Здрав­ствуй­те, я ваш пол­ков­ник!

Вес­ной 1929 го­да в ев­ро­пе раз­ра­зил­ся гран­ди­оз­ный скан­дал. Пол­ков­ник Бар­кер, быв­ший од­ним из ли­де­ров ан­глий­ских «на­ци­о­нал-фа­ши­стов», ока­зал­ся… жен­щи­ной

Sovershenno Sekretno - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Дмит­рий НИ­КО­ЛА­ЕВ

Вес­ной 1929 го­да в Ев­ро­пе раз­ра­зил­ся гран­ди­оз­ный скан­дал. Пол­ков­ник Бар­кер, быв­ший од­ним из ли­де­ров ан­глий­ских «на­ци­о­нал-фа­ши­стов», ока­зал­ся… жен­щи­ной. Не склон­ное то­гда к то­ле­рант­но­сти ев­ро­пей­ское об­ще­ство бы­ло по­верг­ну­то в шок. Ведь у пол­ков­ни­ка да­же был сын, ис­кренне счи­тав­ший его сво­им от­цом.

В на­ча­ле мар­та 1929 го­да в Лон­доне был аре­сто­ван пол­ков­ник Лес­ли Ай­вор Вик­тор Гонт­летт Блайт Бар­кер, ува­жа­е­мый член об­ще­ства и бле­стя­щий офи­цер, на­граж­ден­ный зна­ка­ми от­ли­чия за храб­рость. Об­ви­ня­ли пол­ков­ни­ка в том, что он не вы­пла­тил 103 фун­та стер­лин­гов за арен­ду и стра­хов­ку по­ме­ще­ния при­над­ле­жав­ше­го ему ре­сто­ра­на, – де­ло, ко­неч­но, непри­ят­ное, но не бо­лее то­го. Но в тюрь­ме об­на­ру­жи­лось, что че­ло­век, ко­то­ро­го счи­та­ли об­раз­цо­вым бо­е­вым офи­це­ром, за­яд­лый курильщик, лю­би­тель вы­пить и креп­ко вы­ру­гать­ся, ин­струк­тор гвар­дей­ско­го пол­ка по бок­су и быв­ший сек­ре­тарь гла­вы ан­глий­ских фа­ши­стов Рип­пон-Сей­му­ра, на са­мом де­ле яв­ля­ет­ся жен­щи­ной. Не склон­ное то­гда к то­ле­рант­но­сти ев­ро­пей­ское об­ще­ство бы­ло по­верг­ну­то в шок.

Вполне ве­ро­ят­но, что сек­рет пол­ков­ни­ка Бар­ке­ра так бы ни­кто ни­ко­гда и не рас­крыл, ес­ли бы де­ла при­над­ле­жав­ше­го ему ре­сто­ра­на, рас­по­ло­жен­но­го в рай­оне Ча­ринг-Кросс, шли успеш­но. Из­вест­ный хле­бо­сол, пол­ков­ник ча­сто со­би­рал в сво­ем ре­сто­ране мно­го­чис­лен­ных дру­зей, и, по их сви­де­тель­ствам, сам да­вал ука­за­ния по­ва­ру и сле­дил за при­го­тов­ле­ни­ем блюд. Его труб­ка веч­но ды­ми­лась, он не огра­ни­чи­вал се­бя в вы­пив­ке, хо­тя пья­ным его ни­кто не ви­дел… Но у ре­сто­ра­на воз­ник­ли фи­нан­со­вые про­бле­мы. Пол­ков­ник за­дол­жал 103 фун­та стер­лин­гов за арен­ду и стра­хов­ку по­ме­ще­ния и, по­сле то­го как в лон­дон­ский суд по­ста­но­вил взыс­кать с него эту сум­му, по­чел за луч­шее скрыть­ся от су­деб­ных при­ста­вов. Ко­гда те яви­лись с ис­пол­ни­тель­ным ли­стом к нему на квар­ти­ру в ари­сто­кра­ти­че­ском рай­оне Парк-Лэйн, вы­яс­ни­лось, что Бар­кер вы­ехал в неиз­вест­ном на­прав­ле­нии. Впро­чем, най­ти до­ста­точ­но за­мет­но­го в лон­дон­ском об­ще­стве че­ло­ве­ка боль­шо­го тру­да не со­ста­ви­ло, тем бо­лее что Бар­кер и не осо­бо скры­вал­ся. Он по­сту­пил на служ­бу в ка­че­стве за­ве­ду­ю­ще­го в сто­лич­ный Ри­джент-Па­лас-Отель, где быст­ро сде­лал­ся лю­бим­цем и за­все­гда­та­ев, и слу­жа­щих. Они по­том рас­ска­зы­ва­ли, что пол­ков­ник лю­бил по­го­во­рить с по­сто­яль­ца­ми о сво­ей во­ен­ной ка­рье­ре и о ми­нув­шей войне. Ко­гда Бар­кер был об­на­ру­жен и аре­сто­ван, его до­ста­ви­ли в муж­скую Брикс­тон­скую тюрь­му. И вот там-то и про­изо­шел «се­анс саморазоблачения». Со­глас­но уста­нов­лен­ным пра­ви­лам, все аре­сто­ван­ные в обя­за­тель­ном по­ряд­ке долж­ны бы­ли про­хо­дить ме­ди­цин­ский осмотр. Но пол­ков­ник не со­гла­сил­ся на эту про­це­ду­ру и за­явил, что он – вер­нее она – жен­щи­на. Прав­да, свое на­сто­я­щее имя Бар­кер наз­вать при этом от­ка­зал­ся. По­сле то­го как на­чаль­ник тюрь­мы до­ло­жил о слу­чив­шем­ся ми­ни­стру внут­рен­них дел, мни­мо­го пол­ков­ни­ка от­пра­ви­ли в жен­скую тюрь­му Хол­лоуэй. И на­ча­ли рас­сле­до­ва­ние…

она об­ла­да­ла страш­ной Фи­зи­че­ской си­лой...

«Мы все ис­кренне счи­та­ли его об­раз­цом ан­глий­ско­го бо­е­во­го офи­це­ра, – рас­ска­зы­ва­ли жиль­цы до­ма, в ко­то­ром сни­мал квар­ти­ру пол­ков­ник Бар­кер. – Ино­гда он вы­хо­дил из до­ма в штат­ском, ино­гда в фор­ме, ча­сто по­яв­лял­ся в ко­стю­ме для вер­хо­вой ез­ды, ко­то­рой весь­ма увле­кал­ся. Его вы­прав­ка и ма­не­ры не воз­буж­да­ли ни ма­лей­ше­го со­мне­ния. Впе­чат­ле­ние му­же­ствен­но­сти уси­ли­ва­лось еще и тем, что «пол­ков­ник» лю­бил ввер­нуть в раз­го­во­ре креп­кое слов­цо… Да и во всей квар­ти­ре жен­щи­ной не пах­ло…» Прав­да, хо­ло­стяц­кую жизнь пол­ков­ник Бар­кер вел толь­ко по­след­ние два го­да пе­ред раз­об­ла­че­ни­ем. А до это­го, по сви­де­тель­ству ла­кея, про­слу­жив­ше­го несколь­ко лет в до­ме Бар­ке­ра, он был пре­крас­ным се­мья­ни­ном. Да-да, у пол­ков­ни­ка бы­ли же­на и сын. «Они очень лю­би­ли вы­ез­жать и обыч­но обе­да­ли в ре­сто­ра­нах! По празд­ни­кам на квар­ти­ру при­ез­жал маль­чик лет вось­ми. Он все­гда на­зы­вал пол­ков­ни­ка «па­пой», а мать «те­тей», так как она бы­ла вто­рой же­ной пол­ков­ни­ка, – объ­яс­нял ла­кей. – Они ка­за­лись мне счаст­ли­вей­шей су­пру­же­ской па­рой в ми­ре. Каж­дое утро я по­да­вал пол­ков­ни­ку во­ду для бри­тья, и очень ча­сто ви­дел его с на­мы­лен­ны­ми ще­ка­ми и с брит­вой в ру­ках. Прав­да, те­перь я вспо­ми­наю, что ни­ко­гда не ви­дел в мыль­ной пене сле­дов сбри­тых во­лос». Что же го­во­рить о соседях и ла­кее, ес­ли да­же же­на мни­мо­го пол­ков­ни­ка, урож­ден­ная Хо­уорд, не по­до­зре­ва­ла об об­мане. Бар­кер же­нил­ся на 27-лет­ней до­че­ри ап­те­ка­ря в но­яб­ре 1923 го­да. В цер­ков­ных за­пи­сях зна­чи­лось, что мо­ло­дой су­пруг – 29 лет­ний Вик­тор Бар­кер, хо­ло­стой, сво­бод­ной про­фес­сии, жи­вет в Гранд-Оте­ле. В луч­шем оте­ле Брай­то­на и от­празд­но­ва­ли сва­дьбу. «Я вы­шла за­муж за пол­ков­ни­ка Бар­ке­ра в Брай­тоне пять лет на­зад. Но я и не по­до­зре­ва­ла, что он – жен­щи­на, – объ­яс­ня­ла же­на Бар­ке­ра, по­сле то­го как все об­на­ру­жи­лось. – Ес­ли бы то, что слу­чи­лось, бы­ло рас­ска­за­но в кни­ге, ни­кто это­му бы не по­ве­рил. Но про­ис­шед­шее – су­щая ис­ти­на. По­верь­те, я так оше­лом­ле­на, что не вполне от­даю се­бе от­чет ни в сво­их сло­вах, ни в по­ступ­ках… Но я го­во­рю прав­ду. Два го­да на­зад мне сде­ла­ли опе­ра­цию по уда­ле­нию ап­пен­ди­ци­та, и я про­бы­ла в ле­чеб­ни­це око­ло трех ме­ся­цев. Та, ко­то­рую я счи­та­ла му­жем, каж­дый день при­хо­ди­ла ко мне с цве­та­ми. Но ко­гда я вы­шла из боль­ни­цы, то ее до­ма не за­ста­ла, мой мни­мый муж на­пи­сал мне пись­мо, что он влюб­лен в дру­гую, и что боль­ше я его не уви­жу… Оше­лом­лен­ная этой из­ме­ной, я от­пра­ви­лась к сво­им ро­ди­те­лям и с тех пор боль­ше не встре­ча­лась с этой ужас­ной жен­щи­ной… О про­ис­шед­шем я узна­ла лишь из га­зет. Вче­ра, по­те­ряв го­ло­ву, бро­си­лась к ад­во­ка­ту хло­по­тать о раз­во­де, но он лишь за­сме­ял­ся в от­вет». «Я до се­го вре­ме­ни не мо­гу по­ве­рить, что пол­ков­ник – жен­щи­на. Я убеж­ден, что здесь ка­кая-то ошиб­ка, – утвер­ждал ад­во­кат Фрик Пал­мер, быв­ший лич­ным по­ве­рен­ным Бар­ке­ра на про­тя­же­нии де­ся­ти лет. – Она об­ла­да­ла та­кой страш­ной фи­зи­че­ской си­лой, бы­ла так му­же­ствен­на, так сме­ла. На­ко­нец, ее соб­ствен­ный сын все­гда счи­тал ее от­цом. Маль­чик учит­ся в хо­ро­шей шко­ле. По­ду­май­те, ка­кой для него это бу­дет удар!»

пол­ков­ник при­ни­мал ак­тив­ное Уча­стие в Дра­ках с ком­му­ни­ста­ми

В се­ре­дине 1920-х го­дов пол­ков­ник Бар­кер рас­ска­зы­вал окру­жа­ю­щим, что слу­жит в во­ен­ном ми­ни­стер­стве и хо­дил обыч­но в фор­ме. Он но­сил мно­же­ство во­ен­ных ор­де­нов: ан­глий­ские на­гра­ды за храб­рость, фран­цуз­ский во­ен­ный крест, бель­гий­скую во­ен­ную ме­даль и дру­гие зна­ки от­ли­чия, сре­ди ко­то­рых был, как го­во­рят, и рус­ский. Вво­дить в за­блуж­де­ние окру­жа­ю­щих Бар­ке­ру уда­ва­лось в те­че­ние мно­гих лет. Пред­се­да­тель клу­ба, в ко­то­ром со­сто­ял пол­ков­ник, прав­да, при­зна­вал, что в прав­ди­во­сти его рас­ска­зов мог­ли усо­мнить­ся, ко­гда он от­ка­зал­ся предо­ста­вить по тре­бо­ва­нию од­но­го из чле­нов бю­ро клу­ба свой по­служ­ной спи­сок. Но Бар­кер за­явил, что по слу­жеб­ным при­чи­нам при­ни­мал уча­стие в войне под дру­гой фа­ми­ли­ей и об­ви­нил про­явив­ше­го лю­бо­пыт­ство в неслы­хан­ном на­халь­стве. Спо­рить с ним ни­кто не ре­шил­ся: оно и по­нят­но, ведь Бар­кер слыл еще от­мен-

ным фех­то­валь­щи­ком и бок­се­ром. Бо­лее то­го, он слу­жил ин­струк­то­ром бок­са в ка­зар­мах гвар­дей­ско­го пол­ка в Эрлс-Корт. Ну а са­мой скан­даль­ной по­дроб­но­стью био­гра­фии пол­ков­ни­ка Бар­ке­ра с по­ли­ти­че­ской точ­ки зре­ния ста­ло его (ее) ак­тив­ное уча­стие в де­я­тель­но­сти ан­глий­ской ор­га­ни­за­ции «на­ци­о­нал-фа­ши­стов», весь­ма ак­тив­ной в се­ре­дине 1920-х го­дов. Как вы­яс­ни­лось впо­след­ствии, при­мкну­ла к фа­ши­стам жен­щи­на-пол­ков­ник в об­щем-то слу­чай­но: пред­ло­же­ние всту­пить в ря­ды фа­ши­стов, ко­то­рое она по­лу­чи­ла в 1926 го­ду, бы­ло ад­ре­со­ва­но дру­го­му пол­ков­ни­ку Бар­ке­ру. Но, стре­мив­шись упро­чить свое по­ло­же­ние в об­ще­стве, она от­ве­ти­ла со­гла­си­ем и ско­ро за­ня­ла в ор­га­ни­за­ции до­ста­точ­но вид­ное ме­сто. Псев­до­пол­ков­ник да­же был од­но вре­мя сек­ре­та­рем ли­де­ра «на­ци­о­нал-фа­ши­стов» Ген­ри Рип­пон-Сей­му­ра. Ни со­рат­ни­ки по фа­шист­ской пар­тии, ни дру­гие лю­ди, изо дня в день встре­чав­ши­е­ся с пол­ков­ни­ком, и не по­до­зре­ва­ли о том, что пе­ред ни­ми жен­щи­на. Пол­ков­ник был ше­сти фу­тов ро­стом, мощ­но­го те­ло­сло­же­ния и при­ни­мал непо­сред­ствен­ное уча­стие в столк­но­ве­ни­ях с ком­му­ни­ста­ми, то есть, по су­ти, в мас­со­вых дра­ках. В 1927 го­ду Бар­кер да­же пред­стал пе­ред Лон­дон­ским уго­лов­ным су­дом в хо­де про­цес­са по об­ви­не­нию в неза- кон­ном вла­де­нии ог­не­стрель­ным ору­жи­ем. Став­ший пред­ме­том раз­би­ра­тель­ства ин­ци­дент про­изо­шел в хо­де спо­ра меж­ду бо­ров­ши­ми­ся за кон­троль над «на­ци­о­нал-фа­ши­ста­ми» Рип­пон-Сей­му­ром и Чарль­зом Эйр­зом.

Ко­роль хо­тел на­гра­дить Бар­ке­ра ор­де­ном Бри­тан­ской им­пе­рии

Уста­но­вить под­лин­ную лич­ность пол­ков­ни­ка Бар­ке­ра уда­лось не сра­зу. Ад­во­кат Пал­мер вы­ска­зал пред­по­ло­же­ние, что на­сто­я­щий пол­ков­ник был убит на фрон­те и жен­щи­на – его же­на. «Ей, ве­ро­ят­но, бы­ло труд­но до­бы­вать день­ги для вос­пи­та­ния сы­на, и это об­сто­я­тель­ство, по­ви­ди­мо­му, по­бу­ди­ло ее за­те­ять этот мас­ка­рад…» – вы­дви­нул пред­по­ло­же­ние ад­во­кат. Но прав­да ока­за­лась иной. Спер­ва вы­дви­га­лось мно­же­ство вер­сий. Од­ни утвер­жда­ли, что пол­ков­ник на са­мом де­ле – некая Пирс Кра­уч, ко­то­рая в 1914 го­ду жи­ла с ма­те­рью близ Гай­дпар­ка в Лон­доне, а с на­ча­ла Пер­вой ми­ро­вой вой­ны слу­жи­ла сест­рой ми­ло­сер­дия в со­еди­не­ни­ях бри­тан­ских ВВС на тер­ри­то­рии Фран­ции. В 1917 го­ду она яко­бы вы­шла за­муж за Ри­чар­да Смита, в 1918–1919 го­дах под име­нем Пирс Кра­уч со­дер­жа­ла пи­том­ник со­бак и при- мер­но в это же вре­мя впер­вые ста­ла по­яв­лять­ся в муж­ской одеж­де – рей­ту­зах и шер­стя­ной фу­фай­ке –и с си­га­рой в зу­бах. Кто-то го­во­рил, что она дер­жа­ла ан­ти­квар­ную лав­ку, кто-то – что она вы­сту­па­ла в про­вин­ци­аль­ной ак­тер­ской труп­пе, при­чем иг­ра­ла там ис­клю­чи­тель­но муж­ские ро­ли. Как во­дит­ся, сра­зу нашлась мас­са сви­де­те­лей, го­то­вых по­ве­дать пуб­ли­ке пи­кант­ные по­дроб­но­сти из жиз­ни быв­ше­го пол­ков­ни­ка или до­ба­вить скан­даль­но­сти ис­то­рии. Так, по сло­вам од­но­го из оче­вид­цев, од­на­ж­ды пол­ков­ник рас­ска­зал, что при­гла­шен на обед к ко­ро­лю. Он об­ла­чил­ся в па­рад­ную фор­му, за­ме­нил лен­точ­ки на ней на­сто­я­щи­ми ор­де­на­ми и, сев в так­си, ве­лел шо­фе­ру ехать в Бу­кин­гем­ский дво­рец. А вер­нув­шись позд­но ве­че­ром, хва­стал­ся, де­мон­стри­руя две золотые за­пон­ки с ко­ро­лев­ски­ми мо­но­грам­ма­ми. По сло­вам Бар­ке­ра, ко­роль хо­тел на­гра­дить его ор­де­ном Бри­тан­ский им­пе­рии, а ко­гда пол­ков­ник из скром­но­сти от­ка­зал­ся, пре­под­нес ему от се­бя эти за­пон­ки… На­сколь­ко прав­ди­ва эта история о пол­ков­ни­ке Бар­ке­ре, мы, ви­ди­мо, ни­ко­гда не узна­ем. Как, впро­чем, и мно­гое осталь­ное, хо­тя по­сле сво­е­го осво­бож­де­ния из тюрь­мы жен­щи­на-пол­ков­ник несколь­ко раз про­да­ва­ла свою ис­то- рию по­пу­ляр­ным жур­на­лам. Су­дя по то­му, что там бы­ло из­ло­же­но, ее на­сто­я­щее имя – Ли­ли­ан Ир­ма Ва­ле­ри Бар­кер. Она ро­ди­лась в 1895 го­ду. Ее отец хо­тел иметь сы­на, а по­то­му учил свою дочь бок­су, фех­то­ва­нию, во­жде­нию ма­ши­ны и иг­ре в кри­кет. Во вре­мя Пер­вой ми­ро­вой вой­ны Бар­кер всту­пи­ла в ка­над­ский во­ен­ный ка­ва­ле­рий­ский со­юз, а за­тем вы­шла за­муж за Га­роль­да Ар­ке­ля Смита. Спер­ва га­зе­ты со­об­ща­ли, что ее муж по­гиб в бою, но за­тем вы­яс­ни­лось, что она вро­де бы про­сто вско­ре с ним рас­ста­лась. В жен­ских вспо­мо­га­тель­ных ча­стях бри­тан­ских ча­стях ВВС она, по соб­ствен­но­му при­зна­нию, бы­ла шо­фе­ром. За­тем у Бар­кер был ро­ман с дру­гим муж­чи­ной, от ко­то­ро­го она ро­ди­ла дво­их де­тей. Ну а окон­ча­тель­но пе­ре­во­пло­тить­ся в муж­чи­ну она ре­ши­ла глав­ным об­ра­зом из прак­ти­че­ских со­об­ра­же­ний – это поз­во­ля­ло из­бе­жать воз­мож­ных непри­ят­но­стей, свя­зан­ных с про­шлым, и чув­ство­вать се­бя ком­форт­нее и за­щи­щен­нее в на­сто­я­щем. Впро­чем, сте­пень прав­ди­во­сти ее соб­ствен­но­го рас­ска­за, как и про­чих сви­де­тельств, весь­ма от­но­си­тель­на… В даль­ней­шем Ва­ле­ри Бар­кер так­же жи­ла под раз­ны­ми муж­ски­ми име­на­ми и скон­ча­лась в 1960 го­ду – зва­ли ее то­гда Джеф­ф­ри Нор­тон…

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.