ния, дан­ные на до­су­деб­ной ста­дии де­ла.

От­сут­ствие оч­ной став­ки ука­зы­ва­ет, что с опре­де­лен­ным до­пус­ком, как бы «спу­стя ру­ка­ва», го­то­ви­лась не толь­ко опе­ра­тив­ная ком­би­на­ция, но и про­во­ди­лось пред­ва­ри­тель­ное след­ствие. Ско­рее все­го, все, кто был к это­му при­ча­стен, ори­ен­ти­ро­ва­лись не на за­кон, а на «по­ня­тия», по ко­то­рым: «Ко­го — Се­чи­на?! В суд?!!»…

С кон­сти­ту­ци­он­ной точ­ки зре­ния (ес­ли в Крем­ле про­дол­жа­ют на­ста­и­вать, что мы жи­вем в «пра­во­вом го­су­дар­стве») обя­зан­ность явить­ся в суд — № 1, ра­ди это­го от­кла­ды­ва­ют­ся лю­бые ко­ман­ди­ров­ки, а не на­обо­рот.

Юри­ди­че­ски тут то­же все по­нят­но: есть ме­ха­низм при­ну­ди­тель­но­го при­во­да в суд «по­до­зре­ва­е­мо­го, об­ви­ня­е­мо­го, а так­же по­тер­пев­ше­го и сви­де­те­ля» (ст. 113 УПК РФ, есть со­от­вет­ству­ю­щая ста­тья (308) и в Уго­лов­ном ко­дек­се: «От­каз сви­де­те­ля или по­тер­пев­ше­го от да­чи по­ка­за­ний…» (мак­си­маль­ное на­ка­за­ние — арест до трех ме­ся­цев). Вряд ли пра­во­охра­ни­тель­ные ор­га­ны ре­шат­ся на та­кое, но су­дья при вы­не­се­нии при­го­во­ра не мо­жет не учесть, что клю­че­вой сви­де­тель (по­тер­пев­ший) по­ка­за­ний, по су­ти, так и не дал.

В юрис­дик­ци­ях англо-сак­сон­ско­го пра­ва, где к уго­лов­но­му пре­сле­до­ва­нию при­ме­ня­ет­ся ис­ко­вой по­ря­док, су­дья при та­ких об­сто­я­тель­ствах пре­кра­тил бы де­ло, ис­поль­зуя фор­му­лу «No case to answer» (то есть — нет са­мо­го де­ла, нет ми­ни­маль­но­го на­бо­ра до­ка­за­тельств, то­гда про­сто и не о чем го­во­рить). В на­шем — са­мом неза­ви­си­мом — су­де су­дья вряд ли ре­шит­ся на оправ­да­тель­ный при­го­вор, но мо­жет за­ме­нить его от­но­си­тель­но мяг­ким, что, «по по­ня­ти­ям», бу­дет озна­чать: для Улю­ка­е­ва — как бы оправ­да­ние, для Се­чи­на — ре­миз (то есть недо­бор взя­ток, ес­ли сле­до­вать кар­точ­ной тер­ми­но­ло­гии, ко­то­рая тут бо­лее чем умест­на).

Един­ствен­ный че­ло­век, об­ла­да­ю­щий «при­вод­ным рем­нем», чье тре­бо­ва­ние явить­ся в суд Се­чин все-та­ки был бы вы­нуж­ден вы­пол­нить, в ана­ло­гич­ных слу­ча­ях неиз­мен­но от­ве­ча­ет, что в Рос­сии ни­кто не впра­ве вме­ши­вать­ся в осу­ществ­ле­ние пра­во­су­дия. «Раз­ве не так, Игорь Ива­но­вич?» Те­перь ждем, явит­ся ли Игорь Ива­но­вич по чет­вер­той по­вест­ке, или су­дья Ла­ри­са Се­ме­но­ва уй­дет на при­го­вор, так и не уви­дев его ни ра­зу жи­вьем.

Суд: За­моск­во­рец­кий рай­он­ный суд Моск­вы Под­су­ди­мый: быв­ший ми­нистр Минэко­но­мраз­ви­тия Алек­сей Улю­ка­ев

Ста­тья: 290, ч. 6 УК (по­лу­че­ние взят­ки в осо­бо круп­ном раз­ме­ре)

Ста­дия: су­деб­ное след­ствие

Гро­зит: до 15 лет ли­ше­ния сво­бо­ды

За день до за­се­да­ния уже бы­ло из­вест­но, что в За­моск­во­рец­кий суд гла­ва «Рос­неф­ти» не при­дет, хо­тя ра­нее ему и вы­пи­са­ли оче­ред­ную по­вест­ку. На­ка­нуне пресс-сек­ре­тарь «Рос­неф­ти» Ми­ха­ил Леон­тьев со­об­щил СМИ, что в эти дни Се­чин при­ни­ма­ет пре­мье­ра Мед­ве­де­ва на но­вом объ­ек­те «Рос­неф­ти» в Хан­ты-Ман­сий­ском ав­то­ном­ном окру­ге. Впро­чем, в пресс-служ­бе пра­ви­тель­ства ска­за­ли, что Мед­ве­дев к сре­де вер­нет­ся в Моск­ву. У Се­чи­на, од­на­ко, все рав­но ока­за­лись де­ла — в «Рос­неф­те» ска­за­ли, что 22 но­яб­ря, в день за­се­да­ния, в ХМАО бу­дет «под­во­дить ито­ги по­езд­ки пре­мье­ра».

Ко­гда су­дья Ла­ри­са Се­ме­но­ва от­кры­ла за­се­да­ние, то сра­зу за­чи­та­ла пись­мо от ад­во­ка­та Се­чи­на Ни­ко­лая Клё­на. Бу­ма­га гла­си­ла, что гла­ва «Рос­неф­ти» в на­сто­я­щее вре­мя ни­как не смо­жет вы­сту­пить на су­де. При­чи­на (до­слов­ная ци­та­та) — «до кон­ца го­да ожи­да­ет­ся уси­ле­ние на­пря­жен­но­сти в его гра­фи­ке».

«Се­чин под­твер­жда­ет все ра­нее дан­ные им по­ка­за­ния и про­сит огла­сить их в его от­сут­ствие», — про­ци­ти­ро­ва­ла кон­цов­ку пись­ма су­дья. Пер­вый раз гла­ва «Рос­неф­ти» не при­шел, так как яко­бы не по­лу­чил по­вест­ку, при этом со­труд­ни­ки ком­па­нии, как за­ме­ча­ла су­дья, от­ка­зы­ва­лись при­ни­мать до­ку­мент у при­ста­вов. В «По­чте Рос­сии» меж­ду тем со­об­ща­ли, что по­вест­ку ад­ре­са­ту до­ста­ви­ли еще 10 но­яб­ря. Во вто­рой раз Се­чин не явил­ся из-за ко­ман­ди­ров­ки — сам он за­явил СМИ, что «по­ста­ра­ет­ся» прий­ти как толь­ко «поз­во­лит гра­фик». И вот неяв­ка в тре­тий раз — с пря­мым на­ме­ком на то, что­бы во­об­ще не жда­ли, и со­ве­том — огра­ни­чить­ся его пись­мен­ны­ми по­ка­за­ни­я­ми, что из­ба­вит Се­чи­на от до­пол­ни­тель­ных и неудоб­ных во­про­сов от за­щи­ты Улю­ка­е­ва и ве­ро­ят­ной по­им­ки на про­ти­во­ре­чи­ях.

По­нят­но: риск неудоб­ных во­про­сов ве­лик. Ес­ли учесть, что пись­мен­ные по­ка­за­ния гла­вы «Рос­неф­ти», со­дер­жа­ние ко­то­рых об­на­ро­до­ва­ла на днях Би-би­си, уже про­ти­во­ре­чат тем до­ка­за­тель­ствам, что уже ис­сле­до­вал суд. Так, Се­чин на след­ствии за­явил, что ни­кто кро­ме него не слы­шал, как Улю­ка­ев вы­мо­га­ет взят­ку. Кро­ме то­го, по сло­вам Се­чи­на, Улю­ка­ев сам зво­нил ему 14 но­яб­ря 2016 го­да и про­сил о встре­че в офи­се «Рос­неф­ти». Од­на­ко из огла­шен­ных в су­де опе­ра­тив­ных про­слу­шек раз­го­во­ров Се­чи­на и Улю­ка­е­ва из­вест­но, что имен­но Се­чин зво­нит Улю­ка­е­ву и пред­ла­га­ет встре­тить­ся.

Со­глас­но за­ко­ну, сви­де­тель мо­жет не явить­ся в суд по ува­жи­тель­ным при­чи­нам: бо­лезнь, ко­ман­ди­ров­ки, лич­ные об­сто­я­тель­ства. Тео­ре­ти­че­ски, ес­ли же суд ре­шит, что сви­де­тель укло­ня­ет­ся от яв­ки, его мо­гут до­ста­вить при­ну­ди­тель­но. Но на прак­ти­ке по­доб­ная «до­став­ка» не ра­бо­та­ет да­же в слу­чае с ря­до­вы­ми граж­да­на­ми. Да и су­дья Ла­ри­са Се­ме­но­ва на этот шаг вряд ли пой­дет — по­сле тре­тьей неяв­ки Се­чи­на эпо­пею с его вы­зо­ва­ми она хо­те­ла бы­ло уже за­крыть, пред­ло­жив за­щи­те дви­гать­ся даль­ше, так как неяв­ка сви­де­те­ля не пре­пят­ству­ет даль­ней­шей ра­бо­те. За­щи­та так не счи­та­ла, — Се­чин все-та­ки клю­че­вой сви­де­тель, — и по­про­си­ла на­пра­вить ему чет­вер­тую по­вест­ку. На этом нер­вы у судьи Се­ме­но­вой окон­ча­тель­но сда­ли, и она по­тре­бо­ва­ла от ад­во­ка­тов пред­став­лять до­ка­за­тель­ства даль­ше.

— До­ка­за­тель­ства у нас есть, и пла­ни­ру­ет­ся до­прос са­мо­го Улю­ка­е­ва, но преж­де мы хо­тим все-та­ки вы­слу­шать Се­чи­на. Тем бо­лее его ад­во­кат в пись­ме не ука­зал да­ты до кон­ца го­да, в ко­то­рые за­нят сви­де­тель, — от­ме­ча­ла ад­во­кат Ла­ри­са Ка­шта­но­ва. Су­дья зли­лась.

— На­пи­са­но: до кон­ца го­да, — рез­ко от­ве­ча­ла она. — Неяв­ка сви­де­те­ля Се­чи­на не пре­пят­ству­ет в пред­став­ле­нии до­ка­за­тельств. За­щи­та, вы бу­де­те пред­став­лять до­ка­за­тель­ства?

— По­слу­шай­те, все мы тут на­хо­дим­ся бла­го­да­ря Се­чи­ну, — ска­зал ад­во­кат Ти­мо­фей Грид­нев. — Мы име­ем пра­во са­мим ре­шать, в ка­кой оче­ред­но­сти пред­став­лять до­ка­за­тель­ства. На­пом­ню, на вы­зо­ве Се­чи­на на­ста­и­ва­ем не толь­ко мы, но и об­ви­не­ние. Толь­ко про­ку­ро­ры по­че­му-то сей­час мол­чат.

«А вы при­ни­ма­ли ме­ры к его вы­зо­ву?» — спро­си­ла су­дья. «Мы при­ни­ма­ли», — от­ве­ти­ла за­щи­та. «Мы — нет», — ска­за­ли про­ку­ро­ры.

Ве­че­ром Ми­ха­ил Леон­тьев на­зо­вет про­изо­шед­шее в су­де «очень стран­ной си­ту­а­ци­ей»: «Идет от­вле­че­ние от ос­нов­ной су­ти су­деб­но­го про­цес­са. Это про­ис­хо­дит, не­смот­ря на то, что об­ви­ня­е­мый был за­дер­жан с по­лич­ным и су­ду бы­ли пред­став­ле­ны ис­чер­пы­ва­ю­щие до­ка­за­тель­ства его ви­ны».

Кста­ти, про до­ка­за­тель­ства. 22 но­яб­ря в су­де вы­сту­пи­ла при­гла­шен­ный за­щи­той спе­ци­а­лист, про­фес­сор ка­фед­ры су­деб­ных экс­пер­тиз МГЮА име­ни О.Е. Ку­та­фи­на Еле­на Га­ля­ши­на. Ее спе­ци­а­ли­за­ция — фо­но­ско­пи­че­ская, ви­део­фо­но­ско­пи­че­ская и линг­ви­сти­че­ская экс­пер­ти­за. Она оце­ни­ва­ла со­сто­я­тель­ность вы­во­дов пси­хо­ло­го-линг­ви­сти­че­ской экс­пер­ти­зы, ко­то­рую по прось­бе след­ствия про­во­ди­ли Кис­ля­ков и Ры­жен­ко из него­су­дар­ствен­но­го учре­жде­ния в Вол­го­гра­де «Юж­ный экс­перт­ный центр». Экс­пер­ти­за ка­са­лась раз­го­во­ров Улю­ка­е­ва и Се­чи­на как по те­ле­фо­ну, так и в хо­де лич­ной встре­чи в офи­се «Рос­неф­ти».

Про­фес­сор Га­ля­ши­на при­шла к вы­во­ду, что ра­бо­та экс­пер­та­ми бы­ла вы­пол­не­на «непол­но» и «не все­сто­ронне», что по­вли­я­ло на вы­во­ды. Так, экс­пер­ты не ис­сле­до­ва­ли фо­но­грам­му на пред­мет мон­та­жа; раз­го­во­ры Се­чи­на и Улю­ка­е­ва ана­ли­зи­ро­ва­ли, не­смот­ря на шу­мо­вые по­ме­хи; не от­ра­зи­ли осо­бен­но­сти ин­то­на­ций уст­ной ре­чи; и иг­но­ри­ро­ва­ли кон­текст. То есть, от­ме­ча­ла спе­ци­а­лист, вы­во­ды «не ос­но­ва­ны на линг­ви­сти­че­ских до­ка­за­тель­ствах и но­сят ин­ту­и­тив­ный ха­рак­тер».

— Кро­ме то­го, — от­ме­ча­ла Га­ля­ши­на, — экс­пер­ти­за раз­го­во­ров про­во­ди­лась с ис­поль­зо­ва­ни­ем бы­то­во­го про­грамм­но­го обес­пе­че­ния, ко­то­рое вхо­дит в Windows и поз­во­ля­ет про­сто про­слу­ши­вать файл, но не поз­во­ля­ет про­во­дить ис­сле­до­ва­ния.

Ана­лиз те­ле­фон­но­го раз­го­во­ра Се­чи­на и Улю­ка­е­ва, по сло­вам про­фес­со­ра, по­ка­зы­вал, что ини­ци­а­то­ром раз­го­во­ра и по­сле­ду­ю­щей встре­чи в тот же день, 14 но­яб­ря, был имен­но Се­чин. «Зво­нят в при­ем­ную Улю­ка­е­ва. Се­чин по­яс­ня­ет, что у него есть неис­пол­нен­ные по­ру­че­ния, что на­ко­пи­лась мас­са во­про­сов, и он пря­мо при­гла­ша­ет на свою тер­ри­то­рию, в офис, — по­яс­ня­ла Га­ля­ши­на. — Улю­ка­ев не сра­зу со­гла­ша­ет­ся, об­суж­да­ет за­ня­тость. В кон­це кон­цов Улю­ка­ев взды­ха­ет и со­гла­ша­ет­ся подъ­е­хать в офис: «Ну да­вай в 17…»

— А со­от­вет­ству­ет ли ре­че­вое по­ве­де­ние Се­чи­на че­ло­ве­ку, ко­то­ро­му угро­жа­ют, и ре­че­вое по­ве­де­ние Улю­ка­е­ва — че­ло­ве­ку, ко­то­рый вы­мо­га­ет? — спро­си­ла за­щи­та экс-ми­ни­стра, имея в ви­ду встре­чу в офи­се «Рос­неф­ти».

— Ка­ких-то ре­че­вых ука­за­те­лей на угро­зы или вы­мо­га­тель­ство здесь нет. Здесь ра­дост­ное, доб­ро­же­ла­тель­ное, дру­же­люб­ное от­но­ше­ние. Вид­но, что со­бе­сед­ни­ки ра­ды об­ще­нию, — от­ве­ти­ла Га­ля­ши­на.

Имен­но Се­чин, по ее сло­вам, «ини­ци­и­ро­вал взя­тие сум­ки». «Он ска­зал: «Так, по­ка ту­да-сю­да, со­бра­ли объ­ем. Ну во­об­ще-то мо­жешь счи­тать, что за­да­ние вы­пол­не­но. За­би­рай, кла­ди и пой­дем чай­ку по­пьем», кро­ме то­го, Улю­ка­ев от­ве­ча­ет на фра­зу Се­чи­на: «Да?», то есть он не до кон­ца по­ни­ма­ет, что ему пред­ла­га­ет Се­чин».

«Ка­кие лек­си­че­ские сред­ства ука­зы­ва­ют на по­ни­ма­ние Улю­ка­е­вым то­го, что ему пе­ре­да­ет­ся сум­ка с дву­мя мил­ли­о­на­ми дол­ла­ров?» — уточ­ни­ла за­щи­та. «Та­ких лек­си­че­ских средств я не на­шла», — от­ве­ти­ла спе­ци­а­лист.

Про­ку­ро­ры вся­че­ски пы­та­лись до­ка­зать, что спе­ци­а­лист Га­ля­ши­на «неком­пе­тент­на», и ста­ли ее эк­за­ме­но­вать.

— А выс­шее юри­ди­че­ское у вас есть? — мор­щась, спра­ши­вал про­ку­рор Па­вел Фи­липп­чук, за­ра­нее зная от­ри­ца­тель­ный от­вет.

— Вы го­во­ри­ли о за­шум­лен­но­сти за­пи­сей, как вы сде­ла­ли этот вы­вод, хо­чет­ся по­нять? — при­со­еди­нял­ся к «эк­за­ме­ну» про­ку­рор Бо­рис Не­по­рож­ный.

— Это не я, это са­ми экс­пер­ты [след­ствия] го­во­рят, сло­ва Се­чи­на и Улю­ка­е­ва нераз­бор­чи­вы, — невоз­му­ти­мо от­ве­ча­ла спе­ци­а­лист, за­ме­чая, что экс­пер­ты не объ­яс­ни­ли, на что опи­ра­лись при ра­бо­те. — Хо­чет­ся спро­сить: где ме­то­ди­ки?

«Лек­цию» Га­ля­ши­ной про­ку­ро­ры пы­та­лись раз­бить в пух и прах еще ча­са два. Но в ито­ге каж­дый их во­прос окан­чи­вал­ся тем, что спе­ци­а­лист еще боль­ше до­бав­ля­ла све­де­ний о несо­сто­я­тель­но­сти вы­во­дов экс­пер­тов след­ствия. Про­ку­рор Фи­липп­чук да­же стал воз­му­щать­ся тем, что спе­ци­а­лист от­ве­ча­ла на во­про­сы «не ко­рот­ко», «а по­дроб­но».

— Мне нуж­ны толь­ко от­ве­ты «да» или «нет»! — со­рвал­ся в ито­ге об­ви­ни­тель.

По­ка по­тер­пев­ший Се­чин

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.