ВОЙ­НА И МИР КОСТА

«Тер­ским ве­до­мо­стям» – 150 лет

Terskie Vedomosti - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Ва­лен­ти­на БЯЗЫРОВА, заслу­жен­ный учи­тель РФ Продолжение сле­ду­ет

Ону­ми­рал. Там, в род­ном Геор­ги­ев­ско-Осе­тин­ском, млад­шая сестра, Оль­га Лев ан ов­на Кайт­ма­зо­ваХе­та­гу­ро­ва, де­ла­ла всё­воз­мож­ное,ч то­бы хоть как-то об­лег­чить его му­ки, непе­ре­да­ва­е­мые стра­да­ния. По­ло­же­ние бы­ло яв­но кри­ти­че­ское. И тогда известный про­све­ти­тель Ги­го Дза­со­хов решил обратиться к зем­ля­кам: нужно бы­ло во что бы то ни ста­ло по­мочь Коста. На его при­зыв от­клик­ну­лась вся прес­са. И «Тер­ские ве­до­мо­сти», ко­неч­но же, то­же.

Первым ска­зал своё сло­во гра­до­на­чаль­ник Гап­по Ба­ев. Он совсем не стес­нял­ся сво­их эмо­ций: «Для осе­тин­ско­го на­ро­да Коста яв­ля­ет­ся спра­вед­ли­вою гор­до­стью и тем ду­хов­ным во­ждём, ко­то­рые де­ла­ют по­во­ро­ты в ис­то­рии на­ро­дов к све­ту и че­ло­веч­но­сти. Сбор­ник его сти­хов «Ирон фæн­дыр» так же до­рог каж­до­му осе­ти­ну, как для укра­ин­ца «Коб­зарь» Шев­чен­ко. Оль­га Ле­ва­нов­на, един­ствен­ная сестра Коста, про­сит вы­ра­зить всем свою бла­го­дар­ность че­рез мест­ную пе­чать. Бы­ло бы же­ла­тель­но на­прав­лять сред­ства во Владикавказ на имя прав­ле­ния «Об­ще­ства рас­про­стра­не­ния об­ра­зо­ва­ния и тех­ни­че­ских све­де­ний сре­ди гор­цев Тер­ской об­ла­сти», так как Коста Хе­та­гу­ров со­сто­ял до сво­ей болезни чле­ном прав­ле­ния на­зван­но­го об­ще­ства» ..., и чи­та­те­ли «Тер­ских ве­до­мо­стей» сра­зу же от­клик­ну­лись со всех сто­рон, вно­си­ли по­силь­ную помощью да­же те, кто жил за пре­де­ла­ми Се­вер­ной Осе­тии. Но бы­ло уже позд­но: часы по­эта бы­ли со­чте­ны... Ка­за­лось, весь Кав­каз опла­ки­ва­ет сво­е­го за­ступ­ни­ка, свою гор­дость по­ле­ми­ста, ху­дож­ни­ка, по­эта, ве­ли­ко­го сына гор. «Тер­ские ве­до­мо­сти», естественно, то­же да­ли про­стран­ный некро­лог. В нём бы­ли и стро­ки, го­во­ря­щие об огром­ных за­слу­гах на­род­но­го лю­бим­ца. И ещё к этим сло­вам как при­ло­же­ние бы­ли сти­хи Г. Ца­го­ло­ва, про­из­не­сён­ные на мо­ги­ле Коста. Под­пис­чи­ки «Тер­ских ве­до­мо­стей» чи­та­ли и пе­ре­чи­ты­ва­ли эти взвол­но­ван­ные стро­ки, мно­гие да­же за­учи­ва­ли их на­изусть. В те дни по­чти все га­зе­ты Се­вер­но­го Кав­ка­за пе­ре­пе­ча­та­ли из «Тер­ских ве­до­мо­стей» сме­лые сти­хи Геор­гия.

Как страст­но ты хо­тел, чтоб солн­це

воз­рож­де­нья Взо­шло в краю род­ном, чтоб мрак

ис­чез ско­рей, Чтоб бы­ло сло­ма­но яр­мо

по­ра­бо­ще­нья И пы­лью сме­те­на вся на­кипь

чёр­ных дней.

И чем силь­ней был мрак, чем жизнь бы­ла тоск­ли­вей, Тем яр­че ты го­рел и шёл сме­лей впе­рёд —

И звал с собой ту­да, на этот путь счаст­ли­вый, «И бед­ный свой аул, и бед­ный свой на­род»...

За­чем же ра­но так сго­ре­ла жизнь

свя­тая,

За­чем мо­гиль­ный крест... За­чем не

с на­ми ты?

Да где же прав­да здесь... За­чем

судь­ба сле­пая Ра­зит всё лучшее с хо­лод­ной вы­со­ты?..

Про­щай, наш старший брат!

У дорогой мо­ги­лы Кля­нём­ся мы тебе лю­бить род­ной

наш край, Ра­бо­тать для него, по­ку­да будут

силы,

Вести впе­рёд его... Про­щай, Коста,

про­щай!

Да, Коста зна­ли все. И у него из­дав­на сло­жи­лись свои отношения с прес­сой. Он дол­го и очень це­ле­на­прав­лен­но работал с де­мо­кра­ти­че­ской пе­ча­тью — га­зе­та­ми «Се­вер­ный Кав­каз», «Те­рек», а вот с «Тер­ски­ми ве­до­мо­стя­ми» у него по­ис­ти­не бы­ли вой­на и мир. По­че­му же всё скла­ды­ва­лось имен­но так?

Из­вест­но, что Коста не любил ком­про­мис­сы и, как яр­кий пуб­ли­цист, по­чти ни­ко­гда не шёл на них. А вре­мя бы­ло смут­ное, во мно­гом неопре­де­лён­ное. Цен­зу­ра сви­реп­ство­ва­ла. Га­зе­ты од­на за од­ной получали пре­ду­пре­жде­ния, ти­по­гра­фии за­кры­ва­ли без вся­ких объ­яс­не­ний. И, хо­тя бур­жу­аз­ные кри­ти­ки пы­та­лись до­ка­зать, что вре­мя, ко­гда про­во­ди­лись вне­зап­ные на­лё­ты на ре­дак­ции и ти­по­гра­фии, их обыс­ки про­шло, по­ло­же­ние пе­ча­ти бы­ло нетер­пи­мым. Ше­фом кав­каз­ской цен­зу­ры был назначен Михаил Пав­ло­вич Гак­кель, он был да­ле­ко не во всём са­мо­сто­я­тель­ным че­ло­ве­ком, не мог про­ти­вить­ся дав­ле­нию на­мест­ни­ка края — став­лен­ни­ка ца­ря Го­ли­цы­на. Кав­каз­ское на­се­ле­ние пре­тер­пе­ло нема­ло бед и уни­же­ний от это­го са­мо­ду­ра, нена­ви­дев­ше­го нерус­ские на­ро­ды. Мно­гие считали его вообще по­лу­боль­ным че­ло­ве­ком, совершенно непо­сле­до­ва­тель­ным в сво­их дей­стви­ях, смот­рев­шим на управ­ля­е­мый им край, как на непри­я­тель­ский ла­герь, а на ту­зем­цев — как на за­мас­ки­ро­ван­ных вра­гов. Он вечно и всю­ду ис­кал «кра­мо­лу», ка­кие-то за­го­во­ры, ко­то­рые по­ско­рее нужно «по­да­вить». И при всём этом Го­ли­цын был «раз­дра­жи­тель­ным и вспыль­чи­вым до по­те­ри сознания». К каж­дой из га­зет он при­ста­вил слу­жа­ще­го соб­ствен­ной кан­це­ля­рии или жан­дарм­ско­го управ­ле­ния. Под стать ему был и его по­ли­ти­че­ский двой­ник в Тер­ской об­ла­сти гу­бер­на­тор Ка­ха­нов, то­же не от­ли­ча­ю­щий­ся ни большим умом, ни на­сто­я­щим ува­же­ни­ем к гор­цам. Го­во­рят, что их род­ни­ло уди­ви­тель­ное сход­ство внут­рен­ней пу­сто­ты и че­ло­ве­ко­не­на­вист­ни­че­ства. Коста, на­при­мер, ис­кренне воз­му­щал­ся из-за то­го, что в пе­ча­ти ве­лась под­лин­ная трав­ля гор­цев. Все пре­ступ­ле­ния в об­ла­сти (убий­ства, гра­бе­жи, насилия) от­кры­то при­пи­сы­ва­лись ко­рен­но­му на­се­ле­нию. «Тер­ские ве­до­мо­сти» то­же чув­ство­ва­ли на се­бе страш­ное дав­ле­ние вла­сти. И.… на ка­кое-то вре­мя от­сту­пи­ли под его на­тис­ком: не хва­ти­ло во­ли и сил про­ти­во­сто­ять на­жи­му свер­ху. Тем бо­лее у ру­ля га­зе­ты в это тя­жё­лое вре­мя сто­ял Г.А. Вер­те­пов — вер­ный став­лен­ник Ка­ха­но­ва. «Тер­ские ве­до­мо­сти» — офи­ци­аль­ный ор­ган мест­ной ад­ми­ни­стра­ции — поддерживали власть. Коста, ви­дя это, от­кро­вен­но него­до­вал. У него-то у самого взгля­ды бы­ли совсем иные. И, хо­тя он ак­тив­но ис­поль­зо­вал стра­ни­цы это­го из­да­ния, как и стра­ни­цы «Каз­бе­ка», «Те­ре­ка», сво­е­го лю­би­мо­го «Се­вер­но­го Кав­ка­за», для гнев­ных по­ле­ми­че­ских ста­тей, под­пи­сы­вая ча­сто их са­мым по­пу­ляр­ным из сво­их псев­до­ни­мов — «На­рон», ми­ра с дан­ным из­да­ни­ем у него ни­как не по­лу­ча­лось. В од­ном из «Вла­ди­кав­каз­ских пи­сем» Хе­та­гу­ров да­же го­во­рил, что «эта га­зе­та с каж­дым днём при­ни­ма­ет все бо­лее и бо­лее неже­ла­тель­ный ха­рак­тер недо­ве­рия, а под­час и враж­деб­но­го отношения к ту­зем­но­му краю». Но «Тер­ские ве­до­мо­сти» ста­ра­лись бо­роть­ся за свою неза­ви­си­мость. Вот толь­ко один из при­ме­ров (кстати, Коста по­том то­же узнал об этом).

«На­ро­ды с гор­до­стью про­из­но­сят имена лю­дей, в ко­то­рых с наи­боль­шей пол­но­той и блес­ком рас­крыл­ся их национальный ге­ний. Ан­гли­ча­нин говорит — Шекс­пир. Шот­лан­дец говорит — Берне. Немец говорит — Гё­те. Ита­лья­нец говорит — Дан­те. Рус­ский говорит — Пуш­кин. Мы, осе­ти­ны, го­во­рим — Коста, и ду­ша наша на­пол­ня­ет­ся гор­до­стью и тре­пет­ной любовью... Осе­тин­ский на­род — ма­лень­кий на­род, мож­но ска­зать — гор­сточ­ка. Но, бла­го­да­ря Коста, мир узнал, что у это­го ма­лень­ко­го на­ро­да боль­шое и го­ря­чее серд­це». Ва­со Аба­ев

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.