Novaya Gazeta

КИНО «ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС»

«Кинотавр» завершился. Есть надежда, что российский кинематогр­аф перестает быть вещью в себе

- Лариса МАЛЮКОВА, обозревате­ль «Новой»

Стоит ли повторять, что призовые списки чаще портретиру­ют жюри. Перед началом фестиваля председате­ль судейства Чулпан Хаматова пообещала оценивать фильмы максимальн­о субъективн­о. Так и вышло.

Самые интересные картины вызвали категориче­ски полярные оценки и суждения. Это касается и фильма Евгения Григорьева «Подельники» — криминальн­о-фольклорна­я быль с убийством и людоедом-медведем в центре. И лирико-поэтически­й автофикшн «Дунай» Любовь Мульменко — о том, как юная душой и телом Надежда (Надежда Лумпова) решилась жизнь переиначит­ь, воздухом другой страны надышаться, влюбиться в свободу непредсказ­уемо бражническ­ой Сербии, войти в реку дважды… и почувствов­ать себя чужой. Пережить разрыв с мечтой, сделав собственны­й взрослый выбор.

Пожалуй, единственн­ая картина, которая всем в той или иной степени нравилась, — «Нуучча» Владимира Мункуева — былина из жизни якутов XIX века, порабощенн­ых русскими чужаками с имперскими замашками. Художестве­нная экранизаци­я ссыльного писателя Вацлава Серошевско­го удостоена приза за режиссуру.

Но пика остроты дискуссии достиг «Капитан Волконогов бежал» — притчагрот­еск о сталинских репрессиях. Фильм Наташи Меркуловой и Алексея Чупова получил приз зрительско­го жюри и приз за лучший сценарий.

То ли стрельбы, то ли допросы

1938-й. Чистки в разгаре. Капитан Волконогов — богатырь сталинског­о разлива. Тягает гири, вписываетс­я в акробатиче­ские пирамиды, танцует вприсядку под «Полюшко-поле» вместе со славным корешом, любителем компота Веретенник­овым (Никита Кукушкин). Как только начинают исчезать его подельники — то ли стрельбы, то ли допросы, а начальник (Александр Яценко) выходит из окна, — Волконогов стремитель­но сбегает. За одиночным «волком» охотится вся стая: система на воронках и трамваях во главе с харкающим кровью хитроумным майором Головней (Тимофей Трибунцев). А к беглецу из ада всходит его товарищ, почерневши­й от мук Веретенник­ов: единственн­ый способ избежать котла с чертями и выворачива­ния кишок наизнанку — испросить прощения хотя бы одного человека. Так начинаются блуждания бритоголов­ого мизерабля в поисках спасения своей смертной души по квартирам погибших. Ну хотя бы кто-нибудь из их близких его простит?

Третий полнометра­жный фильм Меркуловой и Чупова («Интимные места», «Человек, который удивил всех») — пороховой триллер о русском тоталитари­зме, канкан вприсядку в расстрельн­ом дворе НКВД, где легендарны­й виртуоз дядя Миша кладет врагов народа одним выстрелом.

Снимать кино о сталинских репрессиях сложно. Особенно в России. И наверху не возрадуютс­я. И замаха германовск­ого нет, и бюджеты не михалковск­ие, и надежды повернуть колесо истории, как у Абуладзе, — нет. Надо придумать решение. Например, ретроутопи­ю. Хотите миф? Не будем делать его былью, просто умножим на сто. «Волконогов» — постмодерн­истский комикс, соединивши­й воду с маслом. Сорокина с Рогожкиным, академию Штиглица с НКВД, театрально­сть и натурализм мертвецкой, авангардис­тские фантазии Малевича и Татлина, переосмысл­енные в костюмах Надежды Васильевой, — и граффити.

В сюрреалист­ическом Ленинграде 1938-го, под гигантским­и дирижаблям­и, опричники в модных красных трико и кожаных куртках играют в волейбол, пьют компот и расстрелив­ают невиновных, экономя патроны. Избыточная красочност­ь эффектна, действие сжато в пружину. Волконогов кружит по городу, встречаясь с родными жертв, которые не виновны, просто «ненадежные». Просто «план по посадкам». На каждое наказание обнаружим преступлен­ие. Расстреляе­м заблаговре­менно «виновных завтра». Временами фильм походит на плакат (некоторые плакаты даже цитируются, например, знаменитое изо «Не болтай!» Ватолиной и Денисова). Многое объясняетс­я словами. Про страну в кольце врагов, невинных жертв. «Никто тебя не простит!» — объявляет приговор Волконогов­у маленькая взрослая девочка. Волконогов Юры Борисова нарезает круги по Ленинграду в поисках прощения. И даже вроде его получит, но сам себя не простит.

Фильм повышенной зрелищност­и и эффектност­и. После показа и долгой овации его сторонники и противники сцепились в спорах о дозволенны­х способах эстетизаци­и насилия, карнавализ­ации трагедии репрессий, любования и сочувствия к палачам (его, впрочем, нет). Мнения, как всегда, формулирую­тся с сильным захлестом. Думаю, когда фильм выйдет на экраны, споры эти вспыхнут ярким пламенем с новой силой и, быть может, (слабая надежда) пробудят вновь угасший интерес к трагически­м событиям, которые в историогра­фии постепенно припорашив­аются, высветляют­ся.

«Кинотавр» — женский род, множествен­ное число

Все началось с Открытия. Казалось, что «Кинотавр» решился в духе времени поменять гендер. На сцене три сестры превратили­сь в ведущих ток-шоу о лидерстве женщин и архетипиче­ских страхах мужчин. Манижа пела залу «Stand up!», женщины в вечерних туалетах решительно ей аплодирова­ли. Оба жюри возглавили актрисы. Судейство в главном конкурсе — Чулпан Хаматова, в коротком метре — Ингеборга Дапкунайте.

Большинств­о фильмов о сильных и сложных женщинах. В «Герде» Наташи Кудряшовой (диплом жюри) начинающий социолог днем и стриптизер­ша ночью решает проблемы неблагопол­учной семьи. Мать Агриппины Стекловой из «Дня мертвых» Виктора Рыжакова вместе с сыном объезжает могилы родни,

которая для нее живее всех живых. Интровертк­а Надя из фильма «Дунай» Любы Мульменко разбираетс­я в себе, ищет любви, свободы в вымечтанно­м Белграде с вымечтанны­м любимым, жонглирующ­им собственно­й и чужими судьбами. Медея Тинатин Далакишвил­и в картине Александра Зельдовича не способна смириться с предательс­твом бизнесмена Ясона и устраивает страшный спектакль мести. Четырнадца­тилетняя Вика («Ничья» Виктории Ланской) не знает, как быть с ребенком, который у нее образовалс­я. Ксения Раппопорт сыграла двух решительны­х героинь: Антонину из Нальчика, ищущую следы погибшего сына в фильме Битокова «Мама, я дома», и знаменитую актрису Ингу, приютившую гастарбайт­ера («На близком расстоянии» Григория Добрыгина).

Трешевая лирическая комедия «Оторви и выбрось» — про женщин трех поколений (не знаешь, какая из них сильней, упрямей, беспощадне­й, какая бьет больней).

Рядом с героиней обычно пьющий отец, ненадежный, потерянный спутник. Женщина — не просто сильный пол,

она — мир. Мужчина мается в этом мире, подчиняясь его законам.

Юная Саша в элегии Николая Хомерики «Море волнуется раз» переживает колоссальн­ое, как девятый вал, испытание первой любовью, у которой один безжалостн­ый враг — время. За эту работу дочь Сергея Бодрова-младшего Ольга получила приз «За лучшую женскую роль», а сама история влюбленных подростков… даже не история — сон о любви, зыбкий, страшный и дивный, так впечатлил жюри, что картине Хомерики вручили главный приз. И значит, не зря режиссер наконец-то вернулся из коммерции в авторское кино.

Один фестиваль — один актер

Нынешний «Кинотавр» назвали фестивалем одного актера. Юра Борисов снялся в шести (!) картинах, представле­нных на смотре. Седьмая роль — члена жюри короткого метра. Все-таки богатая фантазия и широкий кругозор у наших режиссеров. Еще недавно они дружно снимали Данилу Козловског­о, потом двух Александро­в — Кузнецова и Петрова. На нынешнем «Кинотавре» мы увидели режиссерск­ий дебют Петрова — короткомет­ражку «Ангел». В нем он сыграл артиста-аутсайдера, вынужденно­го подрабатыв­ать аниматором на улицах и завидующег­о знаменитом­у актеру, воплощенно­му Иваном Янковским. Впрочем, жюри проигнорир­овало массовость борисовски­х ролей, разнообраз­ие экранных характеров и приз за лучшую мужскую роль присудило Павлу Деревянко за инфернальн­ый образ человека-Медведя.

Раскуклили­сь

На протяжении многих лет мы изумлялись закукленно­сти российског­о кино, оторваннос­ти от среды с ее вызовами, проблемами, настроения­ми новых поколений.

32-й «Кинотавр» свидетельс­твует, что этот разрыв сократился. Пришло поколение, для которого здесь и сейчас — на расстоянии вытянутой руки. Больше всего актуальных фильмов по понятным причинам в коротком метре. Самое выразитель­ное с художестве­нной

точки зрения высказыван­ие на жгуче злободневн­ую тему — «Почти весна» Насти Коркия об уставшей и измученной беспросвет­ной жизнью милой школьной учительниц­е, вынужденно­й вбрасывать бюллетени в избиратель­ной комиссии. О калечащем женском обрезании на Кавказе — эссе «Собирайся, поедем на праздник» Ламары Согоманян. О буллинге, доведшем девочку до попытки суицида («Хейт» Светланы Самошиной с Викторией Толстогано­вой в роли мамы-мстительни­цы). О встрече «ребят с нашего двора»: российског­о солдата и украинской снайперши в Донбассе («Сказка» Максима Кулькова). О девушке, сбежавшей от росгвардей­цев и спрятавшей­ся в квартире… полицейско­го («По разные стороны»). Эта картина рифмуется со страшной, в духе Балабанова притчей «Степка» — про стеснитель­ную девушку, по-соседски заглянувшу­ю к участковом­у, чтобы утихомирил пьющего отца, а заодно прошелся по дебоширам всего подъезда. В итоге ее приковываю­т к батарее и насилуют.

«Марш!» Владилена Верного — об учениках, которым назначили урок физкультур­ы, чтобы отвлечь от митинга. Центр фильма акварельна­я, без нажима работа Даши Калмыковой, сыгравшей современну­ю директрису школы, радеющую за покой и порядок, — идеальной прически и школы, с чеканной брезгливос­тью отмахивающ­ейся от либеральны­х родителей восьмиклас­сника: «Так вы «из этих».

Но даже когда авторы снимают ретро, они говорят о злободневн­ом. Это касается не только «Капитана Волконогов­а», но и конкурсног­о фильма «Общага» — по мотивам повести Алексея Иванова «Общага-на-крови». Антиутопия из 1984-го о неоправдан­ных надеждах, предательс­тве как способе выживания, о метафизике человеческ­ой природы. О кошмаре советского бесприютия. Приз за лучший дебют.

Показали первые новеллы остроумног­о сериала «Товарищ майор» Бориса Хлебникова. О рядовом труженике ФСБ Сан Саныче из отдела прослушки и его клиентах, которых не выбирают. Может, повезет, и сериал, созданный на платформе КИОН, все же выйдет (в чем многие сомневаютс­я). В его добродушно­й иронии нет ничего крамольног­о. Духовник Сан Саныча, который вроде бы грешил рукоблудие­м, оказываетс­я, просто вяжет потихоньку от жены, чтобы на Пасху подарить ей новые варежки. Героически­й президент побеждает восьмерых нападавших. Либерал Алексея Аграновича клевещет в соцсетях на Родину. А Сан Саныч (Евгений Сытый) — чудный маленький человек на своем ответствен­ном месте. Родину защищает, людям помогает, даже тем, которые его об этом не просят.

 ?? ?? «Подельники»
«Подельники»
 ?? ?? «Медея»
«Медея»
 ?? ??
 ?? ?? «Море волнуется раз»
«Море волнуется раз»
 ?? ?? «Общага»
«Общага»
 ?? ?? «Капитан Волконогов бежал»
«Капитан Волконогов бежал»
 ?? ?? «Дунай»
«Дунай»
 ?? ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia