КУ­ДА ИС­ЧЕЗ ПА­МЯТ­НИК МАК­СИ­МУ ГОРЬКОМУ?

Вар­ва­ры? Ме­щане!

Sovershenno Sekretno - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Юрий Пан­ков

в Рос­сии с ти­хим воз­му­ще­ни­ем осуж­да­ют «ле­ни­но­пад» на Укра­ине: мол, ди­ка­ри-вар­ва­ры, не бе­ре­жё­те на­шу об­щую ис­то­рию! но те ни­че­го слы­шать не хо­тят. И вот уже вслед за Ильи­чём ле­тят с пье­де­ста­лов мо­ну­мен­ты Сер­го ор­джо­ни­кид­зе, Яко­ву Сверд­ло­ву, ни­ко­лаю ва­ту­ти­ну, Ми­ха­и­лу ку­ту­зо­ву… на оче­ре­ди – об­суж­да­ют снос па­мят­ни­ка Ека­те­рине II в одес­се.

ВРос­сии, меж­ду про­чим, то­же не прочь ино­гда «под­чи­стить» ис­то­рию. Толь­ко у нас это про­ис­хо­дит при пол­ном без­раз­ли­чии граж­дан, ти­хо, нена­вяз­чи­во и без агрес­сии. То сне­сут по стране несколь­ко ме­мо­ри­а­лов ге­ро­ям Граж­дан­ской вой­ны. То па­ру лет на­зад в Алек­сан­дров­ском са­ду у стен Крем­ля де­мон­ти­ро­ва­ли па­мят­ник мыс­ли­те­лям-со­ци­а­ли­стам, пе­ре­де­лан­ный в 1918 го­ду из обе­лис­ка в честь 300-ле­тия цар­ство­ва­ния Ро­ма­но­вых. А 10 лет на­зад с пло­ща­ди Бе­ло­рус­ско­го вок­за­ла под пред­ло­гом ре­кон­струк­ции ис­чез па­мят­ник Мак­си­му Горькому, со­здан­ный со­вет­ски­ми скуль­пто­ра­ми под ру­ко­вод­ством Ива­на Ша­д­ра и Ве­ры Му­хи­ной. Ни­ка­ко­го бур­но­го него­до­ва­ния об­ще­ствен­но­сти то­гда это не вы­зва­ло – реконструкция же, вернут. Не вер­ну­ли. Про­шло уже 10 лет. 13 июля 2015 го­да всту­пил в си­лу Указ пре­зи­ден­та «О празд­но­ва­нии 150-ле­тия со дня рож­де­ния Мак­си­ма Горь­ко­го». План ос­нов­ных празд­нич­ных ме­ро­при­я­тий 2018 го­да на­хо­дит­ся по­ка в раз­ра­бот­ке у пра­ви­тель­ства. Од­на­ко уже яс­но, что глав­ней­шим во­про­сом в свя­зи с го­дов­щи­ной ста­нет воз­вра­ще­ние на пло­щадь Бе­ло­рус­ско­го вок­за­ла па­мят­ни­ка ве­ли­ко­му пи­са­те­лю. Мак­сим Горь­кий ис­чез с пло­ща­ди Бе­ло­рус­ско­го вок­за­ла 16 де­каб­ря 2005 го­да. Се­ми­мет­ро­вая брон­зо­вая скульп­ту­ра, а так­же трёх­мет­ро­вый пье­де­стал из гра­ни­та бы­ли под­цеп­ле­ны кра­ном, сгру­же­ны на два боль­ших са­мо­сва­ла и эва­ку­и­ро­ва­ны. Брон­зу свез­ли в рай­он Крым­ско­го ва­ла и сва­ли­ли на зем­лю на тер­ри­то­рии, ныне от­но­ся­щей­ся к «Му­зео­ну». Ку­да дел­ся до­ро­гу­щий гра­нит­ный пье­де­стал, неиз­вест­но. Всё это бы­ло про­де­ла­но по лич­но­му рас­по­ря­же­нию Юрия Луж­ко­ва. Офи­ци­аль­но утвер­жда­лось, что па­мят­ник ме­ша­ет про­ве­де­нию ге­не­раль­ной ре­кон­струк­ции пло­ща­ди Твер­ской За­ста­вы. Ме­сто Горь­ко­го от­во­ди­лось под со­ору­же­ние раз­вяз­ки, мно­го­ярус­ной ав­то­сто­ян­ки, тор­го­во-раз­вле­ка­тель­но­го ком­плек­са, несколь­ких элит­ных жи­лых до­мов и од­но­го пя­ти­звёз­доч­но­го оте­ля. Од­на­ко ми­ро­вой эко­но­ми­че­ский кри­зис все эти пла­ны от­ме­нил. Де­нег не хва­ти­ло. Пло­щад­ку, где сто­ял па­мят­ник, за­ка­та­ли ас­фаль­том и объ­яви­ли плат­ной пар­ков­кой. И ти­ши­на.

Объ­ект куль­тур­но­го на­сле­дия № 7710858000

Что же ка­са­ет­ся са­мо­го па­мят­ни­ка ра­бо­ты ве­ли­ких Ша­д­ра и Му­хи­ной, то ле­том 2006 го­да, в ка­нун 70-лет­ней го­дов­щи­ны смер­ти Горь­ко­го, его по­ста­ви­ли на но­ги. Прав­да, от па­де­ния и по­лу­то­ра­лет­не­го ле­жа­ния на од­ном бо­ку по ле­вой сто­роне по­шла тре­щи­на. Те­перь её ак­ку­рат­но за­де­ла­ли. А по­том па­мят­ник ещё и внес­ли в ре­естр объ­ек­тов куль­тур­но­го на­сле­дия под но­ме­ром 7710858000. Се­го­дня, как счи­та­ет де­пу­тат Мос­ков­ской го­род­ской ду­мы от КПРФ Еле­на Шу­ва­ло­ва (ко­то­рая за­ду­ма­лась о судь­бе па­мят­ни­ка Мак­си­му Горькому по­сле об­ра­ще­ния к ней кор­ре­спон­ден­та «Со­вер­шен­но сек­рет­но»), нет ни­ка­ко­го смыс­ла ждать 2018 го­да. В сле­ду­ю­щем го­ду, 18 июня, ис­пол­нит­ся 80 лет со дня смер­ти пи­са­те­ля, что яв­ля­ет­ся зна­чи­мым по­во­дом для вос­ста­нов­ле­ния мо­ну­мен­та. «В бли­жай­шее вре­мя я бу­ду по это­му по­во­ду де­лать де­пу­тат­ский за­прос». Вряд ли си­ту­а­цию с па­мят­ни­ком ве­ли­ко­му рус­ско­му пи­са­те­лю це­ле­со­об­раз­но за­го­нять в ряд та­ких же ис­то­рий, как с Ле­ни­ным, Ста­ли­ным, Дзер­жин­ским, Сверд­ло­вым, рав­но как и дру­ги­ми со­вет­ски­ми ру­ко­во­ди­те­ля­ми. Ведь ес­ли их де­я­тель­ность но­си­ла су­гу­бо по­ли­ти­че­ский ха­рак­тер, яв­ля­ю­щий­ся аб­со­лют­но ан­та­го­ни­сти­че­ским по от­но­ше­нию к го­су­дар­ствен­но­му строю со­вре­мен­ной Рос­сии, то Алек­сей Мак­си­мо­вич Пеш­ков (Мак­сим Горь­кий) преж­де все­го пи­са­тель, при­чём рав­ных ему ис­то­рия оте­че­ствен­ной ли­те­ра­ту­ры по­сле Ль­ва Тол­сто­го не зна­ет. Несмот­ря на мо­ло­дой воз­раст, бли­зость к боль­ше­ви­кам, ра­ди­каль­ные по­ли­ти­че­ские убеж­де­ния, по­пав в 1905 го­ду в ка­зе­ма­ты за уча­стие в ре­во­лю­ци­он­ной де­я­тель­но­сти, Горь­кий был осво­бож­дён из Пет­ро­пав­лов­ской кре­по­сти под дав­ле­ни­ем са­мой что ни есть про­грес­сив­ной ми­ро­вой об­ще­ствен­но­сти той по­ры. С тре­бо­ва­ни­ем немед­лен­но осво­бо­дить Мак­си­ма Пеш­ко­ва то­гда вы­сту­пи­ли стол­пы ми­ро­вой куль­ту­ры – от Ана­то­ля Фран­са и Га­уп­т­ма­на до Родена и Пуч­чи­ни. Мно­го поз­же ма­лень­кие ита­льян­ские го­ро­да, где при­хо­ди­лось жить и ле­чить­ся рус­ско­му пи­са­те­лю в 1920-е го­ды, с его при­ез­дом мо­мен­таль­но пре­вра­ща­лись в оче­ред­ную ев­ро­пей­скую Мек­ку для ин­тел­лек­ту­а­лов со все­го ми­ра. С ним встре­ча­лись Ша­ля­пин, Алек­сей Тол­стой, ему пи­са­ли Ро­мен Рол­лан, Сте­фан Цвейг. В кни­ге «Порт­ре­ты сло­ва­ми» Вла­ди­слав Хо­да­се­вич, так­же жив­ший в Ита­лии с Бер­бе­ро­вой, на­пи­сал: «По­пу­ляр­ность Горь­ко­го у неа­по­ли­тан­цев бы­ла столь ве­ли­ка, а лю­бовь их так экс­пан­сив­на, что хо­дить с ним по ули­цам бы­ло по­чти невоз­мож­но. Мно­гие про­хо­дя­щие ми­мо или уви­дев­шие его из окон ма­га­зи­нов бро­са­лись на ули­цу, хва­та­ли его ру­ки, по­жи­ма­ли, це­ло­ва­ли, на хо­ду ста­но­ви­лись пе­ред ним на ко­ле­ни… Во вре­мя од­ной из по­ез­док в Неа­поль, что­бы спа­стись от это­го, уви­дев из­воз­чи­ка, мы се­ли в про­лёт­ку, но эки­паж был окру­жён людь­ми, кто-то уже вы­пряг ло­шадь, и несколь­ко че­ло­век, схва­тив ог­лоб­ли, лёг­кой рыс­цой по­та­щи­ли эки­паж. Кру­гом бе­жа­ли «охра­няв­шие по­кой си­ньо­ра Горь­ко­го» по­клон­ни­ки и во весь го­лос кри­ча­ли: Viva Gorki! Са­го! Carino! Che Cello! («Да здрав­ству­ет Горь­кий! До­ро­гой! До­ро­гу­ша! Ка­кой кра­са­вец!») Док­тор фи­ло­ло­ги­че­ских на­ук, про­фес­сор Ли­дия Спи­ри­до­но­ва изу­че­ни­ем на­сле­дия Горь­ко­го за­ни­ма­ет­ся с 1964 го­да, а с 1995 го­да воз­глав­ля­ет от­дел изу­че­ния и из­да­ния твор­че­ства Горь­ко­го в Ин­сти­ту­те ми­ро­вой ли­те­ра­ту­ры РАН (ИМЛИ). В ин­тер­вью га­зе­те «Со­вер­шен­но сек­рет­но» по по­во­ду по­стыд­но­го ис­чез­но­ве­ния па­мят­ни­ка она ска­за­ла: «Во­прос воз­вра­ще­ния па­мят­ни­ка прин­ци­пи­а­лен, так как свя­зан с очень важ­ным со­бы­ти­ем в жиз­ни Горь­ко­го и всей стра­ны. В 1928 го­ду он пер­вый раз при­е­хал в СССР. А за­зы­ва­ли его дол­го – с 1925 го­да… Сна­ча­ла хо­те­ли, что­бы он при­е­хал на празд­но­ва­ние 10-ле­тия ре­во­лю­ции в 1927 го­ду. Но он не при­е­хал. Со­слал­ся на бо­лезнь. По­том, в 1928 го­ду, со­вет­ское пра­ви­тель­ство со­зда­ло ко­мис­сию по празд­но­ва­нию 35-ле­тия его пи­са­тель­ской де­я­тель­но­сти и 60-ле­тия со дня рож­де­ния. Жда­ли к 28 мар­та. Но и то­гда он остал­ся в Ита­лии. За­то при­е­хал 28 мая. Уже по­сле всех юби­ле­ев – не хо­тел, что­бы его че­ство­ва­ли. А в Москве ему го­то­ви­ли шу­ми­ху. В пра­ви­тель­ствен­ную ко­мис­сию по празд­но­ва­нию вхо­ди­ли Бу­ха­рин, Лу­на­чар­ский, Сквор­цов-Сте­па­нов.

«Он на­зы­вал се­бя граж­да­ни­ном ми­ра»

В эми­гра­ции к то­му вре­ме­ни ему уже бы­ло неуют­но. Пе­ре­лом­ным стал 1926 год, когда умер Дзер­жин­ский. И Алек­сей Мак­си­мо­вич от­клик­нул­ся несколь­ки­ми тёп­лы­ми сло­ва­ми в его ад­рес в част­ном пись­ме Ека­те­рине Пав­ловне Пеш­ко­вой, дол­го ра­бо­тав­шей с Дзер­жин­ским, а так­же Яку­бу Га­нец­ко­му (поль­ский со­ци­ал-де­мо­крат, при­ни­мав­ший уча­стие в де­я­тель­но­сти РСДРП. По­сле 1917 го­да ра­бо­тал в Нар­ко­ма­те ино­стран­ных дел СССР. – Ред.). Увы, Га­нец­кий до­пу­стил утеч­ку, и про это пись­мо ста­ло из­вест­но в эми­грант­ских кру­гах. Пред­став­ля­е­те, ка­кая на­ча­лась ис­те­ри­ка и трав­ля! Че­го толь­ко не ви­де­ла пло­щадь Бе­ло­рус­ско­го вок­за­ла. Но та­ко­го… Вся пло­щадь и под­хо­ды к ней бы­ли за­би­ты на­ро­дом. Горь­ко­го нес­ли на ру­ках, на спе­ци­аль­ных но­сил­ках. Есть фо­то­гра­фия – спра­ва идёт Бу­ха­рин. А сле­ва – тот са­мый Га­нец­кий. К то­му вре­ме­ни Горь­кий уже шесть с по­ло­ви­ной лет про­жил в Ев­ро­пе. И его сма­ни­ва­ли в Аме­ри­ку. Счи­та­лось, что он ев­ро­пей­ский пи­са­тель, ми­ро­вая из­вест­ность. К нему, как в Мек­ку, при­ез­жа­ли в Сор­рен­то. И вот те­перь уже эта Мек­ка пе­ре­нес­лась в Со­вет­ский Со­юз. Он со­зна­тель­но от­дал пред­по­чте­ние сво­ей ро­дине. Это слож­но по­нять на­ше­му со­вре­мен­ни­ку, у ко­то­ро­го воз­ни­ка­ют про­бле­мы в свя­зи с по­ня­ти­ем «ав­то­ри­тет пи­са­те­ля». Он на­сто­я­щий ге­ний, то есть че­ло­век, ко­то­рый сво­им тру­дом про­дви­нул в раз­ви­тии всю че­ло­ве­че­скую куль­ту­ру. В первую оче­редь – ху­дож­ник, во вто­рую – мыс­ли­тель. У него был очень ши­ро­кий взгляд на про­цес­сы, про­ис­хо­дя­щие в об­ще­стве. Он на­зы­вал се­бя граж­да­ни­ном ми­ра. Да, Горь­кий вос­пе­вал но­во­го че­ло­ве­ка, ко­то­рый вы­рас­тет при со­ци­а­лиз­ме. И что бы ни го­во­ри­ли – этот но­вый че­ло­век вы­рос. И имен­но он вы­стро­ил стра­ну, по­бе­дил в войне, по­ле­тел в кос­мос. Его че­ло­век не был иде­аль­но гар­мо­нич­ным. Он был про­ти­во­ре­чи­вым. Горь­ко­го ин­те­ре­со­ва­ла, как раз­ре­ша­ют­ся в нём эти про­ти­во­ре­чия. В него Горь­кий ве­рил. А глав­ное, он нена­ви­дел ме­ща­ни­на, ко­то­рый се­го­дня вез­де. И за это ме­щане нена­ви­дят его, де­ла­ет вы­вод про­фес­сор Ли­дия Спи­ри­до­но­ва. *** Эти 25 лет де­ла­лось всё, что­бы о нём за­бы­ли. Ка­кой-то де­я­тель в те­ле­про­грам­ме Швыд­ко­го за­явил: «У Горь­ко­го ру­ки по ло­коть в кро­ви»… Ка­кие же невеж­ды ны­неш­ние те­ле­ви­зи­он­ные ви­тии! Не зна­ют, что вер­ный сво­е­му прин­ци­пу («сча­стье сво­бо­ды не долж­но быть омра­че­но пре­ступ­ле­ни­я­ми про­тив лич­но­сти, ина­че – мы убьём сво­бо­ду сво­и­ми же ру­ка­ми») Горь­кий вы­сту­пал в за­щи­ту да­же тех лю­дей, по­ли­ти­че­ские взгля­ды ко­то­рых не раз­де­лял. «Эти­ка со­ци­а­лиз­ма» про­дик­то­ва­ла ему в 1917 го­ду про­тест про­тив аре­ста Вла­ди­ми­ра Бур­це­ва, толь­ко что пуб­лич­но тра­вив­ше­го его в пе­ча­ти. Бу­дучи ате­и­стом, Горь­кий в 1922 го­ду про­те­сто­вал про­тив аре­ста пат­ри­ар­ха Ти­хо­на, про­те­сто­вал про­тив раз­граб­ле­ния церк­вей, в 1921 го­ду за­щи­щал Ни­ко­лая Гу­ми­лё­ва и дру­гих аре­сто­ван­ных по «та­ган­цев­ско­му де­лу».

«В 2005 го­ду нас, яс­ное де­ло, ни­кто не спра­ши­вал, как мы от­но­сим­ся к де­мон­та­жу па­мят­ни­ка с пло­ща­ди у вок­за­ла. О сно­се мы, как и все, узна­ли по те­ле­ви­зо­ру. Но ес­ли спро­сят сей­час, что мы ду­ма­ем о пе­ре­но­се па­мят­ни­ка к Пар­ку куль­ту­ры и от­ды­ха, то го­во­рим сра­зу: мы за». Внуч­ки Алек­сея Мак­си­мо­ви­ча Мар­фа и Да­рья Пеш­ко­вы.

В 1930-е го­ды по его на­сто­я­нию Лев Ка­ме­нев был на­зна­чен ди­рек­то­ром из­да­тель­ства «Академия», Михаил Том­ский – ру­ко­во­ди­те­лем Го­сиз­да­та, Карл Ра­дек – од­ним из ру­ко­во­ди­те­лей жур­на­ла «За ру­бе­жом». Имен­но Горь­кий ор­га­ни­зо­вал в июне 1931 го­да встре­чу Ста­ли­на с Ми­ха­и­лом Шо­ло­хо­вым, чем спас не толь­ко тре­тий том «Ти­хо­го До­на», но и са­мо­го ав­то­ра. Имен­но он за­щи­тил Кор­нея Чу­ков­ско­го от неспра­вед­ли­вой кри­ти­ки На­деж­ды Круп­ской, гро­зив­шей за­пре­том «Кро­ко­ди­ла» и неко­то­рых дру­гих дет­ских книг. Горь­кий про­те­сто­вал про­тив трав­ли Дмит­рия Шо­ста­ко­ви­ча, Ев­ге­ния За­мя­ти­на, Михаила Бул­га­ко­ва. По на­сто­я­нию Горь­ко­го в 1934 го­ду Бу­ха­рин был на­зна­чен от­вет­ствен­ным ре­дак­то­ром га­зе­ты «Из­ве­стия». Лю­ди не мо­гут по­нять, как обыч­ный че­ло­век, под­няв­ший­ся до вер­ха ми­ро­вой куль­ту­ры из са­мых ни­зов, мог так мно­го сде­лать за от­но­си­тель­но недол­гую жизнь – про­жил все­го 68 лет. Всё его со­бра­ние со­чи­не­ний на­счи­ты­ва­ет бо­лее 80 то­мов. Оно до сих пор пол­но­стью не из­да­но. Вы­пу­ще­ны толь­ко ху­до­же­ствен­ные про­из­ве­де­ния – 25 то­мов. Вы­шел 18-й том пи­сем. Все­го их бу­дет 25. А се­рия «Пуб­ли­ци­сти­ка» во­об­ще по­ка не го­то­ви­лась к из­да­нию. Но там то­же бу­дет, ду­маю, не ме­нее 24 то­мов. Когда всё это ли­те­ра­тур­ное на­сле­дие дой­дёт до чи­та­те­ля – неиз­вест­но. Как, соб­ствен­но, и с па­мят­ни­ком. Тем бо­лее что в прес­се опять по­яви­лись со­об­ще­ния со ссыл­кой на за­ме­сти­те­ля мэ­ра Моск­вы по гра­до­стро­и­тель­ной по­ли­ти­ке Ма­ра­та Хус­нул­ли­на о том, что реконструкция пло­ща­ди Твер­ской За­ста­вы око­ло Бе­ло­рус­ско­го вок­за­ла в 2016 го­ду вро­де бы всё же нач­нёт­ся. Сно­ва за­ве­ли речь о раз­вяз­ках, пар­ков­ках и ком­мер­че­ской недви­жи­мо­сти. Прав­да, ин­ве­сто­ров по­ка нет…

Ком­про­мисс­ный ва­ри­ант: у «Глав­ных во­рот»

За «Му­зео­ном» дав­но за­кре­пи­лось неофи­ци­аль­ное на­зва­ние «клад­би­ще ис­то­рии». Ди­кое со­сто­я­ние про­из­ве­де­ний ис­кус­ства – мо­ну­мен­таль­ных и не очень – не под­да­ёт­ся опи­са­нию. «Объ­ек­ты куль­тур­но­го на­сле­дия», со­тво­рён­ные под­час из недол­го­веч­ных ма­те­ри­а­лов, круг­лый год сто­я­щие на зем­ле под от­кры­тым небом, в боль­шин­стве слу­ча­ев об­ре­че­ны на ги­бель. Они все про­сят о по­мо­щи. Но ес­ли не­ко­то­рые из скульп­тур, до­пу­стим, мог­ли бы при­жить­ся и под кры­шей «Му­зео­на» (осо­бен­но конъ­юнк­тур­ные аб­стракт­ные ваяния, со­зда­вав­ши­е­ся в пост­пе­ре­стро­еч­ную эпо­ху), то та­ко­му, как Горь­кий, ме­сто мо­жет быть най­де­но толь­ко там, где он был изна­чаль­но уста­нов­лен в 1951 го­ду. В поль­зу это­го го­во­рит да­же ме­та­фи­зи­ка Твер­ской ули­цы (кста­ти, быв­шая ули­ца Горь­ко­го), ли­ния ко­то­рой тя­нет­ся в «при­вяз­ке» к за­ме­ча­тель­ным па­мят­ни­кам двух сто­ле­тий: Пуш­кин, Ма­я­ков­ский, Горь­кий. Жи­вой сим­вол всей рус­ской ли­те­ра­ту­ры. Впро­чем, су­ще­ству­ет и иное ви­де­ние пер­спек­ти­вы – пе­ре­нос мо­ну­мен­та на пло­щадь пе­ред на­хо­дя­щим­ся по­бли­зо­сти ЦПКиО име­ни Горь­ко­го. В поль­зу это­го ком­про­мисс­но­го ва­ри­ан­та го­во­рит то, что план ре­кон­струк­ции пар­ка, раз­ра­бо­тан­ный ар­хи­тек­то­ра­ми в 1940 го­ду, пред­по­ла­гал уста­нов­ку у Глав­ных во­рот па­мят­ни­ка про­ле­тар­ско­му пи­са­те­лю (ар­хи­тек­то­ры А. В. Вла­сов, В. Б. Моск­вин, А. В. На­таль­чен­ко, Н. Э. Шмидт). Ка­кой имен­но па­мят­ник Горькому дол­жен был сто­ять в этом ме­сте, ар­хив­ные ма­те­ри­а­лы, хра­ня­щи­е­ся в ГАРФе, не уточ­ня­ют. Сам Шадр в то вре­мя толь­ко при­сту­пал к ра­бо­те над скульптурой пи­са­те­ля, со­зда­вал эс­ки­зы, фраг­мен­ты. Од­на­ко не успел. И по­сле его смер­ти в 1941 го­ду эту ра­бо­ту за­вер­ша­ли В. И. Му­хи­на при по­мо­щи Н. Г. Зе­лен­ской и З. Г. Ива­но­вой. Тем не ме­нее ка­кой-то дру­гой па­мят­ник Горькому пе­ред вхо­дом в парк на Крым­ском ва­лу всё же пред­по­ла­гал­ся. И это ло­гич­но. Твор­че­ство пи­са­те­ля, на­род­ное по сво­е­му со­дер­жа­нию, до­ступ­ное и по­нят­ное по фор­ме, яв­ля­ет­ся необ­хо­ди­мым и до­ста­точ­ным усло­ви­ем, что­бы па­мят­ник ему на­хо­дил­ся в цен­тре «люд­ско­го мо­ря» и не от­го­ра­жи­вал­ся от пе­ше­хо­дов пар­кин­га­ми, транс­порт­ны­ми раз­вяз­ка­ми и до­ро­ги­ми оте­ля­ми. Про­тив это­го, кста­ти го­во­ря, не воз­ра­жа­ет ни­кто. Да­же внуч­ки Алек­сея Мак­си­мо­ви­ча. «В 2005 го­ду нас, яс­ное де­ло, ни­кто не спра­ши­вал, как мы от­но­сим­ся к де­мон­та­жу па­мят­ни­ка с пло­ща­ди у вок­за­ла – при­зна­ют­ся Мар­фа и Да­рья Пеш­ко­вы. – О сно­се мы, как и все, узна­ли по те­ле­ви­зо­ру. Прав­да, че­рез несколь­ко лет кто-то по­зво­нил и на­чал успо­ка­и­вать – де­скать, сей­час мы всё от­де­ла­ем и бу­дет кра­си­во. За­лю­бу­е­тесь! Но ес­ли спро­сят сей­час, что мы ду­ма­ем о пе­ре­но­се па­мят­ни­ка к Пар­ку куль­ту­ры и от­ды­ха, то го­во­рим сра­зу: мы за. По край­ней ме­ре, та­кое ре­ше­ние бы­ло бы ло­гич­ным». Не ло­гич­но ни­че­го не пред­при­ни­мать. На­пом­ним, 18 июня 2016 го­да ис­пол­нит­ся 80 лет со дня смер­ти пи­са­те­ля. *** …Од­ним из глав­ных нис­про­вер­га­те­лей Мак­си­ма Горь­ко­го с его ли­те­ра­тур­но­го пье­де­ста­ла был Сол­же­ни­цын. На­чав в «Ар­хи­пе­ла­ге», он по­сле­до­ва­тель­но вы­дер­жал ан­ти­горь­ков­скую ли­нию во всех позд­них тру­дах, на­пи­сан­ных в эми­гра­ции, по мо­ти­вам эми­гра­ции. Од­на­ко его соб­ствен­ное воз­вра­ще­ние в пост­со­вет­скую Рос­сию, в от­ли­чие от горь­ков­ско­го, ока­за­лось не столь три­ум­фаль­ным. Впро­чем, с па­мят­ни­ком Алек­сан­дру Иса­е­ви­чу, уста­нов­лен­ным во Вла­ди­во­сто­ке, ни­кто бо­роть­ся не на­ме­рен. Бо­лее то­го, пре­зи­дент Пу­тин под­пи­сал Указ «О празд­но­ва­нии 100-ле­тия со дня рож­де­ния А. И. Сол­же­ни­цы­на». Со­бы­тие слу­чит­ся так­же в 2018 го­ду.

...де­сять лет спу­стя

пло­щадь твер­ской за­ста­вы до де­каб­ря 2005 го­да...

во всех пар­ках име­ни горь­ко­го (кро­ме моск­вы) есть па­мят­ник мак­си­му горькому

«му­зе­он». па­мят­ник пи­са­те­лю в бес­сроч­ной ссыл­ке

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.