СВЯ­ТАЯ ПРО­СТО­ТА

кол­лек­ци­о­нер, ан­ти­квар и де­ко­ра­тор АК­СЕЛЬ ВЕР­ВОРДТ уже пол­ве­ка тор­гу­ет ис­кус­ством. Ес­ли он об­ра­ща­ет вни­ма­ние на ху­дож­ни­ка, будь­те уве­ре­ны — его про­те­же вско­ре вой­дет в мо­ду. На 70-м го­ду жиз­ни Вер­вордт пред­ста­вил свой главный проект — арт-про­стран­ство Kan

The Rake  - - Содержание - Текст Дмит­рий Чер­ни­ков

В го­стях у Ак­се­ля Вер­ворд­та

BАнт­вер­пене по­чтен­ных ко­рен­ных жи­те­лей называют «се­ньо­ра­ми» — это про­зви­ще ве­дет ис­то­рию от ис­пан­ских ари­сто­кра­тов, ко­то­рые пра­ви­ли го­ро­дом в XVI–XVII ве­ках. И ес­ли се­го­дня ис­кать че­ло­ве­ка, ко­то­рый без­услов­но за­слу­жи­ва­ет это­го зва­ния, им ока­жет­ся Ак­сель Вер­вордт. Сво­е­го пер­во­го Ма­грит­та он ку­пил сра­зу по­сле служ­бы в ар­мии. При­зыв­ной ко­мис­сии Ак­сель ска­зал: «Я не хо­чу уби­вать лю­дей», и его на­пра­ви­ли ра­бо­тать в ла­за­рет. Там он по­ил сол­дат не толь­ко ле­кар­ства­ми, но и мар­ти­ни, а за­од­но за­вел по­лез­ные зна­ком­ства. Впо­след­ствии он вы­тор­го­вал у быв­ших со­слу­жив­цев набор сто­ло­во­го се­реб­ра и кар­ти­ну Ма­грит­та. По те­ку­ще­му кур­су она обо­шлась кол­лек­ци­о­не­ру все­го в €25. Вла­дель­цы меч­та­ли из­ба­вить­ся от ра­бо­ты: она до­ста­лась им за бес­це­нок на бла­го­тво­ри­тель­ном аук­ци­оне и не нра­ви­лась ни­ко­му в до­ме. Прав­да, Ак­сель вспо­ми­на­ет, что «это был не луч­ший Ма­гритт, да и отец его тер­петь не мог, так что при­хо­ди­лось хра­нить изоб­ра­же­ни­ем к стене».

Боль­шую часть сво­ей кол­лек­ции Вер­вордт сфор­ми­ро­вал в 60–70-е. Его се­мья за­ни­ма­лась тор­гов­лей ло­шадь­ми и бы­ла зна­ко­ма с ан­глий­ским выс­шим све­том, ко­гда вы­со­кие на­ло­ги на на­след­ство вы­нуж­да­ли ари­сто­кра­тов рас­про­да­вать со­дер­жи­мое ро­до­вых по­ме­стий по­чти под­чи­стую. Ан­глий­ская скром­ность слу­жи­ла Ак­се­лю глав­ным ис­точ­ни­ком вдох­но­ве­ния. Он и се­го­дня с бо­гем­ной рас­слаб­лен­но­стью но­сит клас­си­че­ские ко­стю­мы без гал­сту­ка, по­но­шен­ные хлоп­ко­вые пи­джа­ки и зам­ше­вые туфли.

Проект Вер­ворд­та Kanaal пред­став­ля­ет со­бой арт-квар­тал, или, как называют его са­ми

со­зда­те­ли, «го­род за го­ро­дом». По­на­ча­лу мо­жет по­ка­зать­ся, что это про­сто лофт-га­ле­рея, но все слож­нее. Здесь на­хо­дит­ся не толь­ко кол­лек­ция Ак­се­ля, но так­же обу­стро­е­ны по­ме­ще­ния для 30 офи­сов и 98 квар­тир — как в ори­ги­наль­ных по­строй­ках быв­ше­го зер­но­хра­ни­ли­ща, так и в со­вре­мен­ных. Сын Вер­ворд­та Дик, ко­то­рый отвечает за де­ве­ло­пер­ский биз­нес Axel Vervoordt Company, рас­ска­зы­ва­ет о про­ек­те как об уто­пии: «Мы со­бра­ли луч­ших лю­дей со все­го ми­ра — ху­дож­ни­ков, пре­по­да­ва­те­лей, вра­чей. У нас соб­ствен­ный фер­мер­ский ры­нок, пе­кар­ня, ре­сто­ран и концертный зал. Все здесь сде­ла­но для че­ло­ве­ка».

Арт-часть «Ка­на­ла» — это про­из­ве­де­ния, ор­га­нич­но ин­те­гри­ро­ван­ные в про­мыш­лен­ные ин­те­рье­ры. Зал «Кар­нак» — по­лу­под­валь­ное по­ме­ще­ние под зер­но­хра­ни­ли­ща­ми с мас­сив­ны­ми бе­тон­ны­ми ко­лон­на­ми. Меж­ду ни­ми Вер­вордт раз­ме­стил буд­дий­ские скульп­ту­ры Два­ра­ва­ти VII–VIII ве­ков. Ин­стал­ля­ции Ма­ри­ны Аб­ра­мо­вич, От­то Бол­ла и Та­ки­са за­ни­ма­ют си­лос­ные баш­ни, а в быв­шей со­ло­довне, на­по­ми­на­ю­щей сред­не­ве­ко­вое укреп­ле­ние, рас­по­ло­жи­лась ра­бо­та Ани­ша Ка­пу­ра At the Edge of the World — огром­ный крас­ный ку­пол-по­лу­сфе­ра, на­ви­са­ю­щий над зри­те­лем. Ча­сов­ня XIX ве­ка пе­ре­обо­ру­до­ва­на под про­из­ве­де­ние Джейм­са Тар­рел­ла Red Shi´, пре­об­ра­зу­ю­щее свет и про­стран­ство. В ос­нов­ной га­ле­рее Henro I огром­ный зал от­ве­ден Ка­цуо Си­ра­ге, од­но­му из любимых ху­дож­ни­ков кол­лек­ци­о­не­ра. В нем все­го три кар­ти­ны, по­свя­щен­ные са­му­ра­ям про­шло­го (Си­ра­га сам учил­ся бо­е­вым ис­кус­ствам и слу­жил как мо­нах). Кро­ва­во-крас­ные по­лот­на, на­ри­со­ван­ные но­га­ми, по­ме­ще­ны на уголь­но-се­рый фон сте­ны и осве­ще­ны есте­ствен­ным све­том, ко­то­рый про­ни­ка­ет сквозь по­то­лок тре­мя лу­ча­ми. Ра­бо­та с нега­тив­ным про­стран­ством — од­на из са­мых силь­ных сто­рон Вер­ворд­та-де­ко­ра­то­ра. Как здесь не вспом­нить фра­зу Лао-цзы о том, что на­зна­че­ние со­су­да за­клю­че­но не в глине, из ко­то­рой он сде­лан, а в пу­сто­те, ко­то­рой он об­ла­да­ет.

Ос­но­ву сво­ей эс­те­ти­ки Вер­вордт дей­стви­тель­но по­за­им­ство­вал из даос­ской фи­ло­со­фии и япон­ской культуры с ее прин­ци­пом ва­би-са­би, «скром­ной про­сто­ты» (или «пе­чаль­ной про­сто­ты»). На­гляд­ный при­мер — лю­би­мое Ак­се­лем ис­кус­ство кин­цу­ги, вос­ста­нов­ле­ние по­вре­жден-

ной ке­ра­ми­ки с по­мо­щью ла­ка, сме­шан­но­го с зо­ло­тым, се­реб­ря­ным или пла­ти­но­вым по­рош­ком. Изья­ны пред­ме­та ста­но­вят­ся его но­вы­ми чер­та­ми, до­бав­ляя ха­рак­тер и цен­ность.

Не слу­чай­но са­мым на­шу­мев­шим ку­ра­тор­ским про­ек­том Вер­ворд­та ста­ла вы­став­ка Artempo в ве­не­ци­ан­ском Па­лац­цо Фор­ту­ни в 2007 го­ду. Че­ты­рех­этаж­ное здание му­зея (быв­шая ма­стер­ская мо­де­лье­ра и сце­но­гра­фа Ма­ри­а­но Фор­ту­ни, 1871–1949) объ­еди­ни­ло ху­дож­ни­ков, ра­бо­ты ко­то­рых ни­ко­гда не ока­за­лись бы вме­сте при дру­гих об­сто­я­тель­ствах. Сло­га­ном вы­став­ки ста­ла фра­за «Вре­мя — это ис­кус­ство». По­сле фе­но­ме­наль­но­го успе­ха Artempo Ак­сель бук­валь­но был го­тов уме­реть от сча­стья: «Мне бы­ло 60, у ме­ня бы­ла пре­крас­ная се­мья, я со­сто­ял­ся в жиз­ни и ре­шил: по­про­щать­ся с ней сей­час, на пи­ке, бы­ло бы в самый раз». Но с тех пор как ку­ра­тор он ор­га­ни­зо­вал там еще че­ты­ре вы­став­ки (по од­ной в два го­да) — и не на­ме­рен оста­нав­ли­вать­ся. Ра­бо­тая с ди­рек­то­ром му­зея Да­ни­е­лой Фер­рет­ти, он со­че­та­ет нео­ли­ти­че­ских идо­лов с про­из­ве­де­ни­я­ми Бас­кии, а Лу­чо Фон­та­ну вы­став­ля­ет око­ло об­лу­пив­шей­ся шту­ка­тур­ки па­лац­цо, ко­то­рая оформ­ле­на в «рам­ку» и вы­гля­дит от­дель­ным экс­по­на­том («Мо­им ус­ло­ви­ем бы­ло то, что­бы они не ре­ста­ври­ро­ва­ли здание»). Ак­сель счи­та­ет, что ис­кус­ство по­хо­же на мла­ден­ца: «Толь­ко что воз­ник­нув, оно пре­крас­но, но ин­те­рес­нее на­блю­дать за его из­ме­не­ни­я­ми со вре­ме­нем, за тем, как на него вли­я­ет мир».

Сло­во «аутен­тич­ность» хоть и из­би­то, но луч­шим об­ра­зом от­ра­жа­ет смысл де­ко­ра­тор­ской ра­бо­ты Вер­ворд­та. Ко­гда во вре­мя ре­кон­струк­ции Лувр из­бав­лял­ся от ба­лок ста­ро­го зда­ния, Ак­сель вы­ку­пил 168 штук и по­стро­ил из них мин­ку, тра­ди­ци­он­ный япон­ский до­мик. В шту­ка­тур­ку для стен сво­их ар­хи­тек­тур­ных про­ек­тов он вме­ши­ва­ет гли­ну и грязь, в оформ­ле­нии ис­поль­зу­ет дре­ве­си­ну мест­ных по­род (пре­иму­ще­ствен­но до­бы­тую из ста­рых стро­е­ний и об­ра­бо­тан­ную). Его фи­ло­со­фия — не сбор му­со­ра с ба­ра­хо­лок, а ра­бо­та с ис­то­ри­ей и ме­стом про­ис­хож­де­ния каж­до­го пред­ме­та. Вер­вордт да­рит им вто­рую жизнь, до­ка­зы­вая, что красота бес­смерт­на.

Для Ак­се­ля нет гра­ни­цы меж­ду про­из­ве­де­ни­ем ис­кус­ства и эле­мен­том ин­те­рье­ра: «Я не укра­шаю по­ме­ще­ния, я на­хо­жу ра­бо­там дом. Преж­де чем впи­сать про­из­ве­де­ние в интерьер, я раз­го­ва­ри­ваю с ним, спра­ши­ваю: „Те­бе здесь хо­ро­шо?“. Несколь­ко ра­бот в про­стран­стве долж­ны не кон­флик­то­вать, а всту­пать друг с дру­гом в ди­а­лог». Его сын Бо­рис, от­ве­ча­ю­щий за га­ле­рею, пер­вым убе­дил от­ца в том, что тор­гов­лю ис­кус­ством сто­ит от­де­лить от де­ко­ра­ции. Се­го­дня в со­бра­нии Вер­ворд­тов око­ло 15 ты­сяч пред­ме­тов, но биз­нес-чу­тье не ме­ша­ет Бо­ри­су оста­вать­ся при­вер­жен­цем се­мей­но­го вку­са: «Фи­наль­ное сло­во при по­куп­ке все­гда за от­цом. Мы не по­ку­па­ем про­из­ве­де­ния, ко­то­рые нам не нра­вят­ся, ра­ди вы­год­ной про­да­жи. У нас есть прин­цип — не со­би­рать по­ли­ти­че­ское или кон­фликт­ное ис­кус­ство. Да, Фон­та­на или [Са­бу­ро] Му­ра­ка­ми то­же со­вер­ша­ют акт агрес­сии, уни­что­жая хол­сты, но это не раз­ру­ше­ние, а со­зда­ние но­во­го. Как ро­ды — про­цесс со­про­вож­да­ет­ся бо­лью, но да­ет на­ча­ло но­вой жиз­ни».

Все­го два по­ме­ще­ния «Ка­на­ла» по­свя­ще­ны вре­мен­ным вы­став­кам с про­из­ве­де­ни­я­ми на про­да­жу. Осталь­ные пред­ме­ты ис­кус­ства оста­нут­ся в за­лах в ви­де по­сто­ян­ной экс­по­зи­ции, ко­то­рая пе­ри­о­ди­че­ски бу­дет пе­ре­осмыс­лять­ся. «Kanaal не по­хож на стан­дарт­ную га­ле­рею, и ес­ли клиент до нас до­бе­рет­ся, то за-

пом­нит про­стран­ство на­дол­го. Мно­гие на­ши по­ку­па­те­ли — из Рос­сии. Во­пре­ки сте­рео­ти­пам, эра де­мон­стра­тив­но­го по­треб­ле­ния кон­чи­лась, к рус­ским воз­вра­ща­ет­ся до­ре­во­лю­ци­он­ная утон­чен­ность и по­гру­жен­ность в гло­баль­ную куль­ту­ру», — рас­ска­зы­ва­ет Бо­рис.

По­сто­ян­ный со­ав­тор Ак­се­ля — япон­ский ар­хи­тек­тор Та­цу­ро Ми­ки. Он по­яс­ня­ет: «Ва­би Ак­се­ля — не по­вто­ре­ние япон­ской эс­те­ти­ки, а ее ин­тер­пре­та­ция, смесь с ев­ро­пей­ской куль­ту­рой. У нас не бы­ло за­каз­чи­ков-япон­цев, они тра­ди­ци­о­на­ли­сты, не со­всем по­ни­ма­ют та­кой под­ход». Самый из­вест­ный проект Вер­ворд­та и Ми­ки — пент­ха­ус в нью-йорк­ском оте­ле The Greenwich, при­над­ле­жа­щем Ро­бер­ту Де Ни­ро. Од­на ночь в нем обой­дет­ся в $15 000. Не­уже­ли пер­вое, что нуж­но по­сто­яль­цам с та­ки­ми день­га­ми, — скром­ность? Ак­сель отвечает: «Вряд ли в него при­ез­жа­ют во­ро­ти­лы. Там ча­сто оста­нав­ли­ва­ют­ся гол­ли­вуд­ские ак­те­ры, лю­ди, ко­то­рым нуж­на ду­шев­ная гар­мо­ния. Они мо­гут от­влечь­ся от су­е­ты и по­быть на­едине с са­ми­ми со­бой». Про­стран­ства Вер­ворд­та срав­ни­ва­ют с ма­те­рин­ской утро­бой или пе­ще­ра­ми пер­во­быт­ных лю­дей — в этой есте­ствен­но­сти, по­хо­же, и та­ит­ся их привле­ка­тель­ность.

1.

2.

2. 1. Вы­став­ка бель­гий­ской ху­дож­ни­цы Люcии Брю во вре­мя открытия про­стран­ства «Ка­нал». 2. Од­но из зда­ний «Ка­на­ла». 3. Ин­стал­ля­ция ни­ге­рий­ско­го ху­дож­ни­ка Эль Ана­цуи, на­крыв­шая фа­сад Па­лац­цо Фор­ту­ни для вы­став­ки Artempo, 2007

3.

1.

1.

3. 3. 1. Вер­вордт по­ку­пал ис­кус­ство по по­ру­че­нию се­мьи с 14 лет, а свой пер­вый вы­ста­воч­ный па­ви­льон, объ­еди­нив­ший ба­роч­ное и со­вре­мен­ное ис­кус­ство, пред­ста­вил в 1982-м. 2. Биб­лио­те­ка Вер­ворд­та в од­ной из си­лос­ных ба­шен «Ка­на­ла». 3. Все жи­лые по­ме­ще­ния...

2.

Ра­бо­та Ка­цуо Си­ра­ги Suiju (1985) в про­стран­стве Henro I (Kanaal)

4. 1. «В ин­ду­стри­аль­ном зда­нии мы на­шли ре­ли­ги­оз­ный дух. Это ме­сто для слу­же­ния», — рас­ска­зы­ва­ет Вер­вордт о за­ле «Кар­нак». 2. Ра­бо­та Ка­но Танъю XVII ве­ка, изоб­ра­жа­ю­щая дра­ко­на в об­ла­ках. 3. At the Edge of the World Ани­ша Ка­пу­ра. 4. Интерьер пент­ха­у­са в...

3.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.