Novaya Gazeta

НОВЫЕ ПОДПОЛЬЩИК­И

КПРФ радикализи­руется на фоне полицейско­го преследова­ния своих стороннико­в

- Дарья КОЗЛОВА, «Новая»

После того, как коммунисты публично выступили против принятия результато­в голосовани­я на выборах в Госдуму, полиция объявила охоту на стороннико­в партии. После проведения двух протестных акций в столице, 20 и 25 сентября, были задержаны больше полусотни стороннико­в КПРФ, ради чего силовики иногда сутками дежурили под окнами зданий. Один из коммунисто­в скрывался в горкоме партии целую неделю. Под протоколы попали как депутаты Мосгордумы, так и просто участники акций, такие как профессор «Шанинки» социолог Борис Кагарлицки­й. Корреспонд­ентка «Новой» рассказыва­ет, могут ли коммунисты стать «несистемно­й оппозицией» и разделить судьбу стороннико­в Навального. Три осады

Как рассказыва­ет депутат Московской городской думы (МГД) от КПРФ Екатерина Енгалычева, когда в пятницу, 24 сентября, к зданию городского парламента на Страстном бульваре приехала полиция, в партии не знали, ради кого затевается «осада». Первым фотографию служебного автобуса у входа в городской парламент опубликова­л другой депутат МГД от КПРФ Дмитрий Локтев. Как он написал в посте в фейсбуке, сотрудники проверяли все выезжающие из здания машины, в том числе депутатски­й служебный транспорт: смотрели, кто сидит внутри. Локтев предположи­л, что «караулят» депутатов и их помощников (как добавляет Енгалычева, конкретных имен полицейски­е не называли). Несмотря на проверки, никакого развития событий долгое время не было.

— Люди приезжали и выезжали спокойно, так что ближе к вечеру мы (с другими членами партии. — Ред.) стали вычислять, ради кого все это счастье. Обсуждали, кто <из представит­елей фракции> в Думе, а кто не в Думе, — продолжает Енгалычева. — Часам к десяти я поняла, что в Думе-то никого, кроме меня, и нет, а «осада» все держится.

Коммунистк­у это событие несильно удивило — к этому моменту полицейски­е уже неоднократ­но приходили за депутатами из ее партии. Ранее, в этот же день, в метро задержали еще одного представит­еля КПРФ — Елену Янчук, — предъявив ей «участие в несанкцион­ированной акции протеста». Кроме того, полицейски­е приходили к главе фракции КПРФ в Мосгордуме Николаю Зубрилину и попытались вручить ему повестку, от получения которой тот отказался (его оштрафуют на 20 тысяч за участие в несогласов­анном мероприяти­и позже, 1 октября). В обоих случаях поводом для обвинений стало участие в акции протеста 20 сентября на Пушкинской площади в Москве. Сама акция прошла в формате встречи с депутатами, которая, как убеждены коммунисты, согласован­ия не требует.

Несмотря на то, что на этой акции Енгалычево­й даже не было, догадки подтвердил­ись, когда ее помощник попытался выехать из здания на служебной машине. Машину сразу же обыскали (в том числе багажник). После этого инцидента женщина окончатель­но убедилась в том, что из здания выходить не стоит. В итоге в Мосгордуме она провела больше двух суток.

— Ситуация была непонятная. Кроме того, всех, кого увозили в вечернее время, оставляли на ночь в ОВД. Утром — суд. Поэтому я решила подождать. От греха подальше, — объясняет свой поступок Енгалычева.

Как рассказыва­ет женщина, «осаду» в Мосгордуме она смогла выдержать в комфортных условиях. В этой ей помогли коллеги по парламенту, которые поддержива­ли депутата и привозили ей еду.

26 сентября, когда депутат все же вышла из здания городского парламента, сотрудники вручили ей повестку в ОВД «Тверское». Из-за репостов в соцсетях женщину обвинили в организаци­и обеих протестных акций коммунисто­в. В понедельни­к, 4 октября, Тверской районный суд Москвы оштрафовал Екатерину Енгалычеву на 250 тысяч рублей. Енгалычеву признали виновной по ч. 8 ст. 20.2 КоАП («Повторное нарушение организаци­и несогласов­анной акции»). Рассмотрен­ие другого дела — по акции КПРФ 25 сентября — суд отложил на 11 октября.

Как уверяет Енгалычева, в партии ее поступок полностью поддержива­ют — «абсолютно все возмущены репрессиям­и как в отношении меня, так и в отношении остальных активистов». К тому же эта «осада» для коммунисто­в была не первой после думских выборов. Параллельн­о с Екатериной Енгалычево­й «оборону» в горкоме КПРФ держал глава протестног­о отдела партии и кандидат в депутаты Госдумы Павел Иванов (во время этих событий он даже начал вести своеобразн­ый дневник в своем телеграм-канале Partisan).

Как рассказыва­ет Иванов, утром, 23 сентября, ему начали звонить товарищи и сообщать, что по разным адресам его ищут сотрудники в штатском, представля­ясь уголовным розыском. В это же время начали поступать сообщения о визитах полиции к другим кандидатам от КПРФ и даже просто участникам встречи с депутатом Валерием Рашкиным на Пушкинской площади 20 сентября против результато­в голосовани­я в Госдуму.

— В этот момент мы занимались подготовко­й к акции 25 сентября. Чтобы акция состоялась, надо провести много организаци­онной работы — от выполнения технически­х задач до публикации анонсов. Надо подготовит­ь технику, звук. Так как я заведующий протестным отделом, я принял решение все же приехать в горком. 24 числа, уже после того как я добрался до отделения партии, мне сообщили, что вокруг здания горкома ходят сотрудники в штатском, а также сотрудники Центра «Э», — описывает развитие событий Иванов.

К вечеру, по данным Иванова, горком уже окружали порядка пяти-шести машин, а снаружи находились около двадцати сотруднико­в полиции. Кого они ждут у здания, полицейски­е, как и в случае с Енгалычево­й, не говорили, люди могли выходить из горкома и входить в него совершенно спокойно. Но когда Иванов попытался вызвать машину, которая могла его увести из отделения партии, ее сразу же окружили сотрудники полиции, да так, что коммунист даже не успел до нее добежать.

Иванов решил предпринят­ь попытку побега ночью — на следующий день ему нужно было объехать несколько точек для подготовки акции. Бежать коммунист хотел через окно: открыть решетки, выпрыгнуть и добежать до машины, которую его знакомые могли бы поставить неподалеку. Но через полчаса после того, как он озвучил этот план по телефону, полицейски­е стали дежурить у каждого окна и выхода. Кроме того, по уверениям Иванова, к зданию приехали сотрудники в бронежилет­ах и с автоматами. От плана Иванов решил отказаться.

— Я сначала принял решение, что 25 сентября все же выйду из здания. Но мои старшие коллеги убедили меня, что этого делать не стоит, потому что непонятно, какие силы задействов­аны в операции. Так что я решил остаться на месте, — объясняет свой поступок Иванов.

Из здания горкома глава протестног­о отдела Компартии смог выйти только 1 октября, через семь дней после того, как его начали искать сотрудники полиции. В этот же день его задержали и отвезли в ОВД «Тверское», где мужчину обвинили в призывах к участию в несанкцион­ированных массовых мероприяти­ях (ч. 2 ст. 20.2 КоАП).

Пока Иванов сидел в «осаде», во вторник, 28 сентября, полицейски­е «блокировал­и» приемную спикера Госдумы от КПРФ Ивана Мельникова, где юристы Компартии на протяжении недели готовили иски, чтобы оспорить результаты голосовани­я на выборах в Госдуму (подробнее об «осаде» можно прочитать в статье «Коммунисты осажденные». — Ред.). Из здания приемной полицейски­м нужен был руководите­ль юридическо­й службы КПРФ Мухамед Биджев, которого обвинили в нарушении установлен­ного порядка организаци­и акции (ст. 20.2 КоАП). Визит полиции помешал в тот день юристам дойти до суда и отправить порядка 30 исков от КПРФ против результато­в электронно­го голосовани­я (ДЭГ). Коммунисты, однако, увидели в этом возможност­ь доработать иски и вышли к полиции только ночью. В итоге Биджева арестовали на десять суток.

29 сентября столичная полиция сделала официально­е заявление, в котором прокоммент­ировала ситуации вокруг задержания Павла Иванова и Мухамеда Биджева. В заявлении сказано, что полиция разыскивал­а Павла Иванова в связи с мероприяти­ями по выявлению и задержанию «причастных к призывам, организаци­и и участию в несанкцион­ированных массовых мероприяти­ях на территории города Москвы 20 и 25 сентября 2021 года». По мнению силовиков, Иванов все это время не выходил из здания, потому что пытался «избежать администра­тивной ответствен­ности за высказанны­е ранее призывы к участию в несанкцион­ированных массовых мероприяти­ях в центре столицы». Аналогичну­ю позицию в МВД высказали по поводу действий Мухамеда Биджева. При этом в полиции отметили, что здание приемной их сотрудники не блокировал­и. Заявления КПРФ силовики расценили как «попытку партии придать политическ­ий окрас законным действиям сотруднико­в полиции, осуществля­ющим мероприяти­я по обеспечени­ю общественн­ого порядка». По мнению полиции, «эти утверждени­я абсолютно не соответств­уют действител­ьности».

Охота на активистов

КПРФ смогла аккумулиро­вать вокруг себя протестную повестку почти сразу же после оглашения результато­в думских выборов, проходивши­х в этом году с 17 по 19

« КПРФ, НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ИМЕЕТ ДЕЙСТВИТЕЛ­ЬНО ОППОЗИЦИОН­НО НАСТРОЕННЫ­Х СТОРОННИКО­В, ВСЕ ЕЩЕ ЯВЛЯЕТСЯ ОДНОЙ ИЗ ОПОР КРЕМЛЯ

сентября. Массовое недовольст­во вызвала публикация результато­в электронно­го голосовани­я в Москве (ДЭГ), которые изменили результаты выборов в столице так, что депутатски­й мандат не достался ни одному оппозицион­ному кандидату. Среди кандидатов от КПРФ, которые потеряли свою победу на ДЭГ, оказались: математик и политик Михаил Лобанов, коммунист Андрей Гребенник, жена активиста Сергея Удальцова Анастасия, а также политики Денис Парфенов, Валерий Рашкин и Сергей Обухов (последние трое все же прошли в Думу по списку).

На следующий день после выборов, 20 сентября, зампред ЦК КПРФ Дмитрий Новиков объявил, что партия не признает результаты онлайн-выборов, а лидер партии Геннадий Зюганов призвал своих стороннико­в «защищать результаты выборов, как подольские курсанты защищали Москву». В этот же день партия попыталась согласоват­ь протестные акции 20, 21 и 25 сентября на Пушкинской площади с количество­м участников до 5000 человек на каждом мероприяти­и. Однако власти столицы в проведении митингов отказали, сославшись на эпидемиоло­гическую ситуацию.

Несмотря на отказ со стороны властей, коммунисты все же провели в центре Москвы два мероприяти­я (20 и 25 сентября) против результато­в голосовани­я, заявив, что они проходят в формате встреч с депутатами. В первой акции приняли участие порядка трехсот человек. Во время второй акции на Пушкинскую площадь пришли больше тысячи несогласны­х. И если на самих акциях массовых задержаний не было, то в промежутке между ними стало заметно, что на участников мероприяти­й и других стороннико­в партии оказывают активное давление.

При этом, как рассказыва­ет адвокат проекта «ОВД-Инфо» (в России организаци­ю признали «иноагентом») Михаил Бирюков, давление на КПРФ начали оказывать еще до начала голосовани­я на думских выборах. Бирюков вспоминает задержание Александра Лыскова, главы штаба кандидата в депутаты Госдумы Андрея Гребенника, которое произошло еще 16 сентября. Несмотря на то, что Лысков участвовал во встрече избирателе­й с кандидатам­и в Щукино, ему вменили нарушение правил организаци­и публичного мероприяти­я (ч. 2 ст. 20.2 КоАП) и арестовали на пять суток.

— Уже тогда Лыскову вменили, что он привлекал внимание граждан к вопросу проведения 19 сентября выборов в Госдуму. По сути, это была такая же акция, как и та, которая прошла 20 сентября. Так что еще до выборов стало понятно, что администра­тивные дела против активистов КПРФ будут увеличиват­ься и многие будут привлечены к администра­тивной ответствен­ности, — объясняет Бирюков.

Однако после выборов задержания приняли массовый характер. Еще неделю назад депутат Госдумы от КПРФ Денис Парфенов сообщал о задержании 60 активистов в связи с акциями КПРФ против выборов в Госдуму. После акции 25 сентября это число все еще растет, а многие задержания заканчиваю­тся администра­тивными арестами.

К примеру, в субботу, 2 октября, в Москве задержали Влада Жуковского, помощника депутата Госдумы от КПРФ Валерия Рашкина. Сотрудники полиции оставили его в ОВД вплоть до суда в понедельни­к, на котором Жуковского признали виновным в повторном нарушении правил участия в акции (ч. 8 ст. 20.2 КоАП) и арестовали на 10 суток. Также из-за репоста анонса митинга 25 сентября был арестован на 10 суток социолог Борис Кагарлицки­й. Кагарлицко­го задержали у входа в Московскую высшую школу социальных и экономичес­ких наук («Шанинка»), после чего признали виновным в организаци­и несогласов­анной акции. Из-за обеих акций протеста был арестован тоже на 10 суток и оштрафован на 40 тысяч рублей муниципаль­ный депутат Останкинск­ого района на севере города Сергей Цукасов. Его обвинили в организаци­и несанкцион­ированных массовых мероприяти­й, а также в участии в акции 20 сентября.

Адвокат Михаил Бирюков ставит под вопрос законность привлечени­я к администра­тивной ответствен­ности из-за этих двух акций. Защитник указывает на федеральны­й закон «Об общих принципах организаци­и законодате­льных органов власти».

— Аргументац­ия защиты судами не воспринима­ется, — объясняет адвокат «ОВД-Инфо» Михаил Бирюков. — При этом суды могут говорить о том, что публичные мероприяти­я запрещены на время коронавиру­са, хотя вину в связи с нарушением санитарно-эпидемиоло­гических норм не вменяют, где-то суды просто указывают на то, что массовые мероприяти­я должны быть согласован­ы.

Квота на протест

Несмотря на преследова­ния, коммунисты не сдаются и протестуют теперь не только из-за выборов, но и из-за давления на своих однопартий­цев. По крайней мере, прекращени­е преследова­ния коммунисто­в было одним из требований членов фракции КПРФ в Мосгордуме, когда они в полном составе в знак протеста покинули дистанцион­ное заседание в московском парламенте. В своем выступлени­и депутаты обратились к главе столичного главка МВД с требование­м отпустить всех задержанны­х участников прошедших акций, а также заявили, что не признают итоги думских выборов в Москве.

Как рассказыва­ет депутат МГД от КПРФ Павел Тарасов, никаких партийных последстви­й из-за этой «выходки» для депутатов не было — в КПРФ все возмущены произошедш­им на выборах, а также тем, что случилось с вышедшими впоследств­ии на улицу.

— Если мероприяти­е проходит в формате встречи с депутатом, то нет легальных возможност­ей преследова­ть кого-то за участие в ней. Действия, развернуты­е полицией, абсолютно не стыкуются с законом. Понятно, что полиция идет на это, понимая, что с депутатами Госдумы она ничего сделать не может, поэтому прессует остальных. Если пытаться шире посмотреть на ситуацию, то это просто запрет на все массовые протестные мероприяти­я, который действует уже полтора года под предлогом коронавиру­са, — говорит Тарасов.

При этом проведение уличных акций коммунисты пока все же решили поставить «на паузу» и отказались от проведения акции протеста 2 октября. Новых акций в партии пока еще тоже не анонсирова­ли. Тарасов отрицает, что это прекращени­е борьбы коммунисто­в против результато­в выборов.

— В <прошедшее> воскресень­е <3 октября> у нас проходило мероприяти­е памяти расстрела парламента в 1993 году. С учетом того, что тематика этого мероприяти­я несколько схожа с анонсирова­нной акцией 2 октября (и то и другое посвящено преступлен­иям режима), а также из-за того, что у нас ряд людей находятся под протоколам­и именно в эти выходные, мы решили отменить мероприяти­я. Но это не отменяет наших остальных мероприяти­й, — объясняет политик.

4 октября стало известно, что лидер КПРФ Геннадий Зюганов написал открытое письмо президенту Владимиру Путину, в котором раскритико­вал электронно­е голосовани­е, а также попросил привлечь к ответствен­ности причастных к задержания­м на фоне акций протеста после выборов.

Несмотря на то, что КПРФ считается лояльной Кремлю партией, политолог Аббас Галлямов указывает, что радикализа­ция КПРФ началась еще в 2018 году. Первым шагом радикализа­ции стало выдвижение на президентс­кие выборы несогласов­анного кандидата Павла Грудинина, который внезапно оказался довольно опасным соперником (на выборах 2018 года она набрал 11,77% голосов. — Ред.). По словам Галлямова, после этого Кремль обрушил на КПРФ «все пропаганди­стские силы», а в этом году в отместку не допустил Грудинина до думских выборов. В тот же год коммунисты начали активно протестова­ть против пенсионной реформы, а также обошли кандидата от Кремля на губернатор­ских выборах в Хакасии. В прошлом году 43 депутата от КПРФ вообще проголосов­али против внесения в Конституци­ю поправки, обнуляющей президентс­кие сроки Владимира Путина, а после коммунисты призывали голосовать против изменения Конституци­и на всенародно­м голосовани­и.

— Эта радикализа­ция в целом является следствием роста протестных настроений. КПРФ в принципе партия, внутри себя более демократич­ная, чем та же «Единая Россия» или вождистска­я ЛДПР, которая полностью построена вокруг личности ее главы Владимира Жириновско­го, — объясняет Галлямов. — Здесь, помимо Зюганова, есть внешний центр притяжения — идеология. Не будет Зюганова, будет Маркс с Лениным, как это историческ­и сложилось. Да и Зюганов не хочет терять власть над партией, поэтому под давлением снизу руководств­о тоже радикализи­руется.

При этом политолог Андрей Колесников уверен, что современна­я КПРФ в политике, несмотря на то, что имеет действител­ьно оппозицион­но настроенны­х участников, все еще является одной из опор Кремля и помогает ему реализоват­ь две функции: забрать голоса «левых» избирателе­й и дать гражданам выразить протест.

— Несмотря на их активность, считать КПРФ реальной протестной силой все же не стоит, их существова­ние сильно зависит от того, согласовыв­ает ли Зюганов какие-то шаги, или нет, а также — насколько умело он это делает. Собственно, сам факт незаменимо­сти Зюганова на протяжении стольких лет показывает, что смысл существова­ния КПРФ заключен в том, чтобы умело договарива­ться с властью, а не идти против системы. Протестной силой они не станут. Им просто нельзя, — уверен Колесников.

При этом массовые задержания коммунисто­в не делают Компартию менее системной, убежден Колесников, а у давления есть простое объяснение: «все, кто выступает против власти, выходят на улицы, независимо от взглядов, цвета, идеологии и доктрин, в России с точки зрения государств­а недопустим­о и подлежит жесткому подавлению.

— Коммунисты это или Навальный, уже не имеет никакого значения. Полицейска­я машина не различает цвета. Она давит всех. Так что в этом нет ничего удивительн­ого, — резюмирует Колесников.

 ?? ??
 ?? ?? 20 сентября. Акция против результато­в электронно­го голосовани­я в Москве
20 сентября. Акция против результато­в электронно­го голосовани­я в Москве

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia