По­ли­ция мо­ли­лась вме­сте с на­ро­дом

По­че­му зе­мель­ный спор в Ин­гу­ше­тии нель­зя ре­шить, ссы­ла­ясь толь­ко на ис­то­рию

Novaya Gazeta - - ТЕМЫ НЕДЕЛИ - Ольга БОБРОВА, «Но­вая»

ВМа­га­се вот уже пя­тый день про­дол­жа­ет­ся ми­тинг про­те­ста про­тив со­гла­ше­ния об опре­де­ле­нии ад­ми­ни­стра­тив­ной гра­ни­цы, ко­то­рое 26 сен­тяб­ря под­пи­са­ли гла­ва Чеч­ни Рам­зан Ка­ды­ров и гла­ва Ин­гу­ше­тии Юнус-Бек Ев­ку­ров. Лю­ди со­бра­лись в сто­ли­це Ин­гу­ше­тии в день, ко­гда де­пу­та­ты Народного со­бра­ния рес­пуб­ли­ки долж­ны бы­ли ра­ти­фи­ци­ро­вать под­пи­сан­ное гла­ва­ми со­гла­ше­ние, — и с тех пор оста­ют­ся на пло­ща­ди, то при­бы­вая в чис­ле до несколь­ких ты­сяч (по слу­чаю пят­нич­ной мо­лит­вы, на­при­мер), то убав­ля­ясь до по­лу­то­ра со­тен — по слу­чаю хо­лод­ной но­чи.

Ста­ри­кам при­нес­ли стулья, для мо­литв рас­сте­ли­ли боль­шие ков­ры. Жгут ко­ст­ры, гре­ют­ся.

Де­пу­та­ты Народного со­бра­ния, са­ми по­же­лав­шие 4-го чис­ла го­ло­со­вать за ра­ти­фи­ка­цию гра­ни­цы в за­кры­том ре­жи­ме и, со­глас­но офи­ци­аль­ной вер­сии, утвер­див­шие ее боль­шин­ством го­ло­сов, к се­го­дняш­не­му дню пе­ред на­ро­дом ре­а­би­ли­ти­ро­ва­лись. Ес­ли сра­зу по­сле объ­яв­ле­ния офи­ци­аль­но­го по­ло­жи­тель­но­го ито­га де­пу­тат­ско­го го­ло­со­ва­ния о сво­ем несо­гла­сии с ним от­кры­то объ­яви­ли трое де­пу­та­тов, то к кон­цу дня в спис­ке несо­глас­ных с со­гла­ше­ни­ем бы­ло уже 14 фа­ми­лий (из 24 го­ло­со­вав­ших). А в по­сле­ду­ю­щие дни, ко­гда Ин­гу­ше­тия со сво­и­ми гра­ни­ца­ми уже не вы­хо­ди­ла из фе­де­раль­ной по­вест­ки, еще трое де­пу­та­тов при­зна­лись, что то­же го­ло­со­ва­ли про­тив ра­ти­фи­ка­ции. Их име­на в об­щий спи­сок до­пи­сы­ва­ли уже от ру­ки, там вни­зу еще оста­ва­лось место.

К че­сти ин­гу­шей на­до ска­зать, что, не­смот­ря на ко­лос­саль­ный на­кал стра­стей, ми­тинг все эти дни оста­вал­ся в мир­ном по­ле, и да­же по­ли­ция мо­ли­лась вме­сте с на­ро­дом. Со сто­ро­ны вла­стей не бы­ло ни­ка­ких по­пы­ток разогнать со­бра­ние, а с се­го­дняш­не­го дня и до кон­ца неде­ли ми­тинг и во­все со­гла­со­ван с ад­ми­ни­стра­ци­ей.

В вос­кре­се­нье к про­те­сту­ю­щим при­ез­жал пер­вый пре­зи­дент Ин­гу­ше­тии, Ге­рой Со­вет­ско­го Со­ю­за Руслан Сул­та­но­вич Ау­шев, чей ав­то­ри­тет в ин­гуш­ском об­ще­стве ве­лик. Имен­но Ау­шев в 1993 го­ду опре­де­лил­ся с гра­ни­ца­ми с то­гдаш­ним пре­зи­ден­том са­мо­про­воз­гла­шен­ной Ич­ке­рии Ду­да­е­вым, и имен­но этот ва­ри­ант гра­ни­цы с Чеч­ней, соб­ствен­но, и был утвер­жден со­гла­ше­ни­ем Ев­ку­ро­ва и Ка­ды­ро­ва.

На ми­тин­ге Руслан Ау­шев вы­сту­пил с ко­рот­кой ре­чью на ин­гуш­ском, из ко­то­рой офи­ци­аль­ные СМИ по­ня­ли, что пер­вый пре­зи­дент при­звал со­брав­ших­ся к мир­но­му раз­ре­ше­нию про­бле­мы пу­тем диа­ло­га, а про­тестные па­б­ли­ки услы­ша­ли, что «власть в ру­ках вра­гов ин­гуш­ско­го на­ро­да».

Ряд рос­сий­ских по­ли­ти­че­ских де­я­те­лей вы­ска­за­лись в под­держ­ку ин­гуш­ско­го ми­тин­га или же по­пы­та­лись про­ана­ли­зи­ро­вать его при­чи­ны, об­на­жив глав­ную про­бле­му: «в Рос­сии» (так го­во­рят на Кав­ка­зе о всей стране за пре­де­ла­ми СКФО) ма­ло кто по­ни­ма­ет при­чи­ны ин­гуш­ско­го воз­му­ще­ния. А по­то­му об­суж­да­ет­ся утри­ро­ван­ная и, по прав­де го­во­ря, опас­ная для стра­ны и для лю­дей вер­сия об ан­нек­сии ин­гуш­ских тер­ри­то­рий в поль­зу Чеч­ни.

Рос­сий­ский Кав­каз — слож­ней­ший гео­по­ли­ти­че­ский клу­бок, смо­тав­ший­ся в та­ком за­пу­тан­ном виде в зна­чи­тель­ной ме­ре по при­чи­нам гру­бо­го по­тре­би­тель­ско­го хо­зяй­ство­ва­ния со­вет­ской вла­сти. (Мож­но ко­пать и глуб­же, но это не име­ет смыс­ла с ад­ми­ни­стра­тив­ной точ­ки зре­ния: в со­ста­ве Рос­сии Кав­каз, как мы пом­ним, жи­вет толь­ко с кон­ца XIX ве­ка, с за­вер­ше­ния Кав­каз­ских войн. И го­во­рить о ка­ких-то до­ку­мен­таль­но за­креп­лен­ных в тот мо­мент гра­ни­цах меж­ду рес­пуб­ли­ка­ми не по­лу­чит­ся, вви­ду гос­под­ства на дан­ных тер­ри­то­ри­ях родо­пле­мен­но­го укла­да.)

С при­ше­стви­ем Со­ве­тов в 1920 го­ду бы­ла об­ра­зо­ва­на Гор­ская ССР, ку­да, помимо Чеч­ни и Ин­гу­ше­тии, во­шли так­же ны­неш­ние Ка­бар­ди­но-Бал­ка­рия, Ка­ра­чае­воЧер­ке­сия и Се­вер­ная Осе­тия. В том же 20-м го­ду был об­ра­зо­ван Сун­жен­ский ка­за­чий округ. Ис­то­ри­че­ские зем­ли Сун­жен­ско­го ка­за­чье­го окру­га бы­ли на­се­ле­ны пре­иму­ще­ствен­но ин­гу­ша­ми, но поз­же их за­ня­ли тер­ские ка­за­ки. Че­рез два го­да, в 1922-м, из Гор­ской АССР бы­ла вы­де­ле­на Че­чен­ская ав­то­ном­ная об­ласть, а еще че­рез два го­да, в 1924-м, Гор­скую Рес­пуб­ли­ку и во­все упразд­ни­ли, раз­бив на са­мо­сто­я­тель­ные тер­ри­то­ри­аль­ные еди­ни­цы, од­ной из ко­то­рых ста­ла Ин­гуш­ская ав­то­ном­ная об­ласть.

В 1929 го­ду Сун­жен­ский ка­за­чий округ был при­со­еди­нен к Чечне. А в 1934-м к Чечне бы­ла при­со­еди­не­на уже и вся Ин­гу­ше­тия, так по­яви­лась Че­че­ноИн­гуш­ская ав­то­ном­ная об­ласть, поз­же пре­об­ра­зо­ван­ная в ЧИАССР.

В 1992 го­ду ЧИАССР рас­па­лась на Ич­ке­рию, ре­шив­шую су­ще­ство­вать от­дель­но от Рос­сии, и Ин­гу­ше­тию, остав­шу­ю­ся в ее со­ста­ве. В 1993 го­ду Ау­шев и Ду­да­ев до­го­во­ри­лись о гра­ни­це меж­ду рес­пуб­ли­ка­ми, от­тал­ки­ва­ясь имен­но от тех границ, ко­то­рые Чеч­ня и Ин­гу­ше­тия име­ли при объ­еди­не­нии, в 1934 го­ду, од­на­ко это со­гла­ше­ние до ны­неш­не­го вре­ме­ни не бы­ло до­ку­мен­таль­но за­креп­ле­но. Это неопре­де­лен­ное по­ло­же­ние са­мо по се­бе рож­да­ло опас­ность кон­флик­та. Так, в 2012 го­ду Рам­зан Ка­ды­ров за­явил о том, что зна­чи­тель­ные тер­ри­то­рии Ин­гу­ше­тии по фак­ту долж­ны при­над­ле­жать Чечне, и че­чен­ский пар­ла­мент, при­ни­мая за­кон о му­ни­ци­паль­ном управ­ле­нии, да­же за­кре­пил за Чеч­ней эти тер­ри­то­рии. Ка­ды­ров, обос­но­вы­вая свою по­зи­цию, от­сы­лал­ся как раз к со­вет­ско­му ад­ми­ни­стра­тив­но-тер­ри­то­ри­аль­но­му де­ле­нию, к мо­мен­ту, ко­гда рас­смат­ри­ва­е­мые тер­ри­то­рии от­но­си­лись к Чечне, а так­же к то­му об­сто­я­тель­ству, что на этих зем­лях исто­ри­че­ски жи­ли че­чен­цы. То­гда по­зи­ция гла­вы со­сед­ней брат­ской рес­пуб­ли­ки спро­во­ци­ро­ва­ла в Ин­гу­ше­тии на­сто­я­щую бу­рю. Как мы мо­жем су­дить по со­гла­ше­нию о гра­ни­цах, под­пи­сан­но­му 26 сен­тяб­ря Ка­ды­ро­вым и Ев­ку­ро­вым, эти сло­ва оста­лись сло­ва­ми: ни­кто у Ин­гу­ше­тии ни­че­го не за­брал, все осталось в рамках по­след­них до­го­во­рен­но­стей Ау­ше­ва и Ду­да­е­ва.

Но вот имен­но эти до­го­во­рен­но­сти те­перь ин­гу­ши и под­вер­га­ют со­мне­нию, на­ста­и­вая, что при раз­де­ле в 1993 го­ду Ин­гу­ше­тия мно­гое усту­пи­ла Чечне. И те­перь она, по мне­нию мно­гих участ­ни­ков ми­тин­га, долж­на за­брать свои зем­ли об­рат­но.

Лю­бо­пыт­но, что, ар­гу­мен­ти­руя эту по­зи­цию, спи­ке­ры зер­каль­но поль­зу­ют­ся ров­но те­ми же ар­гу­мен­та­ми, ко­то­рые пре­жде при­во­дил Рам­зан Ка­ды­ров: мол, ко­гда-то, при Со­ве­тах, эти зем­ли от­но­си­лись к Ин­гуш­ской ав­то­но­мии, ну и так­же — «там нет ни од­ной че­чен­ской мо­ги­лы».

«Ко­гда-то» — это во­об­ще цен­траль­ный и все­по­беж­да­ю­щий ар­гу­мент ны­неш­не­го ин­гуш­ско­го ми­тин­га. Мно­го­чис­лен­ные про­тестные па­б­ли­ки в эти дни за­по­ло­ня­ют кар­тин­ки, на ко­то­рых к ак­ту­аль­ной кар­те Ин­гу­ше­тии при­со­еди­не­ны зем­ли, неко­гда на­се­ля­е­мые ин­гу­ша­ми, а те­перь, как сле­ду­ет из ло­ги­ки ав­то­ров, утра­чен­ные. Са­мая «пол­ная» из этих Ин­гу­ше­тий вклю­ча­ет в се­бя да­же тер­ри­то­рии, ныне от­но­ся­щи­е­ся к Гру­зии. И ес­ли ру­ко­вод­ство­вать­ся этой ло­ги­кой, то из ны­неш­не­го про­тестно­го ту­пи­ка есть толь­ко один вы­ход. И он страш­ный.

Фан­том­ные стра­да­ния по зем­лям, какими бы на­ив­ны­ми они ни смот­ре­лись со сто­ро­ны той са­мой «осталь­ной Рос­сии» (за пре­де­ла­ми СКФО), — есть ре­ак­ция за­щит­ной си­сте­мы ма­лень­ко­го на­ро­да, уце­лев­ше­го в ве­ках и же­ла­ю­ще­го и да­лее се­бя со­хра­нять. От­цам из Ря­за­ни или Ха­ба­ров­ска ни­ко­гда не по­нять ин­гуш­ско­го от­ца, ко­то­ро­му в страш­ном сне не при­снит­ся, что его доч­ка вы­шла за­муж не за ин­гу­ша. Моск­ви­чам и но­во­си­бир­цам, ни­ко­гда не по­нять ин­гуш­ских ста­ри­ков, ко­то­рые, про­жив всю жизнь в ты­ся­че ки­ло­мет­ров от ро­ди­ны, зна­ют,

«Ко­гда-то» — не ар­гу­мент. Ес­ли ру­ко­вод­ство­вать­ся этой ло­ги­кой, то из ны­неш­не­го про­тестно­го ту­пи­ка есть толь­ко один вы­ход. И он страш­ный

что, ко­гда за­кон­чит­ся их зем­ной путь, они бу­дут по­хо­ро­не­ны в род­ной зем­ле. Все это — то­же за­щит­ные механизмы, га­ран­ти­ру­ю­щие вы­жи­ва­ние на­ро­да. Са­мое пе­чаль­ное и тре­вож­ное в ны­неш­ней си­ту­а­ции — это то, что ни­как не за­пус­ка­ет­ся по­след­ний и, на­вер­ное, са­мый глав­ный ме­ха­низм са­мо­за­щи­ты ин­гуш­ско­го на­ро­да (да и лю­бо­го дру­го­го): по­ни­ма­ние то­го, что жиз­ни сы­но­вей, их про­ли­тая кровь сто­ят мно­го до­ро­же, чем все, вме­сте взя­тые, мо­ги­лы пред­ков. Как бы же­сто­ко, а для ко­го-то да­же ко­щун­ствен­но это ни зву­ча­ло.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.