ИСПЫТАНИЕ АМЕ­РИ­КОЙ

Okhota i Rybalka - XXI Vek - - Содержание - Сер­гей ЯСТРЖЕМБСКИЙ

Сер­гей ЯСТРЖЕМБСКИЙ

Ко­гда-то на за­ре сво­ей охотничьей одис­сеи я, опи­ра­ясь в об­щем-то на весь­ма скром­ный лич­ный опыт, по­ла­гал, что наи­боль­шие труд­но­сти ме­ня ожи­да­ют в Аф­ри­ке. Имен­но на этом кон­ти­нен­те Меж­ду­на­род­ный са­фа­ри­клуб (SCI) уста­но­вил для охот­ни­ков, участ­ву­ю­щих в «гон­ке» за его на­гра­да­ми, са­мый вы­со­кий по­ка­за­тель до­бы­тых тро­фе­ев: 89 ви­дов жи­вот­ных.

По­тре­бо­ва­лись го­ды и мно­го­чис­лен­ные са­фа­ри, что­бы вый­ти на этот ру­беж. Но по боль­шо­му сче­ту я все­та­ки ошиб­ся. Это я по­нял, при­сту­пив к ре­гу­ляр­ным охо­там в Се­вер­ной Аме­ри­ке, где мне пред­сто­я­ло до­быть «все­го» 29 ви­дов, что­бы по­лу­чить аме­ри­кан­ский шлем SCI. Про­све­щен­ный чи­та­тель, ко­неч­но, уже до­га­дал­ся по за­го­лов­ку, что речь пой­дет об Аляс­ке. Воз­мож­но, я слиш­ком эмо­ци­о­наль­но вос­при­ни­маю ис­то­рию, но в этом аме­ри­кан­ском шта­те ме­ня ни­ко­гда не по­ки­да­ет ощу­ще­ние при­сут­ствия рус­ско­сти. Да и как мо­жет быть ина­че? От­крой­те кар­ту Аляс­ки и убе­ди­тесь, что она усы­па­на сот­ня­ми рус­ских на­зва­ний бухт, за­ли­вов, ост­ро­вов, про­ли­вов, гор­ных вер­шин, озер. Или зай­ди­те в лю­бой му­зей в Ан­кори­дже, Сит­ке или Джу­но, и вы убе­ди­тесь, ка­кой глубокий след оста­ви­ло в жиз­ни шта­та от­но­си­тель­но недол­гое осво­е­ние толь­ко бе­ре­го­вой ча­сти Аляс­ки на­ши­ми пред­ка­ми… На сей раз мне вы­па­ло охо­тить­ся на ло­ся (Alaska Yukon moose) в мест­но­сти, при­ле­га­ю­щей к Рус­ским го­рам. Де­ло бы­ло в сен­тяб­ре, во вре­мя го­на, и ни­что, ка­за­лось, не пред­ве­ща­ло осо­бых труд­но­стей. За­брос­ка на тер­ри­то­рию про­ис­хо­ди­ла воз­ду­хом из неболь­шо­го го­род­ка Уна­ла­кли­та (800 жи­те­лей), что сто­ит на бе­ре­гу Бе­рин­го­во­го мо­ря (опять же рос­сий­ский след!), вглубь Аляс­ки. Ме­ня сра­зу уди­вил внеш­ний вид двух­мест­ной «Сесс­ны». Бро­си­лась в гла­за до­по­топ­ность са­мо­ле­та. Нын­че и в Аф­ри­ке та­ко­го не сы­щешь, ведь его пер­вый по­лет со­сто­ял­ся аж в 1969 го­ду. Не ме­нее ха­риз­ма­тич­ным ока­зал­ся и пи­лот Джим — ге­рой про­грамм ка­на­ла «Дис­ка­ве­ри», а по сов­ме­сти­тель­ству... мил­ли­о­нер. Че­рез 40 ми­нут по­ле­та воз­душ­ный из­воз­чик лов­ко при­зем­лил­ся пря­мо на ка­мен­ную шап­ку хол­ма, где ме­ня уже под­жи­дал гид Дьюи на вез­де­хо­де-ам­фи­бии «Ар­го». Са­мо­лет за­стыл ря­дом с на­ве­сом, под ко­то­рым сох­ло и вя­ли­лось на хо­лод­ном вет­ру мя­со до­бы­тых до мо­е­го при­ез­да ло­сей. За­гру­зив

са­мо­лет под за­вяз­ку, Джим тя­же­ло ото­рвал­ся от зем­ли и взял курс на Уна­ла­клит. Ло­си­ное мя­со бес­плат­но до­ста­лось до­му пре­ста­ре­лых, боль­ни­це, а так­же са­мым ма­ло­иму­щим чле­нам мест­ных об­щин ин­дей­цев и ин­ну­и­тов. Та­ков один из непре­лож­ных за­ко­нов се­ве­ро­аме­ри­кан­ской охо­ты: все до­бы­тое мя­со над­ле­жит вывезти и от­дать на бла­го­тво­ри­тель­ные це­ли. Не­ма­ло­важ­ная де­таль: в Се­вер­ной Аме­ри­ке за­кон за­пре­ща­ет ис­поль­зо­вать са­мо­ле­ты и вер­то­ле­ты для по­мо­щи охот­ни­кам в об­на­ру­же­нии зве­ря. Что ка­са­ет­ся до­став­ки мя­са, то его опла­чи­ва­ет из сво­е­го кар­ма­на сам охот­ник (в мо­ем слу­чае это бы­ло $600). Та­ко­вы су­ро­вые пра­ви­ла, но они пред­став­ля­ют­ся мне спра­вед­ли­вы­ми.

Мест­ность ока­за­лась хол­ми­сто-го­ри­стой, из­ре­зан­ной реч­ка­ми и ру­чья­ми, бе­гу­щи­ми к Бе­рин­го­во­му мо­рю. На вер­шине од­но­го из высоких хол­мов был раз­бит ла­герь, со­сто­я­щий из несколь­ких фа­нер­ных до­ми­ков для охот­ни­ков, кух­ни-сто­ло­вой и боль­шо­го ан­га­ра для тех­ни­че­ско­го об­слу­жи­ва­ния ше­сти вез­де­хо­дов — неза­ме­ни­мых в охо­те по­мощ­ни­ков. Важ­ная часть ба­зы — вы­со­кая смот­ро­вая баш­ня с ве­ли­ко­леп­ным об­зо­ром при­ле­га­ю­щей мест­но­сти. От­сю­да еже­днев­но про­ис­хо­дит мо­ни­то­ринг окрест­но­стей. Два­жды за шесть дней мо­ей охо­ты ран­ним утром бы­ли об­на­ру­же­ны круп­ные ло­си. Ла­герь ожи­ва­ет все­го на два ме­ся­ца в го­ду. В ав­гу­сте охо­тят­ся пре­иму­ще­ствен­но на бу­ро­го мед­ве­дя (гриз­ли), в сен­тяб­ре — на ло­ся, хо­тя от ко­со­ла­по­го, ко­ли по­па­дет­ся, то­же ни­кто не от­ка­зы­ва­ет­ся. На осталь­ное вре­мя го­да хо­зя­ин ла­ге­ря, 66-лет­ний Дьюи, кон­сер­ви­ру­ет ба­зу. Обес­пе­чен­ный биз­нес­мен, он два ме­ся­ца в го­ду охо­тит­ся с кли­ен­та­ми на зве­ря, хо­тя сам пред­по­чи­та­ет охо­ту по пе­ру. Все­го за се­зон ла­герь при­ни­ма­ет не бо­лее 20 тро­фей­щи­ков и «мяс­ни­ков».

В пер­вые два дня мы за­сек­ли двух круп­ных со­ха­тых. Но один из них был под за­щи­той об­щин­ных зе­мель ин­дей­цев и ин­ну­и­тов, и до­бы­вать его мы не име­ли пра­ва. А вто­рой, ко­то­ро­го я за­ме­тил на рас­све­те с баш­ни на рас­сто­я­нии чуть боль­ше ки­ло­мет­ра, бук­валь­но ис­па­рил­ся, и на­ши по­пыт­ки най­ти его не увен­ча­лись успе­хом. На пя­тый день охо­ты вы­да­лась от­вра­ти­тель­ная по­го­да: мел­кий дождь, туман и про­ни­зы­ва­ю­щий ве­тер. Тем не ме­нее бы­ло при­ня­то ре­ше­ние вы­дви­нуть­ся на двух «Ар­го» на даль­ний кор­дон, от­ку­да на­ка­нуне вер­ну­лись счаст­ли­вые аме­ри­кан­цы. За один час им по­вез­ло взять два ве­ли­ко­леп­ных тро­фея — со­ха­то­го и гриз­ли. По их сло­вам, по­чти у са­мо­го оке­а­на они ви­де­ли мно­го тро­фей­ных ло­сей. Прав­да, от ла­ге­ря до это­го па­ра­ди­за нас от­де­ля­ли че­ты­ре ча­са пу­ти в непо­го­ду. Но мы все же риск­ну­ли от­пра­вить­ся в эту мок­рую даль. И, как вы­яс­ни­лось, не на­прас­но. Хо­тя при­шлось, не скрою,

неслад­ко. Во­семь ча­сов тряс­ки на «Ар­го», два ча­са охо­ты, час раз­дел­ки, ито­го 11 ча­сов под непре­рыв­ным до­ждем! Та­ко­го тру­до­во­го ло­ся у ме­ня еще не бы­ло

Од­на­ко вер­нем­ся к са­мой охо­те. К ше­сти ча­сам ве­че­ра (тем­не­ло по­сле вось­ми) мы бы­ли на вер­хуш­ке хол­ма в несколь­ких ки­ло­мет­рах от оке­а­на. Под на­ши­ми но­га­ми про­сти­ра­лась тунд­ра, «на­ре­зан­ная» на мел­кие по­лос­ки­пе­ре­ле­ски, об­лю­бо­ван­ные ло­ся­ми. По­чти тут же гла­за­стый егерь-ста­жер До­ми­ник, хо­ро­шо знав­ший эту мест­ность, за­ме­тил ве­ли­ко­леп­но­го сам­ца. Нас раз­де­ля­ло боль­ше 700 мет­ров, и зверь не спе­ша ухо­дил от хол­ма в сто­ро­ну оке­а­на. Мы спу­сти­лись на вез­де­хо­дах в до­ли­ну и сра­зу по­те­ря­ли ло­ся. Он еще па­ру раз вы­ны­ри­вал из тунд­ры на про­пле­ши­ны, но все это про­ис­хо­ди­ло в ки­ло­мет­ре от нас. С вет­ром так­же не под­фар­ти­ло. Сло­вом, зве­ря мы упу­сти­ли. До тем­но­ты оста­ва­лось ми­нут традцать-со­рок. И вновь вы­ру­чил До­ми­ник, об­на­ру­жив­ший еще од­но­го со­ха­то­го, спус­кав­ше­го­ся с на­ше­го хол­ма. По тро­фей­ным ка­че­ствам он, ко­неч­но, усту­пал преды­ду­ще­му, но осо­бо­го вы­бо­ра у ме­ня не бы­ло, так как до кон­ца охо­ты оста­вал­ся все­го один день. На «Ар­го» мы на­пра­ви­лись по бо­лот­цу на­пе­ре­рез ло­сю, поль­зу­ясь на сей раз бла­го­при­ят­ным вет­ром. Че­рез 500 мет­ров, оста­вив ма­ши­ны и ти­хо­хо­да Дьюи, мы с До­ми­ни­ком пе­ре­шли на бег, осо­бо не за­бо­тясь о скрыт­но­сти. При­шлось рис­ко­вать, что­бы пе­ре­хва­тить ло­ся, ко­то­рый вот-вот дол­жен был вый­ти из пе­ре­лес­ка на чи­сти­ну…

И на­ко­нец я уви­дел зве­ря, ко­то­рый не спе­ша про­дви­гал­ся по бо­лот­цу к сле­ду­ю­ще­му ле­соч­ку. Вы­брав коч­ку повыше, я рас­пла­стал­ся за ней и стал успо­ка­и­вать ды­ха­ние. Мой за­по­тев­ший Сва­ров­ски с тру­дом вы­дал рас­сто­я­ние до зве­ря 320 мет­ров. Оп­ти­ка ка­ра­би­на «Ре­минг­тон» .375 H&H ка­либ­ра за­по­те­ла еще боль­ше. Про­те­реть бы­ло нечем — все про­мок­ло на­сквозь. По­сле тре­тье­го вы­стре­ла гла­зок за­крыл­ся со­всем. Но он уже был не ну­жен. Как за­явил за­пы­хав­ший­ся Дьюи, «для них бы­ло де­лом че­сти, что­бы рус­ский охот­ник не уехал без тро­фея». На сле­ду­ю­щее утро на рас­све­те мо­ни­то­ринг с баш­ни поз­во­лил об­на­ру­жить ве­ли­ко­леп­но­го ло­ся. В ла­ге­ре оста­вал­ся толь­ко один аме­ри­кан­ский охот­ник, ко­то­рый еще не от­стре­лял­ся. При­шлось раз­бу­дить пар­ня. От по­душ­ки до ре­зуль­та­тив­но­го вы­стре­ла его от­де­ля­ли чет­верть ча­са, не боль­ше...

Ува­жа­е­мый чи­та­тель, вам вы­би­рать, ка­кую из двух охот пред­по­честь. С се­ве­ро-за­па­да Аляс­ки я пе­ре­ле­тел на юго-во­сток шта­та в его сто­ли­цу Джу­но. Го­род этот неве­лик — все­го 32 ты­ся­чи жи­те­лей, но при­вле­ка­ет с мая по сен­тябрь мил­ли­о­ны ту­ри­стов, ко­то­рых до­став­ля­ют огром­ные кру­из­ные лай­не­ры. Сю­да стре­мят­ся пре-

жде все­го для встре­чи с дев­ствен­ной при­ро­дой. В окрест­но­стях Джу­но рас­по­ло­же­но мно­же­ство кра­си­вей­ших лед­ни­ков, гор, уще­лий, фьор­дов. На мор­ских про­сто­рах, в за­ли­ве Аляс­ка, мож­но уви­деть ки­тов, ка­са­ток, мор­ских ль­вов, ко­ти­ков и тю­ле­ней. На мно­го­чис­лен­ных ост­ров­ках и на при­бреж­ных пой­мах гнез­дит­ся огром­ное ко­ли­че­ство птиц. Бо­га­та зве­рем и при­бреж­ная тайга. Здесь же­ла­ю­щим га­ран­ти­ро­ва­на встре­ча с мед­ве­дем (бу­рым или чер­ным), за ко­то­рым на­блю­да­ют, как пра­ви­ло, с неболь­ших ка­те­ров и ре­зи­но­вых ло­док. В лесу оби­та­ют чер­но­хво­стый олень Сит­ка, ло­си, вол­ки, ры­си, боб­ры — на­сто­я­щий при­род­ный рай, да и толь­ко. И в этом раю раз­ре­ше­на охота. Американское го­су­дар­ство не толь­ко вни­ма­тель­но сле­дит за состоянием тех или иных ви­дов, обес­пе­чи­вая би­о­раз­но­об­ра­зие, но и чут­ко ре­а­ги­ру­ет на про­яв­ле­ние лю­бо­го ро­да дис­ба­лан­са, раз­ре­шая кво­ти­ро­ван­ный от­стрел «из­лиш­ков» да­же на тер­ри­то­ри­ях на­ци­о­наль­ных пар­ков. Ме­ня ин­те­ре­со­ва­ли два оби­та­те­ля мест­ной тай­ги — чер­ный медведь ба­ри­бал и олень Сит­ка.

Се­ве­ро­аме­ри­кан­ский медведь ба­ри­бал рас­про­стра­нен от Аляс­ки и Ка­на­ды до Мек­си­ки и встре­ча­ет­ся в 39 аме­ри­кан­ских шта­тах из 50. По оцен­кам, по­пу­ля­ция со­став­ля­ет око­ло 600 ты­сяч осо­бей. Этот медведь, в от­ли­чие от его бу­ро­го со­бра­та, сла­вит­ся роб­ким нра­вом и крайне ред­ко на­па­да­ет на че­ло­ве­ка. За­то меж­ду со­бой миш­ки на­хо­дят­ся в со­сто­я­нии же­сто­кой вой­ны, в ко­то­рой бо­лее агрес­сив­ные и круп­ные уби­ва­ют кон­ку­рен­тов, ес­ли встре­ча­ют их на сво­ей тер­ри­то­рии.

Охота про­во­ди­лась со­вер­шен­но но­вым для ме­ня спо­со­бом. Неде­лю я про­вел с ги­дом на неболь­шом мо­тор­ном ка­те­ре с об­щей ка­ю­той, ко­то­рый стал мо­им до­мом. Мы, не то­ро­пясь, об­сле­до­ва­ли бух­точ­ки, пля­жи, ре­ки, стре­мясь най­ти сле­ды жиз­не­де­я­тель­но­сти ин­те­ре­со­вав­ших ме­ня жи­вот­ных. Ка­тер ста­но­вил­ся на якорь, мы спус­ка­ли лод­ку, до­плы­ва­ли до бе­ре­га и пеш­ком про­че­сы­ва­ли при­бреж­ную по­ло­су тай­ги. На мой взгляд, эта часть Аляс­ки — на­сто­я­щий мед­ве­жий край. Мы ви­де­ли ко­со­ла­пых — и бу­рых, и чер­ных — каж­дый день. Ино­гда шли па­рал­лель­ным с ни­ми кур­сом вдоль бе­ре­га, за­ни­ма­ясь фо­то­охо­той, по­сколь­ку стре­лять зве­ря с лод­ки за­пре­ща­ет за­кон. В этом шта­ты от­ли­ча­ют­ся от Ка­на­ды, на чьей арк­ти­че­ской тер­ри­то­рии я до­был бе­ло­го мед­ве­дя вы­стре­лом с лод­ки. Ба­да, мо­е­го ги­да с 30-лет­ним ста­жем, ин­те­ре­со­ва­ли преж­де все­го ре­ки, в ко­то­рые ло­сось за­хо­дит в ав­гу­сте на нерест. Прав­да, на дво­ре уже бы­ла се­ре­ди­на сен­тяб­ря, но в глу­бо­ких ямах еще по­па­да­лась ры­ба — лю­би­мое ку­ша­нье мед­ве­дя. И Бад, бе­ру­щий с кли­ен­та­ми по 12 ко­со­ла­пых в год, был уве­рен, что ло­сось по­мо­жет нам вый­ти на ба­ри­ба­ла. Мы ис­ка­ли по­сто­ян­ное

Мы за­сек­ли двух круп­ных со­ха­тых, но один из них был под за­щи­той ин­дей­цев и ин­ну­и­тов, и до­бы­вать его мы не име­ли пра­ва.

ме­сто кор­меж­ки зве­ря в глу­бине тер­ри­то­рии. И на тре­тий день охо­ты, к ве­че­ру, рас­по­ло­жи­лись в за­са­де на реч­ке непо­да­ле­ку от ямы с несколь­ки­ми ло­со­ся­ми. Бе­рег во­круг был бук­валь­но усе­ян ры­бьи­ми ске­ле­та­ми и ко­стя­ми. Све­жие сле­ды мед­ве­дя все­ля­ли в нас осо­бую на­деж­ду. д Ошиб­лись мы со­всем немно­го. Мы ожи­да­ли ож вы­хо­да зве­ря из ле­са по од­ной тро­пе, а он неза­мет­но по­до­шел к реч­ке по дру­гой. За­ме­ти­ли мы это до­воль­но позд­но — до пол­ной тем­но­ты оста­ва­лось ми­нут два­дцать. Медведь увле­чен­но го­нял­ся за ло­со­сем, пытаясь вы­та­щить его из ямы. Про­шло де­сять ми­нут, преж­де чем Бад кив­нул мне го­ло­вой. Не­смот­ря на близ­кое рас­сто­я­ние (до мед­ве­дя бы­ло мет­ров 50), я мог раз­ли­чить толь­ко си­лу­эт зве­ря. Это­го хва­ти­ло, что­бы про­из­ве­сти два вы­стре­ла в верх­нюю часть ту­ло­ви­ща. Ба­ри­бал за­стыл на мгно­ве­ние, а по­том од­ним рыв­ком вы­прыг­нул на бе­рег и скрыл­ся в лесу. На­сту­пи­ла бо­лее чем на­пря­жен­ная ти­ши­на. Ме­ня съе­дал червь со­мне­ния: в пер­вом вы­стре­ле я был уве­рен, во вто­ром мень­ше, но ме­сто по­па­да­ния вы­зы­ва­ло боль­шие во­про­сы. Ко­неч­но, оста­ва­лась на­деж­да на по­ра­жа­ю­щую си­лу .375-го ка­либ­ра, но в лю­бом слу­чае раз­мыш­ле­ния нуж­но бы­ло от- ло­жить до утра. Бад не про­ро­нил ни сло­ва при воз­вра­ще­нии на ка­тер. По­чти в пол­ной ти­шине про­шел и наш груст­ный ужин. Сон то­же не при­нес об­лег­че­ния.

Утром мы вста­ли, как толь­ко за­брез­жил рас­свет. По­чти не об­ща­ясь друг с дру­гом, мы до­бра­лись на лод­ке до бе­ре­га и уско­рен­ным ша­гом на­пра­ви­лись к ме­сту вче­раш­них со­бы­тий. Пе­ред тем как пой­ти по сле­ду мед­ве­дя, Бад впер­вые заговорил со мной. Он пред­ло­жил про­чи­тать мо­лит­ву и по­про­сить Все­выш­не­го о по­мо­щи. Ра­зу­ме­ет­ся, я со­гла­сил­ся. Че­рез не­сколь­ко ми­нут мы об­на­ру­жи­ли первую кровь на пе­ре бе­ло­го­ло­во­го ор­ла­на. В этот мо­мент я под­нял го­ло­ву и уви­дел в де­ся­ти ша­гах от нас, в овраж­ке, чер­ную шку­ру. Еще че­рез мгно­ве­ние мы с Ба­дом ду­ши­ли друг дру­га в объ­я­ти­ях, во­пя от вне­зап­но об­ру­шив­шей­ся на нас ра­до­сти. Толь­ко вер­нув­шись на лод­ку, Бад мне по­ве­дал, что боль­ше все­го опа­са­ет­ся на охо­те сде­лать подран­ка и по­том его не най­ти. Ведь по ста­ти­сти­ке (ин­те­рес­но, а у нас хо­тя бы пы­та­лись это под­счи­тать?) на Аляс­ке те­ря­ют 30 % подран­ков. Мог­ли бы по­мочь со­ба­ки, но это за­пре­ща­ет за­кон. Сло­вом, неудач­ный ис­ход охо­ты был бы для Ба­да уда­ром по его про­фес­си­о­наль­ной че­сти.

Из­лишне го­во­рить, что счаст­ли­вое за­вер­ше­ние ис­то­рии с мед­ве­дем поз­во­ли­ло нам сбли­зить­ся, а это в свою оче­редь по­мог­ло при труд­ном по­ис­ке оле­ня. Чер­но­хво­стый олень Сит­ка внешне на­по­ми­на­ет бе­ло­хво­сто­го, но ми­ни­а­тюр­нее. Рас­про­стра­нен от Аляс­ки до Ка­ли­фор­нии. Луч­шее вре­мя охо­ты на него — но­ябрь, пе­ри­од го­на, ко­гда сам­цы рез­ко ак­ти­ви­зи­ру­ют­ся и те­ря­ют бди­тель­ность. В осталь­ное вре­мя го­да они ве­дут скрыт­ный об­раз жиз­ни, вы­хо­дя на пес­ча­ные пля­жи и за­бо­ло­чен­ные по­ля лишь но­чью.

В пер­вый же день охо­ты я убе­дил­ся, что олень очень осто­рож­ный зверь. Мы на каж­дом пля­же и пес­ча­ных бе­ре­гах ви­де­ли его све­жие сле­ды, но са­мо­го оле­ня, да и то сам­ку, за­сек­ли толь­ко на тре­тьи сут­ки. При этом мы доб­ро­со­вест­но про­че­сы­ва­ли бух­ту за бух­той, ча­са­ми про­си­жи­ва­ли под мо­ро­ся­щим до­ждем в за­са­дах в пер­спек­тив­ных ме­стах», но все без тол­ку. На седь­мой день на­ше­го пла­ва­ния мы за­шли в оче­ред­ную бух­ту и углу­би­лись в за­бо­ло­чен­ные по­ля. На­встре­чу нам тут же под­ня­лись с воз­му­щен­ным го­го­том две стаи гу­сей, за ни­ми по­тя­ну­лись ут­ки. В небе один за дру­гим ухо­ди­ли на юг кли­нья жу­рав­лей. Идил­лия, од­ним сло­вом. Оле­ня по-преж­не­му не бы­ло вид­но. И вдруг, осмат­ри­вая бли­жай­шую кром­ку ле­са, Бад за­ме­тил ка­кое-то дви­же­ние и лишь че­рез де­сять ми­нут раз­гля­дел ро­га (до ле­са бы­ло боль­ше 300 мет­ров, а зверь кор­мил­ся внут­ри вы­со­ко­го ку­стар­ни­ка). У ме­ня ред­ко воз­ни­ка­ет же­ла­ние стре­лять с боль­ших ди­стан­ций из арен­до­ван­но­го ору­жия. Я дер­жал в ру­ках «Ре­минг­тон» .300-го ка­либ­ра, из ко­то­ро­го сде­лал па­ру проб­ных вы­стре­лов на 100 мет­ров, и сей­час рис­ко­вать не хо­тел. Встав на чет­ве­рень­ки, мы дви­ну­лись к оле­ню. Все бы ни­че­го, но ру­ки по­сто­ян­но уто­па­ли в за­бо­ло­чен­ной почве, и очень зли­ли по­па­дав­ши­е­ся на пу­ти ру­чьи. Но с гре­хом по­по­лам мы все же со­кра­ти­ли ди­стан­цию до 120 мет­ров, и удач­ный вы­стрел за­вер­шил мои аляс­кин­ские ис­пы­та­ния. Са­мец, ко­неч­но, ока­зал­ся со сла­бы­ми тро­фей­ны­ми ка­че­ства­ми, но ка­ков про­цесс!

Я уже упо­ми­нал о неожи­дан­ной для ме­ня слож­но­сти охот в Ка­на­де и США на от­кры­тых тер­ри­то­ри­ях. В от­ли­чие от Аф­ри­ки, здесь нуж­но рас­счи­ты­вать толь­ко на се­бя, быть го­то­вым к по­вы­шен­ным фи­зи­че­ским на­груз­кам и мно­го­чис­лен­ным бы­то­вым неудоб­ствам. Впро­чем, с каж­дым ра­зом аме­ри­кан­ские ис­пы­та­ния нра­вят­ся мне все боль­ше. Как ни­где они да­рят мне нере­аль­ные ощу­ще­ния пер­во­здан­ной охо­ты.

Эта часть Аляс­ки — на­сто­я­щий мед­ве­жий край. Мы ви­де­ли ко­со­ла­пых — и бу­рых, и чер­ных — каж­дый день.

Bush pilots — ле­ген­дар­ные пилоты ма­лой авиа­ции Се­вер­ной Аме­ри­ки — един­ствен­ный транс­порт, на ко­то­ром мож­но по­пасть в от­да­лен­ные охот­ни­чьи ла­ге­ря.

На Аляс­ке для охот­ни­ков и ры­бо­ло­вов най­дет­ся жи­лье на лю­бой вкус и ко­ше­лек.

Бо­лее 3 млн озер на­счи­ты­ва­ет­ся на тер­ри­то­рии Аляс­ки.

Вот так упа­ко­вы­ва­ет­ся мя­со, под­го­тов­лен­ное для вы­во­за из охот­ни­чье­го ла­ге­ря.

Сер­гей Ястржембский, тро­фей­ный охот­ник, ки­но­до­ку­мен­та­лист, два­жды ла­у­ре­ат На­ци­о­наль­ной ки­но­пре­мии «Зо­ло­той орел».

Аляс­ка — са­мый боль­шой штат США.

Ес­ли вы хо­ти­те быть в кур­се съе­мок но­во­го филь­ма «На­деж­ды вы­стрел», за­хо­ди­те на ак­ка­унт Сер­гея Ястр­жемб­ско­го в Ин­с­та­грам @yastrebfilm. Вы узнаете мно­го но­во­го о тро­фей­ной охо­те и со­хра­не­нии би­о­раз­но­об­ра­зия ди­кой при­ро­ды.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.