Вновь на­зна­чен­ній по­сол Го­су­дар­ства Из­ра­иль Джо­эл Ли­он – об эмо­ци­о­наль­ном и ра­ци­о­наль­ном в от­но­ше­ни­ях меж­ду на­ро­да­ми

Den (Russian) - - Первая Страница - Мы­ко­ла СИРУК, «День»

Недав­но но­вым ру­ко­во­ди­те­лем ди­пло­ма­ти­че­ской мис­сии Го­су­дар­ства Из­ра­иль в Укра­ине на­зна­чен Джо­эл ЛИ­ОН. И по тра­ди­ции пер­вое ин­тер­вью из­ра­иль­ский по­сол да­ет на­ше­му из­да­нию — га­зе­те « День » . Раз­го­вор с гос­по­ди­ном Ли­о­ном мы на­ча­ли с те­мы важ­но­сти мест­ных вы­бо­ров в Из­ра­и­ле, в част­но­сти в Ие­ру­са­ли­ме, что проходили 30 ок­тяб­ря, в день ин­тер­вью. Осо­бен­но­стью этих вы­бо­ров яв­ля­ет­ся то, что спе­ци­аль­но был объ­яв­лен вы­ход­ной день, что­бы как мож­но боль­ше лю­дей мог­ло при­нять уча­стие в го­ло­со­ва­нии. В част­но­сти мы спро­си­ли посла, имел ли он воз­мож­ность про­го­ло­со­вать за мэ­ра Ие­ру­са­ли­ма, ко­то­ро­го гос­по­дин по­сол на­звал сво­ей тай­ной лю­бо­вью в ви­део­об­ра­ще­нии на сай­те по­соль­ства.

● «ИЗБРАНИЕ МЭ­РА ИЕ­РУ­СА­ЛИ­МА ЯВ­ЛЯ­ЕТ­СЯ ЧРЕЗ­ВЫ­ЧАЙ­НО ВАЖ­НЫМ...»

— Ксо­жа­ле­нию, на­хо­дясь в Ки­е­ве, я не мо­гу про­го­ло­со­вать за мэ­ра, но уве­рен, что из­бран­ный мэр, кто бы он ни был, бу­дет луч­шим для Ие­ру­са­ли­ма.

Хо­чу от­ме­тить, что се­го­дня про­хо­дят мест­ные вы­бо­ры по всей стране, не толь­ко в Ие­ру­са­ли­ме, Тель­Ави­ве или Хай­фе, а так­же в се­лах, ко­то­рые очень важ­ны.

Важ­но, что­бы лю­ди по­шли и про­го­ло­со­ва­ли не толь­ко за мэ­ра, а так­же и за го­род­ской и сель­ский со­вет. И имен­но по этой при­чине в Из­ра­и­ле был объ­яв­лен вы­ход­ной день, что­бы лю­ди смог­ли про­го­ло­со­вать. Ведь с опре­де­лен­ной точ­ки зре­ния, эти вы­бо­ры важ­нее, чем об­ще­на­ци­о­наль­ные вы­бо­ры. Ко­неч­но, пар­ла­мент­ские вы­бо­ры — это во­прос жиз­ни и смер­ти, но здесь воз­ни­ка­ет во­прос пе­ред из­би­ра­те­лем на ло­каль­ном уровне, хо­чет ли он, что­бы но­вая до­ро­га про­хо­ди­ла че­рез рай­он или по­се­лок, или нет, хо­чет ли он боль­ше об­ще­ствен­но­го транс­пор­та, или спе­ци­аль­ные до­рож­ки для ве­ло­си­пе­дов.

Избрание мэ­ра Ие­ру­са­ли­ма яв­ля­ет­ся чрез­вы­чай­но важ­ным, по­то­му что мэр вы­во­дит го­род на на­ци­о­наль­ный уро­вень. Ес­ли я по­смот­рю на кан­ди­да­ту­ры, то все они жи­те­ли Ие­ру­са­ли­ма, лю­бят го­род и бу­дут пы­тать­ся обес­пе­чить един­ство меж­ду ев­ре­я­ми неев­ре­я­ми, оби­та­те­ля­ми го­ро­да. И это очень важ­но.

Они бу­дут раз­ви­вать го­род как со­вре­мен­ный, со­зда­вать боль­ше ра­бо­чих мест в Ие­ру­са­ли­ме, по­то­му что нель­зя л жить лишь свя­тым ду­хом кра­си­во­го ста­ро­го го­ро­да, по­то­му нуж­но боль­ше ра­бо­чих мест, боль­ше тех­но­ло­гий и, я ду­маю, что каж­дый кан­ди­дат ва­жен, каж­дый име­ет свое серд­це.

● «Я ХО­ЧУ, ЧТО­БЫ ОТ­НО­ШЕ­НИЯ БЫ­ЛИ БО­ЛЕЕ ГЛУБОКИМИ НА УРОВНЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ КОНТАКТОВ»

— Гос­по­дин По­сол, хо­чу про­ци­ти­ро­вать вас. В сво­ем ви­део­об­ра­ще­нии, раз­ме­щен­ном на веб- сай­те по­соль­ства, вы ска­за­ли, что хо­ти­те, что­бы в ко­неч­ном ито­ге от­но­ше­ния меж­ду Из­ра­и­лем и Укра­и­ной бы­ли ис­то­ри­ей люб­ви. По­че­му вы не го­то­вы сей­час ска­зать это, что есть ка­кие-то про­бле­мы или во­про­сы?

— Нет, про­блем нет. Хо­чу ска­зать, что та­кое мое ви­де­нье яв­ля­ет­ся ин­стинк­тив­ным и не яв­ля­ет­ся чем­то, что ба­зи­ру­ет­ся на об­щих ин­те­ре­сах. У нас есть мно­го об­щих цен­но­стей. От­но­ше­ния меж­ду Из­ра­и­лем и Укра­и­ной очень- очень хо­ро­шие на по­ли­ти­че­ском уровне. А я хо­чу, что­бы от­но­ше­ния бы­ли глуб­же на уровне человеческих контактов. Я хо­чу, что­бы укра­ин­цы за пре­де­ла­ми го­ро­дов, имею в ви­ду се­ла, так­же лю­би­ли Из­ра­иль и не толь­ко по­то­му, что мы име­ем об­щие цен­но­сти, об­щие ин­те­ре­сы или об­щую ис­то­рию. Это долж­но быть что- то эмо­ци­о­наль­ное, а не толь­ко ра­ци­о­наль­ное, что ис­хо­дит из ин­те­ре­сов, цен­но­стей и ис­то­рии, но не яв­ля­ет­ся эмо­ци­о­наль­ным. И, что­бы, в ко­неч­ном ито­ге, иметь та­кую ис­то­рию люб­ви, то да­вай­те сов­мест­но сде­ла­ем эту ис­то­рию.

● «МЫ ДОЛЖ­НЫ ЗНАТЬ В ИС­ТО­РИИ КАК ХО­РО­ШИЕ СТРА­НИ­ЦЫ, ТАК И ПЛОХИЕ»

— А ко­гда вы на­ча­ли ин­те­ре­со­вать­ся Укра­и­ной, пе­ред ко­ман­ди­ров­кой в Ки­ев на долж­ность Посла или рань­ше?

— Прав­да за­клю­ча­ет­ся в том, что это бы­ло дав­но, не сей­час. Я вы­яс­нил, что се­мья мо­ей ма­те­ри, в част­но­сти оба де­душ­ки мо­ей ма­те­ри, отец ее ма­те­ри и отец ее от­ца, оба ро­ди­лись в Укра­ине. Один из них ро­дил­ся в Бо­ри­сла­ве, а дру­гой — в Ко­ло­мые. До Пер­вой ми­ро­вой вой­ны они оба пе­ре­еха­ли в Вен­грию. Де­душ­ка, ко­то­рый ро­дил­ся в Ко­ло­мые, имел че­ты­рех де­тей, и в ав­гу­сте 1941 го­ду вен­гры от­пра­ви­ли его об­рат­но в Ко­ло­мыю с же­ной и че­тырь­мя детьми, ко­то­рым бы­ло за 30 лет. По­том они бы­ли вы­нуж­де­ны вы­ехать из Ко­ло­мыи в Ка­ме­нец-По­доль­ский. И 27 ав­гу­ста там их рас­стре­ля­ло 320-е под­раз­де­ле­ние немец­кой по­ли­ции, укра­ин­ская вспо­мо­га­тель­ная по­ли­ция под ко­ман­до­ва­ни­ем обер­груп­пен­фю­ре­ра СС Фри­дри­ха Ек­кель­на, и под­раз­де­ле­ние вен­гер­ских охот­ни­ков. Я знаю каж­до­го, кто там был. И это мои глу­бо­кие и ра­ни­мые свя­зи с Укра­и­ной.

Я хо­чу, что­бы лю­ди не толь­ко узна­ва­ли, что про­ис­хо­ди­ло во вре­мя Хо­ло­ко­ста. Это, без­услов­но, важ­но. Я так­же хо­чу, что­бы лю­ди зна­ли ис­то­рию, ка­кой бы она ни бы­ла — тя­же­лой или бо­лез­нен­ной, да­же ко­гда, они узна­ют, что укра­ин­цы бы­ли вме­сте с на­ци­ста­ми. И для укра­ин­цев это труд­но пред­ста­вить, и я это по­ни­маю. Но это важ­но знать. Так же как важ­но знать, что бы­ли укра­ин­цы, ко­то­рые спа­са­ли ев­ре­ев.

Оба слу­чая важ­ны, по­то­му что это часть ис­то­рии. И их нуж­но изу­чать, знать, ес­ли вы хо­ти­те, что­бы у вас не бы­ло ан­ти­се­ми­тиз­ма, ес­ли вы хо­ти­те иметь ис­то­рию люб­ви. Мы долж­ны знать в ис­то­рии как хо­ро­шие стра­ни­цы, так и плохие, и то­гда мы смо­жем вме­сте что-то по­стро­ить.

В ис­то­рии все­гда есть хо­ро­шие и плохие лю­ди, но нуж­но все­гда пом­нить это и не пы­тать­ся за­мол­чать пло­хое, а го­во­рить толь­ко о хо­ро­шем.

● ЧТО ТА­КОЕ АНТИСЕМИТИЗМ И КАК С НИМ БО­РОТЬ­СЯ

— Ес­ли про­дол­жить те­му ан­ти­се­ми­тиз­ма, то я несколь­ко лет на­зад был на кон­фе­рен­ции Globsec в Бра­ти­сла­ве и встре­тил там ев­рея-экс­пер­та из Фран­ции, так он мне ска­зал, что об­ви­не­ние Укра­и­ны в ан­ти­се­ми­тиз­ме не мо­жет срав­нить­ся с тем, что про­ис­хо­дит во Фран­ции. Что вы ска­же­те об этом?

— Что слу­чи­лось во вре­мя шаб­ба­та в Питтс­бур­ге, я вам ска­жу сле­ду­ю­щее. Нуж­но на­чать с во­про­са, что та­кое антисемитизм. Его опре­де­ле­ние яв­ля­ет­ся про­стым. Антисемитизм — это не толь­ко, ко­гда ев­рея бьют на ули­це или его уби­ва­ют. Это слу­ча­ет­ся во Фран­ции и Германии, в Бель­гии и Бри­та­нии.

Антисемитизм — это так­же, ко­гда кто-то ри­су­ет граф­фи­ти «убить жи­да», или кто-то на клад­би­ще раз­ру­ша­ет ев­рей­ские мо­ги­лы, или об­зы­ва­ет ев­рея на ули­це.

Это — антисемитизм, и ес­ли вы не бу­де­те с ним бо­роть­ся, то слу­чит­ся то, что про­изо­шло в Питтс­бур­ге. По­то­му что лю­ди смо­гут пой­ти даль­ше: от над­пи­сей на стене к то­му, что­бы убить ев­рея. И имен­но это де­лал, тот аме­ри­ка­нец в ин­тер­не­те, и ни­кто ему ни­че­го не го­во­рил. По­это­му нам нуж­но быть вни­ма­тель­ны­ми, на­блю­дать и гром­ко го­во­рить об этом, а укра­ин­ская власть долж­на на­ка­зы­вать тех, кто со­вер­ша­ет ак­ты ан­ти­се­ми­тиз­ма.

Укра­ин­ское пра­ви­тель­ство осуж­да­ет антисемитизм, и, как я знаю, боль­шин­ство укра­ин­цев так­же вы­сту­па­ют про­тив ан­ти­се­ми­тиз­ма. По­это­му не поз­во­ляй­те ка­ко­му-то мень­шин­ству бро­сать грязь или пят­на на боль­шин­ство. Ес­ли вы ви­ди­те в мет­ро в Ки­е­ве, то, что я ви­дел, то долж­ны ре­ши­тель­но вы­сту­пать про­тив это­го.

— Но, мне ка­жет­ся, для ро­ста ан­ти­се­ми­тиз­ма в Укра­ине нет ос­но­ва­ний, об этом го­во­ри­ли «Дню» ли­де­ры ев­рей­ских об­щин в Ки­е­ве, ко­то­рые счи­та­ют, что ста­тья в «Нью-Йорк Таймс» бы­ла пре­уве­ли­че­ни­ем, и под ней по­ста­ви­ли под­пи­си лю­ди, ко­то­рые ни­ко­гда не бы­ли в Укра­ине.

— Но есть дру­гие ор­га­ни­за­ции. И я лич­но мо­гу вам ска­зать сле­ду­ю­щее. Я был в Одес­се, где на­про­тив дет­ско­го ев­рей­ско­го до­ма бы­ло на­пи­са­но «убить жи­да». Я был в Одес­се в тот день, ко­гда кто-то бро­сил ка­мень в си­на­го­гу. А в Ки­е­ве я уви­дел обид­ную над­пись в мет­ро. Не го­во­ри­те мне, что здесь нет при­зна­ков ан­ти­се­ми­тиз­ма.

Да, евреи здесь мо­гут хо­дить на ули­це и чувствовать се­бя в без­опас­но­сти. Но речь не об этом. Ес­ли вы не бу­де­те бо­роть­ся с упо­мя­ну­ты­ми мной про­яв­ле­ни­я­ми ан­ти­се­ми­тиз­ма, то в ко­неч­ном ито­ге у вас слу­чит­ся что-то на­по­до­бие Питтс­бур­га. По­это­му вы долж­ны бо­роть­ся про­тив лю­бых про­яв­ле­ний ан­ти­се­ми­тиз­ма.

— Гос­по­дин По­сол, вы от­ме­ча­ли в ви­део­об­ра­ще­нии, что вы лю­би­те ис- то­рию, по­то­му ин­те­рес­но услы­шать от вас, ка­ких укра­ин­ских ис­то­ри­ков вы зна­е­те или чи­та­ли?

— Я не яв­ля­юсь спе­ци­а­ли­стом ис­то­рии этой ча­сти ми­ра. Моя док­тор­ская дис­сер­та­ция бы­ла о фран­цуз­ско­из­ра­иль­ских от­но­ше­ни­ях, глав­ным об­ра­зом им­ми­гра­ция ев­ре­ев из фран­цуз­ских ко­ло­ний с 1949-го по 1956-й. И по­то­му это не свя­за­но с Укра­и­ной, и я не знаю укра­ин­ских ис­то­ри­ков.

— По-ви­ди­мо­му, вы зна­е­те, что здесь су­ще­ству­ют раз­ные мне­ния и под­хо­ды по по­во­ду стро­и­тель­ства Ме­мо­ри­а­ла Хо­ло­ко­ста в Ба­бьем Яру. А что вы ду­ма­е­те по это­му по­во­ду?

— Я мо­гу ска­зать, что там бы­ло уби­то 40 ты­сяч ев­ре­ев и толь­ко по од­ной при­чине — по­то­му что они бы­ли ев­ре­я­ми. Муж­чи­ны, де­ти, жен­щи­ны бы­ли со­гна­ны из их до­мов имен­но по­то­му, что они бы­ли ев­ре­я­ми. И не бы­ло ни­ка­кой дру­гой при­чи­ны. И об этом нуж­но ска­зать и очень гром­ко. Нель­зя это срав­нить ка­кой-то дру­гой тра­ге­ди­ей. Во вре­мя Вто­рой ми­ро­вой вой­ны бы­ло мно­го тра­ге­дий, но тра­ге­дия ев­ре­ев бы­ла чем-то осо­бен­ным, че­го нель­зя ни с чем не срав­нить. Раз­ве что с тем, что слу­чи­лось с ро­ма­ми.

● О ТРЕХ ЗАДАЧАХ НА ДОЛЖ­НО­СТИ ПОСЛА

— Гос­по­дин По­сол, ка­кие три ос­нов­ные за­да­чи вы по­ста­ви­ли пе­ред со­бой или вам по­ста­ви­ло пра­ви­тель­ство на вре­мя пре­бы­ва­ния в Укра­ине в ка­че­стве гла­вы ди­пло­ма­ти­че­ской мис­сии Го­су­дар­ства Из­ра­иль?

— Преж­де все­го, это эко­но­ми­ка. Эко­но­ми­че­ские свя­зи меж­ду Укра­и­ной и Из­ра­и­лем нуж­но уси­лить. Они долж­ны стать креп­че, чем это на­блю­да­ет­ся се­го­дня.

Мы со­би­ра­ем­ся под­пи­сать Со­гла­ше­ние о зоне сво­бод­ной тор­гов­ли меж­ду Укра­и­ной и Из­ра­и­лем, ко­то­рая от­кро­ет ры­нок в Из­ра­и­ле и Укра­ине для про­дук­ции. А это зна­чит, что вы в Укра­ине бу­де­те иметь бо­лее де­ше­вые ово­щи и фрук­ты, а так­же бо­лее де­ше­вую про­дук­цию, ко­то­рая экс­пор­ти­ру­ют­ся из Из­ра­и­ля, чем это бы­ло до сих пор. И это слу­чит­ся бла­го­да­ря от­мене на­ло­гов. Мы от­кро­ем им­порт и экс­порт для обе­их стран, а так­же воз­мож­но­сти ра­бо­тать и де­лать биз­нес.

На­пом­ню, что у нас с Укра­и­ной под­пи­са­но со­гла­ше­ние, что поз­во­ля­ет по­чти двум ты­ся­чам укра­ин­цев, стро­и­те­лям, ра­бо­тать в Из­ра­и­ле. Един­ствен­ное, что они долж­ны сде­лать, это по­явить­ся в цен­тре тру­до­устрой­ства и ска­зать, что они хо­тят при­ни­мать уча­стие в про­грам­ме, ра­бо­тать стро­и­те­ля­ми и при­е­хать в Из­ра­иль с пас­пор­том, по­лу­чить стра­хов­ку, осу­ще­ствить дру­гие фор­маль­но­сти и че­рез че­ты­ре го­да мо­гут вер­нуть­ся в Укра­и­ну. Идет речь об опыт­ных стро­и­те­лях. Это хо­ро­шее, ко­то­рое на­ла­же­но меж­ду на­ши­ми стра­на­ми.

Во-вто­рых, это ин­но­ва­ции. Из­ра­иль яв­ля­ет­ся стра­ной но­мер один в ми­ре по ин­но­ва­ци­ям. И мы ра­бо­та­ем вме­сте с Укра­и­ной, что­бы про­па­ган­ди­ро­вать ин­но­ва­ции в Укра­ине. У нас есть несколь­ко про­ек­тов, ко­то­рые мы ре­а­ли­зу­ем.

В част­но­сти, 20 но­яб­ря в рам­ках со­труд­ни­че­ства с «Юнит­си­ти» мы про­ве­дем Укра­и­но-из­ра­иль­ский сам­мит по ин­но­ва­ци­ям. Это бу­дет очень важ­ный сам­мит, где вли­я­тель­ные лю­ди из Из­ра­и­ля и Укра­и­ны встре­тят­ся, что­бы про­дви­гать ры­нок ин­но­ва­ций.

В-тре­тьих, это про­па­ган­да ими­джа со­вре­мен­но­го Из­ра­и­ля. Лю­ди не зна­ют, ка­ким яв­ля­ет­ся со­вре­мен­ный Из­ра­иль. Ко­неч­но, Из­ра­иль яв­ля­ет­ся очень ин­но­ва­ци­он­ным, и это очень раз­но­об­раз­ное об­ще­ство. У нас лю­ди со все­го ми­ра, ко­то­рые яв­ля­ют­ся ча­стью на­ше­го об­ще­ства. И мы так­же хо­тим по­ка­зать Укра­ине из­ра­иль­ское об­ще­ство, что­бы лю­ди в Укра­ине ска­за­ли: мы лю­бим Из­ра­иль.

И опять та­ки, я счи­таю, что бла­го­да­ря люб­ви, ко­то­рую мы чув­ству­ем друг к дру­гу, мы смо­жем пре­одо­леть ди­лем­мы и во­про­сы. И боль­шой во­прос — ис­то­ри­че­ский во­прос, ко­то­рый су­ще­ству­ет меж­ду на­ми.

А ес­ли го­во­рить об ис­то­рии, то она тя­же­лая. Я знаю, что мно­гие лю­ди бу­дут огор­че­ны из-за то­го, что я ска­зал. Но я люб­лю лю­дей, и счи­таю, ес­ли лю­ди лю­бят друг дру­га, то мы мо­жем сде­лать что-то вме­сте, го­во­рить друг с дру­гом, да­же ес­ли при этом кто-то бу­дет огор­чен. Но мы долж­ны го­во­рить об этом.

● «ЕС­ЛИ УКРА­И­НА ХО­ЧЕТ ПЕ­РЕ­НЕ­СТИ ПОСОЛЬСТВО В ИЕРУСАЛИМ, ТО ОНА ЭТО СДЕ­ЛА­ЕТ»

— А раз­ве нет у вас сре­ди за­дач — пе­ре­не­сти посольство Укра­и­ны из Тель-Ави­ва в Иерусалим?

— Да, но не от ме­ня за­ви­сит, а от Укра­и­ны. И я на­де­юсь, мо­люсь, что­бы Укра­и­на так­же пе­ре­не­сет посольство из Тель-Ави­ва, и сде­ла­ет она это по­то­му, что Иерусалим яв­ля­ет­ся сто­ли­цей Го­су­дар­ства Из­ра­иль и все­гда был сто­ли­цей ев­рей­ской на­ро­да. От­крой­те Би­б­лию, и вы уви­ди­те в ней, что Иерусалим был сто­ли­цей, ко­гда Ии­сус Хри­стос про­по­ве­до­вал там.

— Раз­го­ва­ри­ва­ли ли вы уже с укра­ин­ски­ми вы­со­ко­по­став­лен­ны­ми долж­ност­ны­ми ли­ца­ми на эту те­му, в част­но­сти на Бан­ко­вой?

— Да, все­гда, ко­гда у ме­ня есть воз­мож­ность, я про­шу их пе­ре­не­сти посольство в Иерусалим.

— И они от­ве­ча­ют, кто по­кро­ет рис­ки та­ко­го пе­ре­не­се­ния, не так ли?

— А раз­ве есть риск. США и Гва­те­ма­ла пе­ре­нес­ли по­соль­ства. Ес­ли Укра­и­на хо­чет пе­ре­не­сти посольство в Иерусалим, то она это сде­ла­ет. Это за­ви­сит толь­ко от Укра­и­ны.

● «Я ВСЕ­ГДА МЕЧТАЛ СТАТЬ ДИПЛОМАТОМ»

— Вы уже вспо­ми­на­ли, что ди­пло­ма­тия — луч­ший спо­соб пред­ста­вить свою стра­ну. А ко­гда вы ре­ши­ли стать дипломатом и что по­буж­да­ло вас к этой ка­рье­ре?

— Я все­гда мечтал стать дипломатом. И для ре­а­ли­за­ции меч­ты я окон­чил уни­вер­си­тет. Сдал эк­за­ме­ны. И свою ди­пло­ма­ти­че­скую ка­рье­ру я на­чал 25 лет то­му на­зад, я ра­бо­тал дипломатом в Лат­вии, по­том в Ав­стрии, Германии, Нью-Йор­ке, был ген­кон­су­лом в Мон­ре­а­ле, по­слом Из­ра­и­ля в ICEA, в МИД Из­ра­и­ля я был спе­ци­аль­ным по­слан­ни­ком по во­про­сам Хо­ло­ко­ста и ре­сти­ту­ции, ди­рек­то­ром де­пар­та­мен­та пуб­лич­ной ин­фор­ма­ции, ру­ко­во­ди­те­лем ди­пло­ма­ти­че­ско­го пер­со­на­ла в МИД. Дру­ги­ми сло­ва­ми, у ме­ня хо­ро­шая ка­рье­ра. Я знаю фран­цуз­ский, немец­кий как род­ной, люк­сем­бург­ский язык, идиш, иврит, ан­глий­ский, а сей­час я изу­чаю укра­ин­ский язык.

— Как вам уда­ет­ся сов­ме­щать ра­бо­ту ди­пло­ма­та и рав­ви­на, как вы сов­ме­ща­е­те ду­хов­ный мир с еже­днев­ной буд­нич­ной ра­бо­той?

— Это мой об­раз жиз­ни. И здесь нет ни­ка­кой про­бле­мы. Ко­гда я хо­чу, что-то изу­чить, то все­гда на про­тя­же­нии дня мо­гу най­ти вре­мя для это­го.

Утром я мо­люсь, мо­люсь по­сле обе­да и ве­че­ром. С Бо­гом я раз­го­ва­ри­ваю все вре­мя. Бог со мной все­гда. Я не хо­чу ска­зать, что Бог раз­го­ва­ри­ва­ет со мной все вре­мя, ко­неч­но, это не так. Дру­гое де­ло, что у ме­ня по­сто­ян­ное чув­ство как ре­ли­ги­оз­но­го че­ло­ве­ка, а это зна­чит, все, что ты де­ла­ешь, яв­ля­ет­ся свя­тым.

● «РЕЛИГИЯ ЯВ­ЛЯ­ЕТ­СЯ МОСТОМ МЕЖ­ДУ ЛЮДЬ­МИ И НА­РО­ДА­МИ»

— На ваш взгляд, ка­ко­ва роль ре­ли­гии в со­вре­мен­ном ми­ре, спо­соб­ству­ет ли она то­му, что­бы мир стал бо­лее без­опас­ным ме­стом?

— Да. Мне ка­жет­ся, что религия яв­ля­ет­ся мостом меж­ду людь­ми и на­ро­да­ми. Я счи­таю, что на­хо­жу об­щий язык с ва­шим Пат­ри­ар­хом и с му­суль­ман­ски­ми свя­щен­ни­ка­ми здесь, в Укра­ине. А ко­гда есть об­щий язык, то зна­чи­тель­но лег­че го­во­рить, и это по­мо­га­ет мо­ей ди­пло­ма­ти­че­ской мис­сии.

— А что вы ду­ма­е­те о зна­че­нии для Укра­и­ны по­лу­че­ния Укра­ин­ской Пра­во­слав­ной Цер­ко­вью То­мо­са — ав­то­ке­фа­лии?

— Я не мо­гу ска­зать, хо­ро­шо ли это или нет, ведь я не яв­ля­юсь ча­стью этой Церк­ви. Да­же из веж­ли­во­сти я не мо­гу вам вы­ра­зить свое мне­ние по это­му по­во­ду. Я толь­ко знаю, что при при­ня­тии лю­бо­го ре­ше­ния нуж­но, в первую оче­редь, ду­мать о ми­ре и бла­го­со­сто­я­нии на­ро­да.

● «УКРА­И­НА НАЙ­ДЕТ МИРНЫЙ ПУТЬ, ЧТО­БЫ РАЗРЕШИТЬ ЭТОТ КОН­ФЛИКТ»

— Гос­по­дин По­сол, а что вы ду­ма­е­те о ро­ли Рос­сии в це­лом в ми­ро­вой по­ли­ти­ке и здесь в ре­ги­оне, вви­ду то­го, что она неза­кон­но ан­нек­си­ро­ва­ла Крым и про­дол­жа­ет агрес­сию на во­сто­ке Укра­и­ны и боль­шин­ство стран осуж­да­ет ее за эти дей­ствия?

— Я яв­ля­юсь экс­пер­том по Ближ­не­му Во­сто­ку и ду­маю, что Рос­сия там иг­ра­ет кон­струк­тив­ную роль. И имен­но по этой при­чине Го­су­дар­ство Из­ра­иль хо­чет иметь хо­ро­шие от­но­ше­ния с Рос­си­ей. Имен­но из-за Ближ­не­го Во­сто­ка.

— Как Рос­сия мо­жет иг­рать кон­струк­тив­ную роль, по­мо­гая Аса­ду, из-за дей­ствий ко­то­ро­го в Си­рии по­гиб­ли сот­ни ты­сяч лю­дей и мил­ли­о­ны ста­ли бе­жен­ца­ми, чем и был вы­зван кри­зис ми­гран­тов?

— Асад яв­ля­ет­ся вра­гом Го­су­дар­ства Из­ра­иль, и я не хо­чу под­дер­жи­вать Аса­да. В ми­ре очень лег­ко смот­реть на все в чер­ном или бе­лом цве­тах. Но мир не яв­ля­ет­ся чер­ным и бе­лым.

Ко­неч­но, мы под­дер­жи­ва­ем тер­ри­то­ри­аль­ную це­лост­ность Укра­и­ны. И мы убеж­де­ны, что Укра­и­на най­дет мирный путь, что­бы разрешить этот кон­фликт.

— Кста­ти, мо­же­те нам ска­зать, ко­гда пре­мьер-ми­нистр Би­нья­мин Не­та­нья­ху по­се­тит Укра­и­ну?

— Я знаю, что укра­ин­ская сто­ро­на при­гла­си­ла Не­та­нья­ху по­се­тить Укра­и­ну, на­де­юсь, что он это сде­ла­ет. Но вы зна­е­те, что в на­сто­я­щее вре­мя у нас му­ни­ци­паль­ные вы­бо­ры. В стране ве­дут­ся раз­го­во­ры, что, воз­мож­но, бу­дут до­сроч­ные пар­ла­мент­ские вы­бо­ры. Су­ще­ству­ют по­ли­ти­че­ские вол­ны. Я на­де­юсь, что он при­е­дет, ведь во­прос на­хо­дит­ся на сто­ле пе­ре­го­во­ров. И я на­де­юсь, что мы опре­де­лим да­ту ви­зи­та.

● «НАМ ОЧЕНЬ ВАЖ­НО ЗНАТЬ ДРУГ ДРУ­ГА»

— По­сколь­ку вы го­то­ви­ли на «Сні­дан­ку з 1+1» из­ра­иль­ское блю­до, что вы ска­же­те об укра­ин­ской кухне, она вам нра­вит­ся?

— По­сколь­ку я вы­рос в се­мье аш­ке­на­зи, то я счи­таю, что боль­шин­ство блюд, ко­то­рые я ел, бы­ли укра­ин­ской едой. Это был борщ, жа­ре­ный карп, пи­ро­ги и ва­ре­ни­ки. Мы их на­зы­ва­ем кеплер в су­пе. В част­но­сти в суп с ку­ри­цей до­бав­ля­ют те­сто, в ко­то­рое за­во­ра­чи­ва­ет­ся мя­со, и это до­бав­ля­ет­ся к су­пу.

Поды­то­жи­вая ин­тер­вью, хо­чу от­ме­тить то, что я уже го­во­рил рань­ше. Мы, укра­ин­цы и евреи, жи­ли мно­го лет вме­сте, по­то­му нам нуж­но го­во­рить, ве­сти диа­лог обо всем, что про­изо­шло в об­щей ис­то­рии. Я го­во­рил о ди­лем­мах, ко­то­рые, воз­мож­но, огор­ча­ют укра­ин­цев. Но я счи­таю, ес­ли мы пой­мем, что мы, бу­дучи да­ле­ки­ми дво­ю­род­ны­ми бра­тья­ми или со­се­дя­ми жи­ли вме­сте, то смо­жем знать друг дру­га луч­ше. Мы долж­ны по­нять на­ра­ти­вы друг дру­га и долж­ны стать мостом, ко­то­рый по­мо­жет дру­гим на­ро­дам в ми­ре по­нять нас.

Мы долж­ны сде­лать на­ши эко­но­ми­ки — укра­ин­скую и из­ра­иль­скую — бо­лее силь­ны­ми, долж­ны ра­бо­тать вме­сте.

Я ду­маю, ва­ши чи­та­те­ли пой­мут, ес­ли мы вый­дем с от­кры­ты­ми взгля­да­ми и бу­дем ду­мать вне ра­мок, то­гда мы най­дем спо­соб стать мостом, ко­то­рый при­ве­дет нас к ис­то­рии люб­ви. По­это­му нам очень важ­но знать друг дру­га.

ФО­ТО МЫКОЛЫ СИРУКА / «День»

ФО­ТО АВТОРА

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.