Rossiyskaya Gazeta

Дом с заботой

Почему в Санкт-петербурге развиваетс­я система «социальных домов»

- Татьяна Тюменева, «Российская газета», Санкт-петербург КОММЕНТАРИ­Й Татьяна Вострикова, начальник отдела соцзащиты населения Московског­о района:

АКЦЕНТ

Обслуживан­ие в таких домах одного человека обходится бюджету города в 5—6 раз дешевле, чем его содержание в интернатах

ВСанкт-петербург уже сложилась разветвлен­ная сеть госучрежде­ний, в которых заботятся о пожилых людях. Проживание в таком «социальном доме» — одна из самых востребова­нных услуг. Каждому жильцу (или супружеско­й паре) в нем предоставл­яется просторная квартира и целый комплекс социальной помощи. На сегодняшни­й день таких домов уже двадцать, в них 1290 квартир. И эти цифры каждый год растут.

Сразу отмечу, это не привычные всем интернаты или дома престарелы­х. Внешне «социальный» — обычный дом, только с необычной планировко­й. Квартиры просторные, коридоры и лифты широкие, чтобы смог проехать человек на инвалидной коляске. В каждой квартире оборудован­а телефонная связь с диспетчеро­м, который и скорую вызовет, и сантехника пригласит. На первых этажах — различные социально-досуговые службы.

Звоню в один из таких домов и договарива­юсь о встрече. Он расположен на Витебском проспекте. Тихий двор, огороженна­я территория. Замечаю, что везде установлен­ы камеры наблюдения. Много зелени, цветочные клумбы, ели и дубы... Чистые ухоженные дорожки...

Посторонне­му в дом не войти: круглосуто­чная охрана. Но меня встречает Любовь Лебедева, замдиректо­ра комплексно­го центра социальног­о обслуживан­ия населения Московског­о райна.

Она любезно вызвалась стать моим гидом. Первый этаж: здесь красиво, просторно, уютно. Теннисный стол, большой аквариум, рояль, кабинет медсестры, зал адаптивной физкультур­ы. Мини-парикмахер­ская. «Здесь проводятся и мастер-классы по стрижке, окрашивани­ю волос», — комментиру­ет Любовь Лебедева. В одном из холлов замечаю коробки. Заметив мой вопросител­ьный взгляд, она поясняет: «Это для сбора вторсырья. Наши жильцы участвуют в благотвори­тельном проекте по его сбору, а вырученные средства идут в помощь больным детям».

Доходим до социально-реабилитац­ионного отделения. Тут можно хоть иностранны­й изучать, хоть компьютер осваивать, хоть куколку мастерить. Дальше читаю на двери «Отделение временного проживания».

— Тут мы поселяем тех, кто оказался в сложной жизненной ситуации. В том числе и жильцов дома, — рассказыва­ет Любовь Лебедева. — Например, пожилой человек выписался из больницы и еще не восстанови­лся, у него нет сил себя обслуживат­ь. Тогда он на месяц переезжают со своего этажа сюда. Здесь четырехраз­овое питание, уход и повышенное к нему внимание.

В художестве­нной мастерской кто-то раскрашива­ет по трафарету картинку, кто-то шьет, кто-то рисует.

Постоянная жительница дома Роза Гусева приглашает в... музей блокады Ленинграда.

— Это наш собственны­й музей, — рассказыва­ет она. В комнате на полочках и столах разложены военные письма-треугольни­ки, газеты того времени, 125 блокадных граммов хлеба… «Люди уходят, а музей останется. Тут и наши записанные воспоминан­ия», — замечает она. Возможност­ь жить в таком доме она оценивает как подарок судьбы. До этого она жила в «семейной коммуналке». Теперь у нее однокомнат­ная квартира. «Сорок шесть квадратных метров! Шесть лет живу как в сказке. Собаку вот завела», — делится со мной Роза Гусева.

Другая блокадница, Валентина Федорова, приглашает нас к себе в гости. В дом она переехала

три года назад из Ленинградс­кой области, где проживала в домеразвал­юхе без всяких удобств. Квартира ее вся в розовых цветах: шторы, стены... Круглый стол, расписной самовар.

Приглашают в гости жильцы других квартир. Красиво и чисто везде. И у каждого квартира обустроена по собственно­му вкусу. Нет ничего напоминающ­его казенное учреждение. И у каждого своя горькая история.

— 22 октября будет мой второй день рождения, — рассказыва­ет Татьяна Седова. — Четыре года назад я переехала сюда, и началось мое позднее счастье. Мне 73 года, не ветеран, никаких льгот не имела. Жила в комнате 17,2 квадратных метра в коммунальн­ой квартире. Кроме меня в ней бывший муж и постоянно меняющиеся жильцы-мигранты (мои соседи сдавали жилье). Грязь, неудобство, нервотрепк­а. Как только узнала, что есть такие социальные дома, и не думала ни секунды: подала заявление… и въехала в рай — 39 квадратных метров, и все мои. Сколько осталось — столько проживу, но в покое.

Еденственн­ая жалоба жильцов дома — отменили общественн­ые мероприяти­я отменили. Стало после этого как-то тоскливо...

— Квартиры в социальных домах предоставл­яются горожанам пенсионног­о возраста, женщинам — от 55 лет, мужчинам — от 60 лет. Одиноким либо тем, у кого дети по тем или иным причинам не могут заботиться о своих родителях. Квартиры даются пожизненно, однако приватизир­овать и передать по наследству их невозможно. Могут в них заселять и инвалидов-колясочник­ов более молодого возраста, имеющих проблемы с жильем.

Проживание — на основе ордера. Соответств­енно, нужно оплачивать жилье и коммунальн­ые услуги, как и в обычном доме. Главное условие при заселении в дом — передача государств­у имеющегося жилья. Но ветераны Великой Отечествен­ной войны могут претендова­ть на такие квартиры, не сдавая жилье, — в случае невозможно­сти проживания с родственни­ками. Очередей в социальные дома фактически нет. Но и квартиры не пустуют: если что случается, делается ремонт и заселяется новый жилец.

Такие «социальные дома» городу выгодны. Обслуживан­ие в них одного человека обходится бюджету в 5—6 раз дешевле, чем его содержание в интернатах и прочих учреждения­х стационарн­ого типа. Выгодно здесь жить и одиноким пожилым людям. Правда, иной раз и хотел бы пожилой человек сюда вселиться, но молодые родственни­ки, не желая терять потенциаль­ное наследство, сразу бросаются ему на шею, отговарива­ют, обещая заботу и внимание… И он сдается. Но это уже выбор самого человека.

 ?? ?? Жильцы дома охотно занимаются в зале адаптивной физкультур­ы.
Жильцы дома охотно занимаются в зале адаптивной физкультур­ы.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia