КОС­МИ­ЧЕ­СКИЙ СПА­СА­ТЕЛЬ

Без ма­ло­го три ча­са по­на­до­би­лось кос­мо­нав­там, что­бы пройти в от­кры­том кос­мо­се путь в 30 мет­ров до по­вре­ждён­ной теп­ло­изо­ля­ции. 78 ча­сов 48 ми­нут кос­мо­нав­та Ана­то­лия Со­ло­вьё­ва

Sovershenno Sekretno - Ukraina - - ППОЕЛРИСТОИНКАА - Ни­ко­лай та­ра­сен­ко

Боль­шая часть жиз­ни это­го че­ло­ве­ка, от­ме­ча­ю­ще­го в ян­ва­ре свой 70-лет­ний юби­лей, нераз­рыв­но свя­за­на с од­ной из самых ро­ман­ти­че­ских про­фес­сий в ми­ре – про­фес­си­ей кос­мо­нав­та. В по­зна­нии нема­ло­го чис­ла тайн ми­ро­зда­нья есть и его весь­ма ве­со­мый вклад. Вклад 65-го кос­мо­нав­та СССР и 208-го кос­мо­нав­та ми­ра Ана­то­лия Со­ло­вьё­ва.

Ана­то­лий Со­ло­вьёв со­вер­шил пять по­лё­тов на око­ло­зем­ной ор­би­те. В его по­служ­ном спис­ке 16 вы­хо­дов в от­кры­тый кос­мос об­щей про­дол­жи­тель­но­стью 78 ча­сов 48 ми­нут! Этот ре­зуль­тат вряд ли бу­дет кем-то пре­взой­дён в обо­зри­мом бу­ду­щем. Все­го же Ана­то­лий Со­ло­вьёв про­был на око­ло­зем­ной ор­би­те 651 сут­ки.

…Во время сво­е­го вто­ро­го кос­ми­че­ско­го по­лё­та Ана­то­лий Со­ло­вьёв со­вер­шил, по­жа­луй, два самых дра­ма­тич­ных вы­хо­да в без­воз­душ­ное про­стран­ство. Де­ло в том, что на ко­раб­ле «Со­юз ТМ-9» об­на­ру­жи­лось от­сло­е­ние экран­но-ва­ку­ум­ной теп­ло­изо­ля­ции (ЭВТИ). Ото­рвав­ши­е­ся эле­мен­ты гро­зи­ли непред­ска­зу­е­мы­ми про­бле­ма­ми во время ори­ен­та­ции ко­раб­ля. Оза­бо­чен­ность вы­зы­ва­ли пи­ро­бол­ты, по­пав­шие под воз­дей­ствие от­кры­то­го кос­ми­че­ско­го про­стран­ства. Кро­ме того, на­ру­шен­ная изо­ля­ция мог­ла по­слу­жить при­чи­ной кон­ден­са­ции вла­ги с по­сле­ду­ю­щим ко­рот­ким за­мы­ка­ни­ем. Воз­мо­жен был за­цеп ЭВТИ за ан­тен­ну си­сте­мы сты­ков­ки «Курс». У спе­ци­а­ли­стов Цен­тра управ­ле­ния по­лё­та­ми (ЦУП) было так­же опа­се­ние, что ре­монт­ные ра­бо­ты на ор­би­те вы­зо­вут ещё боль­шее по­вре­жде­ние обо­лоч­ки. Сло­вом, непри­ят­ных ва­ри­ан­тов, гра­ни­ча­щих с ка­та­стро­фой, про­смат­ри­ва­лось мно­же­ство. Но об этом несколь­ко позже.

PER ASPERA AD ASTRA

…Че­рез тер­нии к звёз­дам. Рим­ский фи­ло­соф Лу­ций Се­не­ка ис­поль­зо­вал это ла­тин­ское вы­ра­же­ние в сво­ём со­чи­не­нии «Не­и­сто­вый Гер­ку­лес». В бо­лее точ­ном пе­ре­во­де фра­за зву­чит при­мер­но так: «К звёз­дам, пре­одо­ле­вая труд­но­сти на пу­ти». Имен­но та­ким и был путь от зем­ли к звёз­дам у «неисто­во­го Со­ло­вьё­ва».

Кто пом­нит, в ка­кие да­ли толь­ко не за­во­ди­ли нас дет­ско-юно­ше­ские фан­та­зии! Од­на­ко со­вер­шен­но точ­но из­вест­ны бо­лее про­за­и­че­ские фак­ты на­ча­ла его жиз­нен­но­го пу­ти. К осу­ществ­ле­нию сво­ей меч­ты Ана­то­лий шёл дол­гой уха­би­стой до­ро­гой. С од­ной сто­ро­ны, пер­вые стро­ки био­гра­фии Со­ло­вьё­ва ти­пич­ны для лю­дей его по­ко­ле­ния. С дру­гой – жиз­нен­ные по­во­ро­ты с са­мо­го на­ча­ла вы­да­ют в нём неор­ди­нар­ную лич­ность. Су­ди­те са­ми. Ро­дил­ся в Ри­ге, в обыч­ной ра­бо­чей се­мье. Жи­ли небо­га­то, а по­то­му, окон­чив 9 клас­сов, по­шёл тру­дить­ся на Риж­ский за­вод строй­ма­те­ри­а­лов, по­том по­чти три го­да сле­са­рил в це­хах кам­воль­но­го про­из­вод­ствен­но­го объ­еди­не­ния. Од­но­вре­мен­но учил­ся в ве­чер­ней шко­ле. Не­ска­зан­но по­вез­ло с пре­по­да­ва­те­лем ма­те­ма­ти­ки – при­ви­тая им лю­бовь к сво­е­му пред­ме­ту при­ве­ла сле­са­ря Ана­то­лия Со­ло­вьё­ва на ска­мью пре­стиж­но- го фи­зи­ко-ма­те­ма­ти­че­ско­го фа­куль­те­та Лат­вий­ско­го го­су­ни­вер­си­те­та. Но, не за­вер­шив пер­вый курс, он остав­ля­ет ин­сти­тут и сно­ва на­де­ва­ет ра­бо­чую спе­цов­ку сле­са­ря в Лат­вий­ском объ­еди­нён­ном авиа­от­ря­де.

С августа 1968 го­да Ана­то­лий – кур­сант Чер­ни­гов­ско­го выс­ше­го во­ен­но­го авиа­ци­он­но­го учи­ли­ща лёт­чи­ков. Окон­чив учи­ли­ще, мо­ло­дой лей­те­нант по­лу­ча­ет ди­плом во­ен­но­го лёт­чи­ка-ин­же­не­ра. Если ду­ма­е­те, что даль­ше всё пошло по на­ка­тан­ной ко­лее, то глу­бо­ко оши­ба­е­тесь. С но­яб­ря 1972 го­да слу­жит стар­шим лёт­чи­ком раз­ве­ды­ва­тель­но­го авиа­пол­ка на Даль­нем Во­сто­ке. Вы­пол­ня­ет мно­же­ство слож­ней­ших раз­ве­ды­ва­тель­ных по­лё­тов на са­мо­лё­те МИГ-21Р, и уже че­рез год ему при­сва­и­ва­ет­ся ква­ли­фи­ка­ция «во­ен­ный лёт­чик 1-го клас­са». Ка­рье­ра че­ло­ве­ка в по­го­нах скла­ды­ва­лась весь­ма непло­хо.

Но од­на­жды по­сту­пи­ло пред­ло­же­ние пройти от­бор в от­ряд кос­мо­нав­тов. Вре­ме­ни для раз­ду­мий не да­ли. «При­нять ре­ше­ние было непро­сто, – вспо­ми­на­ет Ана­то­лий. – Риск со­сто­ял в том, что при про­хож­де­нии медицинского об­сле­до­ва­ния мож­но было «спо­ткнуть­ся» и по­те­рять всё. Та­кое слу­ча­лось с мо­и­ми то­ва­ри­ща­ми. Об­на­ру­жи­ва­лись про­бле­мы со здо­ро­вьем, и то­гда про­щай авиа­ция на­все­гда!»

Ана­то­лий Со­ло­вьёв риск­нул в оче­ред­ной раз и в на­ча­ле 1976 го­да был за­чис­лен в от­ряд кос­мо­нав­тов. За­вет­ная цель, ка­за­лось, на­ко­нец-то до­стиг­ну­та. Ещё немно­го, ещё чуть-чуть – и мож­но про­кри­чать на стар­те зна­ме­ни­тое га­га­рин­ское: «По­е­ха­ли!» Как бы не так. Под­го­тов­ка к кос­ми­че­ско­му по­лё­ту, ожи­да­ние за­вет­ной ко­ман­ды «ключ на старт» рас­тя­ну­лась для него на це­лых 12 лет.

КОР­ПУНКТ НА ОР­БИ­ТЕ

Моё зна­ком­ство с Ана­то­ли­ем Со­ло­вьё­вым на­счи­ты­ва­ет без ма­ло­го три де­ся­ти­ле­тия. Про­во­жал его в по­лё­ты с кос­мо­дро­мов Бай­ко­нур и мы­са Ка­на­ве­рал (США), встре­чал на месте по­сад­ки в ка­зах­ской сте­пи, ле­тал и ез­дил с ним в ко­ман­ди­ров­ки по стране, от­ме­чал сов­мест­ные дни рож­де­ния, па­рил­ся с ним в рус­ской бане... Ино­гда ка­жет­ся, что знаю об этом че­ло­ве­ке если не всё, то по­чти всё. Од­на­ко каж­дая новая встре­ча и даже ми­мо­лёт­ный раз­го­вор с ним – это но­вые от­кры­тия, неожи­дан­ный взгляд на мир, неор­ди­нар­ная оцен­ка тех или иных жи­тей­ских со­бы­тий. А на­чи­на­лась на­ша друж­ба с со­зда­ния кор­ре­спон­дент­ско­го пунк­та га­зе­ты «Эко­но­ми­ка и жизнь» (ра­бо­тал то­гда я в этом из­да­нии) на око­ло­зем­ной ор­би­те. Да-да, имен­но в кос­мо­се! Впро­чем, обо всём по по­ряд­ку.

Де­ло в том, что ещё Сер­гей Пав­ло­вич Ко­ро­лёв меч­тал от­пра­вить в кос­мос жур­на­ли­ста. Но Ко­ро­лё­ва не ста­ло, и идея ка­ну­ла в Ле­ту. В го­ды гор­ба­чёв­ской пе­ре­строй­ки у со­бра­тьев по пе­ру по­яви­лась идея ре­ани­ми­ро­вать дав­ний про­ект. Они, го­во­ря ны­неш­ним язы­ком, ре­ши­ли ор­га­ни­зо­вать все­со­юз­ную пи­ар-ак­цию по под­держ­ке оте­че­ствен­ной кос­мо­нав­ти­ки. Со­юз жур­на­ли­стов объ­явил на­бор же­ла­ю­щих от­пра­вить­ся за ре­пор­та­жа­ми на око­ло­зем­ную ор­би­ту. Вско­ре из огром­но­го чис­ла пре­тен­ден­тов вы­бра­ли имена ше­сти счаст­лив­чи­ков, про­шед­ших стро­жай­ший от­бор, преж­де все­го по со­сто­я­нию здо­ро­вья. Они и при­сту­пи­ли к на­зем­ным тре­ни­ров­кам в Цен­тре под­го­тов­ки кос­мо­нав­тов в Звёзд­ном го­род­ке.

Кос­ми­че­ский старт со­вет­ско­го жур­на­ли­ста пла­ни­ро­вал­ся к 30-ле­тию по­лё­та Га­га­ри­на. Осу­ществ­ле­нию это­го про­ек­та, ка­за­лось, ни­что не мог­ло по­ме­шать. Идею жур­на­лист­ско­го со­об­ще­ства под­дер­жал лич­но ген­сек ЦК КПСС Гор­ба­чёв. На встре­че с со­труд­ни­ка­ми га­зе­ты «Прав­да» Ми­ха­ил Сер­ге­е­вич твёр­до за­явил: «Во­прос уже ре­шён. Пер­вым жур­на­ли­стом бу­дет наш, и по­ле­тит он рань­ше япон­ско­го…» Спро­си­те, при чём тут япон­цы? Про­сто в это же са­мое время Глав­кос­мос вёл свои пе­ре­го­во­ры с япон­ской те­ле­ком­па­ни­ей «Ти-би-эс». Чи­нов­ни­ки от кос­мо­нав­ти­ки тор­го­ва­лись с япон­ца­ми о том, сколь­ко мож­но бу­дет «сру­бить» ва­лю­ты за по­лёт ино­стран­но­го жур­на­ли­ста. Ком­мер­ция в оте­че­ствен­ной кос­мо­нав­ти­ке на­чи­на­ла вы­хо­дить на пер­вый план. За­бе­гая впе­рёд, на­по­ми­наю: в ито­ге 4 де­каб­ря 1990 го­да на пи­ло­ти­ру­е­мом ко­раб­ле «Со­юз ТМ-11» на ор­би­таль­ную стан­цию «Мир» при­был япон­ский те­ле­жур­на­лист То­ё­хи­ра Аки­я­ма.

Да про­стят ме­ня кол­ле­ги, но с са­мо­го на­ча­ла мне как-то не ве­ри­лось, что имен­но со­вет­ский жур­на­лист пер­вым в ми­ре пре­одо­ле­ет зем­ное притяжение. Во-пер­вых, специалисты сра­зу за­го­во­ри­ли об эко­но­ми­че­ской неце­ле­со­об­раз­но­сти жур­на­лист­ской ко­ман­ди­ров­ки. Во-вто­рых, жар­кие дис­кус­сии про­хо­ди­ли на фоне кри­ти­че­ско­го ухуд­ше­ния эко­но­ми­че­ской си­ту­а­ции в стране. Насту­пи­ла эра сплош­но­го де­фи­ци­та, оску­де­ло фи­нан­си­ро­ва­ние мно­гих от­рас­лей про­мыш­лен­но­сти. Кос­мо­нав­ти­ке бы­ла про­пи­са­на жёст­кая фи­нан­со­вая ди­е­та: бюд­жет­ные ас­сиг­но­ва­ния со­кра­ти­лись в ра­зы.

В это же время, точ­нее, в де­каб­ре 1989 го­да мы и по­зна­ко­ми­лись с Ана­то­ли­ем Со­ло­вьё­вым. Он го­то­вил­ся к сво­е­му вто­ро­му стар­ту, и моя ре­дак­ция по­ру­чи­ла под­го­то­вить с ним ин­тер­вью в но­во­год­ний но­мер. Во время бе­се­ды в Звёзд­ном го­род­ке при­шла мысль: а что если нам са­мим «от­пра­вить» в кос­мос сво­е­го жур­на­ли­ста? Идея бы­ла, ко­неч­но, не но­ва – ещё рань­ше в кос­мос с удо­сто­ве­ре­ни­ем Со­ю­за жур­на­ли­стов СССР сле­тал Ви­та­лий Ива­но­вич Се­ва­стья­нов, и всё-та­ки ре­ши­ли по­про­бо­вать. Тем бо­лее Ана­то­лий Со­ло­вьёв ока­зал­ся сго­вор­чи­вым и дал своё доб­ро.

В пер­вом ян­вар­ском но­ме­ре еже­не­дель­ни­ка «Эко­но­ми­ка и жизнь» за 1990 год на пер­вой по­ло­се бы­ла опуб­ли­ко­ва­на за­мет­ка, ко­то­рая на­зы­ва­лась «Кос­ми­че­ский кор­ре­спон­дент». В ней со­об­ща­лось, что на­ка­нуне ред­кол­ле­гия еже­не­дель­ни­ка «Эко­но­ми­ка и жизнь» утвер­ди­ла лёт­чи­ка-кос­мо­нав­та СССР Ана­то­лия Яко­вле­ви­ча Со­ло­вьё­ва обо­зре­ва­те­лем га­зе­ты и ему вы­да­но ре­дак­ци­он­ное удо­сто­ве­ре­ние и ко­ман­ди­ро­воч­ное за­да­ние. С эти­ми до­ку­мен­та­ми 11 фев­ра­ля 1990 го­да наш кос­ми­че­ский спец­кор и от­пра­вил­ся в оче­ред­ной по­лёт.

ЭКО­НО­МИ­КА КОС­МО­СА

За день до стар­та на Бай­ко­ну­ре Ана­то­лий неожи­дан­но за­явил мне: «Сва­деб­ным ре­пор­тё­ром не бу­ду, не на­дей­ся!» И в шут­ку до­ба­вил: «А ты ду­май, как бу­дешь пе­ре­во­дить го­но­рар в кос­мос». Вско­ре от «Род­ни­ка» (кос­ми­че­ский по­зыв­ной Со­ло­вьё­ва) в Центр управ­ле­ния по­лё­та­ми на моё имя стали по­сту­пать кор­ре­спон­ден­ции и ре­пор­та­жи. Так в га­зе­те по­яви­лась одна из самых чи­та­е­мых руб­рик – «Кор­пункт на ор­би­те».

В своих за­мет­ках «кор­ре­спон­дент А. Со­ло­вьёв» не толь­ко рас­кры­вал тех­но­ло­гию про­во­ди­мых на бор­ту стан­ции «Мир» экс­пе­ри­мен­тов, но и ана­ли­зи­ро­вал их эко­но­ми­че­скую со­став­ля­ю­щую. Так, по его рас­чё­там, вложения в экс­пе­ди­цию ожи­да­лись в объ­ё­ме при­мер­но 90 мил­ли­о­нов тех со­вет­ских руб­лей. Хо­тя бы ча­стич­но оку­пить затра­ты на­де­я­лись, ис­поль­зуя воз­мож­но­сти но­во­го мо­ду­ля «Кри­сталл», ко­то­рый дол­жен был при­быть на стан­цию в ап­ре­ле. В усло­ви­ях неве­со­мо­сти дол­жен был за­ра­бо­тать ми­ни-за­вод по про­из­вод­ству по­лу­про­вод­ни­ко­вых кри­стал­лов. Плюс к это­му до­пол­ни­тель­ную при­быль обес­пе­чи­ли бы по­лу­чен­ные био­тех­но­ло­ги­че­ские пре­па­ра­ты, мно­го­чис­лен­ные ки­но­ма­те­ри­а­лы.

В раз­мыш­ле­ни­ях с ор­би­ты Со­ло­вьёв по­сто­ян­но, но в раз­ных ва­ри­а­ци­ях не уста­вал под­чёр­ки­вать: «Не на­до ожи­дать, что пи­ло­ти­ру­е­мый кос­мос в бли­жай­шее время пе­рей­дёт на са­мо­оку­па­е­мость. С уве­рен­но­стью мож­но го­во­рить лишь о вы­со­кой эко­но­ми­че­ской от­да­че от­дель­ных на­прав­ле­ний ис­сле­до­ва­ний и экс­пе­ри­мен­тов». Так, например, эф­фект от «кос­ми­че­ской гео­ло­гии» он вме­сте со спе­ци­а­ли­ста­ми оце­ни­вал в два мил­ли­ар­да руб­лей в год в це­нах того вре­ме­ни. Со­ло­вьёв весь­ма до­ход­чи­во объ­яс­нял чи­та­те­лям, как и ка­ким об­ра­зом мож­но по­лу­чать до­хо­ды, например, от ра­бот для нужд гео­де­зии и кар­то­гра­фии. С по­мо­щью фо­то­ап­па­ра­ту­ры ор­би­таль­но­го ком­плек­са за пять ми­нут на плён­ке мож­но отоб­ра­зить тер­ри­то­рию пло­ща­дью око­ло мил­ли­о­на квад­рат­ных ки­ло­мет­ров. С са­мо­лё­та на вы­пол­не­ние это­го же объ­ё­ма ра­бо­ты по­тре­бу­ет­ся не ме­нее двух лет. По рас­чё­там, каж­дый рубль, вло­жен­ный в кос­ми­че­ское фо­то­гра­фи­ро­ва­ние, да­вал пять руб­лей при­бы­ли.

Чест­но при­зна­юсь, от­кры­вая кор­пункт на ор­би­те, ре­дак­ция эко­но­ми­че­ско­го еже­не­дель­ни­ка пре­сле­до­ва­ла не толь­ко соб­ствен­ные ре­клам­ные це­ли. Мы рас­смат­ри­ва­ли ак­цию как по­вод для раз­мыш­ле­ния о пер­спек­ти­вах нашей кос­мо­нав­ти­ки и оте­че­ствен­ной про­мыш­лен­но­сти, о судь­бе са­мой стра­ны при пе­ре­хо­де к ры­ноч­ным от­но­ше­ни­ям. В усло­ви­ях по­ли­ти­че­ской нераз­бе­ри­хи и эко­но­ми­че­ской неста­биль­но­сти пуб­ли­ка­ции Ана­то­лия Со­ло­вьё­ва, а их на­бра­лось не один де­ся­ток, без вся­ко­го пре­уве­ли­че­ния сыг­ра­ли свою роль в вы­жи­ва­нии кос­ми­че­ской от­рас­ли. Ведь имен­но в те го­ды непре­рыв­но зву­ча­ла мысль: в кос­мос ле­та­ем, а кол­ба­сы и сы­ра в стране днём с ог­нём не сы­щешь. Сквозь та­кой до­воль­но сла­жен­ный хор го­ло­сов не од­них толь­ко недаль­но­вид­ных обы­ва­те­лей, но и по­ли­ти­ков, де­пу­та­тов, мно­го­чис­лен­ных экс­пер­тов и за­пад­ных со­вет­ни­ков-эко­но­ми­стов зву­чал ав­то­ри­тет­ный го­лос на­ше­го кор­ре­спон­ден­та, за­няв­ше­го прин­ци­пи­аль­но иную твёр­дую по­зи­цию. В од­ной из ста­тей он так и на­пи­сал: «За­кон­сер­ви­ру­ем кос­ми­че­ские ис­сле­до­ва­ния, от­ло­жим по­лё­ты, пре­кра­тим под­го­тов­ку кос­мо­нав­тов – бу­дем от­бро­ше­ны в на­уч­но-тех­ни­че­ском от­но­ше­нии на мно­го лет на­зад, оста­но­вим­ся в со­ци­аль­но-эко­но­ми­че­ском развитии, без­на­дёж­но от­ста­нем в осво­е­нии кос­мо­са».

ОТ­КРЫ­ТЫЙ ЛЮК НА МОДУЛЕ «КВАНТ-2»

Мо­е­му дру­гу Ана­то­лию Со­ло­вьё­ву со­всем не нра­вит­ся, когда время его пре­бы­ва­ния в от­кры­том око­ло­зем­ном про­стран­стве на­зы­ва­ют ре­кор­дом, за­не­сён­ным в кни­гу са­мо­го из­вест­но­го ир­ланд­ско­го пи­во­ва­ра Ар­ту­ра Гин­нес­са. По его глу­бо­ко­му убеж­де­нию, «ре­кор­ды уста­нав­ли­ва­ют­ся спортс­ме­на­ми в за­лах и на ста­ди­о­нах». От­ча­сти с этим мож­но со­гла­сить­ся, а по­то­му его ми­ро­вой ре­корд пред­по­чи­таю на­зы­вать ми­ро­вым до­сти­же­ни­ем про­фес­си­о­наль­но­го кос­мо­нав­та. Дей­стви­тель­но, прак­ти­че­ски все 16 вы­хо­дов Ана­то­лия Со­ло­вьё­ва за пре­де­лы ор­би­таль­ной стан­ции бы­ли свя­за­ны с се­рьёз­ной вне­ко­ра­бель­ной де­я­тель­но­стью: уста­нов­ка но­во­го обо­ру­до­ва­ния, ис­пы­та­ния ска­фанд­ра, на­ко­нец, ре­мон­ты. Порой ад­ская, до пол­но­го из­ну­ре­ния ра­бо­та на рас­сто­я­нии око­ло 400 ки­ло­мет­ров от Зем­ли, на стан­ции, несу­щей­ся по ор­би­те со ско­ро­стью при­мер­но 8 ки­ло­мет­ров в се­кун­ду. При этом у него ни­ко­гда не за­кра­ды­ва­лась даже мысль о са­мо­ре­кла­ме или до­сти­же­нии де­шё­вой по­пу­ляр­но­сти. Про­сти, мой то­ва­рищ, за па­фос, но твои 78 ча­сов 48 ми­нут на ор­би­те ина­че как тру­до­вым по­дви­гом на­звать не мо­гу. При этом, пе­ре­фра­зи­руя вы­ска­зы­ва­ние зна­ме­ни­то­го лёт­чи­ка Александра По­крыш­ки­на, каж­дый твой вы­ход за пре­де­лы стан­ции «тре­бо­вал мыс­ли, ма­стер­ства и рис­ка». Но вер­нём­ся ко вто­ро­му тво­е­му вы­хо­ду, едва не став­ше­му для те­бя по­след­ним.

Пе­ре­го­во­ры эки­па­жа с Зем­лёй ка­ким-то об­ра­зом стали до­сто­я­ни­ем за­ру­беж­ных СМИ. Аме­ри­кан­ский еже­не­дель­ник «Ави­эйшн уик энд спейс тек­но­лод­жи» под­нял тре­во­гу: «Су­ме­ют ли вер­нуть­ся на Зем­лю со­вет­ские кос­мо­нав­ты?» Не удер­жа­лись от сен­са­ци­он­ных «от­кро­ве­ний» и дру­гие из­да­ния: «Си­ту­а­ция на бор­ту пред­став­ля­ет угро­зу жиз­ни эки­па­жа», «Стрес­со­вая си­ту­а­ция на ор­би­те»... В от­ли­чие от пад­ких до сенсаций жур­на­ли­стов кос­мо­нав­ты, ко­ман­дир Ана­то­лий Со­ло­вьёв и борт­ин­же­нер Алек­сандр Ба­лан­дин, вос­при­ня­ли слу­чив­ше­е­ся зна­чи­тель­но спо­кой­нее, про­дол­жая нести кос­ми­че­скую вах­ту в обыч­ном ре­жи­ме. А ведь глав­ные вол­не­ния бы­ли ещё впе­ре­ди.

Оче­ред­ной «гру­зо­вик» до­ста­вил на ор­би­ту мон­таж­ную лест­ни­цу-трап, необ­хо­ди­мый ин­стру­мент и по­дроб­ную ин­струк­цию о по­ряд­ке дей­ствий. 17 июля 1990 го­да в 17 ча­сов 06 ми­нут был от­крыт вы­ход­ной люк, и «Род­ни­ки» (по­зыв­ной эки­па­жа) от­пра­ви­лись на ра­бо­ту в от­кры­том кос­мо­се. Че­рез неко­то­рое время цик­ло­грам­му (это до­ку­мент, в ко­то­ром по­ми- нут­но рас­пи­са­ны все дей­ствия кос­мо­нав­тов) при­шлось кор­рек­ти­ро­вать уже по хо­ду опе­ра­ции. С ор­би­ты в эфир до­нес­лось: «Ид­ти даль­ше не мо­жем, ме­ша­ет ан­тен­на». При­шлось вер­нуть­ся об­рат­но и об­хо­дить мо­дуль с дру­гой сто­ро­ны. Без ма­ло­го три ча­са по­на­до­би­лось кос­мо­нав­там, что­бы пройти тя­жё­лый, при­мер­но 30-мет­ро­вый путь до по­вре­ждён­ной теп­ло­изо­ля­ции.

На­ча­лась слож­ней­шая опе­ра­ция по за­креп­ле­нию от­сло­ив­шей­ся об­шив­ки. Вот уж где точ­но при­го­ди­лись по­лу­чен­ные Со­ло­вьё­вым в юно­сти на­вы­ки сле­са­ря. Бри­га­да кос­ми­че­ских ре­монт­ни­ков ра­бо­та­ла на пределе че­ло­ве­че­ских сил и воз­мож­но­стей. На­дёж­но за­креп­ле­ны два из трёх ли­стов ЭВТИ. Не толь­ко ко­рабль, но и время за бор­том нес­лось с кос­ми­че­ской ско­ро­стью. По­сле ше­сти с по­ло­ви­ной ча­сов непре­рыв­ной ра­бо­ты из ЦУПА по­сту­пи­ла ко­ман­да воз­вра­щать­ся на стан­цию. За­кан­чи­вал­ся ре­сурс ска­фанд­ров, и на всё про всё у них оста­ва­лось при­мер­но пол­ча­са. А тут вдруг новая бе­да – вы­яс­ни­лось, что люк на модуле «Квант-2» невоз­мож­но за­крыть. Труд­но даже пред­ста­вить, что пе­ре­жи­ли они в эти ми­ну­ты. Глав­ное – им не из­ме­ни­ли вы­держ­ка и са­мо­об­ла­да­ние. Они успе­ли вер­нуть­ся в свой кос­ми­че­ский дом че­рез шлюз ос­нов­но­го бло­ка стан­ции. А ещё че­рез 9 дней был но­вый вы­ход в от­кры­тый кос­мос и по­пыт­ка в те­че­ние 3 ча­сов 31 ми­ну­ты от­ре­мон­ти­ро­вать зло­по­луч­ный люк. До­де­лать не успе­ли, а вско­ре эки­паж в со­ста­ве Ана­то­лия Со­ло­вьё­ва и Александра Ба­лан­ди­на вер­нул­ся на Зем­лю.

…В мо­ей кол­лек­ции кос­ми­че­ских су­ве­ни­ров нема­ло уни­каль­ных до­ку­мен­тов и

пред­ме­тов. Ша­ри­ко­вые руч­ки, «про­ра­бо­тав­шие» на ор­би­те три го­да, кон­вер­ты с бор­то­вой пе­ча­тью стан­ции «Мир», тю­би­ки с кос­ми­че­ской едой, ар­хив­ные фо­то­гра­фии. Но са­мый до­ро­гой пред­мет кол­лек­ции – ма­лень­кий ку­со­чек необыч­ной се­реб­ри­стой фоль­ги от ЭВТИ. Этот по­да­рок с ор­би­ты Ана­то­лий Со­ло­вьёв вру­чил мне на день рож­де­ния.

«ХО­ЧУ ЛЕ­ТАТЬ!»

В от­ря­де кос­мо­нав­тов Ана­то­лия Со­ло­вьё­ва близ­кие дру­зья ино­гда шут­ли­во на­зы­ва­ют Кнехт. Не знаю, как при­ле­пи­лось к нему это про­зви­ще, но до­га­ды­ва­юсь, по­че­му он его за­слу­жил. Во­об­ще-то, кнехт, на­пом­ню, – это пар­ная тум­ба с об­щим ос­но­ва­ни­ем на па­лу­бе суд­на или на при­ча­ле для креп­ле­ния тро­сов. Да, имен­но за уве­рен­ность, немно­го­слов­ность, на­дёж­ность и вы­держ­ку Ана­то­лий Со­ло­вьёв удо­сто­ил­ся это­го «зва­ния». А ещё Кнехт – это че­ло­век с от­кры­той и прин­ци­пи­аль­ной жиз­нен­ной по­зи­ци­ей. Су­ди­те са­ми.

В мае 1996 го­да Ана­то­лий Со­ло­вьёв пер­вым из ЦПК име­ни Ю.А. Га­га­ри­на от­пра­вил­ся в США для ко­ор­ди­на­ции под­го­тов­ки в НАСА рос­сий­ских кос­мо­нав­тов. Речь о на­зна­че­нии его ко­ман­ди­ром пер­во­го эки­па­жа на Меж­ду­на­род­ную кос­ми­че­скую стан­цию (МКС) не шла. По мне­нию кос­ми­че­ских на­чаль­ни­ков двух стран, ко­лос­саль­ный опыт Со­ло­вьё­ва дол­жен был обес­пе­чить успех при стро­и­тель­стве и экс­плу­а­та­ции МКС. До­пол­ни­тель­ные ар­гу­мен­ты та­ко­го ре­ше­ния бы­ли неоспо­ри­мы: по­лёт к стан­ции двух рос­сий­ских кос­мо­нав­тов и од­но­го американского аст­ро­нав­та пла­ни­ро­вал­ся на рос­сий­ском ко­раб­ле, к то­му же ле­тел эки­паж на рос­сий­ский мо­дуль «Звез­да», ме­ди­цин­ское обес­пе­че­ние по­лё­та пла­ни­ро­ва­лось по рос­сий­ской ме­то­ди­ке. Толь­ко в один из моментов аме­ри­кан­цы вдруг пе­ре­ду­ма­ли и, от­ме­нив пред­ва­ри­тель­ные до­го­во­рён­но­сти, ре­ши­ли на­зна­чить ко­ман­ди­ром экс­пе­ди­ции сво­е­го со­оте­че­ствен­ни­ка.

Уи­льям Ше­пард, непло­хой че­ло­век, как го­во­рят ян­ки, свой па­рень. Слу­жил в от­ря­де бо­е­вых плов­цов, ка­пи­тан 1 ран­га ВМС США, сде­лал неплохую ка­рье­ру в НАСА. А глав­ное – к мо­мен­ту стар­та на МКС со­вер­шил це­лых три кос­ми­че­ских по­лё­та. Не по­ве­ри­те, об­щей про­дол­жи­тель­но­стью... 18 су­ток.

Рос­сий­ское кос­ми­че­ское агент­ство сда­лось то­гда за­оке­ан­ским кол­ле­гам прак­ти­че­ски без осо­бых воз­ра­же­ний. Со­ло­вьё­ву пред­ло­жи­ли сле­тать на МКС, од­на­ко его роль све­ли к до­став­ке эки­па­жа на стан­цию и управ­ле­нию ко­раб­лём при воз­вра­ще­нии на Зем­лю. То­гда он и ска­зал своё твёр­дое «нет». Это был бес­пре­це­дент­ный слу­чай в ис­то­рии кос­мо­нав­ти­ки. В здра­вом уме и твёр­дой па­мя­ти Со­ло­вьёв соб­ствен­ной ру­кой по­ста­вил крест на уча­стии в ис­то­ри­че­ской мис­сии, от- ка­зал­ся от при­лич­ных де­нег за по­лёт, ли­шил се­бя за­оке­ан­ских ко­ман­ди­ро­вок. Его «де­марш», к сло­ву, вос­хи­тил и ря­до­вых аме­ри­кан­ских аст­ро­нав­тов. В тайне от кол­лег они по­жи­ма­ли Ана­то­лию ру­ку и вы­ра­жа­ли под­держ­ку и со­чув­ствие.

А чи­нов­ни­ки от кос­мо­са быст­ро на­шли за­ме­ну строп­ти­во­му от­каз­ни­ку. В по­ряд­ке, ви­ди­мо, мо­раль­ной ком­пен­са­ции Со­ло­вьё­ву пред­ло­жи­ли вы­со­кую ад­ми­ни­стра­тив­ную долж­ность в Цен­тре под­го­тов­ки кос­мо­нав­тов. Но и тут он ока­зал­ся вер­ным се­бе – от­ве­тил ко­рот­ко и яс­но: «Хо­чу ле­тать!» И в ав­гу­сте 1997 го­да вме­сте с Пав­лом Ви­но­гра­до­вым от­пра­вил­ся в свой пя­тый кос­ми­че­ский во­яж. Эки­па­жу пред­сто­я­ла се­рьёз­ней­шая ра­бо­та по ре­мон­ту ор­би­таль­ной стан­ции «Мир», ко­то­рая ра­нее бы­ла по­вре­жде­на из-за столк­но­ве­ния с гру­зо­вым ко­раб­лём «Про­гресс».

За семь вы­хо­дов в от­кры­тый кос­мос об­щей про­дол­жи­тель­но­стью 35 ча­сов 08 ми­нут «кос­ми­че­ские бра­тья» Со­ло­вьёв и Ви­но­гра­дов при­ве­ли стан­цию «Мир» в по­ря­док. Они вер­ну­лись на Зем­лю в фев­ра­ле 1998 го­да, по­счи­тав свою бес­при­мер­ную по кос­ми­че­ским мер­кам ра­бо­ту вы­пол­нен­ной. На­до ли нам ком­мен­ти­ро­вать их есте­ствен­ную реакцию на со­бы­тие, про­изо­шед­шее 16 но­яб­ря 2000 го­да? На за­се­да­нии Правительства России гла­ва Рос­сий­ско­го кос­ми­че­ско­го агент­ства Юрий Ко­птев пред­ло­жил за­то­пить стан­цию по при­чине вы­ра­бот­ки ре­сур­са и невоз­мож­но­сти обес­пе­че­ния тре­бо­ва­ний по на­уч­ной про­грам­ме и пи­ло­ти­ру­е­мым по- лё­там. Пре­мьер-ми­нистр Ми­ха­ил Ка­сья­нов под­дер­жал пред­ло­же­ние Ко­пте­ва, и 30 де­каб­ря 2000 го­да рос­сий­ский ка­би­нет ми­ни­стров из­дал по­ста­нов­ле­ние № 1035 «О за­вер­ше­нии ра­бо­ты ор­би­таль­но­го пи­ло­ти­ру­е­мо­го ком­плек­са «Мир». 23 мар­та 2001 го­да кос­ми­че­ский дом, вос­ста­нов­лен­ный зо­ло­ты­ми ру­ка­ми Со­ло­вьё­ва и Ви­но­гра­до­ва, был за­топ­лен в Ти­хом оке­ане.

ИСТРЕБИТЕЛЬ НА ВЕРТИКАЛЬНЫХ ФИГУРАХ

Своё 70-ле­тие про­слав­лен­ный кос­мо­навт от­ме­ча­ет как обыч­но – без из­лиш­ней шу­ми­хи, в се­мье же­ны На­та­льи, с дву­мя сы­но­вья­ми и внуч­ка­ми. На­стро­е­ние то­же как обыч­но, как буд­то не было за спи­ной столь дол­гих, мно­го­ме­сяч­ных от­лу­чек из род­но- го до­ма. На во­прос, как ему уда­лось до­стичь столь впе­чат­ля­ю­щих ре­зуль­та­тов в кос­мо­се, ведь при­леж­но­сти и лёт­но­го та­лан­та здесь яв­но недо­ста­точ­но, на­до ещё об­ла­дать и недю­жин­ным здо­ро­вьем, он скром­но отве­ча­ет:

– Нач­нём с того, что в кос­мо­нав­ты я при­шёл из во­ен­ных лёт­чи­ков, и уже это опре­де­ли­ло моё от­но­ше­ние к фи­зи­че­ским на­груз­кам. Ина­че лёт­ный век у ме­ня мог быть ко­рот­ким. У лёт­чи­ка ведь что глав­ное? Ис­прав­ность ве­сти­бу­ляр­но­го ап­па­ра­та, а зна­чит, на­до было от­дать пред­по­чте­ние по­движ­ным ви­дам спорта, осо­бен­но иг­ро­вым – футболу, во­лей­бо­лу. Но важ­ны и мыш­цы, и спи­на, по­это­му при­хо­ди­лось за­ни­мать- ся ган­те­ля­ми, на пе­ре­кла­дине. Тя­гать руч­ку ис­тре­би­те­ля на вертикальных фигурах – до­воль­но се­рьёз­ная фи­зи­че­ская ра­бо­та. И ко­неч­но, на­гру­жал лёг­кие – что­бы «ды­хал­ка» бы­ла в по­ряд­ке. Да ещё и бе­гал – этим я ре­гу­ляр­но за­ни­мал­ся, и тем ин­тен­сив­нее, чем стар­ше ста­но­вил­ся. Еже­днев­но про­бе­гать 5–6 ки­ло­мет­ров для ме­ня это ста­ло за­ко­ном. Про­сто на­до было впи­сать­ся в тот ко­ри­дор здо­ро­вья, ко­то­рый тре­бу­ет­ся для по­лё­тов в кос­мос. По­мог­ло то, что с дет­ства увле­кал­ся фут­бо­лом, при­чём на пес­ке. Это се­го­дня стали разыг­ры­вать чем­пи­о­на­ты ми­ра по пляж­но­му футболу, мы же го­ня­ли мяч на пля­же Риж­ско­го взмо­рья. Там дю­ны под­хо­ди­ли пря­мо к шко­ле. С ка­ким же пы­лом мы, па­ца­ны, сра­жа­лись за честь шко­лы, рай­о­на, сколь­ко в нас было азар­та! Что там Пе­ле, Гар­рин­чи, когда у нас бы­ли свои дво­ро­вые и рай­он­ные ге­рои Ва­си, Пе­ти, Ва­ни…

…Но не спор­том еди­ным. По­про­буй­те най­ти се­го­дня по­ми­дор, ко­то­рый раз­ла­мы­ва­ешь, а он, хру­сталь­ный, пря­мо брыз­жет аро­ма­том. А моё дет­ство про­шло на окра­ине Ри­ги, у нас был свой ого­род. И вот на­го­ня­ешь­ся за день, а по­том съе­да­ешь та­кой овощ, да ещё и огур­чик све­же­со­рван­ный, да кра­ю­ху па­ху­че­го хле­ба – и си­лы вос­ста­нав­ли­ва­ют­ся. Это со­всем не зна­чит, что ме­ня обо­шёл клас­си­че­ский на­бор дет­ских хво­рей. По­ни­ма­е­те, если, ска­жем, учё­но­му до­ста­точ­но на­коп­лен­ных зна­ний, спортс­ме­ну – на­коп­лен­ной мы­шеч­ной мас­сы для ре­кор­дов, кос­мо­нав­ту нуж­но и то, и дру­гое.

Что се­го­дня бес­по­ко­ит кос­мо­нав­та, так это сни­же­ние ин­те­ре­са к его про­фес­сии.

– Нын­че, что гре­ха та­ить, – со­кру­ша­ет­ся Со­ло­вьёв, – она, по­хо­же, по­те­ря­ла свою пре­стиж­ность, как, ска­жем, во вре­ме­на по­лё­та Га­га­ри­на, когда вся стра­на бук­валь­но рва­лась в кос­мос. Ведь об­ще­ствен­но­го при­зна­ния нын­че мож­но до­бить­ся, не от­ры­ва­ясь от те­ле­экра­на, из соб­ствен­но­го офи­са…

Не еди­но­жды, вспо­ми­на­ет он, при­хо­ди­лось, вы­би­ва­ясь из кос­ми­че­ско­го ре­жи­ма, де­лать необ­хо­ди­мые сним­ки Зем­ли: вид со стан­ции та­кой, что по­доб­ное мо­жет ни­ко­гда и не по­вто­рить­ся. Это и есть то сча­стье, ко­то­ро­му мо­жет по­за­ви­до­вать каж­дый, ко­му не до­ве­лось его ощу­тить так, как мне и мо­им кос­ми­че­ским со­бра­тьям. Уве­рен, оно не по­ки­нет нас ни­ко­гда…

Об ав­то­ре: та­ра­сен­ко ни­ко­лай Пав­ло­вич – обозреватель жур­на­ла «Рос­сий­ская Фе­де­ра­ция се­го­дня». Кан­ди­дат эко­но­ми­че­ских на­ук.

Ра­бо­тал в мно­го­ти­раж­ной прес­се, «Стро­и­тель­ной га­зе­те», еже­не­дель­ни­ке «Эко­но­ми­ка и жизнь».

Фо­то из ар­хи­ва ана­то­лия Со­ло­вьё­ва

кос­мо­нав­ты па­вел ви­но­гра­дов и ана­то­лий Со­ло­вьёв во время встре­чи но­во­го го­да на Ор­би­те

ана­то­лий Со­ло­вьёв по­здрав­ля­ет моск­ву С её 850-ле­ти­ем пря­мо из От­кры­то­го КОС­МО­СА

на бор­ту Ор­би­таль­ной Стан­ции приходится быть го­то­вым к лю­бой нештат­ной Си­ту­а­ции

Фо­то­ап­па­рат – по­сто­ян­ный Спут­ник кос­мо­нав­та во время дол­гих ме­ся­цев Ор­би­таль­ной вах­ты

по Сло­вам кос­мо­нав­та, нет ни­че­го бо­лее пре­крас­но­го, чем вид из КОС­МО­СА на на­шу планету, ко­то­рую хо­чет­ся Сни­мать бес­ко­неч­но. (ФО­ТО Сде­ла­но ана­то­ли­ем Со­ло­вьё­вым)

в Свои 70 лет кос­мо­навт Со­ло­вьёв на­хо­дит­ся в пре­крас­ной Фор­ме

ав­то­граф ана­то­лия Со­ло­вьё­ва, кос­ми­че­ско­го кор­ре­спон­ден­та га­зе­ты «Эко­но­ми­ка и жизнь»

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.