При­клю­че­ния «за­кры­то­го па­ке­та» № 34

По­че­му ген­сек ЦК КПСС Ми­ха­ил Горбачёв хо­тел уни­что­жить со­вет­ско-гер­ман­ские се­крет­ные про­то­ко­лы

Sovershenno Sekretno - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Вла­ди­мир ВО­РО­НОВ

Ед­ва ли не са­мым тща­тель­но охра­ня­е­мым сек­ре­том со­вет­ско­го го­су­дар­ства до са­мо­го по­след­не­го мо­мен­та его су­ще­ство­ва­ния – в бук­валь­ном смыс­ле сло­ва – бы­ла тай­на «за­кры­то­го па­ке­та» № 34, хра­нив­ше­го­ся в свя­тая свя­тых – VI сек­то­ре Об­ще­го от­де­ла ЦК КПСС. «За­кры­тый па­кет» не воль­ное сло­во­со­че­та­ние, а вполне офи­ци­аль­ное обо­зна­че­ние су­ще­ство­вав­шей сте­пе­ни сек­рет­но­сти до­ку­мен­тов ЦК КПСС.

Та­ких сте­пе­ней бы­ло несколь­ко: са­мый низ­ший уро­вень обо­зна­чал­ся гри­фом «сек­рет­но», сле­ду­ю­щий за ним – «со­вер­шен­но сек­рет­но» (в до­ку­мен­тах бо­лее ран­не­го вре­ме­ни – «стро­го сек­рет­но»), ещё бо­лее вы­со­кий уро­вень сек­рет­но­сти обо­зна­чал­ся гри­фом «осо­бой важ­но­сти», за­тем ОП – «осо­бая пап­ка». Но са­мая выс­шая сте­пень сек­рет­но­сти – «за­кры­тый па­кет»: это дей­стви­тель­но был боль­шой па­кет с но­ме­ром, про­став­ля­е­мым от ру­ки. В Об­щем от­де­ле ЦК КПСС, ве­дав­шем, сре­ди про­че­го, и сек­рет­ным де­ло­про­из­вод­ством (пер­во­на­чаль­но это под­раз­де­ле­ние во­об­ще име­но­ва­лось Се­крет­но­опе­ра­тив­ным от­де­лом ЦК) «за­кры­тый па­кет» опе­ча­ты­вал­ся тре­мя или пя­тью пе­ча­тя­ми и обо­зна­чал­ся бук­вой «К» – «кон­фи­ден­ци­аль­но». Да­же о са­мом су­ще­ство­ва­нии та­кой вы­со­чай­шей сте­пе­ни сек­рет­но­сти зна­ло бук­валь­но счи­тан­ное ко­ли­че­ство со­труд­ни­ков ап­па­ра­та ЦК. А уж о со­дер­жи­мом «за­кры­тых па­ке­тов» мог­ли не знать да­же ге­не­раль­ные сек­ре­та­ри ЦК КПСС – ес­ли, ко­неч­но, они их спе­ци­аль­но не за­пра­ши­ва­ли. До­ку­мен­ты из «за­кры­то­го па­ке­та» № 34, хра­нив­ше­го­ся в VI сек­то­ре Об­ще­го от­де­ла ЦК КПСС, за­пра­ши­ва­ли, мяг­ко го­во­ря, неча­сто. Имен­но в «за­кры­том па­ке­те» № 34, как вы­яс­ни­лось в 1992 го­ду, и хра­ни­лась до­ку­мен­та­ция, свя­зан­ная с за­клю­чен­ны­ми в 1939–1941 го­дах со­вет­ско-гер­ман­ски­ми со­гла­ше­ни­я­ми: сек­рет­ный до­пол­ни­тель­ный про­то­кол «о гра­ни­цах сфе­ры ин­те­ре­сов» от 23 ав­гу­ста 1939 го­да, разъ­яс­не­ние к нему, до­ве­ри­тель­ный про­то­кол от 28 сен­тяб­ря то­го же го­да – о пе­ре­се­ле­нии поль­ско­го на­се­ле­ния, сек­рет­ный про­то­кол «об из­ме­не­нии сфер ин­те­ре­сов» – то­же от 28 сен­тяб­ря, сек­рет­ный про­то­кол «о недо­пу­ще­нии поль­ской аги­та­ции» от 28 сен­тяб­ря 1939 го­да, про­то­кол об от­ка­зе Гер­ма­нии «от при­тя­за­ний на часть тер­ри­то­рии Лит­вы» от 10 ян­ва­ря 1941 го­да, за­яв­ле­ние о вза­им­ной кон­суль­та­ции от 28 сен­тяб­ря 1939 го­да и об­мен пись­ма­ми об эко­но­ми­че­ских от­но­ше­ни­ях – то­же от 28 сен­тяб­ря. Был ещё и «за­кры­тый па­кет» № 35 – с круп­но­мас­штаб­ны­ми кар­та­ми раз­де­ла Поль­ши меж­ду СССР и Гер­ма­ни­ей. Как гла­сит справ­ка № 20–06/197, да­ти­ро­ван­ная 10 июля 1987 го­да и под­пи­сан­ная Ло­ли­ем Мош­ко­вым, за­ве­ду­ю­щим VI сек­то­ром Об­ще­го от­де­ла ЦК КПСС, «Со­вет­ско-гер­ман­ские се­крет­ные со­гла­ше­ния 1939–1941 гг. (пе­ре­чень при­ла­га­ет­ся) по­сту­пи­ли в ар­хив ЦК КПСС 30 ок­тяб­ря 1952 го­да из се­кре­та­ри­а­та В. М. Мо­ло­то­ва». По­че­му имен­но то­гда, по­нять неслож­но. Неза­дол­го до то­го со­сто­ял­ся за­кры­тый Пле­нум ЦК КПСС, на ко­то­ром Ио­сиф Ста­лин под­верг Вя- че­сла­ва Мо­ло­то­ва столь уни­что­жа­ю­щей кри­ти­ке, что ста­ло оче­вид­но – звез­да Мо­ло­то­ва за­ка­ти­лась. И сек­рет­ней­шие до­ку­мен­ты пе­ре­ко­че­ва­ли из его сей­фов в Об­щий отдел ЦК, где це­лые де­ся­ти­ле­тия к ним во­об­ще ни­кто не при­ка­сал­ся. Раз­ве лишь, как сви­де­тель­ству­ет справ­ка, два­жды ко­пии сек­рет­ных со­вет­ско-гер­ман­ских со­гла­ше­ний по­сы­ла­лись в МИД СССР. Пер­вый раз – 8 июля 1975 го­да: «на имя зам. ми­ни­стра И. Н. Зем­с­ко­ва для озна­ком­ле­ния А. А. Гро­мы­ко». 4 мар­та 1977 го­да, сра­зу по воз­вра­ще­нии этих ко­пий в ЦК, они бы­ли уни­что­же­ны. Вто­рой раз ко­пии этих до­ку­мен­тов бы­ли ис­тре­бо­ва­ны и от­прав­ле­ны 21 но­яб­ря 1979 го­да «в ад­рес И. Н. Зем­с­ко­ва «лич­но». За­тем воз­вра­ще­ны и то­же уни­что­же­ны 1 фев­ра­ля 1980 го­да. Игорь Зем­сков ве­дал в МИДе ар­хи­ва­ми и, на­сколь­ко из­вест­но, пы­тал­ся то­гда убе­дить сво­е­го бос­са, Ан­дрея Гро­мы­ко, в же­ла­тель­но­сти при­знать сам факт су­ще­ство­ва­ния сек­рет­ных про­то­ко­лов о раз­де­ле Поль­ши меж­ду на­цист­ской Гер­ма­ни­ей и ста­лин­ским СССР. Но в от­вет Гро­мы­ко вы­дал сво­е­му за­му: «Нас ни­кто ули­чить не смо­жет». «Ни­ко­му дру­го­му, – из­ве­ща­ет справ­ка, – эти до­ку­мен­ты для озна­ком­ле­ния не по­сы­ла­лись. В спра­воч­ной ра­бо­те они не ис­поль­зо­ва­лись. Ка­са­тель­ство к ним име­ли толь­ко ра­бот­ни­ки, осуществляющие об­ра­бот­ку и хра­не­ние до­ку­мен­тов ар­хи­ва ЦК КПСС. Под­лин­ни­ки хра­нят­ся в усло­ви­ях осо­бо стро­го­го ре­жи­ма». При этом хра­ни­тель сек­ре­тов ЦК от­кро­вен­но при­знал, что для осталь­но­го ми­ра все эти про­то­ко­лы дав­но уже во­все не сек­рет, посколь­ку «в 1948 го­ду боль­шая часть ука­зан­ных до­ку­мен­тов бы­ла о п убл и ко ва - на (на ан­глий­ском язы­ке) в из­дан­ной Го­су­дар­ствен­ным де­пар­та­мен­том США кни­ге «На­цист­ско-со­вет­ские от­но­ше­ния 1939–1941 гг. До­ку­мен­ты из ар­хи­ва гер­ман­ско­го ми­ни­стер­ства ино­стран­ных дел». 10 июля 1987 го­да «за­кры­тый па­кет» № 34 с ори­ги­на­ла­ми сек­рет­ных про­то­ко­лов был вскрыт Ва­ле­ри­ем Бол­ди­ным, неза­дол­го до то­го на­зна­чен­но­го за­ве­ду­ю­щим Об­щим от­де­лом ЦК КПСС. Как из­вест­но, Кремль то­гда ка­те­го­ри­че­ски от­ри­цал сам факт су­ще­ство­ва­ния этих до­ку­мен­тов, «но се­крет­ные про­то­ко­лы, угод­но это бы­ло ко­му-то или не угод­но, су­ще­ство­ва­ли», – пи­сал в сво­их ме­му­а­рах Ва­ле­рий Бол­дин. «При­чём ока­за­лось, что они не за­кон­вер­ти­ро­ва­ны, не име­ют осо­бых гри­фов и штам­пов, а по­то­му мог­ли быть до­ступ­ны мно­гим ра­бот­ни­кам ЦК». По­про­сив, что­бы ему по­ка­за­ли до­ку­мен­ты, Бол­дин, по его сло­вам, немед­лен­но по­шёл на до­клад к Ми­ха­и­лу Горбачёву. «М.С. Горбачёв вни­ма­тель­но про­чи­тал про­то­кол и раз­вер­нул на сто­ле кар­ту со ста­рой и но­вой со­вет­ской гра­ни­цей на За­па­де. Это бы­ла круп­но­мас­штаб­ная кар­та… Все над­пи­си на ней бы­ли сде­ла­ны на немец­ком язы­ке. Ген­сек изу­чал ли­нию со­гла­со­ван­ной гра­ни­цы, раз­де­лив­шей пол­ве­ка на­зад две мо­гу­ще­ствен­ные дер­жа­вы, и ком­мен­ти­ро­вал свои на­блю­де­ния, из­ред­ка за­да­вая мне во­про­сы. Он не уди­вил­ся на­ли­чию та­ких до­ку­мен­тов, ско­рее в его ин­то­на­ции бы­ло раз­дра­же­ние, что при­шлось при­кос­нуть­ся к про­шло­му». Ре­зю­ме ген­се­ка бы­ло крат­ким, но ём­ким: «Убе­ри по­даль­ше!» Поз­же, ко­гда ин­те­рес к сек­рет­ным про­то­ко­лам в стране и за ру­бе­жом воз­рос, и их ста­ли ис­кать за­ве­ду­ю­щий Меж­ду­на­род­ным от­де­лом ЦК КПСС Ва­лен­тин Фалин и член По­лит­бю­ро Алек­сандр Яко­влев, Бол­дин до­ло­жил об этом Горбачёву, ко­то­рый ко­рот­ко при­ка­зал: «Ни­ко­му ни­че­го по­ка­зы­вать не на­до. Ко­му сле­ду­ет – ска­жу сам». Ко­гда же на Съез­де на­род­ных де­пу­та­тов СССР воз­ник во­прос об этих про­то­ко­лах, Ми­ха­ил Горбачёв «неожи­дан­но для ме­ня ска­зал, что все по­пыт­ки най­ти этот под­лин­ник сек­рет­но­го до­го­во­ра не увен­ча­лись успе­хом. За­чем по­на­до­би­лось ему го­во­рить неправ­ду на весь мир, ска­зать до­сто­вер­но не мо­гу», од­на­ко си­ту­а­цию сво­ей от­кро­вен­ной ло­жью он яв­но не улуч­шил, а лишь усу­гу­бил. Вско­ре по­сле это­го Горбачёв, пи­шет Бол­дин, «спро­сил ме­ня как бы меж­ду про­чим, уни­что­жил ли я про­то­ко­лы. Я от­ве­тил, что сде­лать это без спе­ци­аль­но­го решения не мо­гу». И услы­шал в от­вет рез­кое: «Ты по­ни­ма­ешь, что пред­став­ля­ют сей­час эти до­ку­мен­ты?!» На­мёк был вполне оче­ви­ден: до­ку­мен­ты не­об­хо­ди­мо уни­что­жить. Су­дя по вос­по­ми­на­ни­ям неко­то­рых ра­бот­ни­ков VI сек­то­ра Об­ще­го от­де­ла ЦК, Мош­ков то­гда вы­звал к се­бе под­чи­нён­ных, со­об­щив, что по­ло­же­ние очень се­рьёз­ное и «ру­ко­вод­ство за­пра­ши­ва­ет на­ше мнение о воз­мож­но­сти уни­что­же­ния этих до­ку­мен­тов». По­сле ко­рот­ко­го об­суж­де­ния ар­хи­ви­сты ЦК при­шли к ре­ше­нию до­ло­жить Бол­ди­ну, что это­го де­лать нель­зя. Как пи­шет сам Бол­дин, «доб­ро­воль­цев уни­что­жить по­доб­ные до­ку­мен­ты не бы­ло, а при­нять са­мо­му та­кое ре­ше­ние архитектор пе­ре­строй­ки и ав­тор тео­ре­ти­че­ско­го опу­са о но­вом мыш­ле­нии опа­сал­ся. Со­вер­шить же это тай­но воз­мож­но­сти не име­лось. До­ку­мен­ты бы­ли, как я знал, мно­го­крат­но за­ре­ги­стри­ро­ва­ны в раз­лич­ных кни­гах и кар­то­те­ках. Что­бы за­ме­сти сле­ды, тре­бо­ва­лось уни­что­жить эти кни­ги, ибо пе­ре­пи­сать ре­ги­стра­ци­он­ные кни­ги до­во­ен­ных лет за­но­во – не­ре­аль­но. Да об этом узнал бы ши­ро­кий круг лю­дей, ко­то­рые ни­ко­гда не по­шли бы на та­кую аван­тю­ру». В ок­тяб­ре 1992 го­да «за­кры­тый па­кет» № 34 с со­вет­ски­ми ори­ги­на­ла­ми со­вет­ско-гер­ман­ских до­ку­мен­тов был об­на­ру­жен в хо­де изу­че­ния сек­рет­ных фон­дов быв­ших ар­хи­вов ЦК КПСС, и на со­сто­яв­шей­ся 27 ок­тяб­ря то­го же го­да прес­скон­фе­рен­ции эти ори­ги­на­лы бы­ли пред­став­ле­ны все­му ми­ру.

«В 1948 го­ду боль­шая часть сек­рет­ных про­то­ко­лов бы­ла опуб­ли­ко­ва­на в из­дан­ной Го­сде­пар­та­мен­том США кни­ге «На­цист­ско­со­вет­ские от­но­ше­ния 1939–1941 гг. До­ку­мен­ты из ар­хи­ва гер­ман­ско­го ми­ни­стер­ства ино­стран­ных дел».

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.