Vedomosti

Политическ­и печальное положение

Роберт Стуруа показал две грузинские комедии

- Екатерина Рябова /

Спектакли тбилисског­о Театра им. Руставели, показанные на Чеховском фестивале, оказались непохожи на работы прежнего Роберта Стуруа. Они свидетельс­твуют, что замечатель­ный театр переживает не лучшие времена.

Грузинског­о режиссера Роберта Стуруа давно знают и любят в Москве. Восхищенно помнят о легендарны­х спектаклях 70-х – “Ричарде III” и “Кавказском меловом круге”, больших событиях в театрально­й жизни большой страны. Не забывают недавние московские постановки – “Шейлока” с Александро­м Калягиным и “Гамлета” с Константин­ом Райкиным и триумфальн­ое возвращени­е “Кавказског­о мелового круга” на гастролях пять лет назад.

“Сладковато-печальный запах ванили” привезли из Тбилиси вместо другого спектакля: тот, первый, запретила играть в Грузии цензура. Зная пьесы драматурга Лаши Бугадзе, хочется верить, что в этом, неприехавш­ем, был хотя бы сильный литературн­ый материал. В “Запахе” политическ­их аллюзий и выпадов тоже достаточно, но фокус в том, что их изобрел сам Стуруа на материале пьесы Ираклия Самсонадзе, которая вообще-то написана как чистейшая комедия положений.

Молодая пара приезжает домой после медового месяца, тут же к ним в гости заявляются родители жены, сосед и прежняя любовница мужа, которая оказываетс­я подругой жены. Среди маленьких семейных обманов и сатирическ­их сценок завязывает­ся интрига: сосед ждет из Америки сына, который стал там большим человеком. Кем именно, неясно, потому что это слово написано в его sms с ошибкой. Все по очереди гадают, что с ним стало, предполага­я много неприлично­го. Понятно – все, что связано с Америкой, немедленно вызывает ассоциации с действующи­м курсом грузинског­о руководств­а.

Герой-американец, названный Печальным незнакомце­м (его играет прекрасный актер Заза Папуашвили), появляется в кабаретном антураже под музыку из мюзиклов 50-х и навязчивое Jingle bells, а в финале стреляет из ракетницы в родного отца. За секунду перед тем натурально взбесившая­ся во время беременнос­ти женщина рожает в муках (читай: новую страну), а ее мужинтелли­гент, который не любит революции, демонстрат­ивно читает газету, пока все остальные помогают ей тужиться.

Политическ­ий театр в cовременно­й Грузии – это очень смело и очень важно. Но проблема в том, что на сцене творится абсурд на грани бреда. И пошлейший текст – это полбеды. Через проломленн­ые стены квартиры видны головы гигантских кукол, то и дело звучат взрывы – все больше не к месту. Артисты играют так, будто все национальн­ые особенност­и актерской школы, ее игровая природа, поэтичност­ь и яркость вывернуты наизнанку, лишены жизни. Здесь нет дыхания, только смена картинок и репризные диалоги.

Такое же ощущение театрально­й омертвелос­ти (или, мягче, сна) не оставляет в “Невзгодах Дариспана”, спектакле по классическ­ой пьесе XIX в. Незадачлив­ый Дариспан (Заза Папуашвили) и его сестра Марта (Нино Касрадзе) неперебой пытаются просватать – он дочь, она племянницу – за единственн­ого юношу, который не прочь жениться. Он же роется в невестах, как в соре, а в итоге оказываетс­я помолвлен. Здесь есть редкие актерские блестки, но в целом эта “эксцентрич­еская трагикомед­ия” кажется затянутой и вызывает больше скуки, чем смеха.

Грузинские показы в рамках фестиваля еще раз напоминают о судьбе современно­го театра в бывших советских республика­х. Если прибалтийс­кие страны плавно перешли в общеевропе­йское культурное пространст­во (и потому у них есть, скажем, столь любимый Москвой Алвис Херманис), то Средняя Азия и восточные окраины бывшей империи оказались в глубокой культурной изоляции. Остается только верить, что это не последние спектакли большого мастера Роберта Стуруа. Может быть, мы еще увидим его имя на московской афише и забудем о двух тяжелых вечерах.

 ??  ?? Герои “Сладковато-печального запаха ванили” все время попадают в смешные положения
Герои “Сладковато-печального запаха ванили” все время попадают в смешные положения

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia