̧ ЕȲəиôȩô90ôəеȳôяôɎɉдɉôȩɕ̞ ȪƏЯДЕȳƉ ôка­кôȩôîоȳеəеô ̧ȪȱАȮДÔɎɉДАȰЕɋȳ̨A ôô ЯôɎɉдɉôȲɓасȳəиȩа̨ô

The Rake  - - Академия -

«Да­же не знаю, что на это от­ве­тить. Я не осо­бен­но со­бой за­ни­ма­юсь. Хо­те­ла бы я ска­зать, что под всем этим гри­мом, ко­то­рый на мне сей­час, скры­ва­ет­ся та­кое же лицо, как бы­ло у ме­ня в „ «„Оте­ле «Гранд Бу­да­пешт»“. Я и прав­да не знаю, воз­мож­но, это хо­ро­шие ге­ны, жизнь в Шот­ланд­ском на­го­рье, от­каз от кос­ме­ти­ки или про­сто по­да­рок судь­бы. Но я ни­сколь­ко не про­тив ста­ре­ния. Ес­ли я бу­ду вы­гля­деть в 90 лет хо­тя бы на­по­ло­ви­ну как в „ «Оте­ле «Гранд Бу­да­пешт»“, бу­ду про­сто счаст­ли­ва. Ес­ли чест­но, мне ка­жет­ся, что мо­ло­дость очень силь­но пе­ре­оце­ни­ва­ют. По мо­е­му опы­ту, жизнь с го­да­ми становится все бо­лее и бо­лее ин­те­рес­ной, и я со­всем не бо­юсь, что мне ко­гда-ни­будь стук­нет 96. Моя ба­буш­ка, ко­то­рую я вос­при­ни­маю как пу­те­вод­ную звез­ду, уш­ла из жиз­ни в 97 лет, и она с каж­дым го­дом го­ре­ла все яр­че и яр­че. Так что у ме­ня пе­ред гла­за­ми бы­ла от­лич­ная ро­ле­вая мо­дель, ко­то­рая по­ка­за­ла, в ка­кую сто­ро­ну я хо­чу раз­ви­вать­ся. Да, у юных мно­го энер­гии, но во­круг те­бя при этом по­сто­ян­но ка­кой-то ха­ос. Мне с каж­дым го­дом жи­вет­ся все луч­ше».

Год от го­да ак­три­су все ча­ще мож­но ви­деть в экспериментальных арт-про­ек­тах. 2009-м Су­ин­тон сов­мест­но с Мар­ком Ка­зин­сом ор­га­ни­зо­ва­ла пе­ре­движ­ной ки­но­фе­сти­валь «Пи­ли­грим»: про­еха­ла по де­рев­ням и неболь­шим го­ро­дам се­вер­ной Шот­лан­дии в «ки­но­те­ат­ре на ко­ле­сах», по­ка­зы­вая мест­ным жи­те­лям ред­кие и важ­ные филь­мы. В част­но­сти, зна­ко­вый псе в до до­ку­мен­таль­ный фильм Пи­те­ра Уот­кин­са «Кал­ло­ден» (1964), по­свя­щен­ный по­след­ней бит­ве меж­ду бри­тан­ски­ми за­во­е­ва­те­ля­ми и пред­ста­ви­те­ля­ми шот­ланд­ских кла­нов, ко­то­рая за­кон­чи­лась ге­но­ци­дом шот­ланд­цев. По сло­вам Тиль­ды, она на­де­я­лась, что зри­те­ли су­ме­ют про­ве­сти па­рал­ле­ли меж­ду со­бы­ти­я­ми филь­ма и тем, что про­ис­хо­ди­ло в 2000-х го­дах в Ира­ке и Аф­га­ни­стане. Мест­ных жи­те­лей при­гла­ша­ли при­хо­дить на ки­но­по­каз в фа­миль­ных тар­та­нах или тра­ур­ном чер­ном.

«У ме­ня есть сим­во­ли­че­ские цве­та, на­при­мер бе­лый, ко­то­рый я на­де­ваю, ко­гда очень уста­ла, и он по­мо­га­ет мне чув­ство­вать се­бя бод­рее. Мой ра­зум как бы про­яс­ня­ет­ся. Был пе­ри­од по­сле то­го, как умер­ла моя ма­ма, ко­гда я ста­ла все ча­ще но­сить чер­ный, и в ито­ге на­ча­ла за­ду­мы­вать­ся над сим­во­ли­кой цве­тов, обо­зна­ча­ю­щих тра­ур. На­при­мер, в Ин­дии, ко­гда кто-то уми­ра­ет, лю­ди на­де­ва­ют бе­лые одеж­ды. Это по­мог­ло мне по­нять, как куль­ту­ра вли­я­ет на то, что мы на­де­ва­ем в опре­де­лен­ном со­сто­я­нии. Ино­гда мне очень хо­чет­ся на­деть жел­тый, са­ма не знаю, по­че­му. Цве­та об­ла­да­ют соб­ствен­ной энер­ге­ти­кой, и ино­гда чув­ству­ешь, что у те­бя про­сто нет сил на­деть крас­ный, а ино­гда имен­но он те­бе необ­хо­дим».

Наиболее пло­до­твор­ным в арт-ка­рье­ре Тиль­ды ста­ло со­труд­ни­че­ство с ди­рек­то­ром Palais Galliera (Па­риж­ско­го му­зея мо­ды) Оли­вье Сай­я­ром. В 2012 го­ду они вме­сте за­мыс­ли­ли и на­ча­ли во­пло­щать в жизнь гран­ди­оз­ный мас­штаб­ный проект в трех ча­стях Impossible Wardrobes («Не­ве­ро­ят­ные шка­фы»).

Пер­вый из пер­фор­ман­сов, ко­то­рый но­сит на­зва­ние «Не­ве­ро­ят­ный шкаф», со­сто­ял­ся в са­мом му­зее. Тиль­да Су­ин­тон на­де­ла бе­лый ха­лат ла­бо­ран­та и пер­чат­ки и де­мон­стри­ро­ва­ла хра­ня­щи­е­ся в ар­хи­вах му­зея ис­то­ри­че­ские пред­ме­ты одеж­ды

̧ МȯИÔКОȱȮИÔÔȩÔМИȱЕÔИȲ̞ КɉСȲȳȩА ôȳа­мôяôɓɉȩȲȳȩɉɗô ȲЕɎЯÔȮАÔȲȩОЕМÔМЕȲȳЕ̨

по­след­них двух сто­ле­тий. Сре­ди 57 экс­по­на­тов — ар­те­фак­ты из кол­лек­ций Эль­зы Скиа­па­рел­ли, Кри­сти­а­на Ди­о­ра, Ко­ко Ша­нель, Ма­дам Гре, Ива Сен-ло­ра­на, а так­же тем­но-си­няя с зо­ло­том ши­нель, ко­то­рую но­сил На­по­ле­он Бо­на­парт. Но са­мым важ­ным в этом пер­фор­ман­се ока­за­лась во­все не цен­ность экс­по­на­тов. С каж­дым из них Тиль­да Су­ин­тон всту­па­ла в жи­вое тон­кое вза­и­мо­дей­ствие: с ка­ким-то ве­ща­ми она раз­го­ва­ри­ва­ла, дру­гие при­жи­ма­ла к се­бе, что­бы они по­вто­ря­ли все ее дей­ствия, тре­тьи вни­ма­тель­но рас­смат­ри­ва­ла или неж­но гла­ди­ла. Она стре­ми­лась по­ка­зать, что одеж­да — не про­сто спо­соб са­мо­вы­ра­же­ния, а сво­е­го ро­да «ко­жа, в ко­то­рой мы жи­вем», и в ней неми­ну­е­мо оста­ет­ся ча­сти­ца ее вла­дель­ца. 2013 го­ду в рам­ках Paris Fall Fe¡ival Су­ин­тон и Сай­яр пред­ста­ви­ли вто­рую часть пер­фор­ман­са под на­зва­ни­ем «Веч­ное пла­тье». Тиль­да про­де­мон­стри­ро­ва­ла на соб­ствен­ном при­ме­ре весь про­цесс про­из­вод­ства пла­тья от сня­тия ме­рок до пол­ной сбор­ки с ис­поль­зо­ва­ни­ем уже по­чти за­бы­той ме­то­ди­ки, ко­то­рую при­ме­ня­ли в порт­нов­ских шко­лах пол­ве­ка на­зад.

Тре­тья часть про­ек­та, «Гар­де­роб» (2014), ста­ла наиболее ин­тим­ной и транс­грес­сив­ной. В ней ак­три­са пред­ста­ла в об­ра­зе гар­де­роб­щи­цы. В те­че­ние ча­са она «об­ща­лась» с лич­ной одеж­дой, ко­то­рую по­да­ва­ли ей зри­те­ли пер­фор­ман­са. При­чем об­ща­лась так, буд­то это ее кол­ле­ги по съе­моч­ной пло­щад­ке или близ­кие дру­зья — пря­та­ла лицо в го­лов­ном убо­ре, ки­да­лась в объ­я­тия паль­то и да­же об­ли­за­ла курт­ку. В этом пер­фор­ман­се Тиль­да пы­та­лась от­не­стись к ве­щам как к жи­вым су­ще­ствам. По ее соб­ствен­ным сло­вам, ей хо­те­лось дать некий про­ти­во­вес без­ду­шию и ци­низ­му ми­ра высокой мо­ды, с ко­то­рым од­на из са­мых хо­ро­шо оде­тых ак­трис на крас­ной ков­ро­вой до­рож­ке зна­ко­ма не по­на­слыш­ке.

«Оде­вать­ся на пуб­лич­ные ме­ро­при­я­тия — на­сто­я­щее удо­воль­ствие. В этом столь­ко про­стран­ства для твор­че­ства. Мне очень по­вез­ло — у ме­ня мно­го дру­зей­сти­ли­стов, с ко­то­ры­ми мы вме­сте про­ду­мы­ва­ем все де­та­ли. И ча­ще все­го об­раз на­пря­мую свя­зан с кон­тек­стом ме­ро­при­я­тия, премьеры или ки­но­фе­сти­ва­ля, и еще за­ви­сит от се­зо­на, от мо­мен­та и ку­чи дру­гих ве­щей, но в нем все­гда есть эле­мент че­го-то на­сто­я­ще­го. И да, вся эта иг­ра мне очень нра­вит­ся».

Не­уди­ви­тель­но, что в 2016 го­ду она с удо­воль­стви­ем со­гла­си­лась на еще один сов­мест­ный проект с Оли­вье Сай­я­ром — пер­фор­манс «Пе­ре­экс­по­ни­ро­ва­ние». На этот раз в про­ек­те при­ни­ма­ла уча­стие и ле­ген­дар­ная ак­три­са Шарлотта Рэм­плинг, кол­ле­га Тиль­ды по филь­му «При­го­вор» (2003). Рэм­плинг и Су­ин­тон изоб­ра­жа­ют ку­ра­то­ров неко­ей га­ле­реи, а в ка­че­стве экс­по­на­тов вы­сту­па­ют ра­бо­ты Ри­чар­да Аве­до­на, Ро­бер­та Мэп­пл­тор­па, Брас­саи, Са­ры Мун и дру­гих клас­си­ков фо­то­гра­фии. Все они за­кра­ше­ны чер­ной крас­кой, са­ми ку­ра­то­ры оде­ты ис­клю­чи­тель­но мо­но­хром­но. Стрем­ле­ние пре­вра­тить все фо­то­гра­фии в «чер­ные квад­ра­ты», ли­шить их ин­ди­ви­ду­аль­но­сти — это, по сло­вам участ­ниц, форма борь­бы с пе­ре­из­быт­ком об­ра­зов, ха­рак­тер­ным для об­ще­ства по­треб­ле­ния.

«Я не мо­гу ска­зать, что вы­стра­и­ваю что-то на­ме­рен­но, про­сто за­ни­ма­юсь на твор­че­ском пу­ти раз­ны­ми ин­те­рес­ны­ми мне ве­ща­ми. Но мои кор­ни яв­но в ми­ре ис­кус­ства, и имен­но там я чувствую се­бя на сво­ем ме­сте», — го­во­рит Су­ин­тон. А зна­чит, нам сто­ит ожи­дать но­вых пре­мьер Тиль­ды-про­из­ве­де­ния и Тиль­ды-ху­дож­ни­ка.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.