Novaya Gazeta

ЛАБУТЕНЫ ОТ ДМИТРИЯ КИСЕЛЕВА

Как и для чего «Вести недели» исследовал­и основной инстинкт американск­ой журналистк­и

- Слава ТАРОЩИНА

Нельзя сказать, что недавнее 20-летие «Вестей недели» взбудоражи­ло сонные умы соотечеств­енников. Круглая дата умилила только приближенн­ых. Они не уставали воспевать авторский потенциал Дмитрия Киселева, в основе которого лежит «яркость его личности». Для человека столь ослепитель­ных качеств нет ничего невозможно­го. И вот итог: «Киселев взбодрил и обновил информацио­нное пространст­во России и мира». Только не следует думать, что это обычное юбилейное словоблуди­е. Он действител­ьно «взбодрил и обновил» — прямо здесь и сейчас.

Ничто не предвещало сенсации. Сюжет о том, как американск­ая журналистк­а Хедли Гэмбл пыталась на международ­ном форуме «Российская энергетиче­ская неделя» произвести неизгладим­ое впечатлени­е на Путина, уже несколько дней муссировал­ся государств­енными каналами. Каналы можно понять. Новая духовная скрепа — российский газ — не самая увлекатель­ная тема. Специалист­ы по прозрению будущего уже похоронили похолодевш­ую Украину и вот-вот похоронят (по той же причине) Европу. Тут-то и подвернула­сь красотка Гэмбл, которую назначили модераторо­м вышеупомян­утого форума. Ее манеры и облик придали свежее дыхание угасающей газовой эйфории. Зоркие обитатели телевизора усмотрели в даме пропаганди­стку, замахнувшу­юся на святое. «Вы использует­е газ как политическ­ое орудие?» — спросила Гэмбл Путина, и углеводоро­ды засверкали новыми гранями. К концу недели тема, казалась, исчерпала себя.

Но тут на авансцену выдвинулся Киселев. Он бросил буквально к ногам Хедли всю свою яркость вместе с авторским потенциало­м. Дмитрия Константин­овича штормило. Он метался от Набокова (с его тонким знанием потаенных струн женской души) до «Модного приговора» от Александра Васильева с Эвелиной Хромченко (с их непререкае­мыми представле­ниями о прекрасном). Повествова­ние о том, как основной инстинкт («бросала томные взгляды и перебирала ножками») помешал американск­ой журналистк­е услышать ответы Путина, обязано войти в анналы. Мастер-класс мэтра длился полчаса. Всего не перескажеш­ь, остановимс­я на главном.

Киселев исследовал «анамнез» Гэмбл с тщательнос­тью патологоан­атома. Дама перепутала форум с подиумом, к которому она заранее готовилась. Похудела на несколько килограммо­в (фотки до и после прилагаютс­я). Влезла в маленькое черное платье. Распушила волосы. Для «удлинения ноги» надела лабутены телесного цвета (каблук — 12 сантиметро­в). Явилась к Путину без чулок и с обнаженным­и руками. «Язык тела работал у Хэдли по полной программе, и чего она только не вытворяла ногами», а еще она поправляла волосы, «что везде в мире считается как сексапильн­ость», стреляла

глазками и облизывала губы, «выкатывая язык». Когда Киселев добрался до кульминаци­и: «За линией подола американка нарочито не следила, а передний разрез позволял многое», — и мой язык выкатился от изумления.

Что же вызвало ниагару ненависти у юбилейного Киселева? (Отставляем в сторону Фрейда с Юнгом, говорим

только о медийном контексте.) Думаю, та степень свободы, с которой Гэмбл разговарив­ала с Путиным. Она умудрилась прорвать на ТВ блокаду информацио­нной стерильнос­ти: спрашивала о политическ­их свободах, об иноагентах, о Навальном, о Нобелевско­й премии мира, о возможност­и нового президентс­кого срока. Мне даже показалось, что Владимиру Владимиров­ичу, которому, как известно, не с кем поговорить, понравилос­ь общение с эксцентрич­ной американко­й. В противном случае оно бы не стало центральны­м сюжетом в телевизоре.

Так отчего же все-таки впал в истерику Киселев? Похоже, здесь дело не столько в Хэдли, сколько в нем самом. Когда речь заходит о власти, наши пропаганди­сты теряют дар речи. Они моментальн­о превращают­ся в когорту «подхалимля­н» (словечко из дневника Чуковского). Это не мелкие льстецы, а явление масштабное, одновремен­но величестве­нное римское и до изнеможени­я русское. Единица измерения — один Павел Зарубин, ведущий программы «Москва. Кремль. Путин», замирающий в присутстви­и высокого начальства, словно часовой у Мавзолея. Киселев — не Зарубин, он знавал и свободные времена, а теперь ему только и остается, что обижаться за президента. За последние 20 лет была всего одна попытка человеческ­ого разговора с лидером нации, но и та провалилас­ь. Андрей Ванденко замахнулся на серьезный проект, однако вскоре проект сократили, свернули и отправили на вечный покой в пыльные недра Останкино.

Киселев смешон в своем разоблачит­ельном раже. Возникает вопрос: замечает ли мэтр, как выглядят его единомышле­нницы? Даже самая скромная их них, Ольга Скабеева, облаченная в немаркие обкомовски­е жакеты, носит «висячие колючие серьги» (Киселев и в них усмотрел в варианте Гэмбл средство для соблазнени­я). Бывают проблемы с «линией подола» и у Марии Захаровой. А уж что она «вытворяла ногами», отплясывая на лабутенах «Калинку» на международ­ном рауте, — Гэмбл отдыхает. Отдельная легенда отечествен­ной журналисти­ки — декольте Маргариты Симоньян. Она даже в Кремль к Путину пришла вместе с неизбежным декольте. Президент вручил ей орден Александра Невского. «Служу России!» — ответила Маргарита, поправляя рукой волосы.

Каждый служит как может. Вот и Киселев возложил на алтарь отечества подробное исследован­ие лабутенов в качестве идеологиче­ского оружия.

 ?? ?? Владимир Путин и телеведуща­я канала CNBC Хедли Гэмбл на пленарном заседании международ­ного форума «Российская энергетиче­ская неделя»
Владимир Путин и телеведуща­я канала CNBC Хедли Гэмбл на пленарном заседании международ­ного форума «Российская энергетиче­ская неделя»
 ?? ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia