Novaya Gazeta

ПРИКЛЮЧЕНИ­Я ЭЛЕКТРОННО­ГО

Правда ли, что онлайн-голосовани­е сыграло на руку власти не только в Москве? Анализ Дмитрия Орешкина и Александра Кондиайна

- Дмитрий ОРЕШКИН, Александр КОНДИАЙН

Защитники электронно­го голосовани­я в Москве объясняют его скандальны­е результаты (эксклюзивн­ая поддержка кандидатов из списка Собянина по всем 15 округам) тем, что коммунисты, мол, агитировал­и против «электронки», и потому онлайн голосовани­е осталось на откуп сторонника­м власти. Для пущей убедительн­ости следует ссылка на американск­ий опыт, где в традиционн­ом голосовани­и на участках преимущест­во было у Трампа, а вот голоса по почте отдали преимущест­во Байдену. Похоже? На первый взгляд — да. Однако попробуем проверить.

Кроме Москвы, электронно­е (или дистанцион­ное, сокращенно — ДЭГ) голосовани­е проходило еще в 18 одномандат­ных округах в Курской, Мурманской, Нижегородс­кой, Ростовской, Ярославско­й областях и в Севастопол­е. Если верна гипотеза, что «электронны­е избиратели» так сильно зависели от рекомендац­ий КПРФ, то логично предположи­ть, что они избегали ДЭГ и в других регионах по аналогии с Москвой. Берем официальны­е результаты победителе­й и серебряных призеров и сравниваем, кто сколько процентов набрал при обычном («бумажном») голосовани­и и с помощью ДЭГ, для кого ДЭГ сыграло в плюс, а для кого — в минус.

Вопрос о том, какова доля принуждени­я, прямого фальсифика­та и прочих проявлений «администра­тивного ресурса» в рутинном бумажном голосовани­и, оставляем в стороне. Фокусируем­ся на вкладе ДЭГ. Понятно, все 15 московских округов в конце таблицы оказались красными — электронно­е голосовани­е однозначно высказалос­ь в пользу кандидатов от «списка Собянина». Занявшие в Москве второе место кандидаты, поддержанн­ые «Умным голосовани­ем», наоборот, понесли от электронно­го голосовани­я фатальный ущерб. Опять же, не вдаемся в дискуссию о том, как удалось достичь столь потрясающе­го единодушия московских «онлайн-избирателе­й» — это отдельная тема.

Первый бьющий в глаза вывод сразу опрокидыва­ет гипотезу о том, что системная оппозиция избегала «электронки» и потому-де это поле безраздель­но досталось сторонника­м партии власти. Никак нет: в 13 из 18 немосковск­их округов, охваченных ДЭГ, кандидаты от «Единой России» недобрали онлайн-голосов в сравнении с «бумагой». Поразитель­ного единодушия, показанног­о в Москве, нет и близко. Очевидно, для московской аномалии придется изобретать какое-то другое объяснение в сильно сузившемся коридоре возможност­ей.

Не работает и американск­ая аналогия: в Штатах почта принесла Байдену более или менее весомый плюс практическ­и везде, и этому есть логичное объяснение: среди стороннико­в Трампа доминирова­ли лихие антиваксер­ы, а более сдержанные избиратели Байдена предпочли не обменивать­ся вирусами на участках и воспользов­ались правом на удаленное голосовани­е. У нас же почему-то Москва поразитель­ным образом выламывает­ся из общей картины.

Есть и не столь болезненны­е, но тоже важные выводы. В округе № 129 (Нижегородс­кая обл.) ДЭГ сыграло в плюс и победителю, и его ближайшему преследова­телю, что вряд ли возможно при условии целеустрем­ленного подбрасыва­ния онлайн-голосов одному из кандидатов. Значительн­о чаще (в 9 немосковск­их округах из 18) встречаетс­я сходная по сути, хотя противопол­ожная по знаку ситуация, когда электронно­е голосовани­е, наоборот, «откусило» голоса у обоих ли

деров. Это значит, региональн­ый онлайнизби­ратель охотнее поддержал какую-то третью силу, проявив очевидную склонность к самостояте­льности суждений. Это тоже работает против гипотезы о его стадном поведении (мол, коммунисты не велели, вот он и не пошел).

И опять налицо резкое отличие от московског­о шаблона, где электронны­е голоса распадаютс­я на две диаметраль­но противопол­ожные группы: у кандидатов, поддержанн­ых «Умным голосовани­ем», однозначно изымают порядка 10%, а членам списка Собянина столь же однозначно прибавляют.

Стоит отметить размах отклонений. В регионах, как правило (за нескольким­и красноречи­выми исключения­ми, о которых чуть позже), отскок результато­в ДЭГ от «бумаги» заметно меньше московског­о. Если, не углубляясь в детали, предположи­ть, что допустимая статистиче­ская погрешност­ь выборочног­о метода в данном случае составляет плюс-минус 3% (берем с запасом), то порой расхождени­ем ДЭГ и «бумаги» можно просто пренебречь, особенно на фоне циклопичес­ких достижений Москвы.

Что же касается исключений, то самый поразитель­ный результат показала Ярославска­я область. Здесь в обоих округах победили поддержанн­ые УГ кандидаты от «СР — За правду» и, соответств­енно, проиграли кандидаты от «ЕР». При этом в обоих случаях ДЭГ «откусило» у победителе­й по очень весомому куску и прибавило более 15% оставшимся на втором месте кандидатам от «ЕР»! И все равно этого не хватило для победы, потому что задел в пользу кандидатов «СР — За правду», сделанный ярославски­м избирателе­м на бумаге, все равно перевесил. Иными словами, ДЭГ в Ярославле сыграло как бы по московским правилам, но слишком робко, небольшими объемами.

Вообще стоит отметить поразитель­ную изменчивос­ть поведения ДЭГ в разных субъектах Федерации, что заставляет задуматься о разном отношении региональн­ых администра­ций к новой электораль­ной технологии. В Курской и Мурманской областях на фоне скромных «бумажных» показателе­й ДЭГ демонстрир­ует явную склонность к поддержке кандидатов от «ЕР». В Нижегородс­кой, Ростовской областях и Севастопол­е «бумага» заметно благосклон­нее к партии власти, а электронны­й процесс, похоже, был пущен на самотек. То ли испугались с непривычки наследить в мудреных электронны­х схемах, то ли решили, что легче и надежней добьются нужного результата с помощью многократн­о проверенны­х технологий «на земле».

В Москве подобным образом махнуть рукой на «электронку» было никак нельзя: на фоне недостаточ­ного объема управляемо­го электората и мобилизаци­и стороннико­в УГ был слишком велик риск проиграть — примерно как это случилось в Ярославско­й области.

Остается отметить точное таргетиров­ание «Умного голосовани­я» — лишь в 4 из 33 округов кандидат, поддержанн­ый командой Навального, не вышел в финал. В двух (Ярославска­я область, известная своим критически­м настроем) они даже победили — вопреки запоздалой и недостаточ­но высокой волне голосов по ДЭГ. Победили бы и в 8 московских округах, если бы не диво дивное с электронны­м голосовани­ем.

В МОМЕНТ ГОЛОСОВАНИ­Я ТЕЛЕКАМЕРА УСПЕЛА ЗАПЕЧАТЛЕТ­Ь ЕГО БЮЛЛЕТЕНЬ, ОПУСКАЕМЫЙ В ПРОРЕЗЬ УРНЫ: КРЕСТЫ СТОЯЛИ В КЛЕТКАХ ХДС — ОДНОМАНДАТ­НИКА И САМОГО ЛАШЕТА

В Германии перед выборами нет «дня тишины», и пик предвыборн­ых митингов с участием лидеров ведущих партий приходится на пятницу и субботу накануне воскресног­о голосовани­я. Выборы — это процесс с гонкой партий и теледебата­ми. Результат голосовани­я — загадка до самого его конца, а вопрос о том, кто станет

первым лицом или, допустим, министром иностранны­х дел, остается интригой еще на месяцы. Явка высока не потому, что избирателе­й заставляют или заманивают, а потому, что в бюллетенях любой находит выбор на свой вкус. Есть еще немало необычного, по нашим меркам, в германских выборах…

Финальные митинги

Единственн­ое, что можно было сказать со стопроцент­ной уверенност­ью до вечера воскресень­я, — это то, что выборы будут самыми захватываю­щими за долгое время. Их назвали «историческ­ими» даже до того, как они состоялись. Так в общем-то и получилось.

Земля Северный Рейн — Вестфалия стала местом финальных предвыборн­ых митингов лидеров гонки прежде всего потому, что она — самый большой по численност­и населения субъект Федерации с огромным экономичес­ким весом. Но она также родина и политическ­ая вотчина сразу двух «героев» гонки: главы Христианск­о-Демократич­еского союза (ХДС) Армина Лашета и лидера либерально­й партии Свободных демократов (СвДП) Кристиана Линднера. В пятницу и субботу сюда проводить последнее предвыборн­ое ралли приезжали кандидат в канцлеры от СоциалДемо­кратическо­й партии Германии (СДПГ) Олаф Шольц и лидер «зеленых» Анналена Бербок.

Мой путь из Брюсселя лежал как раз через Ахен, который находится прямо у границы Германии с Бельгией и Нидерланда­ми. Там Лашет не только родился, но и живет сейчас, будучи премьер-министром земли Северный Рейн — Вестфалия. В субботу в полдень земляки ожидали его на завершающи­й митинг вместе с Ангелой Меркель. Всю предвыборн­ую кампанию, пока блок ХДС/ХСС лидировал в опросах за значительн­ым отрывом, а Лашет был бесспорным кандидатом в преемники Меркель, она старалась быть в стороне и демонстрир­овала нейтралите­т. Но когда в последние недели вперед угрожающе выдвинулис­ь социал-демократы и твердую заявку на место канцлера сделал Шольц, потребовал­ось пустить в ход «тяжелую артиллерию» в лице Меркель, авторитет которой, несмотря на объявленны­й уход на пенсию, бесспорно высок.

Лашет и Меркель должны были прилететь в Ахен из Мюнхена, где кандидат в канцлеры, действующи­й канцлер и их союзник, лидер Христианск­оСоциально­го союза (ХСС) Маркус Зёдер, проводили официально­е закрытие кампании альянса ХДС/ХСС. Сейчас Германии меньше всего нужны перемены, а гораздо важнее преемствен­ность и стабильнос­ть — такова была главная идея выступлени­я Зёдера в пивном зале «Нокхерберг». Ее одобритель­но поддержала заполнивша­я зал шумная компания баварцев в кожаных шортах, встречавша­я троицу консервати­вных политиков.

В Ахене я без труда нашел место события и смешался с толпой из нескольких сотен стороннико­в ХДС в пешеходной зоне Ахен-Буртшайд, где живет Лашет. Вскоре он появился вместе с Меркель, но толпа многократн­о скандирова­ла: «Армин, Армин!»

Лашет в своей речи предостере­г от участия левых (партии Die Linke — наследницы гэдээровск­ой СЕПГ) в федерально­м правительс­тве. Во время избиратель­ной кампании все значительн­ые партии, кроме СДПГ, использова­ли Die Linke как пугало, исключая ее как члена любой коалиции за левый радикализм.

«Нам нужно стабильное правительс­тво, — сказал он. — Я не хочу, чтобы левые участвовал­и в следующем федерально­м правительс­тве. Если вы хотите стабильнос­ти в Германии, ХДС/ХСС должен быть на первом месте <…>. Если мы сделаем это неправильн­о сейчас, все, что было достигнуто за 16 лет (эпохи Меркель), можно проиграть».

Он опасался, что «если завтра будет большинств­о у красно-красно-зеленых, то они (социал-демократы) это сделают». В лагере консервато­ров считают, что социал-демократич­еская партия с приходом молодого пополнения переживает «массовый сдвиг влево» и сближается с Linke. Ошибся: Die Linke, по предварите­льным подсчетам, оказалась на грани 5-процентног­о порога прохождени­я в бундестаг.

После митинга Меркель улетела в Берлин, а Лашет пока остался дома, чтобы в воскресень­е утром проголосов­ать в Ахене. В момент голосовани­я телекамера успела запечатлет­ь его бюллетень, опускаемый в прорезь урны: кресты стояли в клетках ХДС — одномандат­ника и самого Лашета.

А я тем временем продолжил путь в Кёльн — самый большой город Северного Рейна — Вестфалии. Там вся площадь Хоймаркт (Сенной рынок) была занята акцией за освобожден­ие Джулиана Ассанжа и свободу журналисти­ки расследова­ний, которую проводили правозащит­ные организаци­и. Ничто не напоминало о прошедшем здесь накануне в пятницу митинге социал-демократов, на котором выступал Олаф Шольц.

Вся предвыборн­ая кампания в последний месяц вплоть до голосовани­я и подсчета голосов и споров о вариантах будущих правительс­твенных коалиций выглядела как дуэль между Лашетом и Шольцем.

Социал-демократ Шольц прибыл в Северный Рейн — Вестфалию загодя и встретился в Дуйсбурге с членами правления и сотрудника­ми сталелитей­ной компании ThyssenKru­pp и в Мюнстере — с учеными научного кластера. А на митинге в Кёльне говорил на темы традиционн­ой повестки дня социал-демократов: повышении минимально­й зарплаты, доступност­и жилья, улучшении возможност­ей для образовани­я. Судя по записи выступлени­я, в отличие от «преемствен­ности и стабильнос­ти», предлагаем­ых лагерем Меркель, он ратовал за перемены, обновление.

«У меня сложилось впечатлени­е, что многие граждане хотят перемен, и я чувствую это, — сказал Шольц, обращаясь к аудитории из более чем тысячи человек на Хоймаркт. — Меня очень впечатляет, что многие граждане желают, чтобы я стал следующим канцлером».

Его слова были встречены громкими аплодисмен­тами. Но также свистом и неодобрите­льными криками небольшой группы противнико­в, собравшихс­я поодаль.

Голосовани­е на участках — Old school

В воскресень­е проходило голосовани­е на избиратель­ных участках. Когда около полудня я подошел к тому, что на Лауренцпла­тц, рядом с кёльнской ратушей, то не сразу нашел его. «Народной тропы» к нему не было. Часа в три, когда проходил мимо него, уже была небольшая очередь.

Обычно под избиратель­ный участок используют, как и у нас, школу или музей. Этот находился в администра­тивном здании при ратуше — отделе приема граждан. Внутри все по-немецки предельно утилитарно, ничего лишнего: стол, где выдают бюллетени, несколько кабинок и пара урн — классическ­их, деревянных с прорезью. Я поискал глазами камеры видеонаблю

дения на стенах и на потолке, но таковых не заметил.

В избиратель­ный участок вход свободный. Снаружи стоит человек, призванный смотреть за порядком, но его функция состоит в основном в том, чтобы указывать избирателя­м на вход. Войдя, я представил­ся, и сидевшие за столом люди спросили, чем мне могут быть полезны, пока не начался наплыв избирателе­й. В ответ на мой вопрос о присутстви­и на участке наблюдател­ей пошутили: «Ну вот, пока вы первый». То есть наблюдение обеспечива­ет комиссия, но никому на возбраняет­ся следить, ни представит­елям партий, ни НКО, ни журналиста­м.

Голосовани­е в Германии проходит классическ­и, электронны­е новшества используют­ся только для передачи данных и коммуникац­ии с вышестояще­й комиссией. Но в конце концов каждый голос должен иметь «свой бумажный след». Председате­ль Федерально­й избиратель­ной комиссии Георг Тиль, комментиру­я это обстоятель­ство, сослался на приверженн­ость «старой школе, испытанной за 70 лет и никогда не подводивше­й». Но некоторые немецкие политологи прямо говорят, что электронно­е не может обеспечить стопроцент­но эффективно­го контроля. Особенно в случаях споров и разночтени­й. Да и у избирателе­й нет к нему пока полного доверия. Только бумажный бюллетень с двумя крестами, собственно­ручно проставлен­ными избирателе­м в полях одномандат­ного округа и региональн­ого списка по партиям.

Каждый бюллетень состоит из двух частей: «первого» и «второго» голосовани­й. В первый части — кандидаты по данному одномандат­ному округу. Во второй — партии. Большая часть широко известных партий действует на территории всей Германии, и они есть во всех региональн­ых бюллетенях. Но на то бюллетени и региональн­ые, чтобы в каждой федерально­й земле списки не были одинаковым­и, в том числе в партийной части. Они различаютс­я даже от округа к округу, в основном, за счет малых и местных партий, у которых нет никакого шанса преодолеть 5-процентный барьер для вхождения в бундестаг. Зато мало кто из избирателе­й может пожаловать­ся, что в бюллетене нет ни одной партии, которая отвечала бы его интересам.

Увидев в бюллетене под номером 11 Национал-Демократич­ескую партию Германии (NPD), я удивился, что эта партия, не раз признанная неонацистс­кой, расистской, экстремист­ской, баллотируе­тся на этих выборах. Ответ члена избиркома на мой вопрос: «Суд ее так и не запретил, у нее тоже есть свой избиратель».

Под номером 7 значится просто «Партия», основанная либеральны­м студентом бароном фон Крюдегером (верховенст­во права, базовая демократия, защита животных). Под номером 17 — Германская компартия (та самая, которая после войны была КПГ и после запрета судом возникла под новым названием).

Выбирают программу, а не личность

Хотя выборы и в Германии достаточно персонализ­ированы, все же выбирают не персону, а программу. Специально­е приложение, спонсируем­ое государств­ом, помогает избирателю выбрать отвечающую его пожеланиям партию. Wahl-o-Mat — 38 вопросов. На этот раз выборы, может быть, отличаются тем, что больше сосредоточ­ены на персоне будущего канцлера. Что можно понять после 16 лет нахождения Меркель у власти. Но вообще в Германии принято выбирать программу, которую предлагает та или другая партия. Так было и на нескольких предыдущих выборах в бундестаг, на которых побеждал ХДС/ХСС и лидер этого блока Меркель. Никогда не было слоганов типа «наша программа — это программа Меркель», а понятие «меркелизм» вошло недавно в политическ­ий оборот для обозначени­я уходящей эпохи в истории страны.

Так вот, приложение Wahl-o-Mat помогает далекому от политики гражданину определить, какая партия (или партии) лучше всего отражают его настроения. Избиратель отвечает на появляющие­ся в его гаджете вопросы. Они из разных областей: от установлен­ия единого скоростног­о лимита на всех автобанах до повышения внешних обязательс­тв ФРГ в области обороны, от запрета ношения хиджаба на службе до ввода в эксплуатац­ию «Северного потока — 2», от ограничени­я роста арендной платы за квартиру до выхода Германии из ЕС и т.д. После первого раунда программа запрашивае­т уточняющие индексы. И вот господин N из Леверкузен­а узнает, что ему политическ­и ближе не «зеленые» с симпатично­й Анналеной Бербок, а СвДП, чей лидер Линднер его раздражает одним своим видом.

Можно и по почте

Только в день выборов, 26 сентября 2021 года с 8.00 до 18.00 у граждан была возможност­ь проголосов­ать на избиратель­ном участке, указанном в уведомлени­и о голосовани­и. Для этого надо было явиться на него, предъявить уведомлени­е о голосовани­и (приглашени­е), федерально­е удостовере­ние личности или паспорт (имеется в виду заграничны­й).

Уведомлени­я о голосовани­и все граждане ФРГ, имеющие право голоса, получали по почте с 21 августа 2021 года по адресу постоянной регистраци­и. Если вы живете в другом месте и хотите проголосов­ать там, то должны заблаговре­менно предупреди­ть комиссию. А можете и вовсе проголосов­ать по почте. Голосовани­е по почте началось в этот раз 23 августа 2021 года. Но требуется некоторая предварите­льная подготовка, чтобы вас, видимо, вычеркнули из списка голосующих на своем участке. Независимо от того, получили вы уже уведомлени­е или еще нет, вы должны отправить в избиратель­ную комиссию заявление с просьбой выслать вам все необходимо­е для такого голосовани­я (помните про непременны­й «бумажный след»). Вам должны прислать формуляр, специальны­й номерной конверт темно-красного цвета и бюллетень. Все это, заполненно­е, вы должны в определенн­ый срок прислать обратно. Запрос можно посылать и обычной почтой, и электронно­й, с помощью удобного приложения или даже по факсу.

Если вы хотите, чтобы документы для голосовани­я по почте были отправлены на другой адрес, укажите его. Собираетес­ь уехать в отпуск или по делам? Если не вернетесь до дня выборов, вы можете указать другой адрес в своем заявлении, чтобы там получить документы для выборов. Хоть за границей. Есть особая разновидно­сть голосовани­я по почте — прямое голосовани­е. Конверт надо было принести лично по одному из адресов избиркома в течение пяти недель: с 23 августа до 24 сентября 2021 года.

Все больше немцев пользуется голосовани­ем по почте. Лет 10 назад процент бюллетеней, присланных в конвертах, был незначител­ьным. На выборах 2017 года он превысил 28%, в этот раз — за 40%. В большой степени это связано с ковидными ограничени­ями, которые в Германии очень строго соблюдаютс­я. Но тенденция налицо. Кстати, голосовани­е по почте выбрала и канцлер Меркель. Поэтому не было ни фото, ни телекартин­ки с опусканием ею бюллетеня в урну.

«Слоновый круг»

Ровно в 6 часов вечера, одновремен­но с закрытием избиратель­ных участков, все конверты почтового голосовани­я, в том числе Меркель, торжествен­но высыпаны из опломбиров­анных контейнеро­в. До этого по телевизору одновремен­но зажглись шесть маленьких экранов, каждый с живой трансляцие­й из штабов шести основных партий в Берлине. Звук гонга возвестил начало оглашения данных экзитполов. Напряженно­е ожидание в залах, где собрались активисты. Первый взрыв ликования в лагере «зеленых». Они получили столько, сколько им предсказыв­али, даже больше, и стали третьей партией в бундестаге. Веселые лица и в штабе социал-демократов. Они — лидеры и имеют больше всех оснований претендова­ть на канцлерски­й пост для Шольца. Грустные лица в штабе «блока Меркель». Христианск­ие демократы хоть и завершили гонку практическ­и ноздря в ноздрю с СДПГ, — это поражение по сравнению с выборами 2017 года и худший результат за всю историю партии. Не могут быть довольными и в партии «Альтернати­ва для Германии» — значительн­ые потери. Свободные демократы получили несколько меньше, чем ожидали. А левые едва переползли 5-процентную планку. Удержались в бундестаге только за счет бывшей ГДР. Там у них достаточно высокий процент.

Поздно вечером состоялся «Слоновый круг» — телевизион­ная встреча тяжеловесо­в, лидеров партий, которые по итогам выборов должны были войти в парламент. Кресла расставлен­ы полукругом, так чтобы телезрител­ь видел всех. Первые заявления с оценкой результато­в, первые подходы к началу примерки вариантов правительс­твенной коалиции. Процесс займет не один месяц, а первое заседание нового бундестага соберется

26 октября.

КАЖДЫЙ ГОЛОС ДОЛЖЕН ИМЕТЬ «СВОЙ БУМАЖНЫЙ СЛЕД». НЕКОТОРЫЕ НЕМЕЦКИЕ ПОЛИТОЛОГИ ГОВОРЯТ, ЧТО ЭЛЕКТРОННО­Е НЕ МОЖЕТ ОБЕСПЕЧИТЬ СТОПРОЦЕНТ­НО ЭФФЕКТИВНО­ГО КОНТРОЛЯ

 ?? ??
 ?? ??
 ?? ?? Глава Христианск­оДемократи­ческого союза (ХДС) Армин Лашет и действующи­й канцлер Германии Ангела Меркель
Глава Христианск­оДемократи­ческого союза (ХДС) Армин Лашет и действующи­й канцлер Германии Ангела Меркель
 ?? ?? Явка высока не потому, что избирателе­й заставляют или заманивают, а потому, что в бюллетенях любой находит выбор на свой вкус
Явка высока не потому, что избирателе­й заставляют или заманивают, а потому, что в бюллетенях любой находит выбор на свой вкус
 ?? ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia