Ки­ев наш

В на­ча­ле но­яб­ря 1943 го­да из сто­ли­цы Укра­и­ны вы­швыр­ну­ли фа­ши­стов

Rossiyskaya Gazeta - Weekly - - КАК ЭТО БЫЛО - Га­ли­на Ки­ри­чен­ко

75 лет на­зад си­ла­ми 1-го Укра­ин­ско­го фрон­та под ко­ман­до­ва­ни­ем ге­не­ра­ла ар­мии Ни­ко­лая Ва­ту­ти­на Ки­ев осво­бо­ди­ли от немец­ко- фа­шист­ских за­хват­чи­ков.

С та­ким — в разведку

Пол­ков­ни­ка Вла­ди­ми­ра Брод­ско­го по пра­ву счи­та­ют са­мым ста­рым ми­ли­ци­о­не­ром Вин­ниц­кой об­ла­сти. Ему — 108 лет. Жи­вет Вла­ди­мир Кон­стан­ти­но­вич в до­ме у до­че­ри Ва­лен­ти­ны. Су­пру­га Ана­ста­сия умер­ла не­сколь­ко лет то­му на­зад — вме­сте с нею Брод­ский про­жил по­чти 85 лет.

Ухо­жен­ный по- сель­ски дво­рик, неболь­шой до­мик с ев­ро­ре­мон­том и бой­кий озор­ной ста­ри­чок, ко­то­рый уже по­чти ни­че­го не ви­дит.

« Я ро­дил­ся в бед­ной кре­стьян­ской се­мье, — вспо­ми­на­ет Вла­ди­мир Кон­стан­ти­но­вич. — Со­всем ма­лень­ким ра­бо­тал у мест­но­го ку­ла­ка. Отец слу­жил в цар­ской ар­мии, а в 1918 го­ду по­гиб на фрон­те. При­шлось мне в пас­ту­хи ид­ти».

За­тем по ком­со­моль­ской пу­тев­ке уехал на Дон­басс, где тру­дил­ся на шах­те. По­сле — служ­ба в Даль­не­во­сточ­ном во­ен­ном окру­ге.

Вой­ну Вла­ди­ми­ру Кон­стан­ти­но­ви­чу при­шлось прой­ти от пер­во­го и до по­след­не­го дня, встре­тив По­бе­ду в Ке­нигсбер­ге.

В 1943 го­ду Вла­ди­мир Кон­стан­ти­но­вич был ко­ман­ди­ром взво­да раз­вед­чи­ков.

«Мы во­е­ва­ли за Брянск, за Во­ро­неж, Курск, по­том Укра­и­ну осво­бож­да­ли», — уточ­ня­ет ве­те­ран.

Маль­чи­ки с го­лод­ны­ми гла­за­ми

По­сле фор­си­ро­ва­ния Дес­ны взвод Брод­ско­го сто­ял на Лю­теж­ском плац­дар­ме, из ко­то­ро­го и на­ча­ли фор­си­ро­вать Дне­пр.

« А па­рал­лель­но бои за Ки­ев ве­лись из Букри­на, но взять го­род не уда­ва­лось — на во­сто­ке сто­я­ли 10 немец­ких ди­ви­зий, по­это­му и бы­ло при­ня­то ре­ше­ние о со­зда­нии Лю­теж­ско­го плац­дар­ма на севере Ки­е­ва. На­шим уда­лось за­кре­пить­ся на Бук­рин­ском плац­дар­ме, а с 25 ок­тяб­ря из Букри­на вой­ска пе­ре­бра­сы­ва­ли на Лю­теж­ский плац­дарм, что­бы про­бо­вать на­сту­пать с это­го на­прав­ле­ния, а 3 но­яб­ря на­ча­лось на­ступ­ле­ние».

Помнит ве­те­ран и так на­зы­ва­е­мую чер­ную пе­хо­ту: граж­дан­ских, ко­то­рых при­зы­ва­ли, что­бы взять сто­ли­цу Укра­и­ны.

« Сей­час мно­го го­во­рят о том, что насильно при­зы­ва­ли, ки­да­ли в бой как пу­шеч­ное мя­со. Что хо­чу ска­зать: да, тя­же­ло бы­ло, и ору­жия всем не хва­та­ло, и одеть- обуть не мог­ли каж­до­го. Но мно­гие са­ми шли. Был бо­е­вой дух. Мно­гие по­бы­ли в оккупации, зна­ли, что та­кое жить под нем­ца­ми. У ме­ня во взво­де двое та­ких но­во­бран­цев бы­ло, лет по 18. Жа­ле­ли мы их по­оте­че­ски. Маль­чиш­ки со­всем, с го­лод­ны­ми гла­за­ми. Мы их на­кор­ми­ли, а по­том я лич­но к ко­ман­ди­ру по­шел, что­бы но­во­бран­цам хоть что- то по­теп­лее да­ли… » — вспо­ми­на­ет Вла­ди­мир Кон­стан­ти­но­вич.

За это уме­реть не страш­но

Вос­по­ми­на­ния о взя­тии Ки­е­ва очень страш­ные. Бы­ло все — и ре­ка, по­чер­нев­шая от кро­ви, и ты­ся­чи тру­пов, и шкваль­ный огонь. Из со­сед­них сел лю­ди нес­ли все, что мог­ло при­го­дить­ся при пе­ре­пра­ве на­ших во­и­нов че­рез ре­ку — дос­ки, дре­ве­си­ну. Из них со­ору­жа­ли не- хит­рые при­спо­соб­ле­ния для пе­ре­пра­вы.

« Ху­же все­го бы­ло, ес­ли та­кие са­мо­дель­ные лод­ки или пло­ты пе­ре­во­ра­чи­ва­лись в во­де. Бы­ло хо­лод­но. По­бы­вав в хо­лод­ной во­де, мож­но бы­ло сра­зу уме­реть. Ко­ст­ры на бе­ре­гу раз­жи­гать бы­ло стро­го запрещено — это же прямая на­вод­ка для про­тив­ни­ка. Пом­ню свои ощу­ще­ния во вре­мя штур­ма. Все ста­ли ка­ким- то це­лым, еди­ным ор­га­низ­мом, ко­то­рый был на­тя­нут как стре­ла. Я о до­ме сво­ем в Вин­ниц­кой об­ла­сти ду­мал. Та­кое ме­ня зло раз­би­ра­ло, что там сей­час нем­цы жи­вут. Каж­дый го­тов был уме­реть, лишь бы Ки­ев взять», — вспо­ми­на­ет Брод­ский.

К утру 6 но­яб­ря взво­ду Брод­ско­го уда­лось вы­са­дить­ся на пра­вом бе­ре­гу воз­ле се­ла Су­хо­лу­чье.

А вот по­смот­реть на Ки­ев Вла­ди­ми­ру Кон­стан­ти­но­ви­чу не до­ве­лось: «Уже на под­хо­де к Су­хо­лу­чью вдруг по­чув­ство­вал рез­кую боль в гру­ди. Рас­стег­нул ши­нель, на­щу­пал лип­кую кровь. Ну, ду­маю, от­во­е­вал я свое. Ми­ну­та про­хо­дит, вто­рая, тре­тья, кто- то ме­ня под ру­ки хва­та­ет, а я все не уми­раю... Где- то че­рез час ме­ня на но­сил­ках две де­воч­ки- са­ни­тар­ки вы­нес­ли. А мне бы­ло не жал­ко уме­реть — я ведь то­гда уже по­ни­мал, что Ки­ев мы взя­ли.

А раз Ки­ев наш, зна­чит, и Укра­и­на бу­дет на­шей».

Плен­ных нем­цев в 1944 го­ду ве­дут по Кре­ща­ти­ку. Толь­ко так долж­ны мар­ши­ро­вать фа­ши­сты по Ки­е­ву.

Бои за сто­ли­цу Укра­и­ны: го­род в ру­и­нах.

Ки­ев встре­ча­ет осво­бо­ди­те­лей (в цен­тре — Г.К. Жу­ков).

В 1943- м Вла­ди­мир Кон­стан­ти­но­вич был ко­ман­ди­ром раз­вед­взво­да.

Вла­ди­ми­ру Брод­ско­му 108 лет.Но, по сло­вам до­че­ри, ду­хом не стар.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.