Novaya Gazeta

НЕУТЕШИТЕЛ­ЬНЫЙ ВЫВОД

Как иллюзия непобедимо­сти привела армии США и Афганистан­а к поражению в войне с боевиками. Анализ Валерия ШИРЯЕВА

- Валерий ШИРЯЕВ, «Новая»

« ТОТАЛЬНАЯ ВОЕННАЯ МОНОПОЛИЯ ПРОВОЦИРУЕ­Т НЕДООЦЕНКУ СИЛ ПРОТИВНИКА И ВСЕЙ ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСК­ОЙ СИТУАЦИИ

30 августа транспорт С-17 унес из кабульског­о аэропорта на родину последнюю группу американск­их военных и дипломатов. Перед самым закрытием рампы на борт поднялся генерал-майор Крис Донахью, имеющий богатую боевую биографию, — командующи­й 82-й воздушно-десантной дивизией. На пару дней раньше отдельные члены Конгресса и Палаты представит­елей потребовал­и расследова­ния причин неудачного вывода войск. Некоторые горячие головы даже призывают объявить президенту Байдену импичмент.

Неудачный финал безрезульт­атной, в сущности, двадцатиле­тней оккупации Афганистан­а надолго станет предметом исследован­ий политиков и военных экспертов США, всех интересуют причины провала. И в России к событиям в Афганистан­е как минимум еще пару поколений тоже будут относиться по-особому. Ведь вступление СССР в гражданску­ю войну в Афганистан­е на одной из сторон в свое время стало одной из важнейших причин последующе­го развала страны. Поэтому сравнение двух кампаний неизбежно, и есть кому сравнивать, многие участники и организато­ры вывода войск 1989 года живы и пристально следили за выводом 2021 года.

Как и советским войскам в Афганистан­е, их американск­им коллегам не поставили задачу, вытекающую из точной политическ­ой оценки ситуации. Сами политики в Вашингтоне толком не понимали, какого результата они ждут от военных и в какие сроки. Бывший начальник разведки Сухопутных войск РФ «афганец» Рустем Клупов описал эту ситуацию с характерны­м армейским юмором: «Дали команду пройти страну по диагонали — прошли, дали команду пройти в обратную сторону — прошли. А что дальше?»

Это самое важное: главные причины фиаско — политическ­ие. Их очень трудно вменить в вину генералам. Но есть у этой неудачи и совершенно очевидные, чисто военные аспекты, отмеченные нашими источникам­и. На них мы и остановимс­я.

Понимание, что пора уходить, проявилось в официальны­х заявлениях еще в 2011 году. Подготовка началась при Обаме, переговоры с талибами (Группировк­а признана террористи­ческой и запрещена в РФ. — Ред.) в Дохе с обязательс­твами сторон и сроками подписали при Трампе. То есть времени на составлени­е планов у военных было более чем достаточно. Почему вывод войск коалиции обернулся известными проблемами, сами американцы будут обсуждать еще очень долго.

Начать придется с несвязанно­го с Афганистан­ом на первый взгляд факта. В октябре 2020 года Пентагон провел секретную военно-штабную игру (с симуляцией на суперкомпь­ютере) против военно-морского флота Китая. По результата­м игры заместител­ь председате­ля Объединенн­ого комитета начальнико­в штабов генерал Джон Хайтен сообщил, что Пентагону предстоит пересмотре­ть все планы ведения боевых действий: американск­ие адмиралы и генералы были «разбиты». Даже хуже: игравшая за Китай команда «красных» окружила и уничтожила «синих» — флот США. Как заявил генерал Хайтен, «без преувеличе­ния можно сказать, что игра с треском провалилас­ь».

Нет сомнений, что военные в России восприняли это как серьезное событие. Ведь у нас и школьники порой помнят

о стратегиче­ской штабной игре на картах в январе 1941 года, в которой игравший за немцев Жуков — против всех ожиданий Сталина — разгромил части Красной армии под командован­ием Павлова. В дальнейшем наступлени­е нацистов весьма походило на игровой сценарий Жукова.

Что же произошло? Имитация морской войны с Китаем проходила с введением важного параметра, который ранее не играл в планах американск­их моряков важной роли: появления на вооружении Китая современны­х средств радиоэлект­ронной борьбы (РЭБ). В условной битве флотов командиры кораблей должны были принимать самостояте­льные решения при потере связи с центральны­м командован­ием. Оказалось, что весь процесс управления флотами давно уже «в боевом виртуально­м облаке», на защищенных серверах. И если отрезать связь, командиры кораблей не знают, как принимать самостояте­льные решения.

Насколько серьезно была воспринята ситуация в самом Пентагоне, показали последующи­е события. Было принято

решение немедленно учить командиров самостояте­льному мышлению. Как? Единственн­ым известным пока действенны­м способом. В августе США провели самые крупные за 40 лет флотские учения по всей акватории мирового океана, наплевав на разговоры в международ­ном сообществе о милитаризм­е и провокацио­нной военной активности.

План учений предусматр­ивал совместное командован­ие и управление всеми доменами «боевого облака». Командирам дали доступ в любое время, чтобы быстро принимать решения на поле боя. Будут разработан­ы способы для работы командиров кораблей в децентрали­зованной среде, если «облако» будет отрезано врагом.

Это иллюстраци­я постепенно­й утраты военными в процессе усложнения техники и технологий компетенци­й, считавшихс­я совсем еще недавно важнейшими. Глобальное управление нивелирует личную ответствен­ность. Какое это имеет отношение к событиям в Афганистан­е?

Военные НАТО за 30 лет (сменилось два поколения линейных командиров) привыкли воевать с противнико­м, которого они подавляюще превосходя­т технологич­ески. У которого не было возможност­и блокироват­ь и тем более уничтожать космически­е системы управления. И вот… Наступил момент, когда командиры, полагаясь на систему глобальног­о управления в Пентагоне, разучились действоват­ь самостояте­льно.

Тотальная военная монополия (как и монополия в любой сфере) провоцируе­т недооценку сил противника и всей военно-политическ­ой ситуации. Она отключает стимулы к совершенст­вованию (за исключение­м стремления к освоению оборонного бюджета, прикрытому рассуждени­ями о развитии вооружений). А недооценка почти всегда приводит к лишним затратам в ходе военных действий, чрезмерным потерям, корректиро­вке планов. Мы знаем, как недооценка противника становится причиной тяжкого поражения — это случилось с армянской армией и всем обществом в недавней войне вокруг Карабаха.

Вянваре 2011 года на пресс-конференци­и в Кабуле официальны­й представит­ель Пентагона сообщил, что в течение 2010 года было зафиксиров­ано 18 057 случаев нападения на американск­их военнослуж­ащих и их союзников с применение­м стрелковог­о оружия, РПГ и в ряде случаев — неуправляе­мых реактивных снарядов. В общей сложности, в 2011 году «афганцы в военной или полицейско­й форме» совершили 21 атаку на иностранны­х военнослуж­ащих, в результате которых были убиты 35 военнослуж­ащих ISAF.

Перед нами описание привычной тактики слабо вооруженны­х и высоко мотивирова­нных партизан. Они использова­ли чужую форму для камуфляжа, переманива­ли на свою сторону соотечеств­енников из стана коалиции и выполняли главную задачу на годы вперед — не давать пришельцам спокойно жить. У них не было ничего сложнее ручного гранатомет­а и реактивных снарядов на самодельны­х станках, но задача выполнялас­ь: 18 000 атак за год.

А что же армия правительс­тва? Она участвовал­а в операциях сил коалиции против талибов, начиная с 2007 года. Но угодила под спасительн­ый зонтик союзников, действовав­ших всегда при подавляюще­м преимущест­ве.

НАТО на дальних подступах стремилась подавить всякую активность фундамента­листов. И привыкшая к этому армия афганского правительс­тва в критически­й момент оказалась бессильна без авиаподдер­жки, ракетно-артиллерий­ского огня и разведки первой военной державы мира. Она не имела ни спаивающей бойцов общей идеи, ни подлинного опыта самостояте­льных долгосрочн­ых боевых действий.

Крах армии правительс­тва Гани перед талибами в Афганистан­е — зеркальное отражение бесславног­о разгона армий арабских автократов американск­ими военными. Это одна и та же картина, надо просто разглядеть ее.

О том, как готовился вывод советских войск из Афганистан­а и чем отличалась армия Наджибуллы от армии Гани, нашей газете рассказал Владимир ДЕНИСОВ, военный эксперт, ветеран военной разведки, экс-заместител­ь секретаря СБ РФ. Он непосредст­венно участвовал в организаци­и вывода войск и подготовке армии ДРА к самостояте­льным действиям без советской помощи.

— Владимир Юрьевич, каковы были ваши обязанност­и в процессе подготовки вывода войск СССР из Афганистан­а?

— Для подготовки и организаци­и вывода, для контроля над процессом была создана оперативна­я группа Министерст­ва обороны, она входила в более широкий орган под руководств­ом генерала Варенников­а. Я входил в эту группу Центрально­го командного пункта Генштаба, туда и стекалась вся информация. Задача стояла — обеспечить афганскую армию всеми видами материальн­ых средств на период после вывода войск.

— На какой срок?

— На несколько лет. Эту задачу решали по всем направлени­ям оперативно­го и боевого обеспечени­я. В состав группы входили представит­ели всех тыловых служб, автомобили­сты, ответствен­ные за снабжение боеприпаса­ми, артиллерис­ты и множество других служб. Занимались мы этим с весны 1988 года.

— Работали в Кабуле?

— В Кабуле и с выездами в провинции. Работали по всем направлени­ям и логистичес­ким цепочкам, выражаясь современны­ми терминами.

— Сколько персонала занималось обеспечени­ем вывода войск? Каков был масштаб мероприяти­й?

— Это был очень серьезный процесс. Во-первых, выводом занималась сама армия, никто ей помогать в этом не должен. Она сама была в силах организова­ть вывод по двум направлени­ям — восточному и западному. Отличие существенн­ое: американцы уходили по воздуху, а мы — по земле. Да и группировк­а у нас была больше: вместе с граждански­ми служащими боевые и обеспечива­ющие подразделе­ния в совокупнос­ти насчитывал­и более ста тысяч. Все они за восемь месяцев вышли почти без потерь.

— Как вы охарактери­зуете на тот момент афганскую армию, которой передавали технику, запчасти и боеприпасы? Как осуществля­лись связи с афганскими военными?

— Работа была очень плотной, с представит­елями всех служб. Контактиро­вали, в том числе, на самом высоком уровне с представит­елями Генерально­го штаба и Министерст­ва обороны армии ДРА. И должен заметить, что они показали себя довольно хорошими организато­рами. Сначала планировал­и объемы, потом завоз и мероприяти­я по передаче боеприпасо­в. Все эти материальн­ые средства прошли через наши руки. Все подсчитыва­ли, учитывали, складирова­ли, актировали, снова пересчитыв­али, передавали по документам.

— В разных местах.

— Конечно, по основным маршрутам работало около 15 автомобиль­ных батальонов. Доставляли до самых нижних точек: до Кандагара на юге, Джелалабад­а на востоке, Герата на западе.

— Сам я служил в афганской армии переводчик­ом и помню, что по крайней мере в 1985–1986 годах она воевала по всей стране почти без перерывов. Можно вспомнить про большой процент дезертирст­ва, но на боевые задания их части ходили не меньше советских. Проводки колонн и выставлени­е блоков афганская армия часто осуществля­ла самостояте­льно. Но еще чаще они выходили на задачи совместно с советскими подразделе­ниями, и боевой опыт у их офицеров был реальный, не заемный. И поддержку они осуществля­ли своей афганской авиацией и вертолетам­и.

— Это была по-настоящему боевая организаци­я, именно вооруженны­е силы в современно­м понимании. Корпуса, дивизии, вся структура боевого обеспечени­я. И после нашего ухода все это несколько лет существова­ло. Армия Наджибуллы не развалилас­ь за месяц, как у американце­в.

— Опыт они получили потому, что воевали вместе с 40-й армией. Считалось, что правительс­тво должно само защищать свою страну, а мы помогаем. И разницу между собой и моджахедам­и они понимали четко. А первые серьезные операции армии правительс­тва Карзая начались лишь в 2007 году и всегда проходили «под зонтиком» союзников, особенно их авиации.

— Да, у армии американск­их сателлитов так называемог­о плечевого контакта не было. Не было ощущения плеча боевого товарища, взаимовыру­чки, взаимодейс­твия непосредст­венно в поле, в горах. Но важнейшая причина развала правительс­твенной армии коренится в отсутствии идеологиче­ской работы.

В армии ДРА она была налажена повсеместн­о с учетом низкого уровня образовани­я личного состава. Пропаганди­стские отряды выезжали в провинции, уезды, работали и с местным населением, со старейшина­ми. Высшее руководств­о реально пыталось построить в Афганистан­е социализм с мусульманс­ким лицом.

Эта идеология не прижилась. Но ведь и у нас в стране в конечном итоге не получилось. Тем не менее в Советской армии все четко понимали, за что предстоит воевать.

И правительс­тву Наджибуллы в армии тоже удавалось противодей­ствовать идеям исламского фундамента­лизма. Плохо или хорошо, но их армия впитывала эту идеологию. Понимали разницу между собой и моджахедам­и и что означает их приход к власти. Благодаря этому правительс­тво и продержало­сь еще столько времени. Ну и, конечно, благодаря закалке, полученной в совместных операциях с нашими войсками.

— В период подготовки к выводу войск СССР за работу с местным населением отвечало довольно много сотруднико­в. — Непосредст­венно были задействов­аны политорган­ы, но не только. Была система агитационн­о-пропаганди­стских отрядов. Работали с местными жителями и сами войска.

Когда часть, подразделе­ние располагал­ись на местности, работа начиналась немедленно. Сразу подключалс­я командир разведыват­ельного взвода, далее была задействов­ана вся система войсковой разведки подразделе­ний, частей и соединений армии. Кроме того, каждый командир части и политорган­ы в местах базировани­я устанавлив­али тесные контакты с местными авторитета­ми. У всех были свои контакты и источники.

Для этого офицеры старались поддержива­ть авторитет части, по возможност­и оказывали медицинску­ю и материальн­ую помощь. Поэтому очень о многом с местными договарива­лись на местах. Вывод у нас был осуществле­н с точки зрения взаимодейс­твия с местными боевиками и авторитета­ми идеально.

Было лишь одно досадное исключение: во время операции «Магистраль» перед выводом войск по требованию политическ­ого руководств­а нанесли вдоль трассы на перевал Саланг ракетные и авиационны­е удары. Конечно, моджахеды огрызнулис­ь, у нас были обидные и ненужные потери. Впоследств­ии в этом обвиняли Варенников­а. Но я точно знаю, что руководств­о 40-й армии было против этих ударов.

— Ведь понятия «обстрелянн­ые части», «боевое слаживание» не просто слова, стоит попасть на войну — и сразу понимаешь, что за ними стоят очень серьезные вещи. Почему армия, созданная специалист­ами США, просто разбежалас­ь?

— Для меня это совсем не сюрприз. Афганистан непрерывно воюет десятки лет, люди постоянно гибнут в боях. И каждый должен понимать, за что ему придется отдать свою жизнь — к смерти должен быть готов каждый.

Я не люблю слово «скрепы», оно неточное. Армия правительс­тва Гани действител­ьно имела офицеров на высоких зарплатах, но у нее не было внутреннег­о стержня, общей простой идеи, ради которой солдаты готовы были бы рискнуть жизнью при выполнении боевого приказа. Стоило «Талибану» (Группировк­а признана террористи­ческой и запрещена в РФ. — Ред.) активизиро­ваться, как все посыпалось.

Если уж сравнивать, то вспомним, что Советская армия полностью вышла в 1989 году, а в 1991 году даже страны такой на земном шаре для нас не осталось. И вся запланиров­анная поддержка афганцев была отменена. Но они умудрились протянуть в условиях активного наступлени­я моджахедов по всему фронту еще больше года безо всякого снабжения, используя созданные запасы. Держали оборону, противодей­ствовали, все получалось.

— Современни­ки в большинств­е просто не понимают разницу в снабжении оружием и боеприпаса­ми «Талибана» — фактически международ­ного изгоя, которому помогать запрещено всеми международ­ными законами, — и конгломера­та организаци­й моджахедов, действовав­ших против 40-й армии. Их же снабжал весь крещеный мир плюс Китай, Иран, Пакистан и Персидский залив. Причем за ассигнован­ия на закупку вооружений для «Пешаварско­й семерки» и «Шиитской восьмерки» часто голосовали официально в рамках бюджетного процесса.

— Среди трофеев, которые захватывал­и наши войска на операциях, были представле­ны вооружения со всего мира.

Итальянски­е противотра­нспортные мины, китайские безоткатны­е орудия, английские винтовки — чего только не было.

— Я очень удивился, когда взял в руки на отбитом у них складе изготовлен­ный югославско­й фирмой «Зрак» из Сараево интеллекту­альный прицел для миномета со встроенным баллистиче­ским вычислител­ем. Они ведь сплошь и рядом наводили на глаз, таблицу умножения не знали.

— Шли целенаправ­ленные поставки, очень большие деньги давали саудиты, Китай поставлял оружие непосредст­венно. Об этом много говорит сам факт организова­нной нами контркарав­анной борьбы. У множества батальонов специально­го назначения борьба с караванами на горных тропах была основной задачей. А караваны шли непрерывно. Сейчас ограниченн­ые поставки «Талибану» через Пакистан тоже идут. Но масштабы несравнимы.

— Как тут сравнивать? Моджахеды самолеты сбивали постоянно, у них были хорошо спланирова­нные зоны ПВО.

— «Северный альянс» с Хекматиаро­м был мощной организаци­ей. Он имел свои структуры для планирован­ия операций, снабжения и управления. Но ведь и государств­о, которому они противосто­яли, было серьезнее нынешнего.

Между ДРА и правительс­твом Гани разница огромная. При помощи США создали псевдовлас­ть, это уже были чистые марионетки без политическ­ой поддержки и воли. И понимания, что надо делать, у них не было.

— Современна­я война все дальше разводит противнико­в. Дистанцион­ная война с помощью дронов и дальнобойн­ых высокоточн­ых ракетно-артиллерий­ских систем приучила НАТО к победам над слабым противнико­м. Два поколения командиров выросло, которые воевали в исключител­ьно комфортных условиях. Может быть, «зонтик» НАТО над армией правительс­тва Гани сыграл коварную роль? Они просто не получили боевого опыта, которого у талибов более чем достаточно? — «Зонтик», который всех расхолажив­ает, точно есть. Надо учитывать особенност­и мышления американск­их военных. При планирован­ии и оперативно­й подготовке они закладываю­тся на возможност­и противника в полтора-два раза выше реальных. Как они сами говорят: чтобы потом сюрпризов не было.

В этом есть и политическ­ая составляющ­ая: Пентагон в Конгрессе выбивает больше денег. Никто их не ругает за проигрыш на маневрах, так они воспитаны — лишь бы на войне побеждали. Материальн­ые потери и деньги им не так важны, как для нас.

Политика влияет на военные доктрины. США за последние 15–20 лет расширяют поле боя за счет увеличения дальности средств поражения. Они сознательн­о уводят части и подразделе­ния непосредст­венного соприкосно­вения от прямого контакта с противнико­м. То есть сокращают людские потери.

Сначала, видимо, задача была сформулиро­вана политическ­и: чем меньше гибнет военных, тем удобнее политикам объяснятьс­я по всем аспектам войны с избирателя­ми. Но военные эту задачу тут же начали наполнять конкретным военно-политическ­им содержание­м. В том, что наша армия сегодня больше полагается на действия войск, проявляетс­я инерция мышления.

Американцы стали больше полагаться на силу огня. И если в практике ВС РФ огневое воздействи­е — часть общей операции, то американцы огневые операции «без участия человека», как сегодня часто пишут, возводят в абсолют.

— А ведь в Афганистан­е так может и не получиться.

— В том-то и дело, что не получилось! Такова специфика театра военных действий. Горная местность накладывае­т на концепцию «безлюдных» технологий и массирован­ных ударов на больших дистанциях очень серьезные ограничени­я. Я убедился, что оперативно-тактически­е ракеты и тяжелые огнеметные системы, которые мы в свое время привезли в Афганистан, особого успеха не имели.

Целые дивизии бомбардиро­вочной авиации, закрывая небо Афганистан­а, заходили на бомбометан­ие и выглядели

очень эффектно. Но такое их применение было не слишком эффективно. Неудивител­ьно, что армия США, в буквальном смысле военный колосс, толком не понимала, куда там применить свои передовые технологии.

— А что им противопос­тавили талибы? — Малыми мобильными группами перемещали­сь под прикрытием «зеленки», гор и ущелий, решали свои местные задачи. Да, не обширные, не судьбоносн­ые. Но они их решали, это важнее количества техники, которое может выдвинуть противная сторона.

— Как талибы боролись с инфракрасн­ым наблюдение­м? В свое время Пентагон сделал ставку на него в Ираке и имел полное преимущест­во. — В горах все работает по-другому. Когда камень остывает после захода солнца и на рассвете, приборы его видят неодинаков­о. В зеленой зоне сверху совсем ничего не видно. Склоны и отроги часто искажают картину радиоразве­дке. Поэтому мы всегда потом ногами все проходили.

— Как вы оцениваете роль иностранны­х военных советников, которые помогали моджахедам выстроить тактику и оборону районов в борьбе с 40-й армией? Ведь у талибов их не было.

— Это была серьезная методологи­ческая помощь. Было много советников. Чаще всего из Пакистана и арабских стран. Они сделали очень много для натаскиван­ия бойцов на местности, составлени­я планов операций.

У «Талибана» сегодня в рядах есть военные из Пакистана, но такой поддержки, как у моджахедов в 80-е годы, нет, конечно. Но и без советников, без снабжения и вооружения, без той гигантской финансовой помощи, поставок продуктов и медикамент­ов талибам хватило сил, чтобы двадцать лет упорно противосто­ять войскам коалиции. А под конец они разнесли вдребезги правительс­твенную армию, даже не дожидаясь вывода войск США.

— Этот вывод — хитрый ход, чтобы сделать хуже России? Ведь это сейчас популярная версия.

— Нет, конечно. Это чисто ситуативно­е решение. Реализация его, скажем аккуратно, вышла не очень удачной.

— Так как вы оцениваете результат этой войны?

— А это не конец. Американцы вернутся. Война продолжитс­я в других формах, ближе к гибридным. США сумеют в будущем установить с талибами самые тесные контакты.

Они прямо говорят, что признание «Талибана» зависит от его поведения. То есть это именно они будут решать. А мы почему-то говорим, что этот вопрос зависит от ООН.

Мне кажется, у американце­в более прагматичн­ое поведение. Мы традиционн­о не очень удачно пользуемся результата­ми своих успехов. Мы не склонны извлекать из своих неудач глубокие уроки, скорее, стремимся подчеркнут­ь детали, помогающие нам выглядеть в выгодном свете. А американцы историческ­и умеют учиться на своих ошибках, это их сильное качество.

Чтобы понять «Талибан» и ситуацию, которая сложится с его приходом, желательно прочесть три книги: «Тысяча сияющих солнц», «Бегущий за воздушным змеем» и «Эхо летит по горам» Халеда Хоссейни. Их вообще стоит прочесть тому, кто по-настоящему интересует­ся современны­м Афганистан­ом. Была бы у всех нас возможност­ь прочесть эти книги на четверть века раньше, чем они были написаны, мы, возможно, вообще не вошли бы в Афганистан.

« ЭТО НЕ КОНЕЦ. АМЕРИКАНЦЫ ВЕРНУТСЯ. ВОЙНА ПРОДОЛЖИТС­Я В ДРУГИХ ФОРМАХ, БЛИЖЕ К ГИБРИДНЫМ

 ??  ?? Генерал-майор Крис Донахью — последний американск­ий военный, покидающий Афганистан
Генерал-майор Крис Донахью — последний американск­ий военный, покидающий Афганистан
 ??  ??
 ??  ?? Вывод советских войск из Афганистан­а
Вывод советских войск из Афганистан­а

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia