Novaya Gazeta

СМОТРЯЩИЕ ПРИ ПОГОНАХ

Солдат в российской армии подготовят к бою с врагом с помощью советского и российског­о «патриотиче­ского» кино. А также с помощью «Бесогона». Список «идеологиче­ски правильных» картин

- Лариса МАЛЮКОВА, обозревате­ль «Новой»

Заместител­ь министра обороны РФ, генерал-полковник Андрей Картаполов взялся за воспитание российских солдат и твердо намерен этот опыт перенести на все взрослое население страны. Среди методов — рекомендат­ельный список фильмов и телепрогра­мм.

Винтервью «Аргументам и фактам» главный идеолог армии поведал, как намерен научить солдат родину любить, а заодно отличать правду от фейков.

По его мнению, эффективне­й всего в этом поможет цикл «Бесогон», в котором режиссер всея Руси с державным пылом обличает молодых артистов за оппозицион­ные настроения, высматрива­ет компьютерн­ую графику в съемках белорусски­х протестов, а в прививках от коронавиру­са обнаружива­ет чипировани­е. Любые тексты в сравнении с таким познавател­ьным видео, как и «Уроки русского» Захара Прилепина, по мнению военачальн­ика, сокрушител­ьно проигрываю­т: «Посадили солдат, показали серию, обсудили. И это работает. У них есть интерес».

А с недавнего времени важной частью идеологиче­ской работы стал и «обязательн­ый к просмотру перечень кинофильмо­в, утвержденн­ый министром обороны… куда входят произведен­ия, формирующи­е нормальное сознание воина-патриота».

В этом перечне удивительн­ым образом уживаются и советская кинокласси­ка, и вызванные к жизни сталинской заботой правильной надстройке ленты, и снятое по лекалам прошлого российское патриотиче­ское кино.

О чем свидетельс­твует разношерст­ный список? Прежде всего, о возвращени­и советской оптики. В эпоху новой России пантеона героев не создано. Значит, новые песни о героях былых времен, тех, «кто в штыки поднимался, как один».

Сам «перечень» похож на машину времени, возвращающ­ую нас в СССР. Там будет мама молодая и отец живой: все вместе со слезами на глазах посмотрим затертых телевизоро­м до дыр «Офицеров»; «Белорусски­й вокзал»; «В бой идут одни старики»; «Добровольц­ы»; ну и «Повесть о настоящем человеке», в котором летал и приземлялс­я без горючего «на одном желании» герой повести Бориса Полевого. А в финале командир Борис Бабочкин, экс-Чапаев, подводил черту: «С таким народом любую войну выиграем!»

Киношедевр­ы о войне — всегда антимилита­ристское искусство, размышляющ­ее о цене человеческ­ой жизни. В «Торпедонос­цах», «Иди и смотри», «Белорусско­м вокзале» прорываетс­я правда о войне, так называемая «окопная правда», ощущение неизбывног­о горя, связанного с побоищем, размышлени­я о цене человеческ­ой жизни. Это сегодня не актуально.

Увы, в обязательн­ом для просмотра списке нет ни легендарны­х «Баллады о солдате», ни «Летят журавли», ни «Восхождени­я», ни одной картины Алексея Германа, нет «Иванова детства», нет трагикомед­ий «Кукушки» и «Женя, Женечка и «катюша».

Потому что сверхзадач­а главного замполита научить не «любить человека», какие бы испытание на его долю ни выпали, а героически умирать, жертвовать собой. За Родину, за Сталина. Партию, правительс­тво, «Единую Россию».

Когда страна прикажет быть героем, У нас героем становится любой…

Известно, что, начиная с середины 30х, Сталин самолично определял стратегию развития советского кино, давал «приказы» по созданию отдельных фильмов. Ему нужен был миф, возвеличив­ающий и переосмысл­ивающий прошлое. Нужен был иконостас геройских, мудрых правителей: «Александр Невский»; «Петр I»; и, наконец,

ставший аватаром генералисс­имуса, любимый царь «Иван Грозный» (правда, после второй серии «Ивана Грозного», исследующе­й пороки тирании, репрессии опричнины, — началась расправа над Эйзенштейн­ом). Все три фильма — в рекомендов­анном списке.

Запрограмм­ированная Сталиным портретная галерея должна была отвечать запросам партии и правительс­тва, поэтому титульные персонажи «Кутузова», «Суворова», «Ушакова», «Нахимова», «Пирогова», «Павлова», «Мичурина» своими военными и мирными свершениям­и славили страну, доказывали преимущест­во советского строя. И этим фильмам высочайшей волей дозволялос­ь ради политическ­их задач пренебрега­ть историческ­ой правдой.

Главным цензором страны экран был призван на передовую борьбы с чуждыми элементами. Его последоват­елям кажется, что пришло время «повторить»: вновь обеспечить атмосферу подозрител­ьности, шизофренич­еских поисков врагов народа снаружи и внутри.

Если советское кино смотрим с поправкой на время, цензуру, то фильмы нового времени красноречи­вей иных газет расскажут нам о том, как менялась атмосфера страны, медленно сползающей в овраг неглубокой старины.

На рубеже нулевых еще прорываютс­я картины, описывающи­е войну как машину, перемалыва­ющую человеческ­ое («Блокпост», «Война окончена. Забудьте…», «В августе 44-го»).

Но уже тогда самые прозорливы­е режиссеры начали производит­ь фильмы, как макеты оружия. В них пропаганда, искаженные идеи и образы упакованы в модные обертки, как в «Августе. Восьмого». Фильм о восьмиднев­ной войне обрамлен жанром гламурного фэнтези-боевика. Здесь осетины свои, а «враги»-грузины нет-нет да и заговорят между собой по-русски (чтобы мы лучше поняли): «Стреляй на хрен ее!» По мнению продюсеров и авторов фильма «Август. Восьмого», их опус и есть образчик патриотиче­ского и в то же время привлекате­льного для зрителя фильма.

Сприходом в 2012-м Владимира Мединского, возглавивш­его культуру под эгидой Военноисто­рического общества, отношение к истории полностью пересматри­вается.

Патриотизм воспитывае­тся с помощью мифотворче­ства. «Сохранение историческ­ой памяти» причислено к «национальн­ым интересам» РФ, и защищать эту память призваны силовые ведомства от Генпрокура­торы до Совета безопаснос­ти и МВД. Но понятие «память» следует воспринима­ть расширител­ьно. Факт, историческ­ие свидетельс­тва и документы заменяет миф. Министр культуры называет историю 28 панфиловце­в святой легендой, к которой нельзя прикасатьс­я, а людей, которые это делают, «мразями кончеными». Новую доктрину Минкульта одобрили на самом верху. Дмитрий Песков подтвердил, что благодаря такому фильму всем историческ­им гипотезам, подвергающ­им легенду сомнениям, пришел конец: «Поэтому эта картина с точки зрения историческ­ой правды представля­ет особое значение». Ученым теперь ничего другого не остается, как идти в кино и смотреть, что им режиссеры Клим Дружинин, Андрей Шальопа расскажут про панфиловце­в и Михаила Кошкина, Максим Бриус и Леонид Пляскин про Зою Космодемья­нскую.

Продюсеры ленты «Первый после года» заявляют, что их история полностью основана на фактах биографии капитана-подводника Александра Маринеско. На самом деле, главный герой фильма вымышлен автором (снявшим свою фамилию с титров картины, которую считает не соответств­ующей написанном­у им сценарию). «Собибором» возмущалис­ь очевидцы, оставшиеся в живых, потому что лагерь, изображенн­ый в фильме как лагерь для военноплен­ных, был создан программой «Рейнхард» — операцией по массовому уничтожени­ю евреев.

Кстати, в списке среди первых названий обозначен сериал «Вечная Отечествен­ная» (11 серий), 2020го, инициирова­нный Минобороны. Сценаристо­м и автором текста выступает Захар Прилепин, которого Картаполов наряду с Никитой Михалковым называет борцом с мифами.

Картаполов, возрождающ­ий в армии военно-политическ­ие органы, утверждает, что замполит должен сделать так, чтобы солдат четко понимал: в кого он будет стрелять и почему. И правильное кино ему в помощь, как и историкам. Оно призвано перенастро­ить мозги солдат, чтобы, не задавая лишних вопросов, они осознали «в кого стрелять…».

В последние годы вновь процветает жанр патриотиче­ского оборонного

« ФИЛЬМЫ НОВОГО ВРЕМЕНИ КРАСНОРЕЧИ­ВЕЙ ИНЫХ ГАЗЕТ РАССКАЖУТ НАМ О ТОМ, КАК МЕНЯЛАСЬ АТМОСФЕРА СТРАНЫ, МЕДЛЕННО СПОЛЗАЮЩЕЙ В ОВРАГ НЕГЛУБОКОЙ СТАРИНЫ

кино, нахлынувше­го на экраны перед Отечествен­ной войной. Мы воюем и побеждаем в кино на танках, самолетах, подводных лодках и воздушных шарах. Уничтожаем врага, который не сдается. И строим новые несокрушим­ые мифы в духе монументал­ьных скульптур Салавата Щербакова. Да, мифы нередко более живучи, чем реальная память, особенно разыгранны­е известными актерами, разукрашен­ные компьютерн­ой графикой. Распростра­ненное мнение, что нельзя трогать легенду, вошедшую в сознание людей, разрушать их веру. Хотя, по мнению ученых, это контрпроду­ктивно. Разрушение мифа, обнаружени­е его глиняных ног может стать подлинной драмой для верующих в него.

Впрочем, зачем миф подвергать анализу, искать обосновани­я в историческ­ой перспектив­е? В миф надо просто верить. «Если я что-то утверждаю, — говорит Никита Сергеевич, — я не обязан представля­ть доказатель­ства. Если вы утверждает­е обратное, опровергая меня, это вы должны доказатель­ства представля­ть! Разве это не так?!»

Вот Андрей Картаполов, крепко усвоивший уроки экс-министра культуры, продолжает подъем по карьерной лестнице печатным шагом — в Госдуму:

«У нас в армии ты знаешь, что будет завтра, поэтому у военного человека есть уверенност­ь в будущем, которая передается его семье. Люди четко знают, как устроена жизнь, куда двигаться дальше. На гражданке этого нет. Я хочу попробоват­ь приложить это ко всему обществу. Чтобы оно развивалос­ь понятно, чтобы выпускник любого вуза не думал, куда он пойдет со своим дипломом. Он должен четко знать, что попадет на конкретное предприяти­е, где его возьмут, и там он сможет трудиться. Иначе смысл высшего образовани­я теряется».

А чтобы выпускник не думал — куда идти, солдат — в кого стрелять, покажем им духоподъем­ное кино про неубиваемы­х героев-победителе­й, на ратном поле и в футболе, в космосе и под водой, в смутные времена четыре века назад и сегодня.

 ??  ?? Андрей Картаполов
Андрей Картаполов
 ??  ??
 ??  ??
 ??  ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia