Plus Pinchuk and Martynenko. The Kremlin is preparing a hook not only for Akhmetov

Плюс Пин­чук и Мар­ты­нен­ко. Кремль го­то­вит крю­чок не толь­ко на Ах­ме­то­ва


Thanks to sanctions against Ukraine, Putin can kill two birds with one stone: he will force Ukrainian oligarchs to play the Russian game before elections and will hurt the notorious Russophobes. Бла­го­да­ря санк­ци­ям про­тив Укра­и­ны Пу­тин мо­жет убить сра­зу двух зай­цев — за­ста­вит укра­ин­ских оли­гар­хов пе­ред вы­бо­ра­ми иг­рать в рос­сий­скую иг­ру и сде­ла­ет боль­но отъ­яв­лен­ным ру­со­фо­бам

During autumn of 2018, Moscow may approve the black list of Ukrainian companies and individuals, that will be subject to restrictive measures. The reduction of the negative impact on the Russian economy in addition to already imposed sanctions against Russia is the official reason for the appearance of such a list. In fact, the Damocles sword of sanctions will be the most powerful instrument of influence on Ukrainian oligarchs, whose business depends on Russia. And by a long stretch of the imagination the owner of the Kremlin can seriously affect the economy of Ukraine. The only problem is that the blow to most of the possible pain points of the Ukrainian economy can be no less painful for Russia itself.

Еще осе­нью Москва мо­жет утвер­дить чер­ный спи­сок укра­ин­ских ком­па­ний и физ­лиц, на ко­то­рых рас­про­стра­нят­ся огра­ни­чи­тель­ные ме­ры. Офи­ци­аль­ная при­чи­на по­яв­ле­ния та­ко­го спис­ка — сни­же­ние нега­тив­но­го вли­я­ния на рос­сий­скую эко­но­ми­ку в свя­зи с уже вве­ден­ны­ми про­тив Рос­сии санк­ци­я­ми. В дей­стви­тель­но­сти же да­мо­клов меч санк­ций ста­нет са­мым мощ­ным ин­стру­мен­том вли­я­ния на укра­ин­ских оли­гар­хов, чей биз­нес за­вя­зан на Рос­сию. А при же­ла­нии хо­зя­и­на Крем­ля — спо­со­бен се­рьез­но по­вли­ять на эко­но­ми­ку Укра­и­ны. Про­бле­ма лишь в том, что удар по боль­шин­ству воз­мож­ных бо­ле­вых то­чек укра­ин­ской эко­но­ми­ки мо­жет ока­зать­ся не ме­нее бо­лез­нен­ным и для са­мой Рос­сии.

How can Russia respond?

Sources in the Russian government, to which the Russian media refer, say that the actions of the Russian Federation are allegedly a mirror response to similar steps made by Ukraine. Today 1748 individuals and 756 legal entities are included in the sanctions list of Kyiv. Restrictive measures established a limitation of air communication between the two countries, the operation of the Russian banks and payment systems, social networks and television channels, certain IT companies in Ukraine and some non-entry persons involved in the Russian aggression against Ukraine. In addition, Kyiv refused to purchase the Russian gas.

The palette of the Russian sanctions against Ukraine can be much more diverse. On the one hand, the recently adopted in the Russian Federation law “About measures to influence unfriendly actions of the US and other foreign countries” stipulates not too large package of possible steps. For example, the cooperation of the Russian companies with unfriendly foreign states and organizations in various sectors may be terminated or suspended and a limit or restriction of products and raw materials import from such countries can be introduced. A similar ban can be imposed on the export of raw materials from the Russian Federation by organizations that are under the jurisdiction of unfriendly foreign countries. On the other hand, the other sanctions can be imposed by the owner of the Kremlin thanks to a small legislative clause about the possibility of introducing “other measures of influence” in accordance with the President's decision. In fact Putin personally will accept the final decision to “punish or pardon”, as it is said in his decree of June 4, according to which the measures of influence against foreign countries and their organizations, officials and citizens will be introduced by the government upon the President's decision.

Fuel is offside

In theory, any sanctions, particularly, are intended to weaken the economy of the enemy state and thus, to force it to make concessions. Following this theory, Russia in the first place would have to limit the supply of the most popular Russian goods to Ukraine.

Nuclear reactors are at the third place in the structure of the Russian imports. Their share accounts for 4.4% of all supplies from Russia according to the results of five months of this year. However, such a decision would hurt the Russian nuclear monopolist in the first instance. After all, Ukraine is still the largest foreign buyer of Rosatom's fuel. Although every year our demand of the Russian supplies is declining steadily. And this damages the income of Rosatom a lot.

Prior to Russia's military aggression, the Ukrainian market accounted for about 25% of Russia's total nuclear fuel exports, and the Russian company valued the annual supply of $ 600 million. Unlike other foreign economic operators, this level was supported even in 2015 ($ 610 million). This accounted for up to half of the export revenue of the Rosatom unit — TVEL Corporation.

However, in 2016 Ukraine decided to diversify its supplies and receive five out of 15 shipments of fuel from the US Westinghouse, which previously accounted for only 7% of Ukraine's nuclear fuel imports. As a result, by the end of 2016 TVEL received only $ 451 million, which is less than 30% of the total revenue.

Already by the end of last year, Westinghouse accounted for 40% of all nuclear fuel shipments to Ukraine. And currently the share of the American company can increase up to 55%. As a result, Rosatom will lose at least $ 300 million. Recently, some Russian experts have not ruled out that Rosatom could sue Energoatom for non- fulfillment of its longterm contracts. In particular, under this contract in the same year 2016, the Russian company was to provide 12 out of 15 operating units of the Ukrainian NPPs. Therefore, it is unlikely that Putin himself will contribute to further decline in income of one of the key companies. Moreover, this step will only accelerate the further expansion of Ukraine's cooperation with Westinghouse.

The introduction of restrictive measures for the supply of petroleum products will be inefficient as well. They amounted up to 20.6% in the structure of the Russian imports to Ukraine in January-May 2018. Last year, one third of all imported diesel fuel and autogas was delivered from Russia. However, if the ban on the import of these goods from Russia is imposed, they will be delivered to Ukraine through other countries, for example, Belarus, which accounts for more than 40% of all fuel supplies to the Ukrainian market now. This, however, can complicate the logistics, and as a result, diesel fuel and autogas can rise in price. But the Russian sanctions will not be able to provoke a deficit of these goods on the Ukrainian market. Moreover, Ukraine can also increase imports of oil products, for example, from Lithuania and Turkmenistan.

Akhmetov will be hooked for coal and metal

The Kremlin can play with the possible introduction of restrictive measures with the help of coal, which accounts for 26% of the total structure of the Russian imports on our market. According to the SFS, for seven months of 2018 Ukraine purchased anthracite coal from Russia for $ 1.1 billion. Russian supplies accounted for 62% of the total amount of imported coal in the country.

Ukraine is gradually reducing the consumption of the Russian anthracite. According to the State External Inform Service, last year the share of the Russian anthracite in our market was 78.6%. However, it is impossible to get rid of this dependence at once. To secure itself against possible threat of the Russian supplies breakdown, Ukraine has already begun to transfer its CHPP from anthracite to a gas group coal. But conversion of all CHPP will take up to a year and half as well as considerable financial investments. While the process is not over, we need a strategic stock of anthracite. An anthracite reserve of 1 million tons should be created

Как мо­жет от­ве­тить Рос­сия

Источ­ни­ки в рос­сий­ском пра­ви­тель­стве, на ко­то­рые ссы­ла­ют­ся рос­сий­ские СМИ, го­во­рят, что дей­ствия РФ яко­бы бу­дут зер­каль­ным от­ве­том на ана­ло­гич­ные ша­ги Укра­и­ны. На се­го­дняш­ний день в санк­ци­он­ный спи­сок Ки­е­ва вне­се­ны 1748 фи­зи­че­ских и 756 юри­ди­че­ских лиц. Огра­ни­чи­тель­ные ме­ры уста­но­ви­ли за­прет на воз­душ­ное со­об­ще­ние меж­ду дву­мя стра­на­ми, ра­бо­ту в Укра­ине рос­сий­ских бан­ков и пла­теж­ных си­стем, со­ци­аль­ных се­тей и те­ле­ка­на­лов, от­дель­ных IT-ком­па­ний и сде­ла­ли невъезд­ны­ми лиц, при­част­ных к рос­сий­ской агрес­сии про­тив Укра­и­ны. По­ми­мо то­го, Ки­ев от­ка­зал­ся от за­ку­пок рос­сий­ско­го га­за.

Па­лит­ра рос­сий­ских санк­ций про­тив Укра­и­ны мо­жет быть го­раз­до раз­но­об­раз­нее. С од­ной сто­ро­ны, недав­но при­ня­тый в РФ за­кон «О ме­рах воз­дей­ствия на недру­же­ствен­ные дей­ствия США и иных ино­стран­ных го­су­дарств» ого­ва­ри­ва­ет не слиш­ком объ­ем­ный па­кет воз­мож­ных ша­гов. На­при­мер, мо­жет быть пре­кра­ще­но или при­оста­нов­ле­но со­труд­ни­че­ство рос­сий­ских ком­па­ний с недру­же­ствен­ны­ми ино­стран­ны­ми го­су­дар­ства­ми и ор­га­ни­за­ци­я­ми в раз­лич­ных от­рас­лях и вве­ден за­прет или огра­ни­че­ние на ввоз про­дук­ции и сы­рья из та­ких стран. Ана­ло­гич­ный за­прет мо­жет быть уста­нов­лен на вы­воз сы­рья из РФ ор­га­ни­за­ци­я­ми, на­хо­дя­щи­ми­ся под юрис­дик­ци­ей недру­же­ствен­ных ино­стран­ных го­су­дарств. С дру­гой сто­ро­ны, все ре­ше­ния на от­куп хо­зя­и­ну Крем­ля от­да­ет ма­лень­кая за­ко­но­да­тель­ная ого­вор­ка о воз­мож­но­сти вво­дить и «иные ме­ры воз­дей­ствия» в со­от­вет­ствии с ре­ше­ни­ем пре­зи­ден­та. О том, что окон­ча­тель­ное ре­ше­ние «каз­нить или по­ми­ло­вать» бу­дет при­ни­мать лич­но Пу­тин, фак­ти­че­ски го­во­рит­ся и в его ука­зе от 4 июня, со­глас­но ко­то­ро­му ме­ры воз­дей­ствия в от­но­ше­нии ино­стран­ных го­су­дарств и их ор­га­ни­за­ций, долж­ност­ных лиц и граж­дан бу­дут вво­дить­ся пра­ви­тель­ством по ре­ше­нию пре­зи­ден­та.

Топ­ли­во вне иг­ры

В тео­рии лю­бые санк­ции при­зва­ны преж­де все­го мак­си­маль­но осла­бить эко­но­ми­ку го­су­дар­ства-про­тив­ни­ка и та­ким об­ра­зом вы­ну­дить его ид­ти на уступ­ки. Сле­дуя этой тео­рии, Рос­сия в первую оче­редь долж­на бы­ла бы огра­ни­чить по­став­ки в Укра­и­ну са­мых вос­тре­бо­ван­ных у нас рос­сий­ских то­ва­ров.

На тре­тьем ме­сте в струк­ту­ре рос­сий­ско­го им­пор­та сто­ят ядер­ные ре­ак­то­ры. На их до­лю по ре­зуль­та­там пя­ти ме­ся­цев ны­неш­не­го го­да при­хо­дит­ся 4,4% всех по­ста­вок из РФ. Од­на­ко та­кое ре­ше­ние боль­но уда­рит преж­де все­го по рос­сий­ско­му ядер­но­му мо­но­по­ли­сту. Ведь Укра­и­на до сих пор оста­ет­ся круп­ней­шим за­ру­беж­ным по­ку­па­те­лем топ­ли­ва «Ро­са­то­ма». Хо­тя с каж­дым го­дом на­ша по­треб­ность в рос­сий­ских по­став­ках неуклон­но со­кра­ща­ет­ся. И это силь­но бьет по до­хо­дам «Ро­са­то­ма».

До на­ча­ла во­ен­ной агрес­сии Рос­сии на укра­ин­ский ры­нок при­хо­ди­лось око­ло 25% все­го рос­сий­ско­го экс­пор­та ядер­но­го топ­ли­ва, а еже­год­ный объ­ем по­ста­вок рос­сий­ская кор­по­ра­ция оце­ни­ва­ла в $600 млн. Этот уро­вень, в от­ли­чие от дру­гих внеш­не­эко­но­ми­че­ских опе­ра­то­ров, да­же с по­вы­ше­ни­ем ($610 млн) под­дер­жи­вал­ся в 2015 г. Это со­став­ля­ло до по­ло­ви­ны экс­порт­ной вы­руч­ки под­раз­де­ле­ния «Ро­са­то­ма» — кор­по­ра­ции «ТВЭЛ».

Од­на­ко в 2016 г. Укра­и­на при­ня­ла ре­ше­ние ди­вер­си­фи­ци­ро­вать по­став­ки и по­лу­чать пять из 15 пар­тий топ­ли­ва от аме­ри­кан­ской «Ве­стин­гауз», на ко­то­рую до это­го при­хо­ди­лось все­го 7% укра­ин­ско­го им­пор­та ядер­но­го топ­ли­ва. В ре­зуль­та­те по ито­гам 2016 г. «ТВЭЛ» по­лу­чил все­го $451 млн, или ме­нее 30% от об­щей вы­руч­ки.

Уже к кон­цу про­шло­го го­да на «Ве­стин­гауз» при­хо­ди­лось 40% всех по­ста­вок ядер­но­го топ­ли­ва в Укра­и­ну, а в ны­неш­нем до­ля аме­ри­кан­ской ком­па­нии мо­жет воз­рас­ти уже до 55%. В ре­зуль­та­те «Ро­са­том» недо­по­лу­чит не ме­нее $300 млн. Со­всем недав­но неко­то­рые рос­сий­ские экс­пер­ты не ис­клю­ча­ли, что «Ро­са­том» мо­жет по­дать в суд на «Энер­го­атом» за невы­пол­не­ние дол­го­сроч­ных кон­трак­тов. В част­но­сти, по это­му кон­трак­ту в том же 2016 г. рос­сий­ская ком­па­ния долж­на бы­ла обес­пе­чить 12 из 15 дей­ству­ю­щих бло­ков укра­ин­ских АЭС. По­это­му ма­ло­ве­ро­ят­но, что Пу­тин соб­ствен­но­руч­но по­спо­соб­ству­ет даль­ней­ше­му сни­же­нию до­хо­дов од­ной из клю­че­вых ком­па­ний. Тем бо­лее что этот шаг толь­ко уско­рит даль­ней­шее рас­ши­ре­ние ко­опе­ра­ции Укра­и­ны с «Ве­стин­гауз».

Possible blockade of the Sea of Azov, including the Mariupol port, which is a path for a large volume of export products of Akhmetov's metallurgical enterprises, can be an additional and equally painful argument of the Kremlin in the negotiations with him

Неэф­фек­тив­ным бу­дет и вве­де­ние огра­ни­чи­тель­ных мер в от­но­ше­нии по­ста­вок неф­те­про­дук­тов, ко­то­рые в струк­ту­ре рос­сий­ско­го им­пор­та в Укра­и­ну по ито­гам ян­ва­ря–мая 2018 г. со­ста­ви­ли 20,6%. В про­шлом го­ду треть все­го им­пор­ти­ро­ван­но­го дизтоп­ли­ва и ав­то­га­за бы­ли по­став­ле­ны из Рос­сии. Од­на­ко в слу­чае вве­де­ния за­пре­та на им­порт этих то­ва­ров из Рос­сии они по­про­сту бу­дут за­во­зить­ся в Укра­и­ну че­рез дру­гие стра­ны, на­при­мер че­рез Бе­ла­русь, на ко­то­рую сей­час при­хо­дит­ся бо­лее 40% всех по­ста­вок топ­ли­ва на укра­ин­ский ры­нок. Это, прав­да, услож­нит ло­ги­сти­ку, в ре­зуль­та­те че­го дизтоп­ли­во и ав­то­газ мо­гут по­до­ро­жать. Но спро­во­ци­ро­вать де­фи­цит этих то­ва­ров на укра­ин­ском рын­ке рос­сий­ские санк­ции не смо­гут. Тем бо­лее что Укра­и­на так­же мо­жет на­рас­тить им­порт неф­те­про­дук­тов, ска­жем, из Лит­вы и Турк­ме­ни­ста­на.

Бо­лез­нен­ным ар­гу­мен­том Крем­ля в пе­ре­го­во­рах с Ах­ме­то­вым мо­жет стать пер­спек­ти­ва бло­ка­ды Азов­ско­го мо­ря, в том чис­ле Ма­ри­у­поль­ско­го пор­та, че­рез ко­то­рый идет на экс­порт боль­шой объ­ем про­дук­ции его ме­тал­лур­ги­че­ских пред­при­я­тий

Ах­ме­то­ва за­це­пят за уголь и ме­талл

По­иг­рать­ся с воз­мож­ным вве­де­ни­ем огра­ни­чи­тель­ных мер Кремль мо­жет в от­но­ше­нии уг­ля, ко­то­рый в об­щей струк­ту­ре рос­сий­ско­го им­пор­та на наш ры­нок за­ни­ма­ет 26%. По дан­ным ГФС, за семь ме­ся­цев 2018 г. Укра­и­на за­ку­пи­ла уг­ля ан­тра­ци­та у Рос­сии на сум­му $1,1 млрд. На рос­сий­ские по­став­ки при­шлось 62% от об­ще­го ко­ли­че­ства им­порт­но­го уг­ля в стране.

Укра­и­на по­сте­пен­но со­кра­ща­ет по­треб­ле­ние рос­сий­ско­го ан­тра­ци­та. По ин­фор­ма­ции «Держ­зов­ні­шін­фор­му», в про­шлом го­ду до­ля рос­сий­ско­го ан­тра­ци­та на на­шем рын­ке со­ста­ви­ла 78,6%. Од­на­ко из­ба­вить­ся от этой за­ви­си­мо­сти невоз­мож­но од­но­мо­мент­но. Что­бы за­стра­хо­вать се­бя от воз­мож­ной угро­зы пре­кра­ще­ния рос­сий­ских по­ста­вок, Укра­и­на уже на­ча­ла пе­ре­во­дить свои ТЭЦ с ан­тра­ци­та на уголь га­зо­вой груп­пы. Но что­бы пе­ре­обо­ру­до­вать все ТЭЦ, по­на­до­бят­ся до по­лу­то­ра лет и зна­чи­тель­ные фи­нан­со­вые вло­же­ния. По­ка про­цесс не за­кон­чен, нам необ­хо­дим стра-

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.