Ка­ра­ван

Novaya Gazeta - - СПЕ­ЦИ­АЛЬ­НЫЙ РЕ­ПОР­ТАЖ - «Но­вая га­зе­та» бла­го­да­рит Ма­рию Ан­то­нию Эсмен­хау Пи­не­ду, бе­жен­ку из Гва­те­ма­лы, раз­но­ра­бо­чую, ма­му пя­те­рых де­тей, без ко­то­рой этот текст не был бы воз­мо­жен. Еле­на КО­СТЮ­ЧЕН­КО, «Но­вая», Сан-Ди­его—Ти­ху­а­на

бо­ят­ся, что ка­ра­ван ста­нет от­лич­ным по­пол­не­ни­ем для банд, и улич­ная вой­на пе­рей­дет на но­вый уро­вень.

В го­ро­де рас­ска­зы­ва­ют, что ка­ра­ван­щи­ки от­ка­зы­ва­ют­ся от бо­бов — тра­ди­ци­он­ной мек­си­кан­ской еды, на­зы­вая их «кор­мом для сви­ней». Мно­гие уве­ре­ны, что ка­ра­ва­ну пла­тят — Трамп, «ми­ро­вое пра­ви­тель­ство» или ле­вые мек­си­кан­ские по­ли­ти­ки. На­зы­ва­ет­ся да­же сум­ма — 300–400 дол­ла­ров на од­но­го гон­ду­рас­ца («гон­ду­рас­цы — са­мые про­даж­ные»). Ми­грант, разо­рвав­ший мек­си­кан­ский флаг пе­ред ка­ме­рой, уже стал прит­чей. За две неде­ли в го­ро­де бы­ло аре­сто­ва­но 200 че­ло­век, при­шед­ших с ка­ра­ва­ном.

На­пря­же­ние уси­ли­ва­ет­ся еще и от­то­го, что фе­де­раль­ное пра­ви­тель­ство не по­тра­ти­ло на ка­ра­ван ни пе­со. Из Ме­хи­ко при­сла­ли сол­дат — кор­мить бе­жен­цев и фе­де­раль­ную по­ли­цию, име­ю­щую опыт в раз­гоне мас­со­вых ми­тин­гов.

В про­шлый по­не­дель­ник слу­чил­ся пер­вый на­ци­о­на­ли­сти­че­ский ми­тинг в ис­то­рии Ти­ху­а­ны. Его ор­га­ни­зо­вал мест­ный пра­вый Иван Ри­бе­линг, ко­то­рый зо­вет се­бя Ко­мен­да­том Коб­рой. Он по­про­сил по­мо­щи жи­те­лей в за­щи­те, ра­зу­ме­ет­ся, жен­щин и де­тей. При­зы­вал ис­поль­зо­вать «несмер­тель­ное ору­жие» — би­ты, ре­зи­но­вые пу­ли и па­тро­ны с со­лью, что­бы за­ста­вить ми­гран­тов вер­нуть­ся в свою стра­ну. Та­к­же он об­ра­тил­ся к нар­ко­кар­те­лям: «Вы Бо­жьи лю­ди, за­бо­тя­щи­е­ся о сво­ей зем­ле, и Гос­подь ска­жет вам, что де­лать».

— Ну, в об­щем, бы­ли ви­део этих му­да­ков, и я узнал сы­на сво­е­го дру­га, — го­во­рит пси­хо­те­ра­певт Гиль­бер­то Зи­гин­да. — Не знаю, как те­перь ска­зать ему. Как те­перь во­об­ще с ни­ми об­щать­ся.

— Я не узнаю свой го­род, — го­во­рит его же­на Пат­ри­сия, врач.

Пат­ри­сия, Гиль­бер­то и ли­де­ры несколь­ких во­лон­тер­ских ор­га­ни­за­ций со­би­ра­ют­ся в ком­мью­ни­ти-цен­тре La Casa del Centro, что­бы об­су­дить ор­га­ни­за­цию по­мо­щи ка­ра­ва­ну. На скайп вы­хо­дят во­лон­те­ры из Ме­хи­ко — ка­ра­ван про­дол­жа­ет ид­ти. На скайп вы­хо­дят ак­ти­ви­сты из Лос-Ан­же­ле­са — два­дцать вра­чей и мед­се­стер со­би­ра­ют­ся при­е­хать в кон­це неде­ли и по­мочь хо­тя бы с пер­вич­ным осмот­ром.

— Ме­ня бе­сит, что, по­ка ка­ра­ван шел, мы об­суж­да­ли это с чи­нов­ни­ка­ми каж­дый день — как их кор­мить, как их ле­чить, рас­пре­де­ля­ли обя­зан­но­сти, — го­во­рит Да­рин­ка из ор­га­ни­за­ции Coaia. — А в ито­ге их про­сто за­гна­ли на ста­ди­он под от­кры­тое небо. Наш го­род исто­ри­че­ски — го­род ми­гран­тов, долж­ны быть про­то­ко­лы ра­бо­ты с ни­ми. Но нет ни­че­го. Мы не про­хо­дим тест на гу­ман­ность.

Ста­ди­он Бе­ни­то Ху­а­рес

Все­го в го­ро­де 30 при­ютов для ка­ра­ван­щи­ков. Ста­ди­он сре­ди них — един­ствен­ный му­ни­ци­паль­ный. К кон­цу но­яб­ря на ста­ди­оне под от­кры­тым небом жи­ли 4731 че­ло­век: 2066 муж­чин, 904 жен­щи­ны, 418 маль­чи­ков и 444 де­воч­ки.

До­ступ на ста­ди­он — по оран­же­вым брас­ле­ти­кам на ру­ках. Тя­же­лый за­пах немы­тых тел. Па­ра де­сят­ков туа­ле­тов, несколь­ко ду­шей — от­кры­тых, лю­ди мо­ют­ся пря­мо в одеж­де — окру­же­ны раз­мок­шей гря­зью.

Па­лат­ки есть у тех, ко­му род­ные пе­ре­ве­ли день­ги. Осталь­ные со­би­ра­ют свое жи­лье пря­мо на ме­сте: пал­ки за­би­ва­ют в зем­лю ста­ди­о­на, на­тя­ги­ва­ют по­ли­эти­ле­но­вую плен­ку и оде­я­ла. Са­мые луч­шие ме­ста — меж­ду три­бу­на­ми и ста­ди­о­ном — пол­но­стью за­би­ты мат­ра­са­ми. Там жи­вут пер­вые при­шед­шие — жен­щи­ны с детьми и креп­кие ре­бя­та с та­ту­и­ров­ка­ми.

Над ста­ди­о­ном ле­та­ет ка­шель. Но­чью тем­пе­ра­ту­ра опус­ка­ет­ся до 10 гра­ду­сов. Че­рез ме­сяц нач­нет­ся се­зон до­ждей. Есть ощу­ще­ние, что Ти­ху­а­на в пря­мом смыс­ле ждет у мо­ря по­го­ды.

Ре­ги­на Ка­се­я­но при­шла в Ти­ху­а­ну с до­че­рью Эли­сон. Она из го­ро­да Сан­таРи­та. Стар­ший сын жи­вет с от­цом в США (по­лу­чи­ли убе­жи­ще по­сле то­го, как ста­ли сви­де­те­ля­ми убий­ства), трое млад­ших маль­чи­ков оста­лись до­ма. «Мне на­до бы­ло спа­сать дочь, преж­де все­го. До шко­лы 6 ки­ло­мет­ров. Ту­да я ее от­во­жу, но об­рат­но она идет од­на. На этой до­ро­ге трех маль­чи­ков из­на­си­ло­ва­ли толь­ко за по­след­ний год».

Эли­сон — от­лич­ни­ца. Она рас­пи­сы­ва­ет пла­сти­ко­вую та­рел­ку кар­тин­ка­ми фрук­тов, каж­дый фрукт ак­ку­рат­но под­пи­сы­ва­ет на ан­глий­ском.

Ре­ги­на за­ра­ба­ты­ва­ла на жизнь, сор­ти­руя ба­на­ны. Ба­на­ны сор­та «Чи­ки­та» — для США. Они долж­ны быть пол­но­стью зе­ле­ные, иде­аль­ные, без ца­ра­пин, от 20 до 23 сан­ти­мет­ров. «Ами­го» — все осталь­ные. Ба­на­ны при­во­зи­ли в 5.30, в 7.30 на­чи­на­лась сме­на. Ра­бо­та­ли до 6 ве­че­ра, 11 ча­сов, с од­ним вы­ход­ным в неде­лю (за ис­клю­че­ни­ем мар­та и ап­ре­ля — то­гда вы­ход­ных не бы­ло во­об­ще). Ре­ги­на пе­ре­би­ра­ла 4 ты­ся­чи ба­на­нов в день. За­ра­ба­ты­ва­ла 1600 лем­пир в неде­лю (4200 руб­лей). Это бы­ла очень, очень хо­ро­шая ра­бо­та.

Из до­ма Ре­ги­на вы­шла без де­нег. С со­бой взя­ла са­мое необ­хо­ди­мое — фо­то­гра­фии, брас­ле­ти­ки из род­до­ма на каж­до­го из де­тей и немно­го укра­ше­ний: «вот это по­да­рил муж, ко­гда мы еще про­сто встре­ча­лись, это сест­ра, это я ку­пи­ла на первую зар­пла­ту». «Мои вос­по­ми­на­ния, моя ра­дость». Ее но­мер в оче­ре­ди на убе­жи­ще 15 940.

Эма­ну­эль Гар­сия, 32 го­да. Он из го­род­ка На­као­ме. Ра­бо­тал те­ле­ве­ду­щим, вел шоу на ра­дио, плот­ни­чал, про­да­вал фрук­ты — по­ка­зы­ва­ет мо­зо­ли от те­леж­ки. Па­рал­лель­но ра­бо­те по­след­ние 12 лет слу­жил пас­то­ром в мест­ной церк­ви. Он был од­ним из тех, кто на­чал ка­ра­ван.

В мар­те уби­ли при­хо­жан из его церк­ви. «Боль­шая се­мья ма­лень­ких ком­мер­сан­тов», 14 че­ло­век, ма­лень­кий ма­га­зин. «Они от­ка­за­лись пла­тить дань. У нас каж­дый день на­до пла­тить, чтоб ра­бо­тать, 50–100 лем­пир (130–270 руб­лей), смот­ря ка­кая вы­руч­ка». Бан­ди­ты рас­стре­ля­ли всех, кто был в до­ме: де­ся­те­рых, вклю­чая 3-ме­сяч­но­го ре­бен­ка. Че­ты­рем вы­жив­шим при­шлось уехать в дру­гой го­род, чтоб спа­стись.

«Не то что это необыч­ная исто­рия, — го­во­рит Эма­ну­эль. — Про­сто как по­след­няя кап­ля ста­ла». Про ка­ра­ван го­во­рит: «Я не ожи­дал та­ко­го, ко­неч­но. И же­сто­ко­сти пу­ти не ожи­дал».

Спи­сок мерт­вых это­го ка­ра­ва­на еще не со­став­лен. Эма­ну­эль на­зы­ва­ет сво­их. Ху­ан Хо­се Го­мес, 28 лет, Гон­ду­рас. Пы­тал­ся за­брать­ся в ку­зов гру­зо­ви­ка, уце­пил­ся за тру­бы в ку­зо­ве, тру­бы по­еха­ли, он упал, сле­ду­ю­щая ма­ши­на пе­ре­еха­ла его го­ло­ву. Ген­ри Ди­аз Рай­ас, 26 лет, — га­зо­вая гра­на­та, вы­пу­щен­ная мек­си­кан­ски­ми по­ли­цей­ски­ми, про­би­ла го­ло­ву. Пе­ре­ход че­рез реч­ку Су­а­чи­те меж­ду Гва­те­ма­лой и Мек­си­кой 28 ок­тяб­ря вспо­ми­на­ет как са­мый страш­ный. По­ли­цей­ские на­ча­ли стре­лять га­зо­вы­ми гра­на­та­ми по тол­пе. Од­на из гра­нат за­ле­те­ла в дет­скую ко­ляс­ку.

МИД Мек­си­ки до­бав­ля­ет еще име­на: Гер­ман Ра­ми­рез Ри­ве­ра (25 лет, вы­пал из ку­зо­ва гру­зо­ви­ка на хо­ду), Мел­вин Джо­шуа Го­мес Эско­бар (21 год, вы­пал из ку­зо­ва), Дар­вин До­наль­до Каст­ро Сам­бра­но (17 лет, по­ве­сил­ся в шел­те­ре го­ро­да Та­па­чу­ла), Оскар Ма­укс­ди­эль Крус Аль­кер­ро (17 лет, на по­след­нем эта­пе пу­ти из Ме­хи­ка­ли в Ти­ху­а­ну был сбит ма­ши­ной, его стар­шая сест­ра вер­ну­лась на ро­ди­ну). Имя по­след­не­го мерт­во­го — 17-лет­не­го пар­ня, по­кон­чив­ше­го с со­бой уже в Ти­ху­ане в про­шлый чет­верг, не на­зы­ва­ют ни ка­ра­ван­щи­ки, ни вла­сти. Вла­сти ждут ре­зуль­та­тов вскры­тия (по­ка ис­поль­зу­ет­ся сло­во ин­ток­си­ка­ция), ка­ра­ван­щи­кам, ка­жет­ся, стыд­но: «У него на ро­дине уби­ли всю се­мью — ро­ди­те­лей и бра­та, он всю до­ро­гу го­во­рил о смер­ти. Мы его, ко­неч­но, под­дер­жи­ва­ли, как мог­ли. Но пло­хо под­дер­жи­ва­ли».

Еще есть мерт­вые, имен ко­то­рых Эма­ну­эль не зна­ет. Ста­ри­ки, ко­то­рые не про­сы­па­лись утром. Муж­чи­на, вы­толк­нув­ший жен­щи­ну из-под ма­ши­ны и упав­ший под нее сам. Боль­ше двух­сот че­ло­век за вре­мя сле­до­ва­ния ка­ра­ва­на про­сто ис­чез­ли.

По ла­ге­рю бод­ро пе­ре­дви­га­ют­ся лю­ди в бе­же­вых жи­ле­тах. Пар­тия Мо­ре­на, к ко­то­рой при­над­ле­жит но­вый пре­зи­дент Мек­си­ки Ан­дрес Ма­ну­эль Ло­пес Обра­дор. Пре­зи­дент всту­па­ет в долж­ность 1 де­каб­ря.

— Мы тру­дим­ся, что­бы най­ти вам ра­бо­ту, — го­во­рит Сер­ван­до Хур­та­до. — На­ша по­зи­ция — по­мо­гать, мы гу­ма­ни­сты! Есть как ми­ни­мум 5000 ва­кан­сий на стро­и­тель­стве же­лез­ной до­ро­ги. Сей­час по­стро­е­на по­ло­ви­на то­го, что за­пла­ни­ро­ва­но.

Бу­ду­щая до­ро­га прой­дет по юж­но­му шта­ту Чья­пас, где два­дцать лет идет по­зи­ци­он­ная вой­на меж­ду ин­дей­ца­ми и анар­хи­ста­ми, с од­ной сто­ро­ны, и фер­ме­ра­ми и пра­ви­тель­ствен­ны­ми вой­ска­ми, с дру­гой.

Спорт­пло­щад­ка

В пят­ни­цу ве­че­ром под­тя­нул­ся хвост ка­ра­ва­на из Ме­хи­ка­ли. Сво­бод­ное ме­сто на ста­ди­оне ис­че­за­ет на гла­зах. На ста­ди­оне ока­зы­ва­ют­ся за­жа­ты 5600 че­ло­век.

Кар­лос Мен­дес, Ма­рия Сан­чес, Ми­шель и де­вя­ти­лет­няя Висма­ри ни­как не мо­гут опу­стить рюк­за­ки на зем­лю. За­гнан­ность в гла­зах. Они уеха­ли по­сле то­го, как мест­ные бан­ди­ты на­ча­ли вы­зна­вать, есть ли у них род­ствен­ни­ки в США. Ес­ли та­кие есть, од­но­го из чле­нов се­мьи по­хи­ща­ют и про­сят вы­куп.

Их се­мья из го­ро­да Эль-Джа­рал.

— А мы там аэро­дром стро­и­ли. Да­вай­те по­мо­гу с рюк­за­ка­ми.

Эли­ас Бра­ун Хам­монд из аме­ри­кан­ско­го Лонг-Бич до­би­ра­ет­ся в Ти­ху­а­ну по че­ты­ре ча­са каж­дый день. При­во­зит ве­щи, пам­пер­сы, еду. Ему 83 го­да.

— То, что мы аме­ри­кан­цы, не де­ла­ет нас сверх­лю­дь­ми. Мы все жи­вем од­ну жизнь. Я пом­ню Бер­лин­скую сте­ну. Я не ду­мал, что за­ста­ну та­кое. Эта сте­на го­во­рит все­му ми­ру — мы сла­бые, мы в от­ча­я­нии, мы ни­че­го не мо­жем сде­лать. По­ли­ти­ка, ко­то­рую мы про­во­дим, не долж­на быть про­тив лю­дей. Я ни­ко­гда с нею не со­гла­шусь. Я во­об­ще ду­маю уехать из Аме­ри­ки и жить где-ни­будь еще.

Эли­ас слу­жил в ар­мии 30 лет. Про­фес­си­о­наль­ный во­ен­ный, снай­пер, ин­струк­тор, окон­чил во­ен­ную ака­де­мию Вест Пойнт, Нью-Йорк. «Вьет­нам сна­ча­ла. По­том Гон­ду­рас, Па­на­ма, Ни­ка­ра­гуа, Гва­те­ма­ла, Ко­ста-Ри­ка, Саль­ва­дор. Был 72 ча­са в Юго­сла­вии, ко­гда пре­кра­ща­ли бом­бить».

За про­шлое не стыд­но: «То­гда все бы­ло дру­гое. Вой­на, цен­но­сти, все».

— Цен­траль­ная Аме­ри­ка бы­ла на­шей спорт­пло­щад­кой. Мы тре­ни­ро­ва­ли гон­ду­рас­цев, что­бы сбро­сить Ор­те­гу. Ар­мия Ни­ка­ра­гуа бы­ла по­стро­е­на аме­ри­кан­ца­ми. Мы им очень за­дол­жа­ли.

Ка­ра­ван­щи­ки шу­тят: «Для США на­ши гра­ни­цы ни­ко­гда не бы­ли про­бле­мой». Толь­ко в Гон­ду­ра­се аме­ри­кан­цы вы­са­жи­ва­лись в 1903, 1907, 1911, 1912, 1919, 1924 и 1925 го­дах. Но обыч­но про­бле­мы ре­ша­ло по­ли­ти­че­ское вли­я­ние, день­ги, ору­жие, фор­ми­ро­ва­ние и обу­че­ние мест­ных ар­мий. С на­ча­ла XX ве­ка США ак­тив­но поль­зо­ва­лись глав­ным ре­сур­сом этих стран — зем­лей. Иде­аль­ный кли­мат поз­во­лял ве­сти экс­тен­сив­ное сель­ское хо­зяй­ство. Ко­гда зем­ля ис­то­ща­лась, мож­но бы­ло пе­ре­хо­дить на но­вое ме­сто, вы­ру­бая джунгли.

Са­мый яр­кий при­мер — «Юнай­тед фрут ком­па­нии», ЮФК, или, как ее зо­вут в на­ро­де, El Pulpo — «ось­ми­ног». Ей при­над­ле­жа­ли не толь­ко об­шир­ные зем­ли, но и же­лез­ные и ав­то­мо­биль­ные до­ро­ги, ли­нии свя­зи. Пре­зи­ден­ты Гва­те­ма­лы и Гон­ду­ра­са, пы­тав­ши­е­ся на­ци­о­на­ли­зи­ро­вать зем­ли ком­па­нии, про­ве­сти аг­рар­ную ре­фор­му или при­нять тру­до­вое за­ко­но­да­тель­ство, ока­зы­ва­лись сме­ще­ны.

Аме­ри­кан­ская по­ли­ти­че­ская вер­хуш­ка сли­ва­лась с ЮФК до по­чти пол­ной нераз­ли­чи­мо­сти. Ба­на­но­вые план­та­ции за­щи­ща­ли ЦРУ и ВВС США, ме­то­дич­ки для СМИ по­сле оче­ред­но­го кон­флик­та пи­са­лись спе­ци­а­ли­ста­ми Бе­ло­го до­ма в со­ав­тор­стве с ба­на­но­вы­ми пи­ар­щи­ка­ми. Как пи­шет аме­ри­кан­ский жур­на­лист Рич Ко­эн в кни­ге «Ры­ба, ко­то­рая съе­ла ки­та», Джон Фо­стер Дал­лес, пред­став­ляв­ший ЮФК в ре­ша­ю­щей сдел­ке с гва­те­маль­ски­ми чи­нов­ни­ка­ми в 30-х го­дах, был гос­сек­ре­та­рем при Эй­зен­хау­э­ре; его брат Ал­лен, ко­то­рый си­дел в со­ве­те ди­рек­то­ров ком­па­нии, был гла­вой ЦРУ; Ген­ри Ка­бот Лодж, по­сол Аме­ри­ки в ООН, был круп­ным вла­дель­цем ак­ций ЮФК; Эд Уит­ман, гла­ва от­де­ла по свя­зям с об­ще­ствен­но­стью ЮФК, был же­нат на Энн Уит­ман, лич­ной сек­ре­тар­ше Ду­ай­та Эй­зен­хау­э­ра. «Вы мо­же­те не ви­деть эти свя­зи до по­ры до вре­ме­ни — но раз­ви­деть это уже не по­лу­чит­ся».

У Мар­ке­са в «Сто лет оди­но­че­ства» ЮФК ста­ла про­то­ти­пом ба­на­но­вой ком­па­нии, ко­то­рая обо­га­ти­ла Ма­кон­до, а за­тем рас­стре­ля­ла за­ба­стов­ку. 6 де­каб­ря 1928 го­да ко­лум­бий­ские сол­да­ты от­кры­ли огонь по ба­сту­ю­щим ра­бо­чим ЮФК. Ме­сяц спу­стя по­сол США в Бо­го­те Джеф­фер­сон Каф­фе­ри ин­фор­ми­ро­вал Ва­шинг­тон: «Имею честь до­ло­жить, что об­щее чис­ло за­ба­стов­щи­ков, уби­тых ко­лум­бий­ски­ми во­ен­ны­ми, пре­вы­си­ло ты­ся­чу». У Мар­ке­са по­сле рас­стре­ла при­шел дождь, ко­то­рый шел пять лет, а по­том все за­кон­чи­лось. В ре­аль­но­сти ЮФК, два­жды сме­нив­шую имя, из­гна­ли из Бо­го­ты толь­ко в 2004 го­ду — за фи­нан­си­ро­ва­ние бо­е­ви­ков и за то, что на од­ном из ко­раб­лей ком­па­нии в стра­ну ввез­ли три ты­ся­чи ав­то­ма­тов АК-47.

Сей­час ком­па­ния на­зы­ва­ет­ся Chiquita Brands International. Имен­но в ней ра­бо­та­ет Ре­ги­на Кас­се­я­но и мно­гие дру­гие бе­жен­цы, при­шед­шие с ка­ра­ва­ном. По­след­ний всплыв­ший скан­дал — вы­пла­ты ко­лум­бий­ским бан­дам, чис­ля­щим­ся в США тер­ро­ри­сти­че­ски­ми ор­га­ни­за­ци­я­ми. За это ком­па­нию оштра­фо­ва­ли на 25 мил­ли­о­нов дол­ла­ров. Сей­час ком­па­ния за­ра­ба­ты­ва­ет 3 мил­ли­ар­да дол­ла­ров в год и име­ет две штаб-квар­ти­ры — в Швей­ца­рии и во Фло­ри­де.

Не­уди­ви­тель­но, что ле­вые идеи на этих зем­лях при­жи­лись. СССР под­дер­жи­вал од­них по­ли­ти­ков, США — дру­гих.

Хо­лод­ная вой­на здесь бы­ла очень го­ря­чей. В Саль­ва­до­ре в хо­де бо­ев меж­ду во­ен­ным пра­ви­тель­ством и ле­вы­ми пар­ти­зан­ски­ми груп­па­ми за 1979–1992 го­ды по­гиб­ли 75 ты­сяч че­ло­век, граж­дан­ская вой­на в Гва­те­ма­ле за 1960–1996 го­ды унес­ла жиз­ни 200 ты­сяч. В Гон­ду­ра­се граж­дан­ской вой­ны не бы­ло, но там аук­ну­лись со­сед­ние кон­флик­ты, стра­на слу­жи­ла ба­зой для под­дер­жи­ва­е­мых США «кон­трас», пра­вых по­встан­че­ских групп, во­е­вав­ших про­тив недо­ста­точ­но пра­во­го пра­ви­тель­ства Ни­ка­ра­гуа в 80-е го­ды.

Вой­на по­ро­ди­ла «боль­шое ко­ли­че­ство де­мо­би­ли­зо­ван­ных и без­ра­бот­ных муж­чин с лег­ким до­сту­пом к ору­жию», пи­шет аме­ри­кан­ский Ко­ми­тет по меж­ду­на­род­ным от­но­ше­ни­ям.

Каж­дая вой­на вы­зы­ва­ла мас­со­вые ми­гра­ции — в ту же Аме­ри­ку. Круп­ней­шая бан­да МS-13, тер­ро­ри­зи­ру­ю­щая ре­ги­он, бы­ла ос­но­ва­на в Лос-Ан­дже­ле­се в 80-е го­ды бе­жав­ши­ми от граж­дан­ской вой­ны саль­ва­дор­ца­ми. В 90-е, по­сле мас­со­вой де­пор­та­ции из США им­ми­гран­тов, со­вер­шив­ших уго­лов­ные пре­ступ­ле­ния, они вер­ну­лись до­мой и на­ча­ли осва­и­вать но­вые поч­вы.

Ре­ги­на Ка­се­я­но с до­че­рью Эли­сон. Они из го­ро­да Сан­та-Ри­та. «Мне на­до бы­ло спа­сать дочь. До ее шко­лы шесть ки­ло­мет­ров.На этой до­ро­ге трех маль­чи­ков из­на­си­ло­ва­ли толь­ко за по­след­ний год»

Лю­ди спят пе­ред по­гра­нич­ным пунк­том Сан-Изид­ро. Ночь Бла­го­да­ре­ния. Ти­ху­а­на, Мек­си­ка

Кар­лос Мен­дес, Ма­рия Сан­чес, Ми­шель и де­вя­ти­лет­няя Висма­ри толь­ко что при­бы­ли в Ти­ху­а­ну. Их се­мья из го­ро­да Эль-Джа­рал. Они уеха­ли по­сле то­го, как мест­ные бан­ди­ты на­ча­ли вы­зна­вать, есть ли у них род­ствен­ни­ки в США. Ес­ли та­кие есть, од­но­го из чле­нов се­мьи по­хи­ща­ют и тре­бу­ют вы­куп

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.