Вой­на и мы Наш про­тив­ник иг­ра­ет бе­лы­ми

В этой си­ту­а­ции сле­ду­ет ак­тив­но ма­нев­ри­ро­вать, не ввя­зы­вать­ся в раз­ме­ны и не под­став­лять­ся. Во­ен­ный экс­перт Вла­ди­мир Де­ни­сов — о со­вре­мен­ном со­сто­я­нии ар­мий Рос­сии и США

Novaya Gazeta - - КАК У НИХ - Про­дол­же­ние —

Си­сте­ма ко­ор­ди­нат, в ко­то­рой вы­рос­ло несколь­ко по­ко­ле­ний на­ших лю­дей, ка­за­лась незыб­ле­мой. Но по­сле рас­па­да СССР, кон­ца Вар­шав­ско­го до­го­во­ра, при­со­еди­не­ния Кры­ма, пре­вра­ще­ние со­юз­ной Укра­и­ны фак­ти­че­ски во вра­га на­чи­на­ешь по­ни­мать, что ни­че­го невоз­мож­но­го в этом ми­ре не су­ще­ству­ет.

Рас­суж­дать на во­ен­ные те­мы непро­сто. Об­щая за­кры­тость си­сте­мы, ин­фор­ма­ци­он­ная недо­ста­точ­ность и стро­гие огра­ни­че­ния по сек­рет­но­сти в этой об­ла­сти — нор­ма. Ме­ша­ет и об­щий тренд на «…непо­бе­ди­мую и ле­ген­дар­ную…», про­дик­то­ван­ный ин­фор­ма­ци­он­ной вой­ной и фор­ми­ру­е­мый в том чис­ле офи­ци­аль­ной жур­на­ли­сти­кой. А тем вре­ме­нем два круп­ней­ших и са­мых мощ­ных во­ен­ных ор­га­низ­ма со­вре­мен­но­го ми­ра, Рос­сия и США, дви­жут­ся на­встре­чу друг дру­гу с на­рас­та­ю­щей ско­ро­стью и ре­ши­мо­стью. При этом каж­дый про­де­лал нема­лую ра­бо­ту по са­мо­со­вер­шен­ство­ва­нию. Для то­го что­бы пра­виль­но оце­нить воз­мож­но­сти сто­рон, сле­ду­ет при­сталь­но по­смот­реть на путь, ко­то­рый был про­де­лан на­ми и аме­ри­кан­ски­ми во­ен­ны­ми, за­гля­нуть в на­ча­ло 90-х. Там ис­то­ки по­ве­де­ния лю­дей, от­ве­ча­ю­щих за со­сто­я­ние на­шей обо­ро­ны сей­час.

На пе­ре­ло­ме 80–90-х го­дов на­ша ар­мия ре­ша­ла слож­ней­шие по мас­шта­бам за­да­чи — вы­вод войск из Аф­га­ни­ста­на (1988–1989 го­ды), а за­тем из Во­сточ­ной Гер­ма­нии (1989–1994 го­ды). Это сот­ни ты­сяч лич­но­го со­ста­ва и де­сят­ки ты­сяч еди­ниц бо­е­вой тех­ни­ки и во­ору­же­ний. Па­рал­лель­но про­ис­хо­дил раз­дел са­мых мощ­ных во­ен­ных окру­гов на Укра­ине, в Сред­ней Азии, Бе­ло­рус­сии и При­бал­ти­ке. Мас­шта­бы вы­бы­тия и утрат во­ору­же­ний, во­ен­ной тех­ни­ки, во­ен­но­го иму­ще­ства бы­ли бес­пре­це­дент­ны.

До­ба­ви­лась и важ­ней­шая по­ли­ти­че­ская за­да­ча: со­хра­нить кон­троль над ядер­ны­ми си­ла­ми быв­ше­го СССР. Ча­стич­но они уже на­хо­ди­лись за пре­де­ла­ми гра­ниц со­вре­мен­ной Рос­сии. Тре­бо­ва­лись сот­ни но­вых во­ен­ных го­род­ков и баз хра­не­ния, необ­хо­ди­мо бы­ло вос­ста­но­вить учеб­ный про­цесс и на­ла­дить хо­тя бы эле­мен­тар­ный быт во­ен­но­слу­жа­щих и чле­нов их се­мей. В первую оче­редь это бы­ла за­бо­та Ге­не­раль­но­го шта­ба.

Осо­зна­вая всю тя­жесть внут­рен­них про­блем, во­ен­но-по­ли­ти­че­ское ру­ко­вод­ство Рос­сии пошло на раз­ви­тие кон­так­тов с НАТО и уча­стие в про­грам­ме «Парт­нер­ство ра­ди ми­ра» в усло­ви­ях на­чи­на­ю­ще­го­ся про­цес­са рас­ши­ре­ния бло­ка. Вер­хом на­ше­го ми­ро­лю­бия ста­ла во­ен­ная док­три­на пе­ре­ход­но­го пе­ри­о­да, в ко­то­рой блок НАТО по­чти не упо­ми­нал­ся.

УВС США в то вре­мя по­доб­ных про­блем не бы­ло. Они в 1990– 1991 го­дах в со­ста­ве ко­а­ли­ции про­ве­ли круп­ней­шую за несколь­ко де­ся­ти­ле­тий во­ен­ную опе­ра­цию про­тив Ира­ка, про­де­мон­стри­ро­вав пре­иму­ще­ства сво­ей но­вой кон­цеп­ции «Воз­душ­но­на­зем­ное сра­же­ние». Это со­бы­тие сле­ду­ет рас­смот­реть по­дроб­нее. Оно по­ло­жи­ло на­ча­ло бур­ным пре­об­ра­зо­ва­ни­ям в аме­ри­кан­ской ар­мии, про­дол­жа­ю­щим­ся до сих пор.

За пол­то­ра ме­ся­ца ак­тив­ной фа­зы опе­ра­ции бы­ли уни­что­же­ны все ВС Ира­ка, при­том что су­хо­пут­ные вой­ска ко­а­ли­ции ак­тив­но дей­ство­ва­ли все­го че­ты­ре дня на по­след­нем эта­пе. Эф­фект был оше­лом­ля­ю­щим, та­ко­го не ожи­да­ли са­ми по­бе­ди­те­ли, а бо­е­вые по­те­ри ни­чтож­ны. Но са­мое глав­ное на­ча­лось по­том, ко­гда в де­ло всту­пи­ли ана­ли­ти­ки и ру­ко­во­ди­те­ли Пен­та­го­на.

Ин­те­рес­но, как ме­ня­лась во­ен­ная мысль США. На прак­ти­ке ре­а­ли­зо­ва­лись прин­ци­пы «рас­ши­рен­но­го по­ля боя» за счет со­зда­ния уда­лен­ных груп­пи­ро­вок с даль­но­бой­ны­ми удар­ны­ми сред­ства­ми, под­твер­жде­на пра­виль­ность став­ки на раз­ви­тие вы­со­ко­точ­ных средств по­ра­же­ния вза­мен мас­си­ро­ван­ных уда­ров по пло­ща­дям, уда­лось под­твер­дить воз­мож­ность успеш­ных бес­кон­такт­ных дей­ствий пе­ре­до­вых под­раз­де­ле­ний и ча­стей, бы­ли опро­бо­ва­ны эле­мен­ты пер­спек­тив­но­го «еди­но­го по­ля боя» в так­ти­че­ском звене по­сред­ством ис­поль­зо­ва­ния но­вых ин­фор­ма­ци­он­ных тех­но­ло­гий. Про­изо­шел пе­ре­смотр ро­ли и ме­ста ро­дов войск и ви­дов ВС в об­щей си­сте­ме ве­де­ния боя и сра­же­ния си­ла­ми об­ще­го на­зна­че­ния.

Глав­ные вы­во­ды ка­са­лись опре­де­ле­ния клю­че­вых на­прав­ле­ний даль­ней­ше­го во­ен­но­го стро­и­тель­ства. На пер­вое ме­сто вста­ло ши­ро­кое внед­ре­ние ин­фор­ма­ци­он­ных тех­но­ло­гий во все уров­ни управ­ле­ния вой­ска­ми и ору­жи­ем. На эти раз­ра­бот­ки бро­си­ли ос­нов­ные фи­нан­со­вые сред­ства. В аме­ри­кан­ской во­ен­ной на­у­ке фак­ти­че­ски за­ро­дил­ся са­мо­сто­я­тель­ный раз­дел — опе­ра­тив­ное ис­кус­ство.

И еще один уди­ви­тель­ный итог той вой­ны. Не про­иг­рыш, а по­бе­да по­слу­жи­ла толч­ком к ре­во­лю­ци­он­ным пре­об­ра­зо­ва­ни­ям в аме­ри­кан­ском во­ен­ном де­ле. До это­го в ми­ро­вой прак­ти­ке, как пра­ви­ло, толь­ко по­ра­же­ния сти­му­ли­ро­ва­ли ко­рен­ные из­ме­не­ния.

Од­на­ко в на­шем во­ен­ном ру­ко­вод­стве воз­об­ла­да­ло мне­ние, что в об­щем-то все это у нас уже есть, и по­доб­ные мас­штаб­ные опе­ра­ции мы так­же пла­ни­ру­ем и от­ра­ба­ты­ва­ем в хо­де вся­ко­го ро­да уче­ний. Толь­ко вот с каж­дым го­дом та­ких уче­ний ста­но­ви­лось все мень­ше, а вско­ре они со­всем пре­кра­ти­лись, оста­ва­ясь го­лой тео­ри­ей. Не бы­ли пра­виль­но оце­не­ны пер­спек­ти­вы раз­ви­тия ин­фор­ма­ци­он­ных тех­но­ло­гий в во­ен­ном де­ле и их непо­сред­ствен­но­го ис­поль­зо­ва­ния в бою и опе­ра­ции. Это бы­ла ошиб­ка.

За­тем насту­пил 1994 год. Он ха­рак­те­рен дву­мя клю­че­вы­ми со­бы­ти­я­ми, ока­зав­ши­ми су­ще­ствен­ное вли­я­ние на раз­ви­тие во­ен­ных ве­домств Рос­сии и США. Это на­ча­ло че­чен­ских со­бы­тий и на­зна­че­ние У. Пер­ри аме­ри­кан­ским ми­ни­стром обо­ро­ны.

Сов­мест­но с во­ен­ны­ми У. Пер­ри в 1996 го­ду опре­де­лял бу­ду­щие пре­иму­ще­ства аме­ри­кан­ских ВС в но­вой кон­цеп­ции «Еди­ное ви­де­ние 2010» («Joint vision 2010»). В этом до­ку­мен­те де­кла­ри­ро­ва­лась необ­хо­ди­мость пол­но­мас­штаб­но­го аме­ри­кан­ско­го до­ми­ни­ро­ва­ния в клю­че­вых ха­рак­те­ри­сти­ках во­ору­жен­ных сил в XXI ве­ке под де­ви­зом «Пре­вос­ход­ство по все­му спек­тру». В мае 1997 го­да ОКНШ (объ­еди­нен­ный ко­ми­тет на­чаль­ни­ков шта­бов. — Ред.) при­ни­ма­ет в его раз­ви­тие но­вую «Кон­цеп­цию бу­ду­щих сов­мест­ных опе­ра­ций». В ней, в част­но­сти, кон­ста­ти­ру­ет­ся про­ис­хо­дя­щая ре­во­лю­ция в во­ен­ном де­ле, за­клю­ча­ю­ща­я­ся в транс­фор­ма­ции кос­ми­че­ско­го про­стран­ства в но­вый ТВД (те­атр во­ен­ных дей­ствий. — Ред.) с ин­фор­ма­ци­он­но-ко­манд­ны­ми и бо­е­вы­ми груп­пи­ров­ка­ми, по­яв­ле­нии уни­вер­саль­ных раз­ве­ды­ва­тель­но-удар­ных и ко­манд­ных си­стем, а так­же ин­фор­ма­ци­он­но-пси­хо­ло­ги­че­ских опе­ра­ций как са­мо­сто­я­тель­ных дей­ствий.

По­сто­ян­ный ана­лиз со­сто­я­ния и воз­мож­но­стей рос­сий­ских ВС в те го­ды поз­во­лил аме­ри­кан­цам до­ста­точ­но быст­ро скор­рек­ти­ро­вать соб­ствен­ные взгля­ды и прий­ти к окон­ча­тель­ным вы­во­дам о воз­мож­но­сти пол­но­го до­ми­ни­ро­ва­ния по все­му спек­тру во­ен­ных по­тен­ци­а­лов к 2020 го­ду, что и на­шло свое от­ра­же­ние в уточ­нен­ной кон­цеп­ции «Еди­ное ви­де­ние 2020» («Joint Vision 2020»), при­ня­той в 2000 го­ду. С тех пор и до на­ших дней мы жи­вем в усло­ви­ях, ко­гда ВС США пе­ри­о­ди­че­ски уточ­ня­ют ком­плекс ме­ро­при­я­тий по ре­а­ли­за­ции и внед­ре­нию в вой­ска про­грамм, раз­ра­бо­тан­ных на ос­но­ве вы­ше­ука­зан­ных кон­цеп­ций, со­став­ля­ю­щих ос­но­ву их взгля­дов на опе­ра­тив­ное ис­кус­ство в бли­жай­ших вой­нах, глав­ным ин­но­ва­ци­он­ным со­дер­жа­ни­ем ко­то­рых яв­ля­ют­ся несколь­ко по­ло­же­ний.

Во-пер­вых, транс­фор­ми­ру­ет­ся са­мо по­ня­тие «рас­ши­рен­но­го по­ля боя» в «еди­ное бо­е­вое про­стран­ство», со­по­ста­ви­мое с ТВД, с раз­ма­хом от 2–3 тыс. км и бо­лее как по ши­рине, так и глу­бине за счет даль­но­бой­ных средств и уда­лен­но­сти удар­ных груп­пи­ро­вок.

Во-вто­рых, воз­мож­но­сти удар­ных средств поз­во­ля­ют осу­ществ­лять по­ра­же­ние це­лей про­тив­ни­ка на всю глу­би­ну те­ат­ра с необ­хо­ди­мы­ми по­ка­за­те­ля­ми мас­си­ро­ва­ния и ве­ро­ят­но­сти по­ра­же­ния, что сти­ра­ет раз­ли­чие меж­ду пер­вым и дру­ги­ми эше­ло­на­ми, а так­же ты­ло­вой зо­ной в опе­ра­тив­ном по­стро­е­нии груп­пи­ро­вок про­тив­ни­ка.

В-тре­тьих, про­изо­шло прак­ти­че­ское осво­е­ние но­вых про­странств про­ти­во­бор­ства — эфир­но­го, се­те­во­го, ин­фор­ма­ци­он­но­го, кос­ми­че­ско­го с ре­аль­ным про­ве­де­ни­ем в них са­мо­сто­я­тель­ных опе­ра­ций спе­ци­аль­но со­здан­ны­ми для это­го си­ла­ми и сред­ства­ми.

В-чет­вер­тых, пе­ре­до­вые ин­фор­ма­ци­он­но-ко­манд­ные тех­но­ло­гии ре­а­ли­зо­ва­ны как еди­ный и по­сто­ян­ный про­цесс с цик­ла­ми «кон­троль про­стран­ства– управ­ле­ние–по­ра­же­ние» на всех ста­ди­ях во­ен­но­го про­ти­во­бор­ства (опе­ра­ции), то есть бой, сра­же­ние, вой­на без опе­ра­тив­ных па­уз. Цикл «пла­ни­ро­ва­ние–по­ра­же­ние» со­кра­тил­ся в за­ви­си­мо­сти от мас­шта­ба с несколь­ких су­ток до несколь­ких ча­сов и с несколь­ких ча­сов до ми­нут.

В-пя­тых, из­ме­ни­лись при­о­ри­те­ты при на­зна­че­нии сил и средств для по­ра­же­ния про­тив­ни­ка как меж­ду ви­да­ми ВС, так и в со­ста­ве сил об­ще­го на­зна­че­ния. Ак­цен­ты сме­ща­ют­ся в сто­ро­ну ком­плекс­ных мор­ских и воз­душ­ных груп­пи­ро­вок. Су­хо­пут­ные вой­ска дрей­фу­ют в сто­ро­ну бо­лее лег­ких и мо­биль­ных со­еди­не­ний. Тан­ко­вые вой­ска утра­чи­ва­ют свое зна­че­ние в ка­че­стве глав­ной удар­ной си­лы. Прак­ти­че­ски ис­чез­ла необ­хо­ди­мость в так­ти­че­ских и опе­ра­тив­но-так­ти­че­ских ра­кет­ных ком­плек­сах.

В-ше­стых, под­твер­жде­но на прак­ти­ке, что «пре­иму­ще­ствен­ное зна­ние про­стран­ства боя» яв­ля­ет­ся глав­ным кон­ку­рент­ным пре­иму­ще­ством со­вре­мен­ных ВС (чи­тай ВС США) в ны­неш­них и бу­ду­щих кон­флик­тах.

Та­ким об­ра­зом, из все­го вы­ше­ска­зан­но­го мож­но сде­лать вы­вод о спо­со­бах ве­ро­ят­ных дей­ствий аме­ри­кан­ских ВС и их со­юз­ни­ков в бу­ду­щих ре­ги­о­наль­ных кон­флик­тах, в слу­чае ес­ли в них ока­жут­ся во­вле­че­ны ар­мии Рос­сии или Ки­тая. К 2020 го­ду они за­вер­шат фор­ми­ро­ва­ние еди­но­го элек­трон­но­го ре­ест­ра це­лей сво­их ос­нов­ных пред­по­ла­га­е­мых про­тив­ни­ков («цен­тров бо­е­вой устой­чи­во­сти» или «гра­ви­та­ци­он­ных цен­тров»), ку­да бу­дут вклю­че­ны прак­ти­че­ски все их си­лы и сред­ства от ба­та­льо­на, ди­ви­зи­о­на и вы­ше, объ­ек­ты во­ен­но­го и го­су­дар­ствен­но­го управ­ле­ния, а так­же про­мыш­лен­ные, энер­ге­ти­че­ские и т.д. Вво­дит­ся еди­ная ну­ме­ра­ция и пол­ная ха­рак­те­ри­сти­ка це­лей с их от­сле­жи­ва­ни­ем в ре­жи­ме on-line 24 ча­са в сут­ки, с вы­да­чей по за­про­су в лю­бой мо­мент ре­ко­мен­да­ций для по­ра­же­ния име­ю­щи­ми­ся в на­ли­чии го­то­вы­ми си­ла­ми и сред­ства­ми.

Вся эта ин­фор­ма­ция сег­мен­ти­ру­ет­ся по на­прав­ле­ни­ям, те­ат­рам во­ен­ных дей­ствий, ко­ман­до­ва­ни­ям и т.д. Шта­бам всех уров­ней в ав­то­ма­ти­че­ском ре­жи­ме бу­дут пред­ла­гать­ся ва­ри­ан­ты дей­ствий, в том чис­ле оп­ти­маль­ный, в каж­дый за­пра­ши­ва­е­мый мо­мент вре­ме­ни. Со­во­куп­но весь объ­ем ре­ша­е­мых за­дач и спо­со­бы их вы­пол­не­ния со­став­ля­ют со­дер­жа­ние стра­те­ги­че­ской опе­ра­ции в фор­ме «мгно­вен­но­го гло­баль­но­го уда­ра» с при­ме­не­ни­ем толь­ко обыч­ных средств по­ра­же­ния.

Та­ким об­ра­зом, аме­ри­кан­цам за по­след­ние го­ды уда­лось тео­ре­ти­че­ски раз­ра­бо­тать ва­ри­ан­ты при­ме­не­ния сво­их ВС на опе­ра­тив­ном уровне в фор­ме «воз­душ­но-на­зем­но­го сра­же­ния» и на стра­те­ги­че­ском уровне в фор­ме «гло­баль­но­го уда­ра» и на­пол­нить эти раз­ра­бот­ки на­бо­ром прак­ти­че­ских ин­стру­мен­тов для их ре­а­ли­за­ции. За 15–20 лет внед­ре­ния всех этих взгля­дов их ко­ман­ди­ры взво­дов и рот ста­ли ко­ман­ди­ра­ми бри­гад и ди­ви­зий, а ком­ба­ты и ком­бри­ги сей­час со­став­ля­ют вер­хуш­ку во­ен­но­го ру­ко­вод­ства США. За пле­ча­ми у каж­до­го из них по 2–3 круп­ные во­ен­ные кам­па­нии. Все это со­став­ля­ет зна­чи­тель­ную си­лу, уве­рен­ную в ко­неч­ном успе­хе.

Ачто же мы… Наи­бо­лее зна­чи­мые со­бы­тия у нас на­ча­лись с 2008 го­да. Все, что бы­ло до это­го, оха­рак­те­ри­зо­ва­но то­гдаш­ним на­чаль­ни­ком Ген­шта­ба Н. Ма­ка­ро­вым как неспо­соб­ность во­ен­ных уче­ных, иг­но­ри­ро­вав­ших за­пад­ный опыт, и во­ен­ной на­у­ки в це­лом оце­нить ак­ту­аль­ные тен­ден­ции раз­ви­тия во­ен­но­го искус­ства. Это еще бы­ло мяг­ко ска­за­но.

В ре­аль­но­сти же по­ло­же­ние вы­гля­дит так, что все до­бы­ва­ю­щие, ана­ли­зи­ру­ю­щие и обоб­ща­ю­щие ор­га­ны Ми­но­бо­ро­ны не смог­ли ар­гу­мен­ти­ро­ван­но и ак­цен­ти­ро­ван­но опи­сать во­ен­но-по­ли­ти­че­ско­му ру­ко­вод­ству про­ис­хо­дя­щие в во­ен­ном де­ле ре­во­лю­ци­он­ные пре­об­ра­зо­ва­ния. Во­ен­ная наука, в свою оче­редь, не раз­ра­бо­та­ла и не обо­зна­чи­ла на­ше ме­сто и пу­ти в этом про­цес­се. Из-за ва­ла внут­рен­них про­блем мы не за­ме­ти­ли этой ре­во­лю­ции.

А ко­гда об­ра­ти­ли вни­ма­ние, на­ча­ли ли­хо­ра­доч­но что-то пред­при­ни­мать, сра­зу по всем на­прав­ле­ни­ям. Без раз­ра­бо­тан­ных кон­цеп­ций и обос­но­ван­ных про­грамм. Все­ми дви­га­ло од­но — об­щее по­ни­ма­ние, что что-то на­до де­лать.

Пе­ри­од ру­ко­вод­ства рос­сий­ским во­ен­ным ве­дом­ством А. Сер­дю­ко­вым в 2007–2012 го­дах все­ми под­верг­нут во мно­гом спра­вед­ли­вой кри­ти­ке. Од­на­ко сле­ду­ет со­блю­дать объ­ек­тив­ность. Имен­но при нем был сде­лан пра­виль­ный вы­вод, что «с та­кой ар­ми­ей даль­ше жить нель­зя», — со­бы­тия 2008 го­да на Кав­ка­зе это на­гляд­но про­де­мон­стри­ро­ва­ли.

Да­лее мы на­ча­ли дви­гать­ся к «но­во­му об­ли­ку» ВС, но его внят­но­го ви­де­ния ни­кто не пред­ста­вил. Дви­га­лись слов­но на­угад. Про­грам­мы во­ору­же­ния с это­го пе­ри­о­да огра­ни­чи­ва­лись про­сто при­об­ре­те­ни­ем но­вых об­раз­цов вза­мен мо­раль­но уста­рев­ших. Для ка­кой вой­ны, для ка­ких опе­ра­ций все это пла­ни­ро­ва­лось и за­ку­па­лось, бы­ло непо­нят­но. Ну а ес­ли нет обос­но­ва­ния, для че­го все это де­ла­ет­ся, то и все по­сле­ду­ю­щие ша­ги вы­зы­ва­ли и вы­зы­ва­ют до сих пор неод­но­знач­ные оцен­ки.

Про­ве­ден­ное укруп­не­ние во­ен­ных окру­гов и их на­рез­ка не очень удач­ны. Осо­бен­но это вид­но по За­пад­но­му ВО: его юж­ное кры­ло яв­но пре­тен­ду­ет на са­мо­сто­я­тель­ное оформ­ле­ние и в ор­га­ни­за­ци­он­ном, и в опе­ра­тив­ном плане. Пе­ре­да­ча окру­гам всех функ­ций управ­ле­ния ви­до­вы­ми объ­еди­не­ни­я­ми ВВС и ПВО спор­но в ча­сти де­цен­тра­ли­за­ции ПВО всей стра­ны.

Ев­ро­пей­цы и аме­ри­кан­цы стро­ят си­сте­мы ПВО и ПРО на кон­ти­нен­тах под еди­ной вер­ти­ка­лью управ­ле­ния, а мы фак­ти­че­ски раз­ры­ва­ем еди­ное при­кры­ва­е­мое про­стран­ство и управ­ле­ние на ча­сти. Это тем бо­лее опас­но в усло­ви­ях ве­ро­ят­но­го от­ра­же­ния «мгно­вен­но­го гло­баль­но­го уда­ра», о ко­то­ром аме­ри­кан­цы упор­но го­во­рят в по­след­нее вре­мя.

От­каз от ди­ви­зий и пол­ков и их за­ме­на на бри­га­ды бы­ли, ви­ди­мо, обос­но­ва­ны необ­хо­ди­мо­стью улуч­ше­ния управ­ле­ния и мо­биль­но­сти, а так­же по­доб­ной транс­фор­ма­ци­ей в ВС США. При этом как-то упу­сти­ли из ви­ду, что «об­лег­че­ние» су­хо­пут­ных со­еди­не­ний в ар­ми­ях США и их со­юз­ни­ков про­ис­хо­дит в рам­ках еди­ных кон­цеп­ций со­вре­мен­ных бо­е­вых опе­ра­ций, в ко­то­рых ре­ша­ю­щее зна­че­ние в по­ра­же­нии про­тив­ни­ка пе­ре­хо­дит от сил об­ще­го на­зна­че­ния к мор­ским и авиа­ци­он­ным груп­пи­ров­кам.

« На­шим во­ен­ным, как и по­ло­же­но про­фес­си­о­на­лам, все­гда сле­ду­ет ис­хо­дить из то­го, что во­ору­жен­ное столк­но­ве­ние с аме­ри­кан­ской во­ен­ной ма­ши­ной в ка­кой-ли­бо фор­ме ве­ро­ят­но

Кста­ти, это за­мет­но и по ос­нов­ным ти­пам во­ору­же­ний су­хо­пут­ных войск, ко­то­рые аме­ри­кан­цы не то­ро­пят­ся за­ме­нять на но­вые об­раз­цы, а мо­дер­ни­зи­ру­ют до пя­тых–седь­мых уров­ней об­нов­ле­ния.

Се­рьез­ным ис­пы­та­ни­ям под­верг­лась вся вер­ти­каль во­ен­ной на­у­ки. Лик­ви­да­ции, укруп­не­ния, объ­еди­не­ния, штат­ные из­ме­не­ния и т.д. за­тро­ну­ли все во­ен­но-на­уч­ные ор­га­ни­за­ции и учре­жде­ния МО РФ. Из­ме­не­ние мест дис­ло­ка­ции и мас­со­вые со­кра­ще­ния не спо­соб­ство­ва­ли кон­цен­тра­ции на­уч­ной мыс­ли на но­вых про­рыв­ных ра­бо­тах и ин­но­ва­ци­он­ных иде­ях.

Но­во­му ми­ни­стру обо­ро­ны до­ста­лось про­блем­ное на­след­ство без чет­ко­го пла­на ре­форм. Это под­твер­жда­ет­ся его ша­га­ми по ис­прав­ле­нию ря­да уже ре­а­ли­зо­ван­ных ре­ше­ний. Ста­ли вос­ста­нав­ли­вать ди­ви­зи­он­ные и пол­ко­вые зве­нья в Су­хо­пут­ных вой­сках и ВВС (впо­след­ствии ВКС), вос­со­зда­на пра­виль­ная по­сле­до­ва­тель­ность во­ен­но­го об­ра­зо­ва­ния. Хо­тя, ко­неч­но, лег­че бы­ло бы све­сти су­ще­ству­ю­щие бри­га­ды в ди­ви­зии, а не объ­еди­нять ба­та­льо­ны в но­вые пол­ки.

Раз­вер­нув­ше­е­ся и уси­ли­ва­ю­ще­е­ся ин­фор­ма­ци­он­ное про­ти­во­сто­я­ние — пред­вест­ник лю­бых кон­флик­тов. Уже мож­но кон­ста­ти­ро­вать, что Ми­но­бо­ро­ны ак­тив­но вклю­чи­лось в про­ве­де­ние ин­фор­ма­ци­он­но-пси­хо­ло­ги­че­ских опе­ра­ций, фак­ти­че­ски не от­ли­ча­ю­щих­ся от во­ен­но­го вре­ме­ни. Толь­ко у это­го про­цес­са есть обо­рот­ная сто­ро­на. Ор­га­ни­за­то­ры мо­гут увлечь­ся по­доб­ным кон­тен­том и по­ве­рить в его со­дер­жа­ние. На­до быть ак­ку­рат­нее с утвер­жде­ни­я­ми ти­па «…не име­ют ана­ло­гов в ми­ре…», «…это са­мая силь­ная ди­ви­зия в ми­ре…», «…аме­ри­кан­цы в па­ни­ке от во­ен­ных на­ших мер…» и т.д.

При­ня­та Го­су­дар­ствен­ная про­грам­ма во­ору­же­ния до 2027 го­да. В ней мно­го ин­те­рес­но­го, но она не мо­жет быть са­мо­це­лью. Гос­про­грам­ма долж­на пре­об­ра­зо­вать спо­со­бы дей­ствий войск на ос­но­ве пе­ре­до­вых тех­но­ло­гий, а не вос­про­из­во­дить преж­ние шаб­ло­ны и ле­ка­ла. Не сто­ит на­де­ять­ся, что со­зда­ние кри­ти­че­ской мас­сы со­вре­мен­ных во­ору­же­ний ав­то­ма­ти­че­ски про­сти­му­ли­ру­ет по­яв­ле­ние но­вых спо­со­бов их при­ме­не­ния, как бы­ло ко­гда-то. Сей­час это опас­ное за­блуж­де­ние. Та­кой эво­лю­ци­он­ный под­ход спо­со­бен пре­вра­тить нас в лу­зе­ров.

Во­ен­ное де­ло ушло да­ле­ко впе­ред. Аме­ри­кан­цы во­ю­ют прин­ци­пи­аль­но по­дру­го­му. Ес­ли же ими бу­дет ре­а­ли­зо­ва­на еще тема управ­ля­е­мых стай «бар­ра­жи­ру­ю­щих бо­е­при­па­сов», то пред­ста­вить кар­ти­ну бу­ду­ще­го так­ти­че­ско­го боя ста­но­вит­ся прак­ти­че­ски невоз­мож­но. Ро­бо­ти­зи­ро­ван­ные на­зем­ные ком­плек­сы в прин­ци­пе ни­че­го не из­ме­нят, от­де­лят че­ло­ве­ка от средств при­ме­не­ния и до­пол­ни­тель­но на­гру­зят эфир­ное и се­те­вое про­стран­ство, где уже бу­дет свое про­ти­во­бор­ство, свои по­бе­ды и по­ра­же­ния, па­ра­ли­зу­ю­щие эти бо­е­вые си­сте­мы.

Бли­жай­шие во­ору­жен­ные столк­но­ве­ния ста­но­вят­ся, по су­ти, про­ти­во­бор­ством пунк­тов и цен­тров бо­е­во­го управ­ле­ния и ко­манд­ных си­стем в це­лом. По­это­му, что­бы ре­аль­но оце­нить с этих по­зи­ций свои воз­мож­но­сти и шан­сы в бу­ду­щих сра­же­ни­ях с боль­ши­ми ар­ми­я­ми, на­до ре­аль­но пред­став­лять воз­мож­но­сти этих си­стем. Для это­го Вер­хов­но­му не обя­за­тель­но по­се­щать ко­манд­но-на­блю­да­тель­ные пунк­ты и че­рез би­нокль оце­ни­вать бо­е­вые воз­мож­но­сти ба­та­льо­на или бри­га­ды. До­ста­точ­но по­бы­вать на трех ра­бо­чих ме­стах в Цен­трах бо­е­во­го управ­ле­ния опе­ра­тив­но­го зве­на, и все бу­дет по­нят­но, го­то­вы мы или нет.

Во­ен­ная мысль долж­на ид­ти впе­ре­ди про­из­вод­ства «же­ле­за», улав­ли­вать тен­ден­ции (ес­ли по­ка не по­лу­ча­ет­ся их фор­ми­ро­вать) и опре­де­лять на­прав­ле­ние опе­ра­тив­ных и опе­ра­тив­но-стра­те­ги­че­ских раз­ра­бо­ток. Сей­час ост­ро необ­хо­ди­мы не столь­ко мас­сы ору­жия, пусть да­же са­мо­го со­вре­мен­но­го, сколь­ко све­жие пред­ло­же­ния и идеи по спо­со­бам его при­ме­не­ния и ха­рак­те­ру дей­ствий войск в но­вых вой­нах, из ко­то­рых ро­дит­ся но­вая кон­цеп­ция — «ин­но­ва­ци­он­ная опе­ра­ция».

По боль­шо­му сче­ту, в со­вре­мен­ном во­ен­ном ис­кус­стве бы­ли толь­ко две по-на­сто­я­ще­му ре­во­лю­ци­он­ные идеи, по­вли­яв­шие на ход и спо­со­бы ве­де­ния вой­ны, — это гер­ман­ская тео­рия «блиц­кри­га» и со­вет­ская кон­цеп­ция «глу­бо­ко­го уда­ра». Ядер­ное ору­жие лишь внес­ло кор­рек­ти­вы в па­ра­мет­ры со­зда­ва­е­мых груп­пи­ро­вок и тем­пы ве­де­ния боя, сра­же­ния (ес­ли не счи­тать, ко­неч­но, су­ще­ствен­ных из­ме­не­ний по­ве­ден­че­ских стра­те­гий го­су­дарств и ко­а­ли­ций в ми­ро­вом во­ен­но-по­ли­ти­че­ском со­пер­ни­че­стве). По­след­ние аме­ри­кан­ские «нов­ше­ства» — это, по су­ти, раз­ви­тие тех же прин­ци­пов, но уже с уче­том но­вых тех­но­ло­гий по­ра­же­ния и управ­ле­ния вой­ска­ми и ору­жи­ем че­рез «еди­ное ин­фор­ма­ци­он­ное про­стран­ство боя». Но дан­ные идеи уже прак­ти­че­ски ис­чер­па­ли весь свой по­тен­ци­ал.

По­это­му про­ис­хо­дя­щую ре­во­лю­цию во­ен­но­го де­ла сле­ду­ет рас­смат­ри­вать как про­цесс, при ко­то­ром про­изой­дет ка­че­ствен­ный пе­ре­ход от дей­ствий войск в фор­ме «глу­бо­кой опе­ра­ции» и ее усо­вер­шен­ство­ван­ной аме­ри­кан­ской вер­сии, из­вест­ной как «воз­душ­но-на­зем­ная опе­ра­ция», к прин­ци­пи­аль­но но­во­му ти­пу дей­ствий войск. Кто это сде­ла­ет пер­вым, тот по­лу­чит ре­ша­ю­щее пре­иму­ще­ство. Мы же по­ка по-преж­не­му пы­та­ем­ся на­брать си­лу в преж­ней си­сте­ме ко­ор­ди­нат, где пол­ны­ми хо­зя­е­ва­ми яв­ля­ют­ся на­ши парт­не­ры, они же ве­ро­ят­ные про­тив­ни­ки. По­да­рен­ный им ган­ди­кап в пол­то­ра де­сят­ка лет уже не отыг­рать.

Сей­час пре­зи­дент, он же Вер­хов­ный глав­но­ко­ман­ду­ю­щий, в по­ни­ма­нии во­ен­ных во­про­сов во мно­гом за­ви­сит от трех кон­крет­ных лиц и струк­тур, ко­то­рые они воз­глав­ля­ют. Это ми­нистр обо­ро­ны, ви­це-пре­мьер по во­про­сам ОПК и гла­ва «Ро­сте­ха». От глу­би­ны по­ни­ма­ния ими по­след­них тен­ден­ций в сфе­ре во­ору­жен­ной борь­бы во мно­гом за­ви­сит бу­ду­щее стра­ны, ее це­лост­ность и жиз­нен­ные пер­спек­ти­вы. От то­го, ка­кие взгля­ды и на­стро­е­ния воз­об­ла­да­ют в этой чет­вер­ке, за­ви­сит на­ша обо­ро­но­спо­соб­ность. В рос­сий­ской си­сте­ме во­ен­но­го и во­ен­но-про­мыш­лен­но­го управ­ле­ния не так мно­го пло­ща­док, на ко­то­рых мож­но бы­ло бы со­сре­до­то­чить твор­че­скую ра­бо­ту от рож­де­ния са­мой идеи до раз­ра­бот­ки кон­цеп­ции. Тут очень ве­ли­ка роль лич­но­сти, це­лост­ная кар­ти­на вы­зре­ва­ет, как пра­ви­ло, в 2–3 го­ло­вах глав­ных ин­те­гра­то­ров идей.

Ес­ли ру­ко­вод­ство­вать­ся раз­ра­бо­тан­ной мат­ри­цей бу­ду­щих ин­но­ва­ци­он­ных дей­ствий войск, то стра­на с вы­со­кой ве­ро­ят­но­стью убе­ре­жет­ся от ша­ра­ха­ний и оши­бок в опре­де­ле­нии тре­бу­е­мых кри­те­ри­ев для си­стем во­ору­жен­ной борь­бы. Но ес­ли в борь­бе идей по­бе­дит про­из­вод­ствен­ная конъ­юнк­ту­ра и дик­тат про­мыш­лен­ни­ков (по­рой оправ­ды­ва­е­мый со­ци­аль­ной от­вет­ствен­но­стью), то мы и даль­ше бу­дем тра­тить­ся на при­ду­мы­ва­ние но­вых тан­ков с под­дер­жи­ва­ю­щи­ми их ма­ши­на­ми. А мог­ли бы с успе­хом мо­ди­фи­ци­ро­вать по­след­ний удач­ный об­ра­зец еще лет 10–15, до то­го мо­мен­та, ко­гда на сме­ну тан­ку долж­на бу­дет прий­ти прин­ци­пи­аль­но но­вая уни­вер­саль­ная ма­ши­на по­ля боя.

Во­ен­ным же необ­хо­ди­мо по­бо­роть в се­бе сте­рео­ти­пы инер­ци­он­но­го мыш­ле­ния и не бо­ять­ся при­ме­нять во­об­ра­же­ние. По­че­му 60-лет­ние аме­ри­кан­ские во­е­на­чаль­ни­ки быст­ро схва­ты­ва­ют суть всех но­во­вве­де­ний ти­па вся­ко­го ро­да «се­те­цен­триз­ма», циф­ро­ви­за­ции, «циф­ро­вых шта­бов», ин­тел­лек­ту­аль­ных бо­е­вых си­стем и т.д. и уже са­ми ак­тив­но ру­ко­во­дят эти­ми на­прав­ле­ни­я­ми? По­то­му, что изна­чаль­но в во­ен­но-про­мыш­лен­ном со­об­ще­стве США уда­лось со­здать ат­мо­сфе­ру нуж­но­сти ре­во­лю­ци­он­ных но­во­вве­де­ний и по­гру­зить­ся в нее.

Се­го­дня США вла­де­ют стра­те­ги­че­ской ини­ци­а­ти­вой с воз­мож­но­стью стра­те­ги­че­ских пе­ре­бро­сок в мас­шта­бах опе­ра­тив­но­стра­те­ги­че­ских объ­еди­не­ний. Пен­та­гон име­ет ре­ша­ю­щее пре­вос­ход­ство по со­от­но­ше­нию ос­нов­ных по­ка­за­те­лей во­ору­же­ния и бо­е­вой тех­ни­ки, а так­же по люд­ским ре­сур­сам ор­га­ни­зо­ван­но­го ре­зер­ва да­же без уче­та ко­а­ли­ци­он­ных объ­еди­не­ний. Аме­ри­кан­цы рас­по­ла­га­ют ши­ро­кой се­тью пе­ре­до­вых цен­тров и пунк­тов ба­зи­ро­ва­ния и вы­би­ра­ют по сво­е­му усмот­ре­нию ре­ги­о­ны при­ло­же­ния во­ен­ных уси­лий.

На­шим во­ен­ным, как и по­ло­же­но про­фес­си­о­на­лам, все­гда сле­ду­ет ис­хо­дить из то­го, что во­ору­жен­ное столк­но­ве­ние с аме­ри­кан­ской во­ен­ной ма­ши­ной в ка­кой-ли­бо фор­ме ве­ро­ят­но. При этом, при­ни­мая ре­ше­ние на лю­бые от­вет­ные, встреч­ные или пре­вен­тив­ные дей­ствия, сле­ду­ет учи­ты­вать, что ве­ро­ят­ный про­тив­ник се­го­дня об­ла­да­ет со­вре­мен­ны­ми и пе­ре­до­вы­ми опе­ра­тив­ны­ми кон­цеп­ци­я­ми, про­шед­ши­ми апро­би­ро­ва­ние в ря­де круп­ных кон­флик­тов. Его ко­манд­ные кад­ры выс­ше­го и сред­не­го зве­на име­ют бо­га­тый бо­е­вой опыт при­ме­не­ния груп­пи­ро­вок сил и средств в опе­ра­тив­ном и опе­ра­тив­но-стра­те­ги­че­ском мас­шта­бах.

На ми­ро­вой шах­мат­ной дос­ке на­ши кон­ку­рен­ты иг­ра­ют бе­лы­ми. Чер­ные то­же ино­гда вы­иг­ры­ва­ют, при усло­вии фа­таль­ной ошиб­ки бе­лых или бла­го­да­ря силь­но­му хо­ду. На ошиб­ки про­тив­ни­ка на­де­ять­ся не сле­ду­ет, а вот при­ду­мать силь­ный и неожи­дан­ный ход необ­хо­ди­мо. По­ка же, ес­ли сле­до­вать шах­мат­ной фра­зео­ло­гии, сле­ду­ет ак­тив­но ма­нев­ри­ро­вать, не ввя­зы­вать­ся в раз­ме­ны и не под­став­лять­ся. Ибо рис­ку­ем про­иг­ры­шем всей пар­тии.

Вла­ди­мир ДЕ­НИ­СОВ, быв­ший за­ме­сти­тель сек­ре­та­ря Со­ве­та без­опас­но­сти РФ, ве­те­ран во­ен­ной раз­вед­ки, пол­ков­ник в от­став­ке

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.