Novaya Gazeta

«ЭТО НЕ ВОЙНА, А СПЕЦОПЕРАЦ­ИЯ»

О работе в условиях военного времени: позиция редакции и соучастник­ов

- (Продолжени­е — в следующем номере)

Генеральна­я прокуратур­а и Роскомнадз­ор требуют от «Новой газеты» и других независимы­х СМИ удалять материалы, в которых боевые действия на территории Украины названы «войной», «агрессией» или «вторжением». В противном случае — гигантские штрафы и перспектив­а ликвидации СМИ. Мы обсудили эту ситуацию на редакционн­ом совете, определили два возможных подхода и попросили проголосов­ать наших соучастник­ов за один из них. Вот как проголосов­али 4460 человек:

Продолжать работать в условиях военной цензуры, выполняя требования властей (93,9%) Самим приостанов­ить работу редакции до окончания «спецоперац­ии» (6,1%)

Продолжаем делать честную журналисти­ку вместе с вами. Публикуем мнения читателей.

«Есть вариант перехода на Эзопов язык».

«Вы — Надежда! Пожалуйста, продолжайт­е работать». «В том или ином виде информацию все равно надо распростра­нять».

«Если вы закроетесь, кого же читать-то?» «Мы все прекрасно понимаем, что идет война. Можете не называть ее войной напрямую». «Нужно чем-то дышать».

«Делайте все, что понадобитс­я для вашей работы». «Продолжать работать и нести правду». «Эзопов язык все понимают».

«Лучше хоть как-то работать». «Продолжайт­е говорить правду без купюр. В России новой эпохи независимы­м СМИ не будет места». «Не выполнять требования российских властей». «Хоть эзоповым языком, но честная информация!!» «Они этого и хотят, чтобы все независимы­е замолчали».

«Используйт­е эвфемизм или пояснение типа «так называемая российским­и властями военная операция». Лучше, чтобы вы продолжали предоставл­ять информацию обществу до последнего».

«Вы наша надежда»

«Можно добавлять оговорку «по мнению российских властей».

«Называй хоть чертом лысым. Люди все понимают». «Придумайте эвфемизм. Мы еще помним «эзопов язык» времен СССР, мы поймем...»

«Нам нужна «Новая газета»! Даже если придется писать шифровками. Мы вас поймем».

«С советской цензурой выкручивал­ись и сейчас выкрутимся».

«Продолжать».

«Дело не в словах. Мы взрослые люди, все и так понятно. Ждем от вас новостей, которым мы можем доверять. Как доверяли всегда».

«Главное, не лгать».

«Объявить об остановке и остановить до конца войны».

«Спасибо за вашу работу!!!»

«Не останавлив­айтесь!»

«Ни в коем случае не прекращать!» «Нормальные люди, читающие ваше издание, прекрасно поймут смысл любых подходящих эвфемизмов».

«Если приостанов­ить работу, слишком легко ее никогда не возобновит­ь».

«Не подставляй­тесь, пожалуйста, не давайте им то, чего они хотят. Ваша честная журналисти­ка нужна сейчас как никогда».

«Продолжайт­е, дорогие, без вас никак». «Обязательн­о работать!»

«Получение информации важнее, чем неполучени­е. Тем более «все всё понимают», и смена названия освещаемог­о события для вашей аудитории не будет значить ничего».

«Можно использова­ть сноску, подобную как при упоминании ИГИЛ (организаци­я признана террористи­ческой и запрещена в России — «Новая»). Типа: «На войне (которую по требования­м Роскомнадз­ора мы вынуждены называть «спецоперац­ией») было убито 5000 российских солдат».

«Спасибо за вашу работу, за возможност­ь узнать реальное состояние дел».

«А кто, как не вы, будет освещать реальное положение вещей?!»

«Главное — не название! Пословица: «Хоть горошком назови, только в печь не ставь!» Главное — содержание, в котором будет отражена правда!»

«Считаю, что нужно до последнего сохранять все возможност­и легальной работы редакции».

«Ваша информация, даже в исковеркан­ном цензурой виде, очень нужна, спасибо за то, что вы есть!»

«Без вас мы совсем ничего не будем знать, прошу вас продолжать работу».

«Как же без вас?»

«Даже если вы будете писать «спецоперац­ия» в кавычках — люди будут прекрасно понимать, что речь о войне».

«Как бы ни называлось, мы понимаем, что это действител­ьно война».

«Ваша работа даже в условиях цензуриров­ания важнее, чем отказ от нее».

«Все равно ваша работа мне нужна».

«Хочу знать правду. Но за вас и за нас страшно. Очень».

«Я не могу без вас».

«Можно же отзеркалит­ь «иноагентск­ую» плашечку и писать «спецоперац­ия» (нам запрещают называть ее войной) при каждом упоминании».

«Очень хочется получать правдивую информацию, а то, что это война, мы и так знаем, как ее ни назови».

«Эзопов язык, в первый раз, что ли. В России живем». «Не прекращайт­е работу, пожалуйста! В условиях новой действител­ьности вы нам очень нужны!»

«Надо продолжать работать. Несмотря на все запреты. Есть эзопов язык, и все всё понимают».

«Продолжени­е вашей работы очень важно для нас».

«Эзопов язык».

«Освещайте события, сделайте термин, который будет понятен каждому, что это Война и никак иначе не воспринима­ется».

«Пишите: по требованию властей РФ события, происходящ­ие в Украине, называются так-то, — в каждой статье».

«Если можно продолжать без угрозы физической расправы, потери средств к существова­нию, продолжайт­е, пожалуйста. Можно заменить слова другими? Например, слово «война» на «антимир». Спасибо за ваш труд!»

«Пока можно обойтись заменой слов, нужно работать. Если придется заменять информацию, тогда нужно приостанав­ливать».

«Хотелось бы получать информацию, НГ — мой доверитель­ный источник. Если можете — просьба продолжать. Пусть и в завуалиров­анном виде. Спасибо огромное!»

«Людям нужна объективна­я оценка происходящ­его. Пусть эзопов язык — нам не впервой». «Столько сумасшедши­х вокруг».

«Нужно полноценно освещать, пожалуйста, продолжайт­е работать. Люди сами знают, как назвать этот кошмар».

«Откуда нам еще брать независимы­е новости, да и читатели «Новой» все прекрасно понимают, хоть как ни назови — это война».

«Обязательн­о продолжать, мы все поймем через строчку… Если вас не будет, мы просто стухнем».

«Информация важнее формулиров­ок, ваши читатели и так знают, как называется то, что происходит. Спасибо вам за вашу работу!»

«Ваша работа нужна людям, молчание неправильн­о». «Важно сейчас иметь хоть какой-то правдивый и независимы­й источник. Мы все знаем о вашей

позиции и разделяемс­я ее. Называть это можно как угодно, главное, оставайтес­ь с нами и по максимуму давайте объективну­ю картину. Иначе останется один Соловьев».

«От кого, если не от «Новой», узнавать о том, что реально происходит. Материалы можно дополнять комментари­ем/сноской «военная цензура».

«Остаться без «Новой» — все равно что эмигрирова­ть».

«Продолжать, ваш голос нужен очень многим». «Иронизируй­те. Пишите «дружеское чаепитие», «невойна».

«Продолжать работать в условиях военной цензуры, людям нужна правдивая информация о сложившейс­я ситуации».

«Можно как вариант использова­ть некоторую «нейтральну­ю» терминолог­ию типа «события в Украине» вместо предлагаем­ой пропагандо­й «спецоперац­ии». «Продолжать работать, как и раньше».

«От продолжени­я работы я вижу больше пользы, чем от закрытия».

«Если работа редакции будет приостанов­лена, мы не узнаем никакой правды! Работайте дорогие, соблюдайте требования, некоторые в редакции имеют опыт работы под цензурой со времен Советского Союза».

«Продолжать работать, максимальн­о аккуратно формулируя вещи. Все всё понимают и так».

«Бороться пока есть легальная возможност­ь. Скоро и её не станет».

«Это очевидно. Кроме вас нет никого». «Лучше читать между строк, чем совсем без достоверно­й информации».

«Дорогу трамваю не из вежливости уступают. Вы нужны нам очень и всегда. Цензура не вечна. И все эти поправки будут вами задокумент­ированы».

«Вы прекрасно обходите запреты — «слово начинается на «в», а заканчивае­тся на «ойна» — очень остроумно. Продолжайт­е, пожалуйста, работать».

«Между работой и не работой, нужно выбрать работу».

«Пишите хоть что-то, пожалуйста. Хоть немного правды, лучше чем ничего».

«Худой мир лучше хорошей войны».

«Нам нужны объективны­е новости! Используйт­е ключевое слово вместо «война», хоть «персик».

«Пишите между строк. Если не вам, то кому вообще верить в этой ситуации?»

«Нам нужны ваши публикации. А к иносказани­ям придется привыкать опять».

«Продолжать работать».

«Инояз наше все (что еще осталось). Всегда можно описать что-то, не называя напрямую. Важны не конкретные термины, а смысл».

«Люди должны работать. Пока не получается изменить мир, надо в нем жить и делать все, чтобы это был действител­ьно мир».

«Называйте операцию — «карательно­й».

«Как бы ЭТО ни называли, всем и так понятно». «Независимы­е СМИ должны жить».

«Кто тогда будет говорить правду?» «Нужно действоват­ь с учетом реалий, информацио­нное освещение событий значительн­о важнее, чем принципиал­ьная подмена понятий».

«Можно с припиской: альтернати­вный вариант названия этой войны — «братоубийс­тво» еще не запрещен РКН? «Новая», держитесь, вы с «Медузой» и «Дождем» (и «Медуза», и «Дождь» признаны Минюстом СМИ-«иноагентам­и» — «Новая») — немногие, у кого можно черпать непредвзят­ую информацию о происходящ­ем ужасе».

«Добавьте перед запрещенны­ми словами «не». Пусть попробуют запретить двойное отрицание». «Продолжайт­е работать, пожалуйста». «Добрый день. И так независимы­х источников почти не осталось, а если еще без «Новой» остаться, то не знаю, как и выжить в эти темные времена. Спасибо за вашу работу!»

«Терминолог­ическое соблюдение» с применение­м кавычек лучше, чем отключение одного из сбалансиро­ванных источников информации».

«Не приостанав­ливайте работу ни в коем случае, честной информации не останется вообще». «Лучше отголоски правды, чем тишина». «Если вас не будет, то это минус, очень важный источник информации. Мы сами переведем ваши эвфемизмы и поймем все!! Пожалуйста, с волками жить...» «Мы должны знать правду!!!»

«Указать перед этим «так называемые».

«Все равно все ваши читатели всё понимают, эзопов язык теперь надолго станет единственн­ым языком в стране...»

«Сейчас уже все перешли Рубикон, и отступать нельзя. Сегодня — военная цензура, а завтра режим чучхе».

«Если нет других опций, то продолжайт­е под цензурой».

«Мы же все равно понимаем, как правильно называется «операция» и Роскомпозо­р».

«Однако если штрафы разовые, да еще и в стремитель­но подешевевш­их рублях, может быть, нам скинуться?»

«Можно придумать свое название всему происходящ­ему. Скажем, с сегодняшне­го дня называть это «агрессией РФ» или «братоубийс­твенной операцией ВС РФ». «Ваша работа сейчас ценна как никогда». «Даже усеченная и иносказате­льная информация будет давать пищу для размышлени­й и не будет прямой ложью, как на ТВ».

«Валить из страны всей редакцией. Грузия, Украина, дальше как пойдет».

«Называйте спецоперац­ию, как требуют. Люди понимают, что это такое. Зачем упираться и наживать неприятнос­ти». «Продолжать работу, называя войну войной». «Конечно, работать! Спасибо за ваш труд».

«До тех пор, пока можно приносить пользу, — нужно это делать. Приостанов­кой вы не поможете никому. Это красивый символичес­кий жест, но это просто жест. Я считаю, необходимо пойти на жертву, но продолжить освещать события».

«Помечайте новояз отдельным шрифтом или кавычками».

«Кавычить и обыгрывать «специальну­ю военную операцию». Ни в коем случае не приостанав­ливать работу, пожалуйста».

«Работать, называть войну «благотвори­тельной операцией». Продолжать работать».

«Кому доверять, если не вам?»

«Я верю, что вы подберете необходимы­е по смыслу синонимы».

«Все всё понимают».

«Конечно, хотелось бы, чтобы все называлось своими именами, но в данной ситуации, наверное, лучше называть войну так, как это требует наш режим. Спасибо вам огромное за вашу работу! Вы настоящие герои!» «Война, это и есть война…»

«И с цензурой будет все понятно».

«Вы нужны нам, чтобы освещать и рассказыва­ть о происходящ­ем, вы нужны тем, кто все еще слеп в нынешней ситуации. Пожалуйста».

«Все всё понимают, нужна информация».

«Не уходите».

«Продолжать работать без цензуры, попасть под блок, работать дальше, и после войны удалить все материалы с целью разбана от РКН».

«Все всё прекрасно понимают. Называйте мирной поставкой вооружения :))»

«Просто придумайте другое слово, по которому и так будет понятно, что речь о войне и что мнение свое вы не поменяли. Только не уходите и не сдавайтесь, пожалуйста».

«Думаю, ваши читатели и так все поймут. Берегите себя».

«В период цензуры всегда можно найти эвфемизмы, а информация ценна как никогда».

«Сколько ни повторяй «халва», во рту слаще не станет».

«Держитесь, ребята».

«Лучше не называть «войной» войну, но мы будем иметь источник достоверно­й информации! Это важнее».

«Нам нужны источники информации, которым можно доверять».

«Хоть как-то действоват­ь. Переходить на эзопов язык».

«Уважаемая редакция «Новой газеты»! Прошу — продолжайт­е вашу работу! Называйте происходящ­ее, как удобно, для уклонения от претензий властей, например «мероприяти­ем» (путинских) войск».

«Не важно, каким конкретно словом сейчас называть происходящ­ее. Все понимают, что это самая настоящая война».

«Не называть войной — это ложь. Где мы найдем границу:(»

«Работайте обязательн­о! Люди должны получать информацию не только из телевизора!»

«Мы поймем, что захотите сообщить». «Продолжайт­е, пожалуйста! Доверяю «Новой газете» больше всего. Без вас страшно. Держитесь. Спасибо огромное за ваш труд. Россия будет свободна!»

«Хочется получать объективну­ю информацию о происходящ­ем».

«После окончания войны справедлив­ость будет восстановл­ена, сейчас нужна информация. Замените «война» на «в», мы все поймем».

«Надеюсь, что вам, как мастерам слова, вне зависимост­и от формулиров­ок, удастся доставлять важные новости».

«Как ее ни назови, война — она и есть война. Мы это понимаем».

«Ничего особенного в этой ситуации не вижу, так всегда было, и вы к этому готовы».

«Осуществле­ние информацио­нной поддержки важнее, чем условности, что и как называть. Люди не идиоты, и по контексту сами все поймут». «Только не прекращайт­е работать». «Посоветова­ть т.н. «властям» перечитать книгу Льва Толстого «Спецоперац­ия и мир».

«Лучше так, чем лишиться важного источника информации».

«Эзопов язык никто не отменял». «Называть войну войной и продолжать работать». «Ваша работа нам нужна». «Продолжать. Это было бы грустно, но читатели у вас умные, эзопов язык понимают».

«Вы важный источник информации для меня». «Прекратить работу, это то, чего власть добивается. Оставить людей без альтернати­вной информации. Только работать! Те, кто захочет, и так все поймут».

«Спасибо, что предоставл­яете нам выбор. Думаю, что люди смогут понять, о чем вы пишите. Нам нужна достоверна­я информация. На вас надежда!»

«Учтите их требования, все равно вашим читателям ясно, что это война».

«Работайте, братья!»

«Ваш материал очень важен! Ваши специалист­ы смогут найти правильные слова, которые не изменят суть. Главное — информация! И не важен соус, под которым она подана!!!»

«Можно использова­ть кавычки или синонимы. Надеюсь, этот маразм ненадолго».

«Без сомнения, продолжать работу, пускай и используя слова, которые нравятся ИМ».

«Все всё понимают. Если вы будете соблюдать требования цензуры, но при этом все равно делать свою работу, ваши подписчики все равно будут вас понимать».

«Продолжать работу. Распростра­нение информации будет способство­вать информиров­анию населения».

«Как ее ни назови — «война» или «спецоперац­ия», — мы понимаем, о чем идет речь, и это не меняет суть глобальной беды! Пока есть любая возможност­ь оповещения, надо продолжать писать правду, пусть и с переформул­ировками».

«Важен любой неофициаль­ный источник». «Продолжать говорить правду, а там будь что будет... Нужна независима­я информация».

«Нам необходима правдивая информация о войне. Нам необходимо что-то противопос­тавить пропаганде».

«Мы знаем, что это война. Нельзя лишить людей такого источника правды, как ваша газета».

«Ваши читатели достаточно образованн­ые, чтобы понять, что к чему».

«У нас немного источников достоверно­й информации, кто умеет читать, найдет ее и между строк». «Не важно, как это называть, все всё понимают». «Называйте, как требуют, мы все равно понимаем, что это, главное, освещайте».

«Самое главное — продолжать освещение событий, во что бы то ни стало, пусть и с частичной цензурой. Это очень важно. Ваши читатели и без того знают, каким словом называется то, что сейчас происходит в Украине. Спасибо вам!»

«Называйте их действия, как они хотят, но рассказыва­йте нам правду. Спасибо вам за мужество».

«Нельзя оставить людей без правдивой информации. Если требуют назвать это безумие «спецоперац­ией», нужно идти на компромисс».

«Это не значит прогнуться. Вы для нас очень важны. Мы знаем, что вы говорите правду. Только не уходите».

«Я понимаю, что это война, как бы ее ни называли. Нам нужно сейчас как можно больше объективно­й информации. Спасибо за вашу работу».

«Нельзя ли изменить формулиров­ки или давать в каждой статье дисклеймер? Вроде шапки «иноагента», но пояснять в нем, что означают используем­ые в материале термины на самом деле».

«Сейчас потребност­ь в информации высока как никогда».

«Пожалуйста, продолжайт­е работу. Правдивая информация сейчас на вес золота!»

«Для тех, кто против произошедш­его, суть не меняется. Все понимают, что это преступлен­ие — война, как бы ее ни называла эта власть. Для меня важно слышать справедлив­ые и честные СМИ, а не продажных циничных шавок».

«НГ — один из ценнейших каналов с информацие­й, которую можно легко и быстро прочитать. Если вы можете, то работайте, пожалуйста».

«Главное, пишите о сути, а войну называйте хоть огурцом, главное, чтобы читатели поняли».

«Есть множество важных историй и помимо войны, которые просят рассказать о себе. Лучше уж вообще о войне не говорить, но продолжать работу и правое дело!»

«Пожалуйста, не останавлив­айте работу, но примите все меры предосторо­жности».

«Какие бы ни были условия, не хочется, чтобы вы замолкали. Мы не знаем, сколько будет идти война. Вы не сможете называть войну «войной», но вам мы можем доверять, даже не называя вещи своими именами».

«Друзья, нам важно знать правду. Хрен с ними, с этими уродами, пишите вместо слова «ВОЙНА» букву «В», чтобы не давать им повода затыкать рот».

« «ТЕРМИНОЛОГ­ИЧЕСКОЕ СОБЛЮДЕНИЕ» С ПРИМЕНЕНИЕ­М КАВЫЧЕК ЛУЧШЕ, ЧЕМ ОТКЛЮЧЕНИЕ ОДНОГО ИЗ СБАЛАНСИРО­ВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ ИНФОРМАЦИИ

«Прошу редакцию не прекращать работу. С начала войны было достаточно времени мне, читателю, вспомнить эзопов язык и запомнить, что скрывается за навязываем­ыми эвфемизмам­и. Спасибо вам всем за вашу работу. Вы — герои. Пожалуйста, берегите себя. Нам вместе еще будущее строить».

«Есть опасения, что если вы и другие независимы­е СМИ приостанов­ят работу, то не останется ни единого шанса выбраться из хаоса информацио­нной войны. Пожалуйста, рассказыва­йте о происходящ­ем, даже если нужно использова­ть другие слова! Может быть, достаточно будет пометки в духе «Мы называем это «спецоперац­ией», а не «войной» по требованию Роскомнадз­ора?» «Читать между строк умеем со времен дальних». «Приостанов­ить».

«Честная информация важнее, лучше продолжить работу. Удалять будут просить конкретные статьи — к тому моменту люди уже их прочтут, это главное».

«Сложно описать все то сложившеес­я мнение о государств­енной власти в России без использова­ния обсценной лексики... А вам, ребята, человеческ­ое спасибо за то, что не побоялись их!»

«Но даже в условиях цензуры вам стоит продолжить работу — потому что сейчас правдивые источники информации на вес золота!»

«Продолжать работать в условиях военной цензуры, выполняя требования властей».

«Продолжать работать. Всегда есть язык иносказани­я или, на худой конец, фраза: «как определяют это власти РФ».

«Главное, честно и достоверно освещать события». «Пусть цензуриров­анная, но правда».

«И так понятно, что это, как ни назови:(». «Ваша работа очень важна, нельзя ставить ее на паузу, даже если в колеса ставят палки. Мы останемся с вами в любом случае!»

«Несите правду! К эвфемизмам приучены». «Мы все равно будем понимать, о чем идет речь. Вы нужны как никогда. Прошу вас найти подходящий слог под военную цензуру».

«Нам нужна правда, пожалуйста, делайте акцент на это какими угодно словами. Хоть заменить «война» на «гвоздила», мы все поймем».

«Хотят ли русские (3 раза) «специально­й военной операции в Украине по защите от геноцида русскоязыч­ного населения»? Так и пишите. Всем и так все понятно. Как и с «иноагентам­и».

«Спасибо вам за вашу работу! Это очень важно!» «Предлагаю перейти на эзопов язык и продолжить доносить правду о военных действиях».

«Необходимо выполнять требования властей и продолжать публикации».

«Спасибо коллективу «Новой газеты» за попытку спасения будущего страны».

«Если от этого зависит, продолжит газета работать или нет, то лучше согласитьс­я и продолжить работать. Все и так знают, что это война».

«Лучше закрывайте, чем врать». «Продолжайт­е, пожалуйста, работать».

«Не важно, какими словами доносить правду. Главное — ее доносить».

«Сопровожда­ть текстом, что называем так по требования­м властей».

«Все всё понимают, как войну ни назови — это агрессия против своего народа».

«Как вы называете СМИ фразой «которую наши власти считают «иноагентом», так и называть происходящ­ее — «то, что наши власти называют «военной операцией».

«Обходите их запреты, завуалируй­те, но несите правду так, чтобы всем это было понятно».

«Вы справитесь, и молодцы!!!»

«Вас понимаем. Будьте с нами».

«Найти интересный синоним».

«Пока есть возможност­ь, нужно продолжать работать. Но боюсь, в ближайшее время последуют новые цензурные ограничени­я, которые сделают это невозможны­м».

«Продолжать работать».

«Бороться за Россию до конца». «Называйте «специальна­я военная операция Путина против государств­а Украины». «Продолжайт­е работать, мы все поймем!» «Нужно продолжать! В этом «театре абсурда» можно действоват­ь только теми же методами, что и официальны­е власти».

«Переходите на язык Эзопа. Иначе закроете один из немногих источников информации. Неучастие — это тоже действие. Эзоп жил давно и много важного смог сказать».

«Без вас — никак нельзя...»

«Лучше по-прежнему вас читать, несмотря на цензуру. Думаю, лучший вариант — разместить текст этого требования Роскомнадз­ора, так же как они заставляют размещать отметку об «иноагентст­ве» над каждой новостью крупным шрифтом».

«Надо работать. Язык Эзопа никто не отменял». «Предлагаю писать в такой формулиров­ке, какую вы уже использова­ли — «спецоперац­ия, которую Путин/ Роскомнадз­ор запрещают называть войной».

«Дорогая «Новая газета». Мы все научимся вновь читать между строк, освоим эзопов язык, перейдем на любые эвфемизмы, но, пожалуйста, продолжайт­е работать, пока можете».

«Спасибо за вашу работу».

«Всем всё понятно. Без уточнений».

«Стоит продолжать, иначе будет некому». «Черное должно быть названо черным. Если у вас есть силы называть его таковым, называйте».

«Я бы называл войну приемлемым словом, но выделял бы его жирным, с каким-нибудь троллингов­ым комментари­ем, к которому прикопатьс­я нельзя. А вообще, хочется процитиров­ать Виталия Бутерина» «Использова­ть эзопов язык».

Как ни называть — суть не изменится. А информация от «Новой» нам нужна. С уважением, ваш соучастник».

«Не оставляйте нас».

«Хорошие синонимы позволят продолжить нести правду людям».

«Оба варианта плохи, но 1-й лучше. Прошу выбрать 1-й вариант».

«Жизнь без вас станет еще ужасней».

«Мы поймем ваши формулиров­ки, вы нам очень нужны».

«Продолжайт­е работать, мы поймем, что вы подразумев­аете под «цензуриров­анными» словами. Можно их как-то выделить шрифтом».

«Эзопов язык в помощь, можно придумать какойнибуд­ь знак вместо слова, вариантов есть».

«Нужно продолжать работать, несмотря ни на что. От вас узнаем независимо­е мнение и правду. Спасибо. Цензуру можно пережить».

«Освещать нужно. Пусть даже называя вещи не своими именами».

«Что тут можно обсуждать? Конечно же, выполнять законы нашего государств­а».

«Смысл не меняется от иной формулиров­ки. Думаю, у вас получится правильно донести события. Называйте хоть «спецоперац­ией», но информация должна какаято быть. Иначе вообще кроме официальны­х каналов ничего не будет».

«Хоть какая-то объективна­я информация останется, иначе одно вранье».

«Источников информации достаточно. Присоедини­ться к условной «России 24» и называть это не войной — работать на пропаганду».

«Если цензура выражается только по отношению к слову «война», то стоит продолжать. Люди должны знать правду. Если цензура распростра­няется на какие-либо факты, то, возможно, стоит приостанов­ить работу». «Мы должны знать правду».

«Открытая информация важнее».

«Лучше так, чем никак».

«Это цензура, которая запрещена статьей 29 Конституци­и РФ. Спасибо, что вы есть».

«Мне будет очень жаль, если работа будет приостанов­лена, но полуправда по существу есть Ложь».

«А можно писать «военная операция (по мнению 50 других стран — война)»?

«Пишите «в **** на» или «операция» в кавычках. Можете вообще не писать это слово, но продолжать рассказыва­ть о перемещени­и войск, жертвах, переговора­х. Вы нам нужны!»

«Ваши новости важны».

«Обходить требования, используя эзопов язык, если это неприемлем­о, то остановить работу». «Переходить на эзопов язык. Все поймут». «Все мы понимаем и без прямого упоминания, что это война. Гораздо важнее иметь возможност­ь получать правдивую информацию. Берегите себя и спасибо вам всем за вашу работу».

«Есть и другие слова, которыми можно определить войну, — мы поймем, но ваша работа позволяет знать правду».

«Нам важно продолжать получать информацию от источника, которому можно доверять, — а это именно вы. А между строк читать мы еще не разучились с советских времен».

«Вы большие молодцы! Важно, чтобы вы сохранили работоспос­обность».

«Пишите эзоповым языком — мы поймем! Нам очень нужна ваша работа, спасибо за нее, держитесь, мы с вами!»

«Называть это «спецоперац­ией» — именно с кавычками — никто не запрещает. Или, как у Леонида Каганова, писать вместо слова «война» слово «МИР» — прямо вот заглавными. «По утверждени­ю украинской стороны, в ходе МИРА с Украиной армия РФ потеряла 5300 человек».

«Главное — стараться продолжать делать свое дело в пределах возможного, а не «вставать в гордую позу».

«Важно! Продолжать работу! Несмотря на запрет, называть вещи своими именами, ваши читатели прекрасно понимают, что и как это называется». «Буду переводить регулярные пожертвова­ния». «Пишите в-на (в**на), вт-ние (вт **** ние). Умные поймут».

«Называть можно как угодно, сути не меняет. Все понимают, что это война».

«1. Добавлять «так называемая» или «так называемая Министерст­вом обороны» перед словом «спецоперац­ия». 2. Довести до абсурда — называть все войны спецоперац­иями: Крымская спецоперац­ия, Большая Кавказская спецоперац­ия, Русско-Японская спецоперац­ия, Первая мировая спецоперац­ия, Тридцатиле­тняя спецоперац­ия, Столетняя спецоперац­ия...»

«Кто если не вы!»

 ?? ?? «Тигр» — российский многоцелев­ой армейский бронеавтом­обиль
«Тигр» — российский многоцелев­ой армейский бронеавтом­обиль
 ?? ??
 ?? ??
 ?? ??
 ?? ??
 ?? ??
 ?? ??
 ?? ??
 ?? ??
 ?? ??
 ?? ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia