Стер­ли с гра­ни­та

В Мур­ман­ской об­ла­сти бой­цов Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной ли­ши­ли над­гро­бий

Novaya Gazeta - - ЖЕРНОВА ИСТОРИИ - Та­тья­на БРИЦКАЯ, соб. корр. «Но­вой», Мур­ман­ская об­ласть Фо­то ав­то­ра

За­чем на ров­ном ме­сте со­зда­ли про­бле­му, не по­ни­ма­ют ни по­ис­ко­ви­ки, ни кра­е­ве­ды, ни жур­на­ли­сты... «Мне го­во­рят, ле­жа­ли они некра­си­во и несим­мет­рич­но. Сим­мет­рич­но не по­ги­ба­ли»

—Вот здесь ле­жит у нас Ар­хон­тов, мы его род­ствен­ни­ков на­шли, они при­ез­жа­ли на мо­ги­лу. Там Се­лин­ский, там Пеш­ков — 22-лет­ний ко­ман­дир ба­та­льо­на. Бой­цы из кам­ня ему па­мят­ник вы­ру­би­ли на ме­сте ги­бе­ли, — Кон­стан­тин Доб­ро­воль­ский, пред­се­да­тель ко­ор­ди­на­ци­он­но­го со­ве­та по­ис­ко­вых от­ря­дов Мур­ман­ской об­ла­сти, на­хо­дит остан­ки сол­дат Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной каж­дое ле­то. Че­рез па­ру недель бу­дет хо­ро­нить 48 че­ло­век. Все­го на ме­мо­ри­аль­ном клад­би­ще в До­лине Сла­вы, в 75 км от Мур­ман­ска, по­хо­ро­не­но 7 ты­сяч че­ло­век. Все — най­де­ны по­ис­ко­ви­ка­ми.

В До­лине Сла­вы, ко­то­рую бой­цы зва­ли До­ли­ной Смер­ти, хо­ро­нят 35-й год. Здесь, на бе­ре­гу ре­ки За­пад­ная Ли­ца, маль­чиш­ки в лет­ней фор­ме 4 го­да дер­жа­ли обо­ро­ну, вмер­зая в гра­нит. Смер­тью здесь про­пи­та­но все — да­же пти­цы не по­ют. Сю­да при­хо­дят пла­кать.

Клад­би­ще рас­ши­ря­ет­ся каж­дый год, хо­ро­нить уже про­сто негде. Из-за это­го глав­ным об­ра­зом и бы­ла за­те­я­на ре­кон­струк­ция ме­мо­ри­а­ла. К 6 за­пол­нен­ным сек­то­рам при­ба­ви­лось еще 2 но­вых. Кро­ме то­го, в по­ря­док долж­ны при­ве­сти участ­ки, уже за­кры­тые для за­хо­ро­не­ния: мо­ги­лы, ко­то­рые ко­па­ли по осе­ни, под ко­нец по­ис­ко­во­го се­зо­на, ко­гда зем­ля уже про­мер­за­ла, ме­ста­ми про­се­ли, над­гро­бия кое-где по­ко­си­лись.

Со­гла­ша­ясь с про­ек­том ре­кон­струк­ции, за ко­то­рую об­ласт­ной бюд­жет за­пла­тит 20 мил­ли­о­нов, Кон­стан­тин не по­до­зре­вал, что в ито­ге бой­цы, име­на ко­то­рых он уста­нав­ли­вал, кро­пот­ли­во ре­ста­ври­руя смерт­ные ме­да­льо­ны и ко­па­ясь в ар­хи­вах, эти са­мые име­на в ре­зуль­та­те по­те­ря­ют по­втор­но. На ме­сто ста­рых над­гро­бий уста­но­ви­ли но­вые бе­тон­ные ос­но­ва­ния, раз­ме­стив их, ска­жем так, чтоб кра­си­во бы­ло. А во­все не там, где ре­аль­но по­ко­ят­ся бой­цы.

С тор­ца сек­то­ра — там, где ле­жит мо­ло­дой ком­бат Пеш­ков, по­хо­ро­не­ны 8 че­ло­век. Доб­ро­воль­ский пом­нит на­изусть, кто где ле­жит из 7 ты­сяч. По­ис­ко­вой ра­бо­той за­ни­ма­ет­ся не од­но де­ся­ти­ле­тие. Так что мо­жет, не све­ря­ясь с бу­ма­га­ми, по­яс­нить: утра­че­ны здесь 5 над­гро­бий. На га­зоне ак­ку­рат­но рас­став­ле­ны все­го три ос­но­ва­ния. На­про­тив, на дру­гой сто­роне сек­то­ра, мо­гиль­ных плит, на­обо­рот, ста­нет боль­ше. Штук 20 оди­ноч­ных це­мент­ных по­ста­мен­тов проч­но вса­же­ны в зем­лю на ме­сте трех брат­ских мо­гил, в ко­то­рых ле­жит пол­то­ры ты­ся­чи че­ло­век.

— Я раз­го­ва­ри­вал с ди­рек­то­ром кра­е­вед­че­ско­го му­зея, она го­во­рит, сде­ла­ли так, «чтоб кра­си­во бы­ло», — воз­му­ща­ет­ся по­ис­ко­вик. — Я от­ве­тил: кра­си­во в пар­ке долж­но быть или на кухне у нее. А тут долж­на быть прав­да.

Пер­вым тре­во­гу за­бил мур­ман­ский кра­е­вед Ми­ха­ил Оре­ше­та. Оре­ше­та ко­гда-то на­чи­нал по­ис­ко­вое дви­же­ние не толь­ко в об­ла­сти — в мас­шта­бе всей стра­ны. Осе­нью он при­е­хал в До­ли­ну Сла­вы, ужас­нул­ся и на­пи­сал пост в соц­се­ти: «Пред­ставь­те: вы при­хо­ди­те на клад­би­ще к мо­ги­ле близ­ко­го вам че­ло­ве­ка и неожи­дан­но об­на­ру­жи­ва­е­те на над­гро­бии дру­гое имя, а уста­нов­лен­ный ва­ми па­мят­ный знак сто­ит на со­вер­шен­но дру­гом хол­ми­ке… Вот так бу­дут се­бя чув­ство­вать род­ные во­и­нов в До­лине Сла­вы, ес­ли при­дут ту­да по­сле за­вер­ше­ния оче­ред­ной ре­кон­струк­ции. По чьей-то во­ле имен­ные над­гроб­ные зна­ки на оди­ноч­ных и брат­ских мо­ги­лах бы­ли де­мон­ти­ро­ва­ны. Сек­то­ра за­хо­ро­не­ний при­ве­де­ны в иде­аль­ный вид. Это очень хо­ро­шо! Пло­хо, что но­вые и бо­лее сим­па­тич­ные пи­ра­мид­ки по­ста­ви­ли не на мо­ги­лы, где по­ко­ят­ся кон­крет­ные лю­ди, а в со­вер­шен­но дру­гих ме­стах».

Кра­е­ве­ду в хам­ской ма­не­ре от­ве­ти­ли уста­ми пра­ви­тель­ствен­ной га­зе­ты. Его со­об­ще­ние со ссыл­кой на об­ласт­ной ко­ми­тет по куль­ту­ре на­зва­ли «фей­ко­вой но­во­стью», «неумест­ной и ци­нич­ной шут­кой» и «тан­ца­ми на ко­стях». По су­ще­ству же го­во­ри­лось, что «но­вая схе­ма рас­ста­нов­ки над­гроб­ных плит мак­си­маль­но при­бли­же­на к кон­крет­ным ме­стам за­хо­ро­не­ний оди­ноч­ных во­и­нов», а «ра­нее за­хо­ро­не­ния не бы­ли си­сте­ма­ти­зи­ро­ва­ны». Ну и под за­вяз­ку до­ба­ви­ли, де­скать, про­ект со­гла­со­вы­вал­ся с по­ис­ко­ви­ка­ми.

Дей­стви­тель­но, бы­ло со­ве­ща­ние, нас спра­ши­ва­ли, в ли­не­еч­ку ста­вить над­гроб­ные пли­ты или в шах­мат­ном по­ряд­ке. Но ни­кто не го­во­рил о том, что из­ме­нит­ся ме­сто их рас­по­ло­же­ния, что они бу­дут от­не­се­ны от мо­гил, — воз­му­ща­ет­ся Доб­ро­воль­ский. По­ка мы хо­дим по До­лине Сла­вы, ему зво­нят из му­зея, спра­ши­ва­ют, ка­кие пре­тен­зии к ре­кон­струк­ции. Он вновь по­вто­ря­ет: «На­до не чтоб кра­си­во бы­ло, а как по­ло­же­но». Раз­го­вор об­ры­ва­ет­ся.

На­ка­нуне ди­рек­тор му­зея Еле­на Хим­чук обе­ща­ла Ми­ха­и­лу Оре­ше­те вне­сти кор­рек­ти­вы в уже сде­лан­ное. Вер­нуть на ме­сто тум­бы с по­имен­ным спис­ком за­хо­ро­нен­ных в од­ном из сек­то­ров уз­ни­ков ла­ге­ря «На­ут­си» и вос­ста­но­вить над­гроб­ные зна­ки на 10 оди­ноч­ных мо­ги­лах в тор­це­вой сто­роне пер­во­го сек­то­ра. В осталь­ном чи­нов­ни­ки на­ста­и­ва­ют, что все сде­ла­ли пра­виль­но.

Впро­чем, 10 лет на­зад они то­же так го­во­ри­ли, по­ка во­ен­ко­мат не под­счи­тал: при преды­ду­щей ре­кон­струк­ции ме­мо­ри­а­ла с гра­нит­ной сте­ны, на ко­то­рой уве­ко­ве­че­ны име­на по­гиб­ших в За­по­ля­рье, про­па­ла ты­ся­ча имен. По­те­ря­ли це­лый ба­та­льон. Оп­ти­ми­зи­ро­ва­ли.

Мо­жет, и тут чи­нов­ни­ка­ми дви­га­ла страсть к оп­ти­ми­за­ции — кто их зна­ет. За­чем на ров­ном ме­сте со­зда­ли про­бле­му, не по­ни­ма­ют ни по­ис­ко­ви­ки, ни кра­е­ве­ды, ни жур­на­ли­сты. До­ба­ви­ли эмо­ций опуб­ли­ко­ван­ные в ин­тер­не­те на­ка­нуне сним­ки с квад­ро­ко­пте­ра, сде­лан­ные в на­ча­ле ре­кон­струк­ции. На них вид­но, как небреж­но сва­ле­ны в ку­чу в ле­со­по­ло­се вен­ки, сня­тые с мо­гил, да вдо­ба­вок и как зи­я­ют са­ми мо­ги­лы, по­че­му-то пу­стые. При этом за­каз­чи­ки ра­бот на­ста­и­ва­ют: пе­ре­за­хо­ро­не­ний не про­во­ди­ли, хо­тя пла­ны та­кие пер­во­на­чаль­но об­суж­да­лись.

Бой­цы, ле­жа­щие здесь, не мог­ли об­ре­сти по­кой боль­ше 70 лет, о них не го­во­ри­ли, их за­пре­ща­ли ис­кать, они опро­вер­га­ли ло­зунг «Ни­кто не за­быт!», бу­дучи ли­ше­ны име­ни и судь­бы. Сей­час, по­сле по­хо­рон, им вы­па­ло оче­ред­ное над­ру­га­тель­ство.

Яи­щу в До­лине мо­ги­лу ка­пи­та­на Агей­че­ва, най­ти род­ствен­ни­ков ко­то­ро­го ко­гда-то по­мо­га­ла са­ма. Его так дол­го не хо­ро­ни­ли — де­нег не бы­ло. По­том де­нег не бы­ло на гра­нит­ный па­мят­ник, и ка­пи­тан Агей­чев ле­жал под де­ре­вян­ной об­луп­лен­ной пи­ра­мид­кой. Те­перь на ме­сте, ку­да опус­ка­ли при мне его гроб, нет ни­че­го. Спра­ва и сле­ва по­став­ле­ны два бу­ду­щих над­гро­бия. Над его мо­ги­лой — пу­сто­та.

Доб­ро­воль­ский пе­ре­жи­ва­ет, что с над­гро­бий ис­чез­нут и порт­ре­ты бой­цов. Род­ствен­ни­ки при­во­зи­ли гра­нит­ные пли­ты, уста­нав­ли­ва­ли са­ми. Еди­но­об­ра­зие это, мо­жет, и на­ру­ша­ло, толь­ко ко­му ме­ша­ло, неяс­но.

— По­смот­ри­те им в гла­за, — Кон­стан­тин по­ка­зы­ва­ет фо­то, с ко­то­рых де­ла­лись порт­ре­ты. — Вот здесь Мель­ни­ков ле­жит, и по­гиб здесь, а сам из Бе­ла­ру­си. Я ту­да ез­дил, спра­ши­вал, ка­ким он был… При нем за­пис­ку на­шли: «Про­шу со­об­щить Лене». А до­ма у него я уви­дел фо­то: он сто­ит в бе­лой ру­баш­ке, ру­ку по­ло­жил на пле­чо си­дя­щей де­вуш­ке в бе­лом пла­тье. В этом сек­то­ре он ле­жит. Мне го­во­рят, ле­жа­ли они некра­си­во и несим­мет­рич­но. Сим­мет­рич­но не по­ги­ба­ли.

Доб­ро­воль­ский по­ка­зы­ва­ет фо­то, на ко­то­рых пре­ста­ре­лые де­ти впер­вые ока­зы­ва­ют­ся у мо­гил от­цов:

— Они же на ко­ле­ни тут вста­ва­ли, име­на на пли­тах це­ло­ва­ли. Дочь ком­ба­та Пеш­ко­ва рас­ска­зы­ва­ла, от­ца уво­зи­ли из де­рев­ни на те­ле­ге, а он все огля­ды­вал­ся — так пе­ред ее гла­за­ми и остал­ся. А тут у нас она уви­де­ла его пред­смерт­ную за­пис­ку, вы­се­чен­ную на гра­ни­те.

Эти за­пис­ки, из­вле­чен­ные из смерт­ных ме­да­льо­нов, нель­зя чи­тать со спо­кой­ным серд­цем. Они го­во­рят го­раз­до боль­ше, чем тор­же­ствен­ные ре­чи, ко­то­рые ско­ро за­зву­чат здесь вновь: 6 ок­тяб­ря в До­лине Сла­вы оче­ред­ное за­хо­ро­не­ние. А че­рез год юби­лей осво­бож­де­ния За­по­ля­рья, вну­ки и де­ти пав­ших при­едут в До­ли­ну. И не най­дут до­ро­гих имен на гра­ни­те.

На ме­сте ста­рых над­гро­бий уста­но­ви­ли но­вые бе­тон­ные ос­но­ва­ния, раз­ме­стив их, ска­жем так, чтоб кра­си­во бы­ло. А во­все не там, где ре­аль­но по­ко­ят­ся бой­цы

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.