Наступает «Не­на­стье». Алек­сей Ива­нов — о том, по­че­му вы­брал Сер­гея Ур­су­ля­ка для ки­но о 90-х

Rossiyskaya Gazeta - Weekly - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Су­сан­на Аль­пе­ри­на

12 но­яб­ря в эфир те­ле­ка­на­ла «Рос­сия 1» вы­хо­дит мно­го­се­рий­ный фильм Сер­гея Ур­су­ля­ка « Не­на­стье ». Кар­ти­на сня­та по од­но­имен­но­му ро­ма­ну Алек­сея Ива­но­ва. На­ка­нуне пре­мье­ры пи­са­тель от­ве­тил на во­про­сы обо­зре­ва­те­ля «РГ».

Алек­сей, как вы от­но­си­тесь к экра­ни­за­ци­ям в це­лом и ва­ших про­из­ве­де­ний, в част­но­сти. Есть ли лю­би­мые филь­мы-экра­ни­за­ции? АЛЕК­СЕЙ ИВА­НОВ: К экра­ни­за­ци­ям я от­но­шусь весь­ма по­ло­жи­тель­но, хо­тя, ра­зу­ме­ет­ся, не все про­из­ве­де­ния воз­мож­но экра­ни­зи­ро­вать. Но экра­ни­за­ция — не сле­пая пе­ре­дел­ка ли­те­ра­тур­ной пер­во­ос­но­вы в фильм. Экра­ни­за­ция — со­вер­шен­но от­дель­ное про­из­ве­де­ние, пус­кай ге­не­ти­че­ски и про­ис­хо­дя­щее из ро­ма­на. Тем не ме­нее ху­до­же­ствен­ная цен­ность экра­ни­за­ции са­мо­до­ста­точ­на и не опре­де­ля-

Алек­сей Ива­нов: Лич­но для ме­ня де­вя­но­стые — вре­мя мо­ло­до­сти, зна­чит, пре­крас­ное вре­мя

ет­ся «по­хо­же­стью» на пер­во­ис­точ­ник. Экра­ни­за­цию мож­но упо­до­бить жи­во­пис­но­му порт­ре­ту: ко­неч­но, че­ло­век на порт­ре­те дол­жен быть по­хож на се­бя, дол­жен быть узна­ва­ем, но порт­рет — не фотография. По­это­му во вза­и­мо­от­но­ше­ни­ях ро­ма­на и филь­ма глав­ное, что­бы фильм был хо­ро­ший сам по се­бе, но и ро­ман в нем был жи­вой, а не что­бы в ки­но бы­ло все, как в кни­ге. И пре­крас­ных экра­ни­за­ций су­ще­ству­ет нема­ло. На­зо­ву для при­ме­ра неза­слу­жен­но за­бы­тый фильм «Бин­дюж­ник и ко­роль» по рас­ска­зам Ба­бе­ля. Как экра­ни­зи­ро­вать по­э­ти­че­скую про­зу Ба­бе­ля? Ока­зы­ва­ет­ся, мож­но. В ви­де мю­зик­ла. И Ба­бель в филь­ме жив, узна­ва­ем, фак­тур­но ося­за­ем, хо­тя его ге­рои не пе­ли и не тан­це­ва­ли.

Из­вест­ны две си­ту­а­ции, свя­зан­ные с экра­ни­за­ци­я­ми ва­ших про­из­ве­де­ний: вы бы­ли недо­воль­ны тем, как Лун­гин сде­лал «Ца­ря», и, что бо­лее ак­ту­аль­но, сня­ли свое имя с экра­ни­за­ции «То­бо­ла», а этот фильм дол­жен вско­ре вый­ти в про­кат, о нем до­воль­но гром­ко повсюду за­яв­ля­ют.

АЛЕК­СЕЙ ИВА­НОВ: А вот тут, как го­во­рит­ся, две боль­шие раз­ни­цы. Есть экра­ни­за­ция, ко­то- рую де­ла­ют ре­жис­сер и сце­на­рист, и ав­тор пер­во­ис­точ­ни­ка спо­кой­но ку­рит на лест­ни­це. А есть съемки по сце­на­рию. Для «Ца­ря» и «То­бо­ла» я пи­сал сце­на­рии и был недо­во­лен тем, как ре­жис­се­ры эти сце­на­рии пе­ре­де­ла­ли. Как пи­са­тель я не имею от­но­ше­ния к филь­му. Как сце­на­рист я со­ав­тор филь­ма и бо­рюсь за свое ви­де­ние ис­то­рии. Ес­ли ре­жис­сер ло­ма­ет мою ис­то­рию так, что от нее оста­ют­ся рож­ки да нож­ки, я ухо­жу и за­би­раю свое имя, ведь это уже не моя ис­то­рия, а чу­жая. Так и слу­чи­лось с «То­бо­лом». Ко­гда фильм был уже снят, ро­ман еще не был до­пи­сан, так что «То­бол» — это не экра­ни­за­ция. Ко­неч­но, в «То­бо­ле» очень мно­го то­го, что при­ду­мал я, но все это вы­стро­е­но со­всем в дру­гом по­ряд­ке, ко­то­рый мне не по­нра­вил­ся. Сла­ва бо­гу, у ме­ня остал­ся ро­ман, в ко­то­ром я все сде­лал так, как на­до. По­это­му на тит­рах «То­бо­ла» бу­дет на­пи­са­но не «по сце­на­рию Алек­сея Ива­но­ва», а «по мо­ти­вам ро­ма­на Алек­сея Ива­но­ва».

Ор­га­нич­но ли вы се­бя чув­ству­е­те в ро­ли сце­на­ри­ста, ведь из­вест­но, что пи­сать ро­ма­ны — это од­но, а сце­на­рии — со­всем дру­гое?

АЛЕК­СЕЙ ИВА­НОВ: Сце­на­рий и ро­ман — со­вер­шен­но раз­ные про­из­ве­де­ния. Они стро­ят­ся по со­вер­шен­но раз­ным прин­ци­пам. Ча­сто бы­ва­ет, что чи­та­тель, уви­дев за тек­стом ро­ма­на «кар­тин­ку», за­яв­ля­ет: «Да это го­то­вый сце­на­рий!» Очень на­ив­ное от­но­ше­ние. Пе­ре­ве­сти зре­лищ­ный ро­ман в су­хой сце­на­рий (или на­обо­рот) все рав­но что пе­ре­де­лать па­ро­воз в па­ро­ход. Про­ще сде­лать все за­но­во. Я в этом убе- дил­ся и на при­ме­ре «Ле­то­ис­чис­ле­ния от Ио­ан­на», и на при­ме­ре «То­бо­ла». Но лич­но для ме­ня ра­бо­ты пи­са­те­ля и сце­на­ри­ста рав­но ин­те­рес­ны. Я лег­ко ме­няю жан­ры: ре­а­ли­сти­че­ский со­вре­мен­ный, исто­ри­че­ский, кри­ми­наль­ный, фэн­те­зи, трил­лер и так да­лее и не ме­нее лег­ко ме­няю фор­ма­ты — ро­ман, сце­на­рий, нон­фикшн. Мне нра­вит­ся пе­ре­хо­дить из од­ной ху­до­же­ствен­ной си­сте­мы в дру­гую, осва­и­вать но­вое. Мож­но ска­зать, что я жан­ро­вый по­ли­глот. Од­на­ко я ни­ко­гда не пи­шу сце­на­рии по сво­им ро­ма­нам. Вряд ли сце­на­рий ска­жет боль­ше, чем ро­ман, а за­чем мне усе­кать то, что я уже ска­зал? Ро­ман художественно слож­нее сце­на­рия, и ме­ня не при­вле­ка­ет, ес­ли мож­но так вы­ра­зить­ся, спус­кать­ся со взя­той вы­со­ты. Но дви­гать­ся в об­рат­ную сто­ро­ну, то есть пи­сать ро­ман на ос­но­ве соб­ствен­но­го сце­на­рия, — да, слу­ча­лось.

Что для вас лич­но 90-е го­ды — вре­мя дей­ствия кни­ги — в ис­то­рии на­шей стра­ны? Нас­коль­ко «Не­на­стье» ав­то­био­гра­фич­ный ро­ман? Есть ли про­то­ти­пы у глав­ных ге­ро­ев?

АЛЕК­СЕЙ ИВА­НОВ: Лич­но для ме­ня де­вя­но­стые — вре­мя мо­ло­до­сти, зна­чит, пре­крас­ное вре­мя. Хо­тя ни­че­го пре­крас­но­го в то вре­мя со мной не про­ис­хо­ди­ло. Бо­лее то­го, про­ис­хо­ди­ли очень непри­ят­ные ве­щи. Ска­жем, я ра­бо­тал в ма­лень­кой тур­фир­ме и во­дил в по­хо­ды труд-

ных под­рост­ков, ко­то­рых от­прав­ля­ла дет­ская ком­на­та ми­ли­ции. И я не мог по­нять, по­че­му в стране все устро­е­но так, что я, мо­ло­дой спе­ци­а­лист с уни­вер­си­тет­ским об­ра­зо­ва­ни­ем, за гро­ши об­слу­жи­ваю ка­кую-то ма­ло­лет­нюю шпа­ну, ко­то­рая все по­лу­ча­ет бес­плат­но? Та­ких во­про­сов у ме­ня бы­ло мно­го. И «Не­на­стье», ко­неч­но, не ав­то­био­гра­фи­че­ский ро­ман. Но это ро­ман о вре­ме­ни, в ко­то­ром я жил. О лю­дях, ко­то­рые ме­ня окру­жа­ли. Глав­ный об­раз в нем — пра­пор­щик Се­ре­га Ли­хо­ле­тов. Со­ци­аль­ный тип, ко­то­ро­го сей­час уже нет и быть не мо­жет. Его на­зы­ва­ют «ги­бри­дом Мао Цз­э­ду­на с по­ру­чи­ком Ржев­ским». Пас­си­о­на­рий. Наг­лец. Организатор. Аль­тру­ист. Экс­тре­мист. Иде­а­лист. «Ге­рой на­ше­го вре­ме­ни» эпо­хи «ли­хих де­вя­но­стых». Сю­же­ты я брал из ре­аль­ных ис­то­рий, но об­раз Ли­хо­ле­то­ва спи­сал с од­но­го по­ли­ти­ка, во­пло­тив­ше­го дух то­го

Пра­пор­щик Се­ре­га Ли­хо­ле­тов. «Его на­зы­ва­ют « ги­бри­дом Мао Цз­э­ду­на с по­ру­чи­ком Ржев­ским », — го­во­рит Алек­сей Ива­нов.

Сер­гей Ма­ко­вец­кий со­здал, по сло­вам Ива­но­ва, страш­ный об­раз рас­че­ло­ве­чив­ше­го­ся че­ло­ве­ка.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.