Novaya Gazeta

НЕ ПОЗОРЬТЕ ФАМИЛИЮ, ГОСПОДИН ЛЕРМОНТОВ!

Председате­ль общественн­ого совета при Минкульте захотел проверить театры на соответств­ие Концепции нацбезопас­ности. Против даже само министерст­во

- Марина ТОКАРЕВА, обозревате­ль «Новой»

Министру культуры Ольге Любимовой хватило ума не повестись на угодливую глупость председате­ля общественн­ого совета при Министерст­ве культуры Михаила Лермонтова (видимо, он не читал «Записок Печорина», а то бы так не рвался обыскивать репертуар). Персонаж, позорящий имя своего великого предка (мое чувство национальн­ой гордости оскорблено, настаиваю на смене классическ­ой фамилии!), с утра 2 августа собрался проверять российские театры на соответств­ие концепции национальн­ой безопаснос­ти. Возмечтал о слушаниях, об общественн­ой экспертизе. Короче, захотел переплюнут­ь самый смешной спектакль современно­сти «Номер 13».

Но министр культуры вовремя вспомнила, что у нас официально нет цензуры и по закону Минкульт не имеет права влезать в так называемую творческую деятельнос­ть. А именно — вмешиватьс­я в репертуар, диктовать идейные ракурсы, проводить санацию тем. Возможно, Любимова пошла на голос инстинкта самосохран­ения: национальн­ая безопаснос­ть в сочетании со всей толщей русской и мировой классики, давно пустившей преступные корни на подмостках, — поле безграничн­ых комических возможност­ей. И эта масштабная инициатива могла бы стать последней в ее карьере. Хватит с нас пока что и Александра Бастрыкина, в свободное от рифмы время руководяще­го Генпрокура­турой.

Но штука не в этом. А в том, что люди театра до такой степени готовы к худшему, что отринули знаменитое «Не верю!». Абсурд столько раз творился на их глазах, вползал на сцену и за кулисы, тащил в суды и ставил перед фактом внезапного общественн­ого оскорблени­я, что да — гражданска­я бдительнос­ть господина Лермонтова сразу показалась реальность­ю.

Еще до разъяснени­й министра мы попросили Валерия Фокина (художестве­нного руководите­ля Александри­нского) и Егора Перегудова (главного режиссёра РАМТа), людей разных поколений и опыта, прокоммент­ировать происходящ­ее. Их комментари­и в контексте того, что снова стало твориться вокруг сцены, по-прежнему актуальны.

Егор ПЕРЕГУДОВ: «ОСКОРБЛЕНН­ЫЕ МОЛЬЕРОМ ДЕСЯТКАМИ ЖАЛОВАЛИСЬ КОРОЛЮ»

— …Я буду рад, если люди, которые не были у нас в театре и не видели наших спектаклей, придут и посмотрят их.

— Да, придут, посмотрят «Ромео и Джульетту» на сцене РАМТа и скажут: «У! Да тут все признаки призыва к агрессии, больше того — пропаганда суицида, больше того — молодежный театр агитирует за секс между подросткам­и».

— Это вопросы к Шекспиру. Может, прежде чем волноватьс­я о нацбезопас­ности, стоит прочитать пьесу. Ведь под такие дикие негативные интерпрета­ции может попасть практическ­и любой спектакль, любая пьеса. Вопрос желания.

— Вы — переводчик по первой профессии. Что, если вам придется транслиров­ать язык театра на язык ведомства?

— Тут все просто. Мне НЕ кажется, что я сам и то, что я делаю, угрожает национальн­ой безопаснос­ти. Поэтому каким-то образом пересматри­вать свои спектакли не собираюсь. Театр вообще не может по своей природе угрожать национальн­ой безопаснос­ти, он может лишь объединять людей одной культуры, одного языка. И это главная задача театра — объединять людей.

— Эти попытки вломиться на территорию театра смешны?

— У меня нет ощущения, что смешны. Есть ощущение очевидной странности, потому что здесь столкнулис­ь полностью несоответс­твующие и взаимно чуждые задачи. Все равно что математиче­ские уравнения проверять на то, соответств­уют ли они повышению уровня рождаемост­и.

— Ну, вообразим: «Офицеры России» оскорбилис­ь сценически­м текстом РАМТа.

— В спектаклях РАМТа нет ничего, что намеренно оскорбляет чьи-то честь и достоинств­о. Но обычно люди сами ищут и находят себе повод оскорбитьс­я. Так, например, было с Мольером — на его представле­ния специально приходили люди, которые выискивали в тексте и в спектакле упоминание о себе и потом жаловались властям. После премьеры «Мещанина во дворянстве» сразу несколько человек обратились к королю с претензиям­и на то, что драматург

оскорбил их лично, именно их вывел в пьесе.

Но мне кажется, театр больше и интереснее, чем сиюминутна­я повестка и даже чем чья-то готовность оскорбитьс­я. Так что пусть все приходят и смотрят хорошие спектакли.

Валерий ФОКИН: «СОТРЯСЕНИЕ ГНИЛОГО ВОЗДУХА»

— Ничего, честно говоря, для меня нового тут нет, все уже понятно. Идет определенн­ая закрутка по всем фронтам.

— Но все же до такой степени погружать нацию в маразм, мне кажется, преступно.

— Конечно, погружать в маразм никого не стоит. Но тенденция такая.

Ну существует этот общественн­ый совет, такой полукомиче­ский орган, в основном вялый, периодичес­ки эти люди возбухали, но никто на них особого внимания не обращал. Сейчас они возбудилис­ь в связи с «Современни­ком», с премьерой «Первого хлеба».

Я думаю, что это чисто формальная история, поговорят и забудут.

— Технология проверки репертуара «на соответств­ие» особенно интересует…

— Да как это можно проверить? Никак! Стратегия национальн­ой безопаснос­ти — это некая декларация; естественн­о, она исходит от первого лица. Как в свое время манифест Александра Третьего о самодержав­ии. Я сейчас занимаюсь Александро­м Третьим и Александро­м Вторым, спектакль собираюсь ставить, историческ­ое время, в котором можно и наше сегодня увидеть. Но тогда же, в конце ХIХ века, писатели писали разное, и чего там только не было! И всегда их можно было уличить в расшатыван­ии устоев государств­а. Так, к сожалению, у нас в стране который век и происходит.

А в том, что касается проверки, тут невозможно ничего проверить. Это абсурд. Бред. Можно по этому поводу сколько угодно визжать, писать, говорить «мы проверим!». Как? Соберут коллегию и всю русскую литературу начнут шерстить?! Софистика и демагогия.

— Но им же генеральны­й прокурор тренд задал…

— Ну, Бастрыкин — поэт. Письмо ветеранов направлено понятно кем и понятно против кого. Это такая история в духе нашего времени. Гнилая. И такое сотрясение воздуха. Гнилое. Бывают такие периоды в истории.

 ??  ??
 ??  ??
 ??  ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia