ХРАБ­РОЕ ПО­РА­ЖЕ­НИЕ РОС­СИИ ЗА АН­ГЛИЙ­СКИЕ ИН­ТЕ­РЕ­СЫ

Sovershenno Sekretno - - КАЛЕНДАРЬ -

2 де­каб­ря 1805 го­да (20 но­яб­ря по ст. ст.) воз­ле го­род­ка Ау­стер­ли­ца (ныне чеш­ский Слав­ков-у-Бр­на) На­по­ле­он на­нёс по­ра­же­ние рус­ско-ав­стрий­ской ко­а­ли­ции. Посколь­ку при ар­ми­ях его про­тив­ни­ков на­хо­ди­лись им­пе­ра­то­ры рос­сий­ский–Алек­сандр I и ав­стрий­ский–Франц II, то со­бы­тие во­шло в ан­на­лы ис­то­рии как «бит­ва трёх им­пе­ра­то­ров». Так на­зы­ва­е­мая вой­на тре­тьей ко­а­ли­ции к соб­ствен­но рос­сий­ским на­ци­о­наль­ным ин­те­ре­сам име­ла от­но­ше­ние весь­ма от­да­лён­ное. Ини­ци­а­то­ром этой кам­па­нии бы­ла Ан­глия: рас­по­ла­гая пер­во­класс­ным фло­том, на су­ше бри­тан­цы не име­ли то­гда шан­сов про­тив фран­цуз­ской ар­мии, на тот мо­мент луч­шей в ми­ре. С осе­ни 1803 го­да Бо­на­парт стал фор­ми­ро­вать в Бу­лон­ском ла­ге­ре огром­ную ар­мию для по­хо­да в Ан­глию. Воз­ле Бу­ло­ни кон­цен­три­ро­ва­лись и де­сант­ные су­да, ко­то­рые долж­ны бы­ли пе­ре­бро­сить че­рез про­лив вой­ска, чис­лен­ность ко­то­рых к 1805 го­ду со­ста­ви­ла 180 ты­сяч че­ло­век. Ар­мия в Бу­лон­ском ла­ге­ре ожи­да­ла лишь сиг­на­ла к по­сад­ке на су­да. Как го­во­рил то­гда На­по­ле­он, «ну­жен толь­ко один день ту­ман­ной по­го­ды, что­бы стать хо­зя­и­ном Лон­до­на и Ан­глий­ско­го бан­ка». В Ан­глии во­ца­ри­лась па­ни­ка, пред­при­ни­ма­лись тщет­ные по­пыт­ки ор­га­ни­зо­вать опол­че­ние, но в ре­аль­но­сти про­ти­во­по­ста­вить втор­же­нию бри­тан­цы ни­че­го не мог­ли, кро­ме фло­та и …де­нег. Бри­тан­ская ди­пло­ма­тия и бри­тан­ское зо­ло­то со­вер­ши­ли то­гда чу­до: ор­га­ни­зо­вать ан­ти­фран­цуз­скую ко­а­ли­цию уда­лось бук­валь­но на го­лом ме­сте. Удар­ной си­лой британского «но­жа в спи­ну» Бо­на­пар­ту пред­сто­я­ло стать ар­ми­ям рус­ской и ав­стрий­ской. За каж­дые 100 ты­сяч вы­став­лен­ных со­юз­ни­ка­ми сол­дат Ту­ман­ный Аль- во рву Вен­сен­ско­го зам­ка, мо­нар­хи­че­ская Ев­ро­па воз­бу­ди­лась. В том чис­ле, рос­сий­ский им­пе­ра­тор. Че­рез сво­е­го ми­ни­стра ино­стран­ных дел На­по­ле­он пе­ре­дал Алек­сан­дру та­кое по­сла­ние: гер­цог Эн­ги­ен­ский был аре­сто­ван за уча­стие в за­го­во­ре про­тив На­по­лео­на; ес­ли бы, на­при­мер, им­пе­ра­тор Алек­сандр узнал, что убий­цы его по­кой­но­го от­ца, им­пе­ра­то­ра Павла, на­хо­дят­ся хоть и на чу­жой тер­ри­то­рии, но что их воз­мож­но аре­сто­вать, и ес­ли бы Алек­сандр аре­сто­вал их, то он, На­по­ле­он, не стал бы про­те­сто­вать про­тив это­го на­ру­ше­ния чу­жой тер­ри­то­рии Алек­сан­дром. «Бо­лее яс­но на­звать пуб­лич­но и офи­ци­аль­но Алек­сандра Пав­ло­ви­ча от­це­убий­цей, – кон­ста­ти­ру­ет ака­де­мик Тар­ле, – бы­ло невоз­мож­но». В на­ча­ле осе­ни 1805 го­да ав­стрий­ские и рус­ские ар­мии при­шли в дви­же­ние, что озна­ча­ло крах мечты На­по­лео­на до­тя­нуть­ся до за­мор­ско­го вра­га. Кон­цеп­ция по­ме­ня­лась, и разъ­ярён­ный Бо­на­парт про­воз­гла­сил: ес­ли он не мо­жет че­рез 15 дней быть в Лон­доне, то «дол­жен быть в се­ре­дине но­яб­ря в Вене». По­ка со­юз­ни­ки рас­ка­чи­ва­лись, по­ла­гая, что На­по­ле­он ещё ко­по­шит­ся в Бу­ло­ни, тот стре­ми­тель­но пе­ре­бро­сил всю свою ар­мию на ав­стрий­ский фронт и, окру­жив кре­пость Ульм, вы­ну­дил ка­пи­ту­ли­ро­вать там луч­шие си­лы ав­стрий­цев, взяв при этом огром­ное ко­ли­че­ство тро­фе­ев. Рас­счи­ты­вал он при­жать к Ду­наю и неболь­шую то­гда ещё Рус­скую ар­мию Кутузова, но тот вы­вер­нул­ся из меш­ка, вы­ве­дя свои вой­ска по гор­ным до­ро­гам. Даль­ше, ре­зон­но по­ла­гал рус­ский пол­ко­во­дец, на­до бы­ло от­сту­пать в Руд­ные го­ры и зи­мо­вать там в пол­ной без­опас­но­сти, за­тя­нув вой­ну. К весне же мно­гое пе­ре­ме­ни­лось бы: из Рос­сии под­тя­ги­ва­лась гвар­дия, пра­вил к нему над­мен­но­го и неда­лё­ко­го кня­зя Дол­го­ру­ко­го, пе­ред ко­то­рым ло­мал ко­ме­дию уже сам На­по­ле­он, уси­лив впе­чат­ле­ние сво­ей сла­бо­сти и ро­бо­сти. Ку­ту­зов тщет­но пы­тал­ся убе­дить сви­ту, что На­по­ле­он во­все не тру­сит, но им­пе­ра­то­ры, за­ку­сив уди­ла, ри­ну­лись в ло­вуш­ку. По­зи­ция бы­ла неудач­ной, сил для га­ран­ти­ро­ван­но­го успе­ха недо­ста­точ­но, а со­глас­но дис­по­зи­ции боя, со­став­лен­ной на­чаль­ни­ком шта­ба Кутузова, ав­стрий­ским ге­не­ра­лом Фран­цем фон Вей­ро­те­ром, со­юз­ным вой­скам, раз­де­лён­ным на пять ко­лонн и резерв, для уда­ра по ле­во­му флан­гу На­по­лео­на пред­сто­я­ло спу­стить­ся с гос­под­ству­ю­щих над мест­но­стью Пра­цен­ских вы­сот, вме­сто то­го, что­бы, за­це­пив­шись за них, пе­ре­ма­лы­вать ата­ку­ю­ще­го про­тив­ни­ка. Имен­но это­го и ждал «кор­си­ка­нец», со­брал две тре­ти сво­их сил в мощ­ный ку­лак. Да ещё Вей­ро­тер вдруг ре­шил, что фран­цу­зов лишь 40 ты­сяч, хо­тя их бы­ло в два ра­за боль­ше. План про­валь­ный, но и Ку­ту­зов хо­рош: сво­е­го он так и не пред­ло­жил, про­ше­ния об от­став­ке не по­дал, мол­ча при­сту­пив к ре­а­ли­за­ции са­мо­убий­ствен­ной идеи сво­е­го на­чаль­ни­ка шта­ба. Прав­да, как мог, тя­нул с вы­ступ­ле­ни­ем, пы­та­ясь вы­ждать со­еди­не­ния на по­ле бит­вы боль­ше­го ко­ли­че­ства войск. По­ви­ну­ясь во­ле им­пе­ра­то­ра, Ку­ту­зов дви­нул вой­ска с Пра­цен­ских вы­сот на рав­ни­ну. По­ря­док был по­чти сра­зу сло­ман, ко­лон­ны сме­ша­лись, пе­ре­пу­та­лись, управ­ле­ние вой­ска­ми бы­ло уте­ря­но. Рус­ские вой­ска дра­лись от­ча­ян­но, и уже мно­го поз­же, на ост­ро­ве Свя­той Еле­ны, На­по­ле­он вспо­ми­нал: «Рус­ская ар­мия 1805 го­да бы­ла луч­шей из всех вы­став­лен­ных ко­гда-ли­бо про­тив ме­ня. Эта ар­мия ни­ко­гда не про­иг-

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.