Под се­нью «Брей­кер­са»

Sovershenno Sekretno. Informatsiya k Razmyshleniyu - - СЕКРЕТЫ ПУТЕШЕСТВИЙ - Вла­ди­мир АБАРИНОВ, Пуб­ли­ка­ция 2010 го­да

УДИ­ВИ­ТЕЛЬ­НАЯ ИС­ТО­РИЯ СА­МО­ГО ЗНА­МЕ­НИ­ТО­ГО ОТЕ­ЛЯ ФЛО­РИ­ДЫ

Кон­ки­ста­дор и участ­ник пер­вой экс­пе­ди­ции Ко­лум­ба Ху­ан Пон­се де Ле­он не со­би­рал­ся от­кры­вать но­вые зем­ли – он от­крыл и за­во­е­вал их уже предо­ста­точ­но. В 1513 го­ду на соб­ствен­ные день­ги он сна­ря­дил два ко­раб­ля и от­пра­вил­ся с Ку­бы на се­вер, на по­ис­ки ми­фи­че­ско­го Ис­точ­ни­ка мо­ло­до­сти, о ко­то­ром слы­шал от ин­дей­цев. Неиз­вест­ная су­ша, ко­то­рой вско­ре до­стиг­ла экс­пе­ди­ция, изу­ми­ла де Лео­на оби­ли­ем тропической рас­ти­тель­но­сти, и на­рек он ее latierra florida – «цве­ту­щая зем­ля». Вер­нув­шись ту­да во­семь лет спу­стя с ко­ро­лев­ской гра­мо­той на гу­бер­на­тор­ство и от­ря­дом в две­сти че­ло­век, де Ле­он был сра­жен отрав­лен­ной ин­дей­ской стре­лой. «При­быв на Ку­бу, – по­вест­ву­ет летописец Вест-Ин­дии Бар­то­ло­ме де Лас Ка­сас, – он в му­ках скон­чал­ся; так утра­тил он жизнь, по­те­рял нема­ло зо­ло­тых пе­со, ко­то­рые на­ко­пил, омра­чив или за­гу­бив жизнь мно­же­ства ин­дей­цев; при этом и сам он пре­тер­пел ве­ли­кие тя­го­ты, со­вер­шая пла­ва­ния в Ка­сти­лию и об­рат­но, от­кры­вая Фло­ри­ду, а по­том по­ра­бо­щая ее; что же ста­лось с его ду­шою, то­го мы не ве­да­ем». Он вку­сил бла­жен­ство из вод веч­но­сти – имен­но так за­кон­чил свою по­э­му о де Леоне Ген­рих Гейне, а на рус­ский пе­ре­вел ее Ни­ко­лай Гу­ми­лёв: Ле­той та ре­ка зо­вет­ся, Пей от­ту­да, и за­бу­дешь Всю пе­чаль – за­бу­дешь ты Все про­шед­шие стра­да­нья. У Фло­ри­ды бур­ная ис­то­рия. Она пе­ре­хо­ди­ла из рук в ру­ки. Ею вла­де­ли ис­пан­цы, фран­цу­зы, ан­гли­чане... В из­вест­ном смыс­ле де Ле­он на­шел свой жи­ви­тель­ный ис­точ­ник: по­лу­ост­ров стал ве­ли­ко­леп­ным ку­рор­том, всеамериканской здрав­ни­цей, воз­вра­ща­ю­щей лю­дям си­лы и кра­со­ту. Но про­изо­шло это че­рез че­ты­ре сто­ле­тия по­сле смер­ти пер­во­от­кры­ва­те­ля.

В шор­тах вме­сто кам­зо­ла

Ве­ро­ят­но, да­ле­ко не вся­кий по­бы­вав­ший в Палм-Бич за­ме­тил, что го­род этот рас­по­ло­жен на уз­ком пес­ча­ном ост­ро­ве, от­де­лен­ном от ма­те­ри­ка ла­гу­ной, на­зы­ва­е­мой озе­ром Уорт. «До­сту­пен толь­ко для са­мых бо­га­тых лю­дей стра­ны, – стро­го пре­ду­пре­жда­ет спра­воч­ник «Аме­ри­ка­на». – За­стро­ен до­ро­ги­ми част­ны­ми вил­ла­ми с част­ны­ми пля­жа­ми и паль­мо­вы­ми ро­ща­ми, по­са­жен­ны­ми в кон­це XIX ве­ка». Ку­рорт­ный се­зон Палм-Бич – зи­ма. В это вре­мя сю­да дей­стви­тель­но съез­жа­ют­ся бо­га­чи. Для лю­дей с уме­рен­ны­ми до­хо­да­ми Палм-Бич до­сту­пен ле­том, ко­гда но­ме­ра в оте­лях сда­ют­ся с боль­ши­ми скид­ка­ми. Ко­гда подъ­ез­жа­ешь к отелю «Брей­керс» на так­си по ши­ро­кой паль­мо­вой ал­лее, по­ни­ма­ешь, что перед то­бой нечто очень фе­ше­не­бель­ное, но оце­нить этот ше­девр в пол­ной ме­ре воз­мож­но лишь из­нут­ри. Сна­ча­ла мне по­ка­за­лось, что глав­ное зда­ние с дву­мя сим­мет­рич­ны­ми сту­пен­ча­ты­ми баш­ня­ми вы­стро­е­но в ис­пан­ском ко­ло­ни­аль­ном сти­ле. Но, очу­тив­шись под вы­со­ки­ми сво­да­ми ве­сти­бю­ля, я тот­час по­нял, что ока­зал­ся в ита­льян­ском па­лац­цо. В пер­вый свой ве­чер в «Брей­кер­се» я дол­го бро­дил в оди­но­че­стве по про­стор­ным ко­ри­до­рам и за­лам, лю­бо­вал­ся по­зо­ло­чен­ной леп­ни­ной и рос­пи­сью по­тол­ков, гро­мад­ны­ми ста­рин­ны­ми фла­манд­ски­ми го­бе­ле­на­ми, люст­ра­ми ве­не­ци­ан­ско­го стек­ла, ис­кус­ной резь­бой по де­ре­ву и кам­ню, и бы­ло мне нелов­ко от­то­го, что я в шор­тах и бейс­бол­ке, а не в бар­хат­ном кам­зо­ле и пуд­ре­ном па­ри­ке. В про­ме­жут­ках меж­ду пляж­ны­ми, бан­ны­ми и ре­сто­ран­ны­ми удо­воль­стви­я­ми я от­кры­вал все но­вые со­кро­ви­ща это­го до­ма: утрен­нюю пре­лесть про­буж­да­ю­ще­го­ся са­да, ве­се­лую пе­ре­бран­ку зе­ле­ных по­пу­га­ев по ве­че­рам, укром­ный ше­лест струй, из­ли­ва­ю­щих­ся из чу­гун­ных льви­ных морд фон­та­на... В од­ном из уеди­нен­ных хол­лов об­на­ру­жил­ся на стене порт­рет в зо­ло­че­ной ра­ме: ху­до­ща­вый муж­чи­на с се­ды­ми уса­ми в жест­ком сто­я­чем во­рот­нич­ке по мо­де на­ча­ла про­шло­го ве­ка взи­рал с по­лот­на стро­го, да­же су­ро­во. Та­б­лич­ка гла­си­ла, что это Ген­ри Мор­ри­сон Флаг­лер, пер­вый хо­зя­ин «Брей­кер­са» и отец ку­рорт­но­го биз­не­са Фло­ри­ды. Я по­нял, что хо­чу узнать о нем боль­ше. В на­зна­чен­ный час за­пи­сав­ших­ся на экс­кур­сию ку­рорт­ни­ков в лег­ко­мыс­лен­ных май­ках и шле­пан­цах на бо­су но­гу встре­тил по­жи­лой, пол­ный скром­но­го до­сто­ин­ства джентль­мен, оде­тый по всей фор­ме – в пи­джак, гал­стук и туфли. Это был Джеймс Понс, исто­рик-лю­би­тель, неис­чер­па­е­мый кла­дезь све­де­ний о «Брей­кер­се» и Флаг­ле­ре. Поз­же я узнал, что ему 93 го­да. По­сле экс­кур­сии я пред­ста­вил­ся и ска­зал, что хо­тел бы по­бе­се­до­вать с ним по те­ле­фо­ну поз­же, ко­гда под­го­тов­люсь к раз­го­во­ру. Он дал мне свою кар­точ­ку. Я по­зво­нил ему из Ва­шинг­то­на.

Жизнь и биз­нес Ген­ри Флаг­ле­ра

На­ча­ли мы с био­гра­фии Ген­ри Флаг­ле­ра. Он ро­дил­ся в 1830 го­ду в ма­лень­ком го­род­ке Хо­пу­э­ле в шта­те Нью-Йорк в се­мье бед­но­го пре­сви­те­ри­ан­ско­го пас­то­ра. Об­ра­зо­ва­ние по­лу­чил скром­ное.. – Он окон­чил все­го во­семь клас­сов и по­ки­нул от­чий дом в воз­расте 14 лет, что­бы най­ти свое ме­сто в ми­ре, – го­во­рит Джеймс Понс. Он вы­ра­жа­ет­ся несколь­ко ста­ро­мод­но и вы­со­ко­пар­но. Его пер­вым ме­стом ра­бо­ты бы­ла ма­стер­ская по из­го­тов­ле­нию кон­ской упря­жи, ко­то­рой вла­дел его свод­ный брат. Ген­ри тру­дил­ся там под­ма­сте­рьем за пять дол­ла­ров в ме­сяц плюс кров и про­пи­та­ние. По­сте­пен­но он вы­бил­ся в лю­ди и стал за­ра­ба­ты­вать 400 дол­ла­ров в ме­сяц. Сме­кал­ка и де­ло­вая хват­ка поз­во­ли­ли Флаг­ле­ру в 1849 го­ду на па­ях с дру­гим род­ствен­ни­ком со­здать соб­ствен­ное де­ло – со­ле­ва­рен­ную ком­па­нию. Во вре­мя Граж­дан­ской вой­ны спрос на соль был вы­со­ким: она тре­бо­ва­лась для снаб­же­ния войск, в том чис­ле в ка­че­стве кон­сер­ван­та съест­ных при­па­сов. К кон­цу вой­ны спрос упал, и ком­па­ния обанк­ро­ти­лась. Флаг­лер по­те­рял не толь­ко 50 ты­сяч соб­ствен­но­го ка­пи­та­ла, но и остал­ся столь­ко же дол­жен те­стю. Флаг­лер за­нял­ся тор­гов­лей зер­ном и на этой ни­ве по­зна­ко­мил­ся с Джо­ном Рок­фел­ле­ром. В се­ре­дине 1860-х го­дов Рок­фел­лер с его де­ло­вым ню­хом сме­нил сфе­ру де­я­тель­но­сти – он пе­ре­клю­чил­ся с зер­на на нефть. Ген­ри Флаг­лер стал его парт­не­ром. Так воз­ник­ла ком­па­ния Standard Oil. Ин­ту­и­ция не под­ве­ла Рок­фел­ле­ра. – Флаг­лер стал од­ним из са­мых бо­га­тых лю­дей на све­те, – рас­ска­зы­ва­ет Понс. – На­чал он на пу­стом ме­сте, но бы­ла ему уда­ча. Ком­па­ния Standard Oil поль­зо­ва­лась по­чти пол­ной мо­но­по­ли­ей на неф­тя­ном рын­ке. Ему там бы­ло уже нече­го де­лать. Его ха­рак­тер тре­бо­вал но­вой слож­ной за­да­чи, и он на­шел ее. Но­вое по­при­ще от­кры­лось перед Флаг­ле­ром бла­го­да­ря пе­чаль­ным об­сто­я­тель­ствам лич­ной жиз­ни. – Его пер­вая же­на Мэ­ри за­бо­ле­ла ту­бер­ку­ле­зом, что бы­ло обыч­ным яв­ле­ни­ем в то вре­мя. То­гда лю­ди, боль­ные ту­бер­ку­ле­зом, при­ез­жа­ли в го­ро­да се­вер­ной Фло­ри­ды – Джек­сон­виль, Сен­тО­га­стин – зи­мой. Это бы­ло нечто вро­де се­зон­но­го са­на­то­рия для ту­бер­ку­лез­ни­ков. И док­то­ра ре­ко­мен­до­ва­ли ему при­вез­ти же­ну во Фло­ри­ду. Флаг­ле­ры впер­вые при­е­ха­ли в Джек­сон­виль зи­мой 1876 го­да. Два го­да спу­стя Мэ­ри умер­ла. Вто­рой же­ной Флаг­ле­ра ста­ла ее си­дел­ка Ида. Мо­ло­до­же­ны про­ве­ли ме­до­вый ме­сяц в са­мом ста­ром го­ро­де Фло­ри­ды, Сент–Ога­стине. Флаг­лер влю­бил­ся в ста­рин­ный го­род, но уви­дел, что во­круг непо­ча­тый край ра­бо­ты. Он за­ду­мал пре­вра­тить Фло­ри­ду в пер­во­класс­ный ку­рорт На­чи­нать нуж­но бы­ло с транс­пор­та. – В те да­ле­кие го­ды, до­е­хав до кон­ца же­лез­ной до­ро­ги, при­над­ле­жа­щей од-

ной ком­па­нии, вы долж­ны бы­ли пе­ре­са­жи­вать­ся в по­езд дру­гой ком­па­нии – ко­лея на фло­рид­ских до­ро­гах бы­ла раз­ной ши­ри­ны. Его идея за­клю­ча­лась в том, что­бы объ­еди­нить все до­ро­ги. Флаг­лер остал­ся в со­ве­те ди­рек­то­ров Standard Oil, но ото­шел от по­все­днев­но­го уча­стия в де­лах ком­па­нии и пол­но­стью пе­ре­клю­чил­ся на про­ект «аме­ри­кан­ской Ри­вье­ры». Он ску­пил мел­кие же­лез­но­до­рож­ные ком­па­нии, уни­фи­ци­ро­вал ко­лею, по­стро­ил недо­ста­ю­щие от­рез­ки и мо­сты и со­еди­нил их в еди­ную ма­ги­страль, про­хо­дя­щую вдоль все­го во­сточ­но­го бе­ре­га Фло­ри­ды с се­ве­ра на юг, от Джек­сон­ви­ля до Май­а­ми. – Те­перь по­езд пуль­ма­нов­ских ва­го­нов, от­пра­вив­шись из Нью-Йор­ка, мог бес­пре­пят­ствен­но про­ехать по всей Фло­ри­де. Пуль­ман до­во­зил вас бук­валь­но до ве­сти­бю­ля го­сти­ни­цы. Па­рал­лель­но он стро­ил оте­ли, ка­ких еще не зна­ла Аме­ри­ка. Гром­кий успех имел от­кры­тый в Сент-Ога­стине отель «Аль­ка­сар», по­стро­ен­ный в сти­ле ис­пан­ско­го Ре­нес­сан­са. – В «Аль­ка­са­ре» был огром­ный пла­ва­тель­ный бас­сейн – по тем вре­ме­нам слож­ное ин­же­нер­ное со­ору­же­ние. В нем бы­ли так­же сау­на, ком­на­та для за­ня­тий фи­зи­че­ски­ми упражнениями – мно­гое, че­го то­гда не при­ня­то бы­ло устра­и­вать в оте­лях. Се­го­дня нам ка­жет­ся, что пер­во­класс­ные оте­ли бы­ли та­ки­ми все­гда. Но кто­то дол­жен был при­ду­мать все это. Од­ним из та­ких при­дум­щи­ков и был Ген­ри Флаг­лер. – Вто­рой отель, ко­то­рый он по­стро­ил в Сент-Ога­стине, стал пер­вым аме­ри­кан­ским ку­рор­том с пол­ным на­бо­ром ма­га­зи­нов. Ар­ка­да бу­ти­ков пря­мо в оте­ле – это то­же изоб­ре­те­ние Флаг­ле­ра. Кро­ме то­го, во всех его оте­лях был баль­ный зал для раз­вле­че­ния го­стей. То, что он со­здал здесь, во Фло­ри­де, да­ле­ко пре­вос­хо­ди­ло все, что име­лось в то вре­мя в стране. Вер­ши­ной де­я­тель­но­сти Флаг­ле­ра стал «Брей­керс». Этот отель воз­во­дил­ся три­жды: в 1904 го­ду сго­ре­ло пер­вое де­ре­вян­ное зда­ние, по­стро­ен­ное в 1896м; в 1925-м от элек­три­че­ских щип­цов для за­вив­ки во­лос слу­чил­ся но­вый пожар, спа­лив­ший зда­ние до­тла. Но, как го­во­рит пол­ков­ник Ска­ло­зуб о Москве, «пожар спо­соб­ство­вал ей мно­го к укра­ше­нью». С «Брей­кер­сом» про­изо­шло имен­но это.

Эра джа­за и оте­лей

На са­мом де­ле го­сти­нич­ный биз­нес в том ви­де, в ка­ком мы его зна­ем, вплоть до кон­ца XIX ве­ка во­об­ще не су­ще­ство­вал. Де­нис Фон­ви­зин и его же­на, пу­те­ше­ство­вав­шие по Ев­ро­пе в по­след­ней чет­вер­ти XVIII сто­ле­тия, то и де­ло но­чу- ют в соб­ствен­ной ка­ре­те за неиме­ни­ем луч­ше­го ноч­ле­га. Ло­уренс Стерн в по­след­ней гла­ве «Сен­ти­мен­таль­но­го пу­те­ше­ствия» рас­ска­зы­ва­ет о том, как на по­сто­я­лом дво­ре где-то меж­ду Са­вой­ей и Ту­ри­ном к нему подселили на ночь да­му со слу­жан­кой. О русских го­сти­ни­цах с их «кон­ным вой­ском», то есть кло­па­ми и бло­ха­ми, нема­ло яз­ви­тель­ных строк оста­вил Го­голь. Но­вую гла­ву в ис­то­рии го­сти­нич­но­го де­ла от­кры­ла Аме­ри­ка. 1920-е го­ды в Аме­ри­ке – «эра джа­за» – бы­ли вре­ме­нем бур­но­го эко­но­ми­че­ско­го ро­ста. Го­сти­нич­ный биз­нес стал од­ной из са­мых до­ход­ных от­рас­лей. Вме­сто «се­мей­но­го под­ря­да» в него при­шел боль­шой ка­пи­тал, по­яви­лись се­ти го­сти­ниц од­ной фир­мы. К кон­цу де­ся­ти­ле­тия отель­ный биз­нес стал седь­мой от­рас­лью аме­ри­кан­ской эко­но­ми­ки по чис­лу за­ня­тых в нем ра­бот­ни­ков и вло­жен­ным сред­ствам. Воз­ник­ла со­вер­шен­но но­вая кон­цеп­ция оте­ля. Ес­ли пре­жде отель был срав­ни­тель­но убо­гим при­ста­ни­щем, где при­ез­жий мог кое-как пе­ре­но­че­вать, в луч­шем слу­чае с од­ной ван­ной с про­точ­ной во­дой на эта­же и те­ле­фо­ном-ав­то­ма­том в лоб­би, то те­перь луч­шие оте­ли пре­вра­ти­лись в на­сто­я­щие двор­цы с пол­ным ком­плек­сом услуг по выс­ше­му раз­ря­ду. По­сто­яль­цу мож­но бы­ло во­об­ще не вы­хо­дить из оте­ля ни за ка­кой по­все­днев­ной нуж­дой. Отель стал фе­ше­не­бель­ным ме­стом, сре­до­то­чи­ем жиз­ни боль­шо­го го­ро­да. В луч­ших оте­лях бы­ли луч­шие ре- сто­ра­ны. В оте­лях на­зна­ча­лись де­ло­вые и лю­бов­ные сви­да­ния. В их бан­кет­ных за­лах устра­и­ва­лись сва­дьбы и юби­леи, кор­по­ра­ции про­во­ди­ли в оте­лях со­бра­ния сво­их ак­ци­о­не­ров. В кон­це кон­цов, бо­га­тые лю­ди ста­ли по­про­сту жить в оте­лях круг­лый год, пре­вра­тив рос­кош­ный но­мер в квар­ти­ру. В те го­ды взо­шла звез­да ар­хи­тек­то­ров Лео­нар­да Шуль­це и Фул­лер­то­на Ви­ве­ра – со­зда­те­лей та­ких все­мир­но из­вест­ных оте­лей, как «Уол­дорф-Асто­рия» и «Пьер» в Нью-Йор­ке и «Би­л­т­мор» в Лос-Ан­дже­ле­се. В Аме­ри­ке они счи­та­ют­ся клас­си­ка­ми отель­ной ар­хи- тек­ту­ры, умев­ши­ми най­ти оп­ти­маль­ное со­че­та­ние рос­ко­ши с при­быль­но­стью. Их оте­ли ста­ли тех­но­ло­ги­че­ским чу­дом то­го вре­ме­ни: элек­три­че­ские хо­ло­диль­ни­ки, кух­ни и пра­чеч­ные, обо­ру­до­ван­ные по по­след­не­му сло­ву то­гдаш­ней тех­ни­ки, лиф­ты, ван­на и те­ле­фон в каж­дом но­ме­ре. Фир­ме Schultze & Weaver Флаг­лер и за­ка­зал про­ект но­во­го «Брей­кер­са». В аме­ри­кан­ской ар­хи­тек­ту­ре гос­под­ство­вал то­гда стиль боз-ар – beaux-arts, по­лу­чив­ший свое на­зва­ние от со­здав­шей его Па­риж­ской шко­лы изящ­ных ис­кусств. Боз-ар при­шел на сме­ну псев­до-Сред­не­ве­ко­вью се­ре­ди­ны XIX ве­ка: неого­ти­ке, неорус­ско­му сти­лю. Эк­лек­тич­ный боз-ар со­че­тал в себе эле­мен­ты ита­льян­ско­го Ре­нес­сан­са и фран­цуз­ско­го ба­рок­ко. В Па­ри­же его ше­дев­ра­ми ста­ли Опе­ра Гар­нье, вок­зал д'Ор­се, дво­рец Тро­ка­де­ро, в Нью-Йор­ке – вок­зал Гранд-Цен­трал, Нью-Йорк­ская пуб­лич­ная биб­лио­те­ка и, ко­неч­но, оте­ли. В Нью-Йор­ке, кста­ти, все­го два оте­ля, объ­яв­лен­ных на­ци­о­наль­ны­ми ис­то­ри­че­ски­ми па­мят­ни­ка­ми, – «Плаза» и «Уол­дорф-Асто­рия». Шуль­це и Ви­вер бы­ли пре­крас­ны­ми ком­пи­ля­то­ра­ми с без­уко­риз­нен­ным вку­сом. Для но­во­го «Брей­кер­са» они за­им­ство­ва­ли эле­мен­ты сре­ди­зем­но­мор­ской ар­хи­тек­ту­ры, пре­жде все­го эпо­хи ита­льян­ско­го Воз­рож­де­ния. Из­дан­ная в 1904 го­ду кни­га Эдит Уор­тон «Ита­льян­ские вил­лы и их са­ды», снаб­жен­ная цвет­ны­ми ри­сун­ка­ми, ста­ла би­б­ли­ей аме­ри­кан­ских ар­хи­тек­то­ров. Глав­ный кор­пус «Брей­кер­са» соз­дан «по мо­ти­вам» вил­лы Ме­ди­чи в Ри­ме. Лео­нард Шуль­це впо­след­ствии при­зна­вал­ся, что впер­вые уви­дел изоб­ра­же­ние вил­лы в кни­ге Уор­тон. Вы­со­кие свод­ча­тые по­тол­ки глав­но­го ве­сти­бю­ля «Брей­кер­са» и их рос­пись за­им­ство­ва­ны у ге­ну­эз­ско­го па­лац­цо Кар­ре­га-Ка­таль­ди. Про­ек­ти­руя свой сре­ди­зем­но­мор­ский дво­рик, Шуль­це и Ви­вер вдох­нов­ля­лись са­дом вил­лы Лан­те в Ви­тер­бо, со­зда­ни­ем ма­нье­ри­ста позд­не­го Ре­нес­сан­са Джа­ко­мо да Ви­ньо­ла. Глав­ный фон­тан, под лег­кий плеск ко­то­ро­го так сладко пьет­ся утрен­ний ко­фе, ско­пи­ро­ван с од­но­го из фон­та­нов зна­ме­ни­тых фло­рен­тий­ских са­дов Бо­бо­ли. В этих ар­хи­тек­тур­ных изысках чув­ству­ет­ся фи­ло­со­фия аме­ри­кан­ских ка­пи­та­ли­стов то­го пе­ри­о­да, ко­то­рый впо­след­ствии по­лу­чил на­зва­ние «про­грес­сив­ной эры». Они ощу­ща­ли себя на­след­ни­ка­ми ве­ли­кой ев­ро­пей­ской тра­ди­ции, него­ци­ан­тов Ве­не­ци­ан­ской рес­пуб­ли­ки, по­кро­ви­те­лей ис­кусств и со­би­ра­те­лей со­кро­вищ.

Вер­ши­ной де­я­тель­но­сти Флаг­ле­ра стал «Брей­керс». Этот отель воз­во­дил­ся три­жды: в 1904 го­ду сго­ре­ло пер­вое де­ре­вян­ное зда­ние, по­стро­ен­ное в 1896-м; в 1925-м от элек­три­че­ских щип­цов для за­вив­ки во­лос слу­чил­ся но­вый пожар, спа­лив­ший зда­ние до­тла.

– Над эти­ми по­тол­ка­ми тру­ди­лись 73 ху­дож­ни­ка. Для та­ко­го за­мыс­ла нель­зя най­ти все в од­ном ме­сте – на­до со­би­рать и пред­ме­ты ис­кус­ства, и лю­дей, что­бы со­здать что-то та­ких мас­шта­бов. Неуди­ви­тель­но, что го­стя­ми «Брей­кер­са» бы­ли са­мые вы­да­ю­щи­е­ся лю­ди сво­е­го вре­ме­ни. Пре­зи­ден­ты, звез­ды ки­но, гла­вы круп­ней­ших кор­по­ра­ций. В на­чаль­ный пе­ри­од сво­е­го су­ще­ство­ва­ния в оте­ле про­хо­ди­ли зим­ний се­зон Мел­лон, Астор, Дю­пон – все гром­кие име­на про­мыш­лен­но­сти. Бри­тан­ская ко­ро­ле­ва здесь ни­ко­гда не бы­ва­ла, но сю­да при­ез­жа­ли ее сест­ра, оба ее сы­на и, ко­неч­но, невест­ка, прин­цес­са Ди­а­на. На боль­шие зим­ние ба­лы, вро­де ба­ла в честь Об­ще­ства Крас­но­го Кре­ста, все­гда при­гла­ша­лись де­ся­ток-пол­то­ра ино­стран­ных по­слов из Ва­шинг­то­на, раз­вле­кать их при­ез­жа­ли звез­ды шо­убиз­не­са, та­кие как Боб Хо­уп, так что эти сте­ны ви­де­ли мно­го зна­ме­ни­тых лю­дей.

Хра­ни­тель тра­ди­ций

Ген­ри Флаг­лер рас­стал­ся со сво­ей вто­рой же­ной Идой по­сле то­го, как у нее бы­ло ди­а­гно­сти­ро­ва­но тяж­кое и неиз­ле­чи­мое пси­хи­че­ское за­бо­ле­ва­ние. Она уда­ри­лась в ми­сти­ку и аст­ро­ло­гию и во­об­ра­зи­ла себя воз­люб­лен­ной рус­ско­го ца­ря. Флаг­лер вы­де­лил на ее со­дер­жа­ние и уход за ней гро­мад­ную по тем вре­ме­нам сум­му – мил­ли­он дол­ла­ров. По­треб­но­сти несчаст­ной Иды бы­ли столь незна­чи­тель­ны, что к мо­мен­ту ее кон­чи­ны в 1930 го­ду раз­мер ее со­сто­я­ния за счет бан­ков­ских про­цен­тов уве­ли­чил­ся до 12 мил­ли­о­нов. Тре­тьей же­ной 71-лет­не­го Флаг­ле­ра ста­ла 34-лет­няя Мэ­ри Ли­ли Ке­нан, дочь се­ве­ро­ка­ро­лин­ско­го пред­при­ни­ма­те­ля Уи­лья­ма Рэн­да Ке­на­на и сест­ра из­вест­но­го хи­ми­ка, от­кры­ва­те­ля аце­ти­ле­на Уи­лья­ма Рэн­да Ке­на­на – млад­ше­го. Для сов­мест­ной жиз­ни с ней Флаг­лер вы­стро­ил бе­ло­мра­мор­ный особ­няк Уайт­холл, где па­ра про­во­ди­ла каж­дую зи­му. В ян­ва­ре 1913 го­да 83-лет­ний Флаг­лер по­скольз­нул­ся и упал на сту­пе­ни мра­мор­ной лест­ни­цы соб­ствен­но­го до­ма. Он сло­мал шей­ку бед­ра и в мае то­го же го­да скон­чал­ся. Судь­ба Джейм­са Пон­са нераз­рыв­но свя­за­на с «Брей­кер­сом». Ста­нов­ле­ние ку­рорт­но­го биз­не­са Фло­ри­ды шло на его гла­зах. – Ну а вы са­ми: ко­гда ва­ша жизнь пе­ре­сек­лась с «Брей­кер­сом»? – Я ро­дил­ся в Сент-Ога­стине. Имен­но там на­чи­нал свой отель­ный биз­нес Флаг­лер, так что я вы­рос вме­сте с этим биз­не­сом. Во­е­вал на Вто­рой ми­ро­вой и Ко­рей­ской войне, по­том де­мо­би­ли­зо­вал­ся и по­сту­пил на ра­бо­ту в «Брей­керс» и с тех пор ра­бо­тал там прак­ти­че­ски без пе­ре­ры­вов. – Ка­кой бы­ла ва­ша пер­вая и по­след­няя долж­ность в оте­ле? – На­чи­нал де­жур­ным по го­сти­ни­це, а на пен­сию ушел за­ме­сти­те­лем управ­ля­ю­ще­го.

Фото из ар­хи­ва автора

Ген­ри Мор­ри­сон Флаг­лер, ос­но­ва­тель ку­рорт­но­го биз­не­са Фло­ри­ды

Экс­кур­сию ве­дет Джеймс Понс, исто­рик-лю­би­тель. Судь­ба Джейм­са Пон­са нераз­рыв­но свя­за­на с «Брей­кер­сом». Ста­нов­ле­ние ку­рорт­но­го биз­не­са Фло­ри­ды шло на его гла­зах

В бан­кет­ном за­ле зна­ме­ни­то­сти не­ред­ко празд­ну­ют сва­дьбы и юби­леи

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.