Вой­на гри­бов с па­го­да­ми

На но­вой сцене Ма­ри­ин­ско­го те­ат­ра ки­тай­ская опе­ра по­ка­за­ла спек­такль «А зо­ри здесь ти­хие»

Rossiyskaya Gazeta - - КУЛЬТУРА - Вла­ди­мир Ду­дин

Опе­ру ки­тай­ско­го ком­по­зи­то­ра Та­на Цзянь­пи­на на либ­рет­то Вань Фан по мо­ти­вам ро­ма­на Бо­ри­са Ва­си­лье­ва «А зо­ри здесь ти­хие» в Пе­тер­бург и Моск­ву при­вез На­ци­о­наль­ный центр ис­пол­ни­тель­ских ис­кусств Ки­тая из Пе­ки­на.

Преж­де сло­во­со­че­та­ние «ки­тай­ская опе­ра» свя­зы­ва­лась с осо­бым на­ци­о­наль­ным жан­ром ки­тай­ской куль­ту­ры: 360 ре­ги­о­наль­ных раз­но­вид­но­стей. Опе­ра, по­ка­зан­ная на но­вой сцене Ма­ри­ин­ско­го те­ат­ра, бы­ла со­зда­на в Пе­кине в 2015 го­ду к 70-ле­тию со дня окон­ча­ния Вто­рой ми­ро­вой вой­ны. По­весть Ва­си­лье­ва «А зо­ри здесь ти­хие» бы­ла по­пу­ляр­на в Ки­тае бла­го­да­ря од­но­имен­но­му те­ле­се­ри­а­лу, имев­ше­му огром­ный успех. Прав­да, в ки­тай­ском опер­ном ва­ри­ан­те эта тра­ги­че­ская ис­то­рия из вре­мен Оте­че­ствен­ной вой­ны пред­ста­ла в фор­ма­те, близ­ком к сказ­ке. В че­ло­ве­че­ские судь­бы здесь про­ник мир дру­гих сти­хий, на­пом­нив «Про­ти­во­сто­я­ние» Ми­хал­ко­ва, где так­же ис­поль­зо­ва­лись мо­ти­вы ска­за. Бо­лот­ные то­пи ока­за­лись пред­став­ле­ны хо­ром из­ви­ва­ю­щей­ся нечи­сти, пу­га­ю­щей веч­ным хо­ло­дом, мра­ком и пу­сто­той, а зна­ме­ни­тые рус­ские «берьоз­ки» бук­валь­но вста­ли хо­ро­вой сте­ной на за­щи­ту хруп­кой де­ви­чьей кра­со­ты от вра­га. Од­на­ко де­вуш­кам и их на­чаль­ни­ку Вас­ко­ву все-та­ки до­ста­лись исто­ри­че­ски до­сто­вер­ные гим­на­стер­ки, пи­лот­ки и ко­ро­тень­кие юбоч­ки, сши­тые по ле­ка­лам тех вре­мен. Фа­ши­сты на сцене то­же по­яв­ля­лись, прав­да, эпи­зо­ди­че­ски, и вы­гля­де­ли, как пуг­ли­вые зверь­ки, но в му­зы­ке они зву­ча­ли, как ту­пая неот­вра­ти­мая си­ла.

Взяв­шись за этот хре­сто­ма­тий­ный для рус­ских сю­жет, ки­тай­цы уви­де­ли по­вод вы­ска­зать­ся «ак­ту­аль­но», вы­сту­пить со сво­им «сло­вом о войне» и од­но­вре­мен­но пред­ста­ви­ли его в вер­сии куль­тур­но-ис­то­ри­че­ско­го ми­фа. Для ки­тай­ца все под­чи­не­но Дао — пу­ти, по­это­му ги­бель де­ву­шек от вра­же­ских пуль — эта­пы это­го пу­ти, за­вер­ша­ю­ще­го­ся в опе­ре ли­ку­ю­щим ма­жо­ром. На сце­ну, устав­лен­ную людь­ми-бе­ре­за­ми, вы­сы­па­ют «гриб­ки»-пи­о­не­ры — под­бе­га­ют к уце­лев­ше­му Вас­ко­ву. Во всем этом дей­стве на те­му вой­ны и ми­ра нель­зя не при­знать ка­че­ства му­зы­каль­но­го ма­те­ри­а­ла, вы­дав­ше­го в ком­по­зи­то­ре не ими­та­то­ра ев­ро­пей­ских куль­тур­ных цен­но­стей, но ху­дож­ни­ка с хо­ро­шей ре­флек­си­ей, от­лич­но усво­ив­ше­го уро­ки Шо­ста­ко­ви­ча (опер­но­го, сим­фо­ни­че­ско­го и пе­сен­но­го, ав­то­ра «Пес­ни о встреч­ном»), Про­ко­фье­ва, Ха­ча­ту­ря­на. Ди­ри­жер Люй Цзя до­би­вал­ся от ор­кест­ра Ма­ри­ин­ско­го те­ат­ра мак­си­му­ма экс­прес­сии. Бы­ли в му­зы­ке и пря­мые ци­та­ты из вступ­ле­ния к «Ев­ге­нию Оне­ги­ну». Под Чай­ков­ско­го пля­са­ли и кре­стьяне, на сце­ну вы­хо­дил да­же ро­ман­тик Лен­ский. А все пя­те­ро рус­ских кра­са­виц пе­ли рос­кош­ны­ми, ев­ро­пей­ско­го ка­либ­ра со­пра­но — в пусть да­же столь гу­сто кит­че­вом сце­ни­че­ском пре­лом­ле­нии ре­жис­се­ра Ва­на Сяо­и­на и ху­дож­ни­ка-по­ста­нов­щи­ка Лю Ке­дон­га.

В ки­тай­ском опер­ном ва­ри­ан­те тра­ги­че­ская ис­то­рия пред­ста­ла в фор­ма­те, близ­ком к сказ­ке.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.