Ви­ди­мость неви­ди­мо­го

Вла­да Рал­ко — о фи­ло­со­фии твор­че­ства, пу­те­ше­стви­ях и Ка­зи­ми­ре Ма­ле­ви­че

Den (Russian) - - Культура - АКТУАЛЬНОЕ ИН­ТЕР­ВЬЮ

Про­шлый год стал очень успеш­ным для

од­ной из­са­мых из­вест­ных со­вре­мен­ных ху­дож­ниц Укра­и­ны Вла­ды РАЛ­КО.

Вдво­ем с Вла­ди­ми­ром Буд­ни­ко­вым — му­жем, кол­ле­гой, еди­но­мыш­лен­ни­ком, она пред­ста­ви­ла несколь­ко вы­ста­вок, сов­мест­ных и пер­со­наль­ных, а так­же эта твор­че­ская па­ра вы­пу­сти­ла несколь­ко «ав­тор­ских» ху­до­же­ствен­ных аль­бо­мов. Сей­час Рал­ко при­гла­си­ла на мас­штаб­ный но­вый вер­ни­саж « Ре­зерв » в «Ки­ев­ской кар­тин­ной га­ле­рее».

«ПРИ­ВЫЧ­НЫЙ БЫТ ОБРЕТАЕТ СЮРРЕАЛИСТИЧЕСКИЕ ЧЕРТЫ»

— Вла­да, ва­ши преды­ду­щие боль­шие про­ек­ты «Три ша­га» (вме­сте с Вла­ди­ми­ром Буд­ни­ко­вым) и «Ки­ев­ский днев­ник» ста­ли, по су­ти, до­ку­мен­та­ци­ей пе­ре­жи­ва­ния ху­дож­ни­ком событий «вы­зре­ва­ния» Май­да­на — Ре­во­лю­ции До­сто­ин­ства — на­ча­ла вой­ны на во­сто­ке. По­че­му сей­час — «Ре­зерв»? Вы за­пи­са­лись в «ре­зер­ви­сты»?

— В се­ри­ях, ко­то­рые вы вс­пом­ни­ли, я со­сре­до­то­чи­лась не на от­ра­же­нии событий, а на ис­сле­до­ва­нии то­го, как жи­вет­ся че­ло­ве­ку в си­ту­а­ции вро­де бы мир­но­го бы­тия ря­дом с ре­во­лю­ци­ей или вой­ной. Ко­гда глав­ные со­бы­тия про­ис­хо­дят или ло­каль­но — на­при­мер, Май­дан по­сре­ди мир­но­го Ки­е­ва, или ди­стан­ци­он­но, как во­ен­ные дей­ствия на во­сто­ке? Несмот­ря на вир­ту­аль­ное при­сут­ствие вой­ны в СМИ, кон­фи­гу­ра­ция мир­но­го бы­тия в Укра­ине до сих пор оста­ет­ся по­чти неиз­мен­ной. И в свя­зи с этой ужас­ной па­рал­лель­но­стью при­выч­ный быт обретает сюрреалистические черты. Для ме­ня как то­гда, так и те­перь важ­но от­сле­жи­вать при­выч­ные ве­щи, ко­то­рые в из­ме­нен­ных об­сто­я­тель­ствах вдруг на­чи­на­ют го­во­рить об опре­де­лен­ном кон­крет­ном вре­ме­ни.

Над «Ре­зер­вом» ра­бо­та­ла с мыс­ля­ми о со­сто­я­нии че­ло­ве­ка, ока­зав­ше­го­ся в ро­ли «пе­ре­ме­щен­но­го ли­ца» или за­лож­ни­ка. Но о чрез­вы­чай­ной вли­я­тель­но­сти та­кой фи­гу­ры, несмот­ря на ее ис­клю­че­ние из ак­тив­ной жиз­ни. Ра­зу­ме­ет­ся, в «Ре­зер­ве» речь идет не о на­сто­я­щих за­лож­ни­ках, но о са­мой доб­ро­воль­ной де­кла­ра­тив­ной пас­сив­но­сти, ко­то­рая на­гне­та­ет си­ту­а­цию, де­ла­ет ее чрез­вы­чай­но на­пря­жен­ной.

Та­кая лич­ность слов­но из­ба­ви­лась от соб­ствен­ных ор­га­нов и пре­кра­ти­ла дей­ство­вать, свер­ну­ла все свои функ­ции, пре­вра­ти­лась в неяс­ное по­до­бие се­бя са­мой, на­ча­ла про­рас­тать внутрь се­бя, «на­кап­ли­вать­ся», ста­ла по­хо­жей на ка­кую-то обоб­щен­ную, аб­стракт­ную кук­лу. Вме­сто форм, обу­слов­лен­ных ана­то­ми­че­ским стро­е­ни­ем, я изоб­ра­зи­ла мяг­кие необя­за­тель­ные си­лу­эты.

Во­об­ще, се­рия «Ре­зерв» — очень лич­ност­ная, ведь ста­ла, в опре­де­лен­ном смыс­ле, оче­ред­ным ито­гом мо­е­го тру­да в фор­ма­те днев­ни­ков. В про­цес­се ра­бо­ты поль­зо­ва­лась ста­ры­ми фото из се­мей­но­го ар­хи­ва, от­дель­ны­ми ре­про­дук­ци­я­ми соб­ствен­ных ра­бот и фото из ба­буш­ки­ной... ку­ли­нар­ной кни­ги, к ко­то­рым я вре­мя от вре­ме­ни воз­вра­ща­юсь и ко­то­рые ста­ли в из­вест­ной сте­пе­ни ар­хе­ти­по­вы­ми для ме­ня. Субъ­ек­тив­но, эти кар­тин­ки до сих пор хра­нят ка­кую-то внут­рен­нюю си­лу и спо­соб­ны раз­во­ра­чи­вать­ся в мно­го­ва­ри­ант­ность смыс­лов в за­ви­си­мо­сти от осо­бых при­зна­ков опре­де­лен­но­го вре­ме­ни.

Для ме­ня бы­ло опре­де­лен­ным эк­за­ме­ном — при­влечь се­мей­ные фото в ка­че­стве ра­бо­чих ма­те­ри­а­лов, но фи­гу­ры с фото под­верг­лись в про­цес­се та­кой сте­пе­ни пре­об­ра­зо­ва­ний, что там оста­лось ма­ло об­ще­го с на­чаль­ны­ми изоб­ра­же­ни­я­ми.

«ПО­ПУ­ЛЯР­НОСТЬ ВСЕ­ГДА ЗАСЛОНЯЕТ ЛИЧ­НОСТЬ ХУ­ДОЖ­НИ­КА»

— В про­шлом го­ду вы вер­ну­лись к мас­ля­ной жи­во­пи­си. Ва­ша «но­вая» жи­во­пись пе­ре­кли­ка­ет­ся с «позд­ним» Ма­ле­ви­чем. Узна­ва­е­мые об­ра­зы се­лян око­ло зем­ли, лю­ди « без­лиц » , кук­лы- мо­тан­ки — это яв­ная ал­лю­зия к твор­че­ству клас­си­ка, хо­тя, ра­зу­ме­ет­ся, о «ло­бо­вом», пря­мом ци­ти­ро­ва­нии речь не идет.

— Для ме­ня в этот раз «мед­лен­ная» тех­ни­ка мас­ля­ной жи­во­пи­си яв­ля­ет­ся важ­ной со­став­ля­ю­щей ча­стью ос­нов­ной те­мы, то есть на ими­джах в ин­тер­не­те вы ви­ди­те все­го лишь ту часть ра­бо­ты, некий ва­ри­ант «для бед­ных». Мы вро­де бы сужа­ем угол зре­ния на той ча­сти жи­во­пи­си, ко­то­рую мож­но «пе­ре­ска­зать» и ко­то­рая не яв­ля­ет­ся ос­нов­ным со­об­ще­ни­ем. Я ви­жу в та­ком вос­при­я­тии боль­шую ве­ро­ят­ность пой­ти по оши­боч­но­му пу­ти.

Но ес­ли речь уже за­шла о ху­до­же­ствен­ных кон­но­та­ци­ях — ко­гда ра­бо­та­ла, ду­ма­ла о кук­ло­по­доб­ных пер­со­на­жах у ита­льян­ских ме­та­фи­зи­ков. А ес­ли точ­нее — о сво­ем быв­шем увле­че­нии ими. Осе­ля­нах Ма­ле­ви­ча я вспом­ни­ла уже по­сле то­го, как ра­бо­та над « Ре­зер­вом » бы­ла за­кон­че­на, но схо­жесть, о ко­то­рой вы го­во­ри­те, для ме­ня оста­ет­ся очень по­верх­ност­ной, по­то­му что ат­мо­сфе­ра ра­бот моей се­рии, ско­рее, сюр­ре­а­ли­стич­на, то есть ис­хо­дит из со­вер­шен­но дру­гих источников.

— Кста­ти. Ма­ле­вич се­год­ня в Укра­ине — по­пу­ляр­ный пер­со­наж и да­же конъ­юнк­тур­ная те­ма. Что вы са­ми ду­ма­е­те по это­му по­во­ду?

— От­кро­вен­но го­во­ря, мне все рав­но на­чет ны­неш­ней по­пу­ляр­но­сти Ма­ле­ви­ча, ко­то­рая сви­де­тель­ству­ет раз­ве что о пу­стых упраж­не­ни­ях в устра­и­ва­нии об­нов­лен­но­го офи­ци­аль­но­го пан­тео­на ге­ро­ев и при­об­ще­ния ту­да еще одного гром­ко­го име­ни. По­пу­ляр­ность все­гда заслоняет лич­ность ху­дож­ни­ка.

«ВСЕ ГЛАВ­НЫЕ ТЕ­МЫ И НИКУДА НЕ ИСЧЕЗАЮТ»

— В про­шлом го­ду вы мно­го вы­став­ля­лись, вы­пу­сти­ли ед­ва ли не це­лую биб­лио­те­ку ху­до­же­ствен­ных аль­бо­мов с ре­про­дук­ци­я­ми кар­тин. В Му­зее Т. Шев­чен­ко пред­ста­ви­ли рос­кош­но из­дан­ную кни­гу Вла­ди­ми­ра Буд­ни­ко­ва «Во­про­сы к ви­ди­мо­му»... Вы сов­мест­но с му­жем ра­бо­та­е­те над под­го­тов­кой аль­бо­мов?

— Ху­до­же­ствен­ное объ­еди­не­ние «Чер­воне-Чорне» в кон­це про­шло­го го­да из­да­ло сра­зу две кни­ги — боль­шую мо­но­гра­фию Вла­ди­ми­ра Буд­ни­ко­ва « Во­про­сы к ви­ди­мо­му » и мою кни­гу «Ана­то­мия». Ко­неч­но, мы с Вла­ди­ми­ром вме­сте ра­бо­та­ем над кни­га­ми, но у нас очень раз­ные ро­ли. Несмот­ря на то, что я фак­ти­че­ски вы­сту­паю со­ста­ви­те­лем, мы стро­им кон­струк­цию каж­дой из книг вдво­ем.

Кни­гу Вла­ди­ми­ра я на­зы­ваю « ви­зу­аль­ной мо­но­гра­фи­ей » , по­то­му что мы взя­ли за прин­цип не хро­но­ло­гию, а глав­ные ли­нии, те­мы се­рий, про­ек­тов и от­дель­ных ра­бот и рас­по­ло­жи­ли со­от­вет­ству­ю­щие раз­де­лы в по­сле­до­ва­тель­но­сти, обу­слов­лен­ной имен­но ви­зу­аль­ны­ми фак­то­ра­ми. В кни­ге хо­ро­шо вид­но, как ра­бо­ты с раз­ных лет и пе­ри­о­дов уко­ре­не­ны в еди­ной точ­ке или со­дер­жат ссыл­ку на об­щую глав­ную фор­му или идею; это да­ет воз­мож­ность на­ки­нуть взгляд на всю фи­гу­ру ху­дож­ни­ка, по­ка­зы­ва­ет де­я­тель­ность ху­дож­ни­ка це­лост­но, вме­сто вос­при­ни­мать ее по­сте­пен­но, со­глас­но хро­но­ло­ги­че­ски по­сле­до­ва­тель­ным фраг­мен­там. То есть в стро­е­нии кни­ги по­ка­зы­ва­ет­ся на­гляд­но тот факт, что все глав­ные те­мы не ме­ня­ют друг дру­га, но при­сут­ству­ют все­гда и никуда не исчезают, да­же ес­ли их в те­че­ние опре­де­лен­ных пе­ри­о­дов не вид­но на по­верх­но­сти. Кро­ме то­го, мы со­бра­ли, за­но­во от­ре­дак­ти­ро­ва­ли и пе­ре­ве­ли по­чти все ос­нов­ные ав­тор­ские тек­сты Вла­ди­ми­ра Буд­ни­ко­ва, а так­же часть раз­го­во­ров и ис­кус­ство­вед­че­ских тек­стов о его ос­нов­ных про­ек­тах.

Моя кни­га «Ана­то­мия» по­стро­е­на со­всем ина­че. От­сле­ди­ла опре­де­лен­ный прин­цип, по ко­то­ро­му я ра­бо­таю в по­след­ние го­ды, а имен­но в пе­ри­од с кон­ца 2013 го­да, во вре­ме­ни, ко­то­рое я опре­де­ли­ла как чрез­вы­чай­ное. По­сле это­го ото­бра­ла ра­бо­ты из бо­лее ран­них се­рий, ко­то­рые наи­бо­лее точ­но от­ве­ча­ют то­му же прин­ци­пу, хо­тя они бы­ли сде­ла­ны за­дол­го до ре­во­лю­ции и вой­ны. Ан­на ПАРОВАТКИНА Фото Николая ТИМЧЕНКО, «День»

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.