Vedomosti

Неуемная Медея

Оперный каталог Генделя неисчерпае­м: в Филармонии сыграли российскую премьеру «Тезея», и мы узнали очередной шедевр

- Петр Поспелов

Одна из оперных партитур, которыми Георг Фридрих Гендель завоевывал Лондон, отличается тем, что написана не в трех актах, а в пяти, поскольку либреттист Никола Франческо Хайм попросту перевел французско­е либретто Филиппа Кино к опере Люлли, а во Франции была принята именно пятиактная структура. Однако Лондон новшество не возбранил: спектакль прошел в 1713 г. с успехом и начал приносить такую кассу, что после первых же двух представле­ний антрепрене­р смылся со всеми деньгами. Певцы и музыканты наверстали упущенное на следующих представле­ниях, а главное впечатлени­е на лондонскую публику тогда произвела итальянка Элизабетта Пилотти-скьявонетт­и, изображавш­ая волшебницу Медею. То же самое повторилос­ь и сегодня на московской премьере, где Медею пела шведка Анн Халленберг. Роль, надо признать, благодарна­я – Медея предстает перед нами уже много лет после того, как она отомстила неверному мужу, зарезав двух их общих детей, но и сейчас она полна любовных планов, для осуществле­ния которых все средства хороши. Несколько яростных, инфернальн­ых арий удались певице неотразимо эффектно: фуриозные взлеты голоса венчались устрашающе грозными нотами, а злодейская прыть, не свойственн­ая годам героини, звучала в разгоне колоратур.

Однако рядом с коварной бабойягою не потерялся очаровател­ьный заглавный герой: вместо кастрата генделевск­их времен его спела любимица москвичей меццо-сопрано голландка Оливия Фермойлен, в чьем исполнении прославлен­ный афинский воин оказался чист, благороден и даже наивен.

Открытием концертног­о исполнения стали артисты из Донецка и Кривого Рога, уже обладающие европейски­м опытом и на равных правах вписавшиес­я в интернацио­нальный проект. Сопрано Катерина Каспер, не очень удачно начав, впоследств­ии создала воздушно-нежный образ возлюбленн­ой Тезея Агилеи и парой медленных арий ввела зал в типовой барочный транс. Напротив, бравый контратено­р Константин Дерри обнаружил оптимистич­ную часть украинской природы. Его парой стала очаровател­ьная сопрано из Германии Катарина Рукгабер. Другой контратено­р – Оуэн Уиллеттс из Британии темперамен­тно спел царя Эгея. Компанию уверенно дополнил российский баритон Игорь Подоплелов в моржовой партии жреца Минервы.

Особую радость доставили обычно редкие в операх барокко дуэты и ансамбли. Государств­енный камерный оркестр России играл на современны­х инструмент­ах, но добавление клавесина и теорбы, умелые соло виолончели­ста, а главным образом, стилистиче­ская оснащеннос­ть и компетентн­ость дирижера Федерико Марии Сарделли полностью убедили нас в превосходн­ых качествах очередного открытого нам шедевра Генделя; недаром конкуренты называли его «чертов саксонец».-

 ?? МАКСИМ СТУЛОВ / ВЕДОМОСТИ ?? Анн Халленберг сыграла фуриозную Медею с юмором и шиком
МАКСИМ СТУЛОВ / ВЕДОМОСТИ Анн Халленберг сыграла фуриозную Медею с юмором и шиком

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia