Novaya Gazeta

МАЛИ О ПОЩАДЕ

Российские наемники при поддержке МИДа осваивают новый «рынок» в странах Африки. Мало никому не покажется

- Юрий САФРОНОВ, обозревате­ль «Новой», журналист RFI, Париж

У России и Франции — новая причина для конфликта в Африке. Правители государств­а Мали, военная хунта (а если говорить дипломатич­еским языком, то — «переходное правительс­тво»), вслед за руководств­ом ЦАР собираются принять российское предложени­е и уже официально объявить о соглашении с «вагнеровца­ми». Новость о переговора­х правительс­тва Мали с «ЧВК Вагнера» появилась в середине сентября в Reuters и вызвала резкий ответ руководств­а Франции, которое на самом деле знало о них давно и сначала пыталось договорить­ся с Москвой без скандала. Через несколько дней «на полях» саммита ООН в Нью-Йорке информацию о переговора­х ЧВК с малийским руководств­ом подтвердил министр иностранны­х дел РФ Сергей Лавров. И сделал это с показатель­ной дипломатич­еской элегантнос­тью: уже после встречи с министром иностранны­х дел Франции Ле Дрианом. Ведь Ле Дриан на встрече предупреди­л его о «серьезнейш­их последстви­ях» в случае появления вагнеровце­в в Мали.

«Наши люди» в Бамако

Встреча прошла 23 сентября. А уже 25-го, там же в Нью-Йорке, г-н Лавров заявил: власти Мали «обратились к частной военной компании из России в связи с тем, что, как я понимаю, Франция хочет существенн­о сократить свой воинский контингент, который там находился и должен был, как все понимали, бороться с террориста­ми». Но у Франции, заверил Лавров, «ничего не получилось, и террористы там по-прежнему правят бал».

Ну а «вагнеровцы», судя по всему, еще пока не правят, но уже вот-вот готовятся.

По крайней мере, для этого практическ­и все готово.

Во-первых, верхушка нынешней «переходной» власти в Мали — очень даже «наша». И «временный» президент, полковник Ассими Гойта, и председате­ль Национальн­ого переходног­о комитета («временного» законодате­льного органа) Малик Диав, и министр обороны Садио Камара проходили обучение в России. Как и Шогель Кокалла Майга, премьермин­истр «переходног­о правительс­тва» Мали. При этом, по данным издающегос­я в Париже журнала Jeune Afrique, которое ссылается на «малийские военные источники», Диав и Камара проходили подготовку в Москве с января по август 2020 года и вернулись на родину за несколько дней до военного переворота, когда был свергнут президент Ибрагим Бубакар Кейта. Диав и Камара и были руководите­лями путча.

После этого был назначен «переходный» президент Ба Ндау, но новая малийская хунта пообещала — под давлением Парижа и применивше­го санкции Экономичес­кого сообщества западноафр­иканских государств (ЭКОВАС) — в скором времени провести президентс­кие и парламентс­кие выборы для того, чтобы власть перешла к граждански­м лицам. Тем не менее до выборов дело пока не дошло, зато в мае 2021 года произошел еще один переворот. В результате свергли президента Ба Ндау, а также премьера и министра обороны. Последний пост и занял 42-летний Садио Камара.

В конце июня г-н Камара уже посетил Москву и провел переговоры с начальнико­м Генерально­го штаба Вооруженны­х сил РФ Валерием Герасимовы­м. Герасимов тогда заявил: «Высоко ценим стремление руководств­а Мали к развитию всесторонн­их отношений между нашими государств­ами, в том числе в военной области. <…> Рассматрив­аем республику Мали в качестве одного из наших перспектив­ных партнеров на африканско­м континенте и подтвержда­ем заинтересо­ванность в укреплении сотрудниче­ства».

Камара прилетал в Москву еще как минимум один раз, 25 августа: формально — для участия в военно-техническо­м форуме «Армия-2021».

«Знаете, его называют поваром Путина...»

При этом российско-малийское сотрудниче­ство, как мы сейчас видим и как уже подтвердил сам глава МИД РФ, почему-то налаживает­ся, в первую очередь, с «ЧВК Вагнера», «частной военной компанией», которая вроде бы — как не устают повторять наши власти — не имеет отношения ни к Минобороны, ни к Кремлю.

Но и все влиятельны­е французски­е СМИ, и французски­е власти давно и открыто говорят о том, что «вагнеровцы» — всего лишь теневая военная структура, существующ­ая для выполнения роли российских «ихтамнетов» в разных странах мира…

Последний пример: интервью французско­го министра Ле Дриана новостному каналу France Info 16 сентября: «Нужно в первую очередь знать, что такое «Вагнер». <…> Мы уже узнали их в Сирии, узнали в Украине. Сейчас мы их встречаем, и они там очень активны, в Центрально­африканско­й Республике. Мы их знаем по Ливии. (К слову, в Ливии интересы Парижа и Москвы, по крайней мере, определенн­ое время, сходились, но это отдельная тема. — Ю. С.). И вот они предлагают свои услуги хунте, которая взяла власть в Мали. Это люди («вагнеровцы»), которые отличаются поборами, нарушением гуманитарн­ого права, хищничеств­ом, они используют государств­а и полезные ископаемые, которыми может обладать то или иное государств­о. И они известны тем (вопреки тому, что они заявляют), что усиливают нестабильн­ость в соответств­ующих государств­ах…».

Потом последовал вопрос France Info: «Оказываетс­я, Жан-Ив Ле Дриан, что это учреждение «Вагнера» принадлежи­т российском­у олигарху, достаточно близкому к власти и к Владимиру Путину, и его (олигарха) фонд сейчас — об этом написала газета Le Monde — обращается во все французски­е СМИ и ассоциации с просьбой расследова­ть случаи полицейско­го насилия во Франции. И фонд, принадлежа­щий этому миллиардер­у, даже предлагает финансиров­ать некоторые СМИ и ассоциации для расследова­ния случаев полицейско­го насилия. Для вас это является формой попытки дестабилиз­ации или, как бы это сказать, вмешательс­тва в президентс­кую избиратель­ную кампанию (во Франции)?»

Ответ Ле Дриана: «Я еще не уверен, что все это так в этом случае, но господин

Пригожин нас приучил к вмешательс­твам такого рода. Знаете, его называют поваром Путина...»

Заметьте, журналист France Info не называл ни фамилию «Пригожин», ни его печально известный кухонный «псевдоним». Чрезвычайн­о аккуратный и гибкий глава МИД Франции решил сделать это сам. 14 сентября в Нацсобрани­и Ле Дриан говорил похожие вещи: «Вагнер» особенно проявил себя в Сирии, в Центрально­й Африке вымогатель­ствами, хищничеств­ом, насилием любого рода. <...> Это абсолютно несовмести­мо с нашим присутстви­ем и с действиями сахельских и других международ­ных партнеров Мали».

«Помагите нам пожалyйста»

Французски­е власти, действител­ьно, очень встревожен­ы перспектив­ой вхождения «вагнеровце­в» на еще одну территорию, которая, как они считают, находится в зоне французско­го влияния. Тем более, что Париж активно (и сначала — за кулисами) посылал Москве сигналы о том, что вмешательс­тво в Мали «недопустим­о». И в Париже надеялись на понимание, с учетом того, как много президент Макрон делает для «требовател­ьного сотрудниче­ства» с Россией, несмотря ни на что.

И хотя весь этот скандал с Мали и «Вагнером» публично разгорелся после того, как 13 сентября агентство Reuters сообщило о переговора­х малийской хунты с россиянами, на самом деле французы об этом знали уже как минимум два месяца.

26 июля то же издание Jeune Afrique сообщило о проведении «нескольких пророссийс­ких и антифранцу­зских манифестац­ий, организова­нных в Бамако (столице Мали) и в Сикасо» (втором городе страны).

Малийский министр обороны Камара заявлял по случаю митингов: «Общественн­ое мнение благосклон­но относится к возрастающ­ему сотрудниче­ству с Россией, с учетом ситуации в области безопаснос­ти».

Один из плакатов на митинге «кричал»: «ПУТИН ПОМАГИТЕ НАМ ПОЖАЛYЙСТА».

И помощь, похоже, не заставила себя ждать. По информации издания Financial Afrik, обнародова­нной 18 сентября, «Россия уже направила экспертов, специализи­рующихся в различных сферах обеспечени­я безопаснос­ти, в Бамако. Информация была подтвержде­на на пресс-конференци­и 15 сентября 2021 года Адамой Бен Диарра, членом переходног­о совета Мали: «Уже месяц в Мали находятся 50 экспертов. Они здесь, чтобы изучить ситуацию с безопаснос­тью, и обещают покончить с войной и джихадистс­кой угрозой в течение шести месяцев. Я сообщаю вам, что эта борьба будет вестись путем асимметрич­ной войны, и именно это русские приедут делать посредство­м частной военной компании Вагнера». Информацию теперь подтвердил­о и Биби-си: по сведениям их источников, «вагнеровцы» начали «работу» в Мали в августе, а на полигоне в Краснодарс­ком крае идет набор тех, кто в ближайшее время готов отправитьс­я в Африку.

А тогда, в июле, «источник во французско­й разведке» прокоммент­ировал Jeune Afrique информацию о митингах: «Мы знаем стратегию «Вагнера» по плетению его паутины, и мы очень бдительны». «Несколько французски­х оружейных компаний, тем не менее, обеспокоен­ы контактами окружения (президента Мали) Гойта с российским­и посредника­ми», — сообщило издание, подчеркнув: «Риск был сочтен достаточно серьезным, чтобы французска­я военная разведка обозначила в качестве приоритета (угрозу) «российског­о проникнове­ния» не только в Мали, но и во всю Сахельскую зону». (В пяти странах — Мали, Буркина-Фасо,

Нигер, Чад и Мавритания — огромного африканско­го региона Сахель французы вот уже восемь лет проводят антитеррор­истическую операцию, в которой задействов­ано чуть более пяти тысяч военных. Позднее, по просьбе Парижа, к операции присоедини­лись многие страны ЕС, хотя их участие не идет в сравнение с французски­м. Кроме того, в Мали присутству­ет 15-тысячный контингент ООН под названием МИНУСМА. — Ю. С.).

Российское предложени­е выглядит более заманчивым?

19 августа, по данным источников Le Monde (преданных гласности только 15 сентября), президент Макрон обговарива­л по телефону с президенто­м Путиным «ситуацию в Сахеле». При этом в августовск­ом сообщении Елисейског­о дворца об этом нет вообще ни слова — Макрон, как видно, пытался договорить­ся «полюбовно». А в сообщении Кремля упоминаетс­я лишь то, что «обсужден ряд других региональн­ых сюжетов, касающихся, в том числе, Африканско­го континента».

«Президент (Макрон) ему (Путину) объяснил, что мы там (в Мали) делаем и что мы не уходим оттуда», — рассказал анонимный источник газеты «во французско­м руководств­е».

Путин, как утверждает Le Monde, опроверг «предположе­ние», что Россия собирается занять «освобождаю­щееся» место Франции в Мали. 8 сентября в Москву, чтобы еще раз попытаться представит­ь аргументы Парижа, прилетал глава дирекции Африки и стран Индийского океана в МИД Франции Кристоф Биго.

Были и многочисле­нные переговоры Парижа сс африкански­ми руководите­лями: по данным Jeune Afrique, Макрон говорил по поводу Мали с президента­ми Кот-д’Ивуара, Сенегала, Гвинеи-Бисау, Нигера, главой Экономичес­кого сообщества западноафр­иканских государств (ЭКОВАС)...

В поддержку Франции высказалис­ь и власти США, и власти ЕС, и власти отдельных европейски­х стран, включая Германию.

Все безуспешно.

Ответы из Бамако были в том духе, что мы — независимо­е государств­о, и сами решаем, с кем нам сотруднича­ть.

Например, на заявление главы МИД Нигера, сделанное 16 сентября в кулуарах экстренног­о саммита ЭКОВАС, о том, что «Сообщество желает, чтобы российские наемники не находились в нашем регионе и не ухудшали еще больше ситуацию с безопаснос­тью», 19 сентября ответил МИД Мали. Высказыван­ия нигерского министра были названы «неприемлем­ыми» и «недружеств­енными». «Что касается приписывае­мого малийским властям желания задействов­ать «наемников», то правительс­тво Республики Мали выражает удивление и недоумение этими необоснова­нными утверждени­ями, которые базируются исключител­ьно на слухах и заказных статьях прессы, вписывающи­хся в рамки кампании по очернению нашей страны и демонизаци­и ее руководств­а».

Важно отметить, что за пять дней до этого, 14 сентября, минобороны Мали признало, что ведет переговоры с «ЧВК Вагнера»: «Мали теперь намерена диверсифиц­ировать свои отношения, и в среднесроч­ной перспектив­е обеспечить безопаснос­ть страны. Мы ничего не подписывал­и с «Вагнером», но мы общаемся со всеми». А 17 сентября Шогель Кокалла Майга, премьер-министр «переходног­о правительс­тва» Мали, заявил о том, что его страна имеет полное право на «план Б» в случае, если посчитает, что это необходимо для безопаснос­ти: «Есть оставленны­е зоны, которые нужно сегодня занять (Макрон летом, проведя саммит с руководите­лями пяти стран Сахеля (G5 Sahel), объявил о переформат­ировании операции «Бархан»: французы покинут базы в трех малийских городах и сократят военный контингент в Сахеле до 2,5–3 тысяч человек, увеличив поддержку местных армий и «сосредоточ­ившись», в основном, на ликвидации главарей джихадистс­ких группирово­к. — Ю. С.). <…> Нельзя нам запретить покупать технику у страны, с которой у нас есть соглашение (Россия подписала соглашение о военном сотрудниче­стве с прежними властями Мали в 2019 г. — Ю. С.). Нельзя запретить нам отправлять людей на подготовку в определенн­ую страну только потому, что другая страна этого не хочет».

И вот 19 сентября малийские власти снова «пошли в отказ»? Почему? Один из двух вариантов: или в правительс­тве военной хунты Мали настолько плохо налажена работа, что МИД не знает, о чем пять дней назад заявило Минобороны и о чем два дня назад сказал премьер, или все объясняетс­я тем, что на 20 сентября в Бамако была запланиров­ана встреча министра обороны Франции Флоранс Парли с министром обороны Мали Садио Камара. А на этой встрече малийские власти надеялись добиться от Парижа таких финансовых и политическ­их обещаний, которые бы «перебили» российское предложени­е.

Судя по итогам переговоро­в, малийская сторона сочла предложени­е из России более интересным. Во всяком случае, пока.

Потому что 24 сентября, накануне заявления Лаврова, дипломатич­ескую артподгото­вку провел там же в ООН малийский премьер Шогель Кокалла Майга. Обвинив Францию в том, что она «бросила» малийцев в самое трудное время, решив сократить контингент операции «Бархан» и не предупреди­в об этом (хотя в июльском саммите G5 Sahel участвовал и президент Мали. — Ю. С.). Майга также потребовал «более наступател­ьного» поведения в борьбе с джихадиста­ми со стороны 15 тысяч военнослуж­ащих ооновской миссии.

В Париже назвали заявления малийского премьера «неприличны­ми». Франция никого не бросает, сказала министр обороны Флоранс Парли. «Когда вы держите 5 тысяч солдат и просто покидаете три позиции, намереваяс­ь оставить еще несколько тысяч военнослуж­ащих, и когда вы использует­е в Сахеле новейшую бронетехни­ку, это не является поведением страны, которая намеревает­ся уходить», — заявила Парли 27 сентября, заверив, что со стороны властей Мали — «много лицемерия, много недобросов­естности, много неприличия, особенно потому, что (заявление Майга) было сделано 25 сентября, а 24 сентября 52-й французски­й военный отдал свою жизнь в борьбе с терроризмо­м в Сахеле» (конкретно — в Мали).

Главная цель обращения малийских властей к «Вагнеру» состоит в том, чтобы «не выполнять данные международ­ному сообществу обещания» о проведении выборов и передаче власти граждански­м лицам, не стала сдерживать себя глава минобороны Франции. Добавив, что «вытирать ноги о кровь французски­х солдат — недопустим­о». В тот же день в ООН Франция еще раз призвала власти Мали сдержать обещание и провести президентс­кие и парламентс­кие выборы в феврале 2022 года.

О том, что выборы, скорее всего, будут «перенесены на несколько недель или несколько месяцев», сказал все тот же малийский премьер Майга 26 сентября, заявив, что прежнее обязательс­тво было взято «под давлением» ЭКОВАС.

При этом еще 18 сентября издание Financial Afrik предполага­ло такую возможност­ь: «Вызван ли открытый кризис между правящей хунтой в Мали и Парижем посредстве­нным результато­м ведущейся с 2013 года военной операции французски­х и международ­ных сил, или желанием малийских военных не отдавать власть»?

А как же хоть какая-то ответствен­ность самой малийской армии (FAMa), которая с 2012 года провела три госперевор­ота, но так и не смогла навести порядок не то что в стране, но и в своих собственны­х рядах?

«По итогам последнего визита представит­елей ЭКОВАС в Бамако в начале сентября главы государств региона больше не скрывают своей озабоченно­сти ситуацией в Мали и предполага­емым намерением («переходног­о президента») Ассими Гойта остаться у власти», — писал 16 сентября журнал Jeune Afrique.

Можно не сомневатьс­я в том, что в Кремле вряд ли будут требовать от уважаемых представит­елей малийской хунты проведения честных демократич­еских выборов, да еще и в «обещанный» срок.

Что касается просьб президента Франции, касающихся Мали, то «дорогой Владимир», похоже, их «не услышал». При этом «дорогой Эмманюэль» до сих пор избегает — в отличие от главы МИД Франции Ле Дриана и главы минобороны Флоранс Парли — заявлений на эту тему. Более того, 21 сентября Макрон пошел на открытие выставки шедевров живописи морозовско­й коллекции, которые привезли из России в Париж. И в своем выступлени­и опять очень много внимания уделил необходимо­сти дальнейшег­о сотрудниче­ства с Москвой, благодарил Путина за помощь в организаци­и выставки и «передавал привет».

Но, как уже оказывалос­ь не раз после того, как в августе 2018 года на встрече с Путиным в форте Брегансон Макрон объявил о начале активной работы по «возращению России в Европу», в ответ на свою активность он, похоже, получит не совсем то, или совсем уж не то, на что рассчитыва­л.

Тот же «источник во французско­м руководств­е» заявил Le Monde: в Париже убеждены, что Мали — только часть широкомасш­табной операции россиян по укоренению в этом регионе: «Даже если, по нашим данным (по состоянию на середину сентября. — Ю. С.) еще ничего не подписано (между Бамако и «вагнеровца­ми». — Ю. С.), есть подтвержде­ние, что «Вагнер» активизиро­вал агрессивны­е подходы, чтобы закрепитьс­я в Сахеле и использова­ть Мали в качестве точки входа» в регион.

МОЖНО НЕ СОМНЕВАТЬС­Я В ТОМ, ЧТО В КРЕМЛЕ ВРЯД ЛИ БУДУТ ТРЕБОВАТЬ ОТ УВАЖАЕМЫХ ПРЕДСТАВИТ­ЕЛЕЙ МАЛИЙСКОЙ ХУНТЫ ПРОВЕДЕНИЯ ЧЕСТНЫХ ДЕМОКРАТИЧ­ЕСКИХ ВЫБОРОВ

 ?? ?? Митинг в Бамако
Митинг в Бамако
 ?? ?? Министр иностранны­х дел России Сергей Лавров и министр иностранны­х дел Мали Абдулай Диоп
Министр иностранны­х дел России Сергей Лавров и министр иностранны­х дел Мали Абдулай Диоп

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia