КЭТРИН ЗЕТА-ДЖОНС: «Я ХО­ТЕЛ БЫ СТАТЬ ОТ­ЦОМ ТВО­ИХ ДЕ­ТЕЙ», — ПРО­ИЗ­НЕС МАЙ­КЛ ДУГЛАС, ГЛЯ­ДЯ МНЕ ПРЯ­МО В ГЛА­ЗА, КО­ГДА НАС ПРЕДСТАВИЛИ ДРУГ ДРУ­ГУ»

Об­ла­да­тель­ни­ца «Оска­ра», од­на из са­мых кра­си­вых гол­ли­вуд­ских ак­трис, у ко­то­рой бы­ли про­бле­мы с пси­хи­че­ским здо­ро­вьем, вер­ну­лась к ра­бо­те, сняв­шись сра­зу в двух се­ри­а­лах

Fakty i kommentarii - - ГОЛОВНА СТОРІНКА -

Об­ла­да­тель­ни­ца «Оска­ра», од­на из са­мых кра­си­вых гол­ли­вуд­ских ак­трис, у ко­то­рой бы­ли про­бле­мы с пси­хи­че­ским здо­ро­вьем, вер­ну­лась к ра­бо­те, сняв­шись сра­зу в двух се­ри­а­лах

Вне вся­ких со­мне­ний Кэтрин Зе­таД­жонс — од­на из са­мых эф­фект­ных и та­лант­ли­вых гол­ли­вуд­ских ак­трис на се­го­дняш­ний день. В ее ак­ти­ве це­лый ряд пре­стиж­ных ки­но­на­град, вклю­чая пре­мию «Оскар». Од­на­ко не так дав­но 49-лет­няя ки­но­звез­да бы­ла вы­нуж­де­на сде­лать за­мет­ный пе­ре­рыв в ка­рье­ре. По­клон­ни­ки все­рьез обес­по­ко­и­лись. Вы­яс­ни­лось, что это бы­ло свя­за­но со здо­ро­вьем Кэтрин. За­тем она и ее су­пруг, зна­ме­ни­тый ак­тер и про­дю­сер Май­кл Дуглас объ­яви­ли, что на­ме­ре­ны ка­кое-то вре­мя по­жить от­дель­но. К сча­стью, этот пе­ри­од ока­зал­ся непро­дол­жи­тель­ным.

В 2018 го­ду ак­три­са по­ра­до­ва­ла зри­те­лей дву­мя пре­крас­ны­ми работами в аме­ри­кан­ских се­ри­а­лах «Ко­ка­и­но­вая крест­ная мать» и «Ко­ро­ле­ва Аме­ри­ка». Зета-Джонс до­ка­за­ла, что на­хо­дит­ся в пре­крас­ной твор­че­ской фор­ме.

Обо всем этом и о мно­гом дру­гом Кэтрин от­кро­вен­но рас­ска­за­ла в ин­тер­вью бри­тан­ской жур­на­лист­ке Ло­ре Пулл­ман. Их встре­ча со­сто­я­лась в но­ме­ре оте­ля Montage Beverly Hills в Лос-Ан­дже­ле­се, ко­то­рый сда­ет­ся за 1400 дол­ла­ров в сут­ки. Зе­таД­жонс го­то­ви­лась к фо­то­сес­сии для од­но­го из глян­це­вых жур­на­лов. Она бы­ла в пла­тье для кок­тей­ля от Dolce & Gabbana и туф­лях на вы­со­чен­ном каб­лу­ке.

Экс­клю­зив­ное пра­во на пуб­ли­ка­цию это­го ин­тер­вью в Укра­ине «ФАК­ТЫ» по­лу­чи­ли от The Interview People.

«Ни­ко­гда не учи­лась в кол­ле­дже,

не го­во­ря уже об Окс­фор­де. Но ме­ня все­гда тя­ну­ло к это­му»

— В на­ча­ле но­яб­ря вы при­сут­ство­ва­ли на це­ре­мо­нии от­кры­тия пер­со­наль­ной звез­ды ва­ше­го му­жа на Ал­лее сла­вы в Гол­ли­ву­де. Там бы­ли так­же его отец Кирк Дуглас, стар­ший сын Майк­ла от пер­во­го бра­ка Ка­ме­рон, да­же Джейн Фон­да. Но не бы­ло ва­ших с Май­к­лом де­тей. По­че­му?

— О, это был раз­гар учеб­но­го го­да. На­ши сын и дочь увле­че­ны уче­бой. Мы с Май­к­лом ре­ши­ли, что бу­дет непра­виль­но сры­вать их с за­ня­тий да­же по та­ко­му слу­чаю. Зна­е­те, я осо­бен­но рев­ност­но к это­му от­но­шусь. Буд­то са­ма учусь на­равне с на­ши­ми детьми.

— Ес­ли не сек­рет, где они по­лу­ча­ют об­ра­зо­ва­ние?

— Ди­ла­ну 18 лет, и он стал сту­ден­том уни­вер­си­те­та Бра­у­на на Род-Ай­лен­де. Его при­ня­ли в брат­ство плю­ща!

— По­здрав­ляю! Это пре­стиж­ный уни­вер­си­тет. Там учи­лись и учат­ся мно­гие из­вест­ные лю­ди. На­при­мер, дочь Брю­са Уил­ли­са и Де­ми Мур Ска­ут Уил­лис. Или Эм­ма Уот­сон, ко­то­рая иг­ра­ла Гер­ми­о­ну в филь­мах о Гар­ри Пот­те­ре…

— Я вас про­шу! Ди­лан по­пал в этот уни­вер­си­тет не по­то­му, что он из бо­га­той се­мьи. Есть кое-что, че­го не ку­пишь за день­ги. Это дей­стви­тель­но пре­стиж­ное учеб­ное за­ве­де­ние. И мой сын по­сту­пил в него, по­то­му что очень умен. Зна­е­те, Ди­ла­ну бы­ло все­го че­ты­ре го­да, ко­гда я по­бы­ва­ла с ним в лон­дон­ском Тау­э­ре и му­зее Уин­сто­на Чер­чил­ля. И он все-все за­пом­нил, что нам там рас­ска­зы­ва­ли. У него по­тря­са­ю­щая па­мять. Кэ­рис по­ка учит­ся в шко­ле, но мы на­де­ем­ся, что на­ша дочь то­же по­сту­пит в уни­вер­си­тет Бра­у­на. Или в Ко­лум­бий­ский уни­вер­си­тет.

— Для вас это так важ­но?

— Да, и мо­гу объ­яс­нить, по­че­му. Я ро­ди­лась и вы­рос­ла в Су­он­си. Это вто­рой по ве­ли­чине го­род в Уэль­се. Моя мать ши­ла пла­тья для мест­ных ле­ди. Отец вла­дел неболь­шой кон­ди­тер­ской фаб­ри­кой. Но до­хо­дов не хва­та­ло, что­бы дать до­че­ри хо­ро­шее об­ра­зо­ва­ние. Од­на­жды ро­ди­те­лям по­вез­ло — вы­иг­ра­ли в бин­го 100 ты­сяч фун­тов! Ма­ма сра­зу от­да­ла ме­ня в шко­лу ба­ле­та и тан­цев. Как вы по­ни­ма­е­те, там нас учи­ли не­сколь­ко иным пред­ме­там. А в де­вять лет я по­лу­чи­ла уже свою первую роль в мю­зик­ле «Эн­ни». В 15 лет ста­ла про­фес­си­о­наль­ной ак­три­сой, иг­ра­ла на те­ат­раль­ной сцене.

Ска­жу чест­но — у ме­ня не бы­ло дет­ства в его тра­ди­ци­он­ном по­ни­ма­нии. Я не си­де­ла за учеб­ни­ка­ми. Ни­ко­гда не учи­лась в кол­ле­дже, не го­во­ря уже об Окс­фор­де, к при­ме­ру. Но ме­ня все­гда тя­ну­ло к это­му. И мо­гу ска­зать от­кро­вен­но, что про­дол­жаю по­лу­чать об­ра­зо­ва­ние вме­сте с Ди­ла­ном и Кэ­рис. И мне это нра­вит­ся. Я впи­ты­ваю зна­ния, как губ­ка. Зна­е­те, у нас с Май­к­лом круг об­ще­ния во­все не огра­ни­чен гол­ли­вуд­ски­ми зна­ме­ни­то­стя­ми. Мы с му­жем ро­ди­лись в один день —

25 сен­тяб­ря, толь­ко с раз­ни­цей в 25 лет. Не знаю, мо­жет, это аст­ро­ло­гия, мо­жет, еще ка­кая не­объ­яс­ни­мая вещь, но мы лег­ко схо­дим­ся с од­ни­ми и те­ми же людь­ми. Май­к­лу нра­вят­ся мои ста­рые дру­зья, те, с кем я ко­гда-то иг­ра­ла вме­сте в те­ат­ре Ди­ла­на То­ма­са в Уэль­се. А я быст­ро по­дру­жи­лась с мил­ли­ар­де­ром Ген­ри Кра­ви­сом, су­пру­га­ми Джо­ном и Сью­зан Хесс. Они то­же мил­ли­ар­де­ры, их се­мья за­ни­ма­ет­ся неф­тя­ным биз­не­сом. Мы так­же дру­жим с се­мьей Ла­удер.

— Это вла­дель­цы Estée Lauder? Косме­ти­че­ской ком­па­нии?

— Да. И я сво­бод­но бе­се­дую с ни­ми о биз­не­се, по­ли­ти­ке, ис­кус­стве.

«С До­наль­дом Трам­пом бы­ло ве­се­ло

в ком­па­нии»

— Сре­ди ва­ших с Май­к­лом дру­зей толь­ко мил­ли­ар­де­ры?

— За­чем вы так? Круг на­ше­го об­ще­ния ши­ро­кий. Мы хо­ро­шо зна­ко­мы с Бил­лом и Хил­ла­ри Клин­тон, с Бу­ша­ми, Джим­ми Кар­те­ром.

— А с До­наль­дом Трам­пом?

— И с ним то­же. Мы рань­ше ви­де­лись ча­ще, вся­кий раз, ко­гда бы­ва­ли в Нью-Йор­ке. Трамп очень дру­же­лю­бен. Но ни­ко­гда не по­ду­ма­ла бы, что он ста­нет пре­зи­ден­том США! С До­наль­дом бы­ло ве­се­ло в ком­па­нии. Май­кл го­во­рит, что с ним неве­се­ло как с пре­зи­ден­том…

— Ви­жу, до­ма вы ча­сто го­во­ри­те о по­ли­ти­ке.

— О, да! Май­кл — де­мо­крат до моз­га ко­стей. Я и де­ти то­же очень де­мо­кра­тич­ны. А вот мой отец… Он под­дер­жи­ва­ет Трам­па и Brexit! Пред­став­ля­е­те? Я не мо­гу его по­нять. Та­кое ощу­ще­ние, что кто-то хо­ро­шень­ко про­мыл мо­е­му па­пе моз­ги. Я да­же знаю, кто. Он слиш­ком мно­го смот­рит те­ле­ви­зор. И со­всем не те ка­на­лы, ко­то­рые сле­ду­ет смот­реть. Ко­гда мои ро­ди­те­ли при­ле­та­ют к нам в го­сти, Май­кл сра­зу про­сит мо­е­го от­ца: да­вай­те не бу­дем го­во­рить о по­ли­ти­ке. И не важ­но, о ка­кой — аме­ри­кан­ской, бри­тан­ской, немец­кой. Отец со­гла­ша­ет­ся. А по­том на­чи­на­ет­ся! По­ли­ти­че­ские де­ба­ты вспы­хи­ва­ют обыч­но за зав­тра­ком. И про­дол­жа­ют­ся до обе­да. По­том неболь­шой пе­ре­рыв на сон или про­гул­ку на све­жем воз­ду­хе. А за ужи­ном спо­ры вспы­хи­ва­ют вновь. И так про­ис­хо­дит бес­ко­неч­но. Но нам всем это нра­вит­ся.

— А вы про­тив Brexit?

— Бе­з­услов­но. Я оста­юсь бри­тан­ской под­дан­ной. И ме­ня все это очень бес­по­ко­ит. Ко­гда был ре­фе­рен­дум, я на­хо­ди­лась здесь, в США. И не мог­ла го­ло­со­вать. Ес­ли бы бы­ла в Бри­та­нии, го­ло­со­ва­ла бы про­тив вы­хо­да из ЕС.

— По­че­му?

— Уве­ре­на, бри­тан­цам тол­ком ни­кто не объ­яс­нил, что по­вле­чет за со­бой Brexit. Те­перь все ви­дят, сколь­ко про­блем сва­лит­ся на го­ло­ву про­стых лю­дей. Ес­ли бы бри­тан­цы зна­ли, что их ждет, они бы про­го­ло­со­ва­ли ина­че.

— Вы под­дер­жи­ва­е­те ста­рые бри­тан­ские тра­ди­ции, су­дя по все­му.

— Ска­жу боль­ше, я — убеж­ден­ная ро­я­лист­ка. В мае, ко­гда бы­ла сва­дьба прин­ца Гар­ри и Ме­ган, я раз­ве­си­ла по все­му до­му бри­тан­ские фла­ги. На ка­мине, на всех пол­ках у нас сто­я­ли фо­то­гра­фии ко­ро­ле­вы Ели­за­ве­ты II, же­ни­ха и неве­сты. И мы всей се­мьей смот­ре­ли те­ле­ре­пор­таж о вен­ча­нии. Я се­рьез­но вам го­во­рю. Мы бы­ли в тот день в Нью-Йор­ке. И это бы­ло 4 ча­са утра по мест­но­му вре­ме­ни. Несмот­ря на это, мы си­де­ли за сто­лом пе­ред те­ле­ви­зо­ром и пи­ли чай со слив­ка­ми. Не ве­ри­те? Я на­де­ла баль­ное пла­тье. Кэ­рис бы­ла в ве­чер­нем пла­тье от Oscar de la Renta, Ди­лан — во фра­ке и ци­лин­дре. А Май­кл ру­ко­во­дил чай­ной це­ре­мо­ни­ей. Это был чу­дес­ный день.

«Ко­гда у ро­ди­те­лей нет тайн от де­тей,

де­ти то­же от­кро­вен­ны»

— Су­дя по все­му, у вас пре­крас­ные от­но­ше­ния с детьми. А ведь у них сей­час труд­ный воз­раст. В чем сек­рет?

— Я ду­маю, глав­ное — это вза­им­ное до­ве­рие. Ко­гда у ро­ди­те­лей нет тайн от де­тей, де­ти то­же от­кро­вен­ны. И ни­ка­кой под­рост­ко­вый ни­ги­лизм не спо­со­бен та­кие от­но­ше­ния раз­ру­шить. Мы с Май­к­лом го­во­рим с на­ши­ми детьми обо всем, да­же о са­мых непри­ят­ных, бо­лез­нен­ных ве­щах. У нас не­сколь­ко до­мов — в Бед­фор­де, штат Нью-Йорк, в Ка­на­де, на Ма­льор­ке, в Уэль­се. Скры­вать не ста­ну, до­ма до­воль­но про­стор­ные. В каж­дом из них есть не­сколь­ко спа­лен. И дру­зья Ди­ла­на и Кэ­рис ча­сто оста­ют­ся у нас но­че­вать, где бы мы ни бы­ли.

— И в ва­ше от­сут­ствие то­же?

— Да, и в на­ше от­сут­ствие. И не нуж­но спра­ши­вать ме­ня, пря­чем ли мы ал­ко­голь. Я спирт­ное во­об­ще не упо­треб­ляю. Май­кл с неко­то­рых пор — то­же. Де­ти бе­рут с нас при­мер. В на­шей се­мье ал­ко­голь не есть проблема.

— Вы ска­за­ли, что об­суж­да­е­те в при­сут­ствии де­тей лю­бые во­про­сы. В этом го­ду од­на жен­щи­на пуб­лич­но об­ви­ни­ла ва­ше­го му­жа в сек­су­аль­ных до­мо­га­тель­ствах, непри­стой­ном по­ве­де­нии…

— Ви­жу, ку­да вы кло­ни­те. Это про­изо­шло в ян­ва­ре. Быв­шая под­чи­нен­ная Майк­ла (она ра­бо­та­ла в его про­дю­сер­ской ком­па­нии) за­яви­ла, что в 1989 го­ду, ко­гда они вме­сте ра­бо­та­ли над сце­на­ри­ем, он на­чал ма­стур­би­ро­вать пе­ред ней. Эти об­ви­не­ния при­чи­ни­ли боль не толь­ко мне, но и на­шим де­тям. У нас со­сто­ял­ся дол­гий, непри­ят­ный и очень откровенный раз­го­вор до­ма. Да, в при­сут­ствии Ди­ла­на и Кэ­рис. Я твер­до по­тре­бо­ва­ла, что­бы Май­кл рас­ска­зал нам все. Я ска­за­ла: «Луч­ше мы это услы­шим от те­бя, что­бы быть го­то­вы­ми ко все­му. Ты же по­ни­ма­ешь, ес­ли всплы­вут еще ка­кие-то по­дроб­но­сти этой гряз­ной ис­то­рии...»

Муж пе­ре­бил ме­ня. Май­кл за­явил, что ни­ка­кой ис­то­рии нет и ни­ко­гда не бы­ло. Эта жен­щи­на, о су­ще­ство­ва­нии ко­то­рой я по­ня­тия не име­ла до то­го са­мо­го мо­мен­та, взя­лась ни­от­ку­да и об­ви­ни­ла мо­е­го му­жа во всей этой гря­зи, ко­то­рую я с мо­и­ми мо­раль­ны­ми усто­я­ми ни­как не мог­ла при­нять, про­сто со­лга­ла. «Вре­мя по­ка­жет, где вра­нье, а где прав­да», — ска­зал нам Май­кл. Мы ему по­ве­ри­ли. Для ме­ня эти лжи­вые об­ви­не­ния вдвойне непри­ят­ны, по­сколь­ку я ис­кренне поддерживаю дви­же­ние #MeToo. Да, я счи­таю, что с жен­щи­на­ми в Гол­ли­ву­де об­ра­ща­лись до недав­не­го вре­ме­ни неспра­вед­ли­во. И жен­щи­ны про­сто обя­за­ны под­дер­жи­вать жен­щин. А каж­дое та­кое лжи­вое об­ви­не­ние ста­вит под со­мне­ние прав­ди­вые ис­то­рии и от­бра­сы­ва­ет все дви­же­ние на 20 лет на­зад.

«За­му­же­ство сде­ла­ло ме­ня ме­нее

уяз­ви­мой»

— Раз мы за­тро­ну­ли эту те­му… Кэтрин, вы по­лу­чи­ли свой «Оскар» в 2003 го­ду за роль в филь­ме «Чи­ка­го». Это аб­со­лют­но за­слу­жен­ная на­гра­да. «Чи­ка­го» сни­ма­ла про­дю­сер­ская ком­па­ния Хар­ви Вайн­штей­на. Этот че­ло­век стал сим­во­лом всей той гря­зи, ко­то­рую вы не при­ем­ле­те. Ска­жи­те, как он вел се­бя по от­но­ше­нию к вам?

— Ес­ли бы Вайн­штейн что-то поз­во­лил се­бе то­гда, я бы­ла бы пер­вой, кто рас­ска­зал всем об этом! Ко­гда сни­ма­ли «Чи­ка­го», я уже бы­ла же­ной Майк­ла Дугла­са. Ду­маю, это по­слу­жи­ло мне хо­ро­шей за­щи­той.

— Ины­ми сло­ва­ми, Вайн­штейн не риск­нул до­мо­гать­ся су­пру­ги Дугла­са?

— Да. Не мо­гу утвер­ждать, что толь­ко брак с Май­к­лом слу­жил для ме­ня бро­ней. Хищ­ник все­гда оста­ет­ся хищ­ни­ком, вы ме­ня по­ни­ма­е­те. Но все же за­му­же­ство сде­ла­ло ме­ня ме­нее уяз­ви­мой. Не мо­гу ска­зать — непри­ка­са­е­мой. — Как вы позна­ко­ми­лись с Май­к­лом?

— О, за это нуж­но бла­го­да­рить Дэн­ни де Ви­то. Призна­юсь, Май­кл мне нра­вил­ся. Впер­вые я уви­де­ла его на экране в филь­ме «Ро­ман с кам­нем». И сра­зу по­ду­ма­ла: ка­кой сек­су­аль­ный муж­чи­на! Ко­гда вы­шла в про­кат «Вой­на Ро­уз» (1989 год. — Ред.), я первую неде­лю бе­га­ла в ки­но­те­атр по два ра­за на день. И вот я са­ма ста­ла ак­три­сой. Знаю, что Май­кл уви­дел ме­ня впер­вые в филь­ме «Мас­ка Зор­ро» (1998 год. — Ред.). Он смот­рел его вме­сте с де Ви­то. И при­знал­ся, что ему очень по­нра­ви­лась ак­три­са. Зна­е­те, ме­ня по­сле это­го филь­ма мно­гие счи­та­ли в Гол­ли­ву­де ис­пан­кой или ла­ти­но­аме­ри­кан­кой.

Мой отец вал­ли­ец, мать ир­ланд­ка. У ме­ня та­кой необыч­ный ак­цент. В Аме­ри­ке его мно­гие пу­та­ют с ла­ти­но­аме­ри­кан­ским. А тут еще мой бе­ше­ный тем­пе­ра­мент. И роль в «Мас­ке Зор­ро», и мой парт­нер по филь­му — Ан­то­нио Бан­де­рас. Ко­ро­че, все один к од­но­му. И Май­кл то­же ду­мал, что я ис­пан­ка. А он очень лю­бит Ма­льор­ку… Дэн­ни все это пре­крас­но знал и по­зна­ко­мил нас при пер­вой же воз­мож­но­сти. И зна­е­те, что пер­вое ска­зал мне Май­кл, ко­гда нас представили друг дру­гу? «Я хо­тел бы стать от­цом тво­их де­тей», — про­из­нес он, гля­дя мне пря­мо в гла­за! Гос­по­ди, это бы­ло буд­то вче­ра. А ны­неш­ней осе­нью мы от­празд­но­ва­ли уже 20-ле­тие на­шей сва­дьбы…

— Ваш брак мож­но на­звать счаст­ли­вым?

— Уве­ре­на в этом. Ду­маю, лю­ди се­го­дня слиш­ком лег­ко­мыс­лен­но от­но­сят­ся к бра­ку. В каж­дой се­мье бы­ва­ют взле­ты и па­де­ния в от­но­ше­ни­ях меж­ду су­пру­га­ми. Но это ведь не по­вод раз­во­дить­ся по­сле каж­дой ссо­ры? Нуж­но бо­роть­ся за свою се­мью. Призна­юсь чест­но, я бла­го­дар­на Май­к­лу за его муд­рость и вы­держ­ку. С мо­им взрыв­ным ха­рак­те­ром крайне слож­но ужи­вать­ся. Я как бо­лид Фор­му­лы-1. Со стар­та до 200 ки­ло­мет­ров в час за две се­кун­ды! При этом вся­кий раз ри­сую се­бе са­мый ужас­ный сце­на­рий. Май­кл на­зы­ва­ет ме­ня «Ле­ди Ко­нец Све­та». Вы не пред­став­ля­е­те се­бе, что я ему устро­и­ла, ко­гда он за­явил в од­ном из ин­тер­вью, что при­чи­ной его ра­ка гор­ла яв­ля­ют­ся ча­стые за­ня­тия ораль­ным сек­сом! Вот го­во­рю об этом, а у ме­ня сра­зу ко­стяш­ки паль­цев по­бе­ле­ли.

«Ко­гда мы са­ми за­яви­ли о мо­ем рас­строй­стве, мне ста­ло лег­че»

— Вы под­дер­жи­ва­ли Майк­ла, ко­гда он ле­чил­ся от ра­ка. Это был очень тя­же­лый пе­ри­од. А по­том в кли­ни­ке ока­за­лись вы са­ми, прав­да, по со­вер­шен­но иной при­чине. С этим был свя­зан ваш пе­ре­рыв в ка­рье­ре?

— И пе­ре­рыв в ка­рье­ре, и на­ше ре­ше­ние ка­кое-то вре­мя по­жить от­дель­но. Я ока­за­лась уяз­ви­ма со­всем в дру­гом. В 2011 го­ду мне по­ста­ви­ли ди­а­гноз — би­по­ляр­ное рас­строй­ство вто­ро­го ти­па. Это пси­хи­че­ское за­бо­ле­ва­ние, ко­то­рое про­яв­ля­ет­ся в частой необъ­яс­ни­мой смене на­стро­е­ния, де­прес­сии, ма­ни­а­каль­но­сти. Мне при­шлось лечь в кли­ни­ку на ка­кое-то вре­мя. Ди­а­гноз се­рьез­но на­пу­гал ме­ня. Я по­ня­тия не име­ла, что это та­кое. Преж­де объ­яс­ня­ла для се­бя про­яв­ле­ния это­го рас­строй­ства уста­ло­стью, по­сто­ян­ным вол­не­ни­ем из-за бо­лез­ни Майк­ла. Мне ка­за­лось, ес­ли об этом узна­ют га­зет­чи­ки, все во­круг ста­нут по­ка­зы­вать на ме­ня паль­цем и го­во­рить, что Кэтрин ку-ку! К сча­стью, у ме­ня ока­за­лась лег­кая фор­ма. К то­му же, ко­гда мы са­ми сде­ла­ли за­яв­ле­ние о мо­ем рас­строй­стве, мне ста­ло лег­че. Я уже не бо­я­лась, что кто-то из­вра­тит прав­ду. Вто­рой раз я бы та­кое не пе­ре­жи­ла.

— Вто­рой? А был пер­вый?

— Был. Пред­став­ля­е­те, что ис­пы­та­ла я с детьми, ко­гда в га­зе­тах на­пи­са­ли: «Май­к­лу Дугла­су оста­лось жить 10 недель». Мы воз­не­на­ви­де­ли жур­на­ли­стов!

— Как вы сей­час се­бя чув­ству­е­те?

— Спасибо, со мной все в по­ряд­ке. Все на­ла­ди­лось, ко­гда мы с Май­к­лом сно­ва ста­ли жить вме­сте. На­ше раз­дель­ное про­жи­ва­ние, а это бы­ла моя ини­ци­а­ти­ва, к сча­стью, ока­за­лось ко­рот­ким. И се­го­дня мы близ­ки как ни­ко­гда.

— И боль­ше ни­ка­ких ссор?

— С мо­им ха­рак­те­ром? Хо­ро­шо, что у му­жа от­мен­ное чув­ство юмо­ра. Го­во­рят, су­ще­ствен­ная раз­ни­ца в воз­расте меж­ду су­пру­га­ми ра­но или позд­но обя­за­тель­но ска­жет­ся на от­но­ше­ни­ях. Ерун­да! Мы вдво­ем сме­ем­ся над этим утвер­жде­ни­ем. Ча­сто под­шу­чи­ва­ем друг над дру­гом. Вот 9 де­каб­ря его от­цу ис­пол­ни­лось 102 го­да. Мы вер­ну­лись по­сле празд­но­ва­ния до­мой, и я ска­за­ла Май­к­лу: «На­де­юсь, ты не та­кой дол­го­жи­тель. Не со­би­ра­юсь тер­петь те­бя до та­ко­го воз­рас­та». Он улыб­нул­ся: «А я не про­тив, что­бы то­же про­жить 102 го­да». «То­гда в бли­жай­шие па­ру лет про­ве­дем пе­ре­груп­пи­ров­ку и по­смот­рим, что из это­го вый­дет!» — па­ри­ро­ва­ла я.

«Вся на­ша жизнь — это один сплош­ной

кон­курс кра­со­ты»

— В но­вом се­ри­а­ле «Ко­ро­ле­ва Аме­ри­ка» вы иг­ра­е­те, про­сти­те, на­сто­я­щую стерву, ко­то­рая готовит де­ву­шек к уча­стию в кон­кур­сах кра­со­ты. Ва­ша ге­ро­и­ня стра­да­ет бу­ли­ми­ей. Вы зна­ко­мы лич­но с та­ким рас­строй­ством?

— Я же про­фес­си­о­наль­но за­ни­ма­лась тан­ца­ми. Ко­неч­но, я знаю, что та­кое и бу­ли­мия, и ано­рек­сия. Мне бы­ло 17, ко­гда по­лу­чи­ла роль в мю­зик­ле «42-я ули­ца». Нас го­ня­ли без­жа­лост­но. Тре­бо­ва­ли, что­бы мы бы­ли ху­ды­ми, как спич­ки. Вз­ве­ши­ва­ние не­сколь­ко раз в день. При­бав­ка в весе на один грамм — по­чти смерт­ный при­го­вор. Я ви­де­ла та­кие страш­ные слу­чаи бу­ли­мии и ано­рек­сии, что луч­ше не вспо­ми­нать! О ка­ком жен­ском здо­ро­вье мо­жет ид­ти речь при та­ких на­груз­ках и же­сто­чай­ших ди­е­тах! Ни­кто не го­во­рил, что мы ста­нем здо­ро­вее. Вол­но­ва­ло од­но — что­бы мы ста­ли ху­дее! Но я про­шла че­рез это.

— Вам не ка­жет­ся, что в на­ше вре­мя кон­кур­сы кра­со­ты — это некий ар­ха­изм, ко­то­рый уни­жа­ет жен­ское до­сто­ин­ство и дол­жен уй­ти в про­шлое?

— Вы се­рьез­но так ду­ма­е­те? Я вам так от­ве­чу: вся на­ша жизнь — это один сплош­ной кон­курс кра­со­ты! Сим­па­тич­ные де­вуш­ки лег­че и удач­нее вы­хо­дят за­муж, им про­ще сде­лать ка­рье­ру. Вы счи­та­е­те, я го­во­рю ужас­ные ве­щи? Но это прав­да! Зна­е­те, в США к это­му от­но­сят­ся про­ще. Это в Ве­ли­ко­бри­та­нии до сих пор го­во­рить от­кры­то о та­ком все еще счи­та­ет­ся дур­ным то­ном. Или вы ве­ри­те, что с ис­чез­но­ве­ни­ем кон­кур­сов кра­со­ты ис­чез­нет и жен­ское по­ло­вое нера­вен­ство? Бо­же мой, не­уже­ли вы ду­ма­е­те, что муж­чи­ны и жен­щи­ны в на­шем об­ще­стве рав­ны? То­гда по­че­му вдруг всплы­ла эта грязь с Хар­ви Вайн­штей­ном? По­че­му воз­ник­ло дви­же­ние #MeToo?

Да­вай­те не бу­дем хан­жа­ми. Раз­ве де­ло толь­ко в кон­кур­сах кра­со­ты, в том, что кра­си­вых де­ву­шек по­ка­зы­ва­ют по те­ле­ви­зо­ру, ко­гда они хо­дят по сцене и пы­та­ют­ся пе­ре­ще­го­лять друг друж­ку строй­но­стью фи­гу­ры, на­ря­дом, улыб­кой? По-мо­е­му, это ку­да чест­нее, чем столь по­пу­ляр­ные в по­след­нее вре­мя сай­ты зна­комств, где жен­щи­ны и муж­чи­ны вы­став­ля­ют чу­жие фо­то­гра­фии и да­ют неправ­ди­вое опи­са­ние сво­ей внеш­но­сти, при­вы­чек, ин­те­ре­сов, це­ли зна­ком­ства. Зна­е­те, в сво­ем род­ном Су­он­си я долж­на бы­ла бы от­ве­тить на во­прос о сво­ей успеш­ной ка­рье­ре при­мер­но так: «Да, мне вру­чи­ли «Оскар», но, пра­во, не знаю, чем я луч­ше дру­гих, чем его за­слу­жи­ла…» Нет уж, не со­би­ра­юсь я боль­ше из­ви­нять­ся пе­ред дру­ги­ми за то, что до­би­лась успе­ха, что у ме­ня и мо­е­го му­жа мно­го­мил­ли­он­ное со­сто­я­ние, что мы с ним счаст­ли­вы в бра­ке, что у нас пре­крас­ные де­ти, что я, в кон­це кон­цов, кра­си­вая при­вле­ка­тель­ная жен­щи­на!

«Оби­жа­юсь на Майк­ла, ко­гда он го­во­рит: «До­ро­гая! Луч­ше все­го у те­бя по­лу­ча­ет­ся ни­че­го

не де­лать»

— Вы не лю­би­те Су­он­си?

— Я обо­жаю этот го­род! Обо­жаю Уэльс и ис­кренне счи­таю, что это са­мое кра­си­вое ме­сто на на­шей пла­не­те. Очень жа­лею, что бы­ваю там не ча­ще од­но­го ра­за в год. А еще жа­лею, что так и не вы­учи­ла вал­лий­ский язык. Моя учи­тель­ни­ца в шко­ле очень сер­ди­лась на ме­ня. Она го­во­ри­ла, что у ме­ня нет пат­ри­о­ти­че­ских чувств. А я ей все­гда от­ве­ча­ла на это, что люб­лю Уэльс, люб­лю лю­дей, ко­то­рые жи­вут в на­шем краю. Но я знаю, что, как толь­ко отъ­еду на не­сколь­ко миль от Су­он­си, мне не с кем бу­дет раз­го­ва­ри­вать на вал­лий­ском. При этом я гор­жусь тем ме­стом, где ро­ди­лась и рос­ла. И на­де­юсь, что мои зем­ля­ки гор­дят­ся мною и тем, че­го я до­би­лась.

— Ска­жи­те чест­но, ва­ша внеш­ность по­мог­ла вам сде­лать ка­рье­ру?

— Сде­лать ка­рье­ру мне преж­де все­го по­мог­ло мое упрям­ство. Ко­гда я в 17 лет бе­га­ла на про­смот­ры, про­бы и про­слу­ши­ва­ния, ни­ко­гда не сда­ва­лась по­сле пер­вой неуда­чи. Ча­сто про­де­лы­ва­ла та­кую шту­ку. Ска­жем, ме­ня за­бра­ко­ва­ли. Я тут же мча­лась до­мой, пе­ре­оде­ва­лась, ме­ня­ла при­чес­ку. Ес­ли бы­ла с рас­пу­щен­ны­ми во­ло­са­ми, зна­чит, стя­ги­ва­ла их в ту­гой узел сза­ди, смы­ва­ла ма­ки­яж, мог­ла на­деть оч­ки и ле­те­ла об­рат­но. И ме­ня бра­ли со вто­ро­го или тре­тье­го ра­за! Од­на­жды про­де­ла­ла этот трюк на про­смот­рах к мю­зик­лу Эн­д­рю Ллой­да Уэб­бе­ра. Он ме­ня рас­ку­сил. Я до сих пор хра­ню за­пис­ку с от­ка­зом, ко­то­рую он соб­ствен­но­руч­но на­пи­сал и ве­лел пе­ре­дать мне. В ней го­во­рит­ся: «Вы слиш­ком кра­си­вы для этой ро­ли».

— В хо­де на­шей бе­се­ды вы так ли­хо упо­мя­ну­ли Фор­му­лу-1. Раз­би­ра­е­тесь в ав­то­гон­ках?

— Я обо­жаю все ви­ды спорта. Се­рьез­но. Смот­рю Фор­му­лу-1, бас­кет­бол. Ста­ла по­клон­ни­цей аме­ри­кан­ско­го фут­бо­ла. Бо­лею за «Нью-Йорк Джетс». А еще по-преж­не­му бо­лею за фут­боль­ный клуб «Су­он­си-Си­ти». И ме­ня бе­сит, что он не иг­ра­ет в ан­глий­ской Пре­мьер­ли­ге.

— Вы толь­ко бо­лель­щи­ца?

— По­че­му же? По-преж­не­му ре­гу­ляр­но за­ни­ма­юсь в тан­це­валь­ном за­ле, осо­бен­но люб­лю че­чет­ку. Это то­же спорт, ес­ли хо­ти­те. Иг­раю в тен­нис и гольф. Моя ма­ма все­гда го­во­рит: «Кэтрин, ес­ли бы не твои тить­ки, я бы ду­ма­ла, что ро­ди­ла маль­чи­ка!»

— Не оби­жа­е­тесь?

— Ко­неч­но, нет. Но оби­жа­юсь на Майк­ла, ко­гда он го­во­рит мне: «До­ро­гая! Луч­ше все­го у те­бя по­лу­ча­ет­ся ни­че­го не де­лать». Пред­став­ля­е­те?

Кэтрин счи­та­ет свой брак с Май­к­лом счаст­ли­вым. Она гор­дит­ся успе­ха­ми де­тей в уче­бе.Сни­мок сде­лан в 2015 го­ду

Свой един­ствен­ный по­ка «Оскар» ак­три­сапо­лу­чи­ла за роль в мю­зик­ле «Чи­ка­го»

Дугла­са, уви­де­ли Кэтрин Мно­гие зри­те­ли, вклю­чая Майк­ла«Мас­ка Зор­ро» и при­ня­ли Зета-Джонс впер­вые в филь­меее за ис­пан­ку

от­но­ше­ния У Кэтрин сло­жи­лись пре­крас­ныеДугла­сом с ее ле­ген­дар­ным све­кром Кир­комКа­ме­ро­ном и сы­ном Майк­ла от пер­во­го бра­ка

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.